Не время для героев

      Месяц тренировок пролетел незаметно. Однако если сравнить, как выглядел отряд Анны вначале и сейчас, разница будет налицо. В отличие от своего командира, отряд словно стал выше: ребята набирали массу, проявился мышечный рельеф, общий вид их был вполне здоровый. Анна на их фоне выглядела поднятым из могилы мертвецом. Нет, ладно, всё было не настолько плохо. Девушка адаптировалась к тренировкам и уже не сдавала позиции, как это было раньше. Однако то, что она перестала пробивать дно своих физических возможностей, ещё не значит, что она стала расти над ними. Тодд Миллс тяжелым взглядом провожал девушку на тренировку и с неё. Будь она обычным курсантом, давно бы дал пинка под зад из училища, проявив таким образом милосердие. Но раз такой возможности нет, приходится наблюдать за её страданиями.       — Грёбанные ремни! — рычала Анна, застегивая на себе УПМ.       — Давайте помогу, — сжалилась Эмма и помогла с застежками сзади. — Командир, вы уверены, что вам стоит сегодня пробовать?       — Я и так отлынивала от этого столько, сколько могла. Уже весь набор начал летать, одна я всё ползаю по земле.       Эмма пожала плечами. Предрассветные сумерки размывали очертания деревьев, а мелкие тонкие ветки и вовсе пропадали. Это было опасно, но Анна не могла позволить себе отставать. Нацепив шлем и специальные очки — данная амуниция для её отряда была создана по настойчивой просьбе и более-менее внятным описаниям и рисункам Анны в мастерских училища, — девушка встала в нужную позицию.       — Готова? — осведомился ночной инструктор. Получив утвердительный кивок, он махнул рукой. — Пошла!       Анна выжала спусковые крючки, ловко перескочила пальцами на курок и взмыла в воздух. От страха перехватило дыхание, дерево приближалось неправдоподобно быстро, пальцы окоченели и не слушались, тело отказывалось подчиняться, мышцы норовили ослабнуть в любой момент. В последний миг взяв себя в руки, Анна выставила ноги вперёд и приземлилась на дерево. Её трясло, словно в припадке, было очень страшно, очень высоко и очень быстро. Девушка отпустила рукоять, протерла лицо, чувствуя, как стирает внезапно выступившие слёзы, и встряхнула руками, сгоняя мандраж.       — Чего застыла?! — заорал инструктор. — Тебе надо быть на точке через две минуты!       Анна кивнула, снова перехватила рукоятки и спрыгнула с дерева. На точке она была через пять минут.       — Плохо, — качал головой Джон Эйри, ожидающий её там. — Хотя, возможно, для первого раза и нормально, но даже мы справились быстрее. Э-эй, командир, ты в порядке?       Нравоучительный тон Эйри сошёл на нет, когда он поднял глаза на Анну. Девушка была невероятно бледна. Настолько, что на лице проступали вены. Из глаз катились крупные слёзы.       — Это пиздец как страшно, — прошептала она.       Джон кивнул. Командир с трудом отцепила свою мертвую хватку от рукояток и стерла слёзы. Перед глазами до сих пор с пугающей скоростью проносились деревья с ветками, внезапно вырастающими из ниоткуда, и земля, угрожающе близко приближающаяся и тут же резко проваливающаяся. Анну замутило. Она сплюнула желчь и стала дышать глубоко и ровно, заметив, что дыхание сбилось.       — Командир, — Эйри обеспокоенно смотрел на Анну. — Если вы не научитесь управлять УПМ, ваш план полетит коту под хвост. Соберитесь.       — Я понимаю, — протолкнула Анна ком в горле. — Я справлюсь. Дайте мне время отдышаться.       Эйри молча кивнул и отвернулся. Из чащи послышался шум, значит, приближались остальные. Когда на точке стали собираться люди, Анна вновь нацепила маску спокойствия. Всё с ней хорошо, не надо так смотреть. Отто, крепыш почти одного роста с Анной, и тот справлялся с УПМ в разы лучше. Отряд собрался, Джон кивнул командиру.       — Возвращаемся, — Анна развернулась лицом к лесу. Затем повернулась и с усмешкой кинула отряду: — Не отставайте!       Ребята заулыбались. Все прекрасно видели, с каким трудом девушке даётся УПМ, и эта дерзость, этот вызов, который она бросила в столь беспомощном состоянии, говорил о том, что она не только не сдаётся, но и норовит обогнать каждого из подчиненных.       К инструктору вернулись полным составом. Никто не отстал. Придирчиво осмотрев курсантов, он выборочно проверил расход газа и покачал головой. Конечно, это было почти столько же, сколько расходуют все новобранцы, но требования к этому отряду были куда жестче.       — Джон Эйри! — обратился инструктор к своему доверенному лицу в отряде. Они были одного возраста, роста и телосложения. Даже лицом чем-то напоминали друг друга. Наверное, от этого и такая симпатия. — Какое время у Анны?       — Две с половиной минуты, сэр! — честно солгал Эйри.       — Да неужели? — хищно повернулся к девушке инструктор. Анна стояла рядом, вытянувшись по струнке, и нисколько не изменилась в лице, услышав ответ Джона. — Ну что ж, оставлю это на вашей совести. Если из-за её слабости вы погибнете, сами будете виноваты. — Инструктор развернулся и пошёл вперёд. — Продолжаем. Ещё десять заходов. Эйри, отчитаетесь мне потом по времени.       — Есть, сэр!       Анна смотрела на свой завтрак мертвыми глазами. Как только она представляла, что что-то проникнет в неё кроме воды, становилось дурно. Видимо, желудок сам ещё не отошёл от тех скачков на тренировке. Анна подняла глаза, скользнув взглядом по отряду, — все уплетали за обе щеки, не отрываясь от тарелки. Девушка вдруг спросила себя, как они могут набивать брюхо, зная, что, возможно, их дети сейчас голодают? И сама же ответила — они набираются сил, становятся сильнее, чтобы исполнить её план, получить деньги и вытащить семью из той ямы. А затем они будут кормить детей до отвала и радоваться, видя, как их кости наконец обрастают мясом и, возможно, даже жирком.       — Ешь, командир, — Отто под столом пнул её ногой. — Если ты загнешься, вся проделанная нами работа не будет стоить и ломанного грошика. Я этого не допущу.       — Я понимаю, Отто, — кивнула девушка и закинула в рот пару кусочков мяса. — Спасибо.       Она понимала, что эта забота корыстна, но всё же — это была забота.       Спустя неделю тренировок по плану и ещё лишних дополнительных занятий, в которых Эмма согласилась помочь, Анна наконец смогла успевать в установленный срок к точке. Прошло ещё две недели и несколько самостоятельных тренировок, и она смогла поддерживать уровень траты газа на стабильно невысоком уровне. Девушка смогла не только перебороть страх, но и найти что-то, что ей нравилось при использовании УПМ.       Тренировки проходили в утренние часы с четырех до двенадцати, потом спали до четырех дня, затем занимались в вечернее время до двенадцати ночи. Потом снова ложились спать. Такой марафон был весьма изнурительным: Анна маялась с головной болью; пока не привыкли, первое время многих клонило в сон на лекциях по утрам, а вечерами тренировки шли из рук вон плохо. Однако вскоре организм привык и дело пошло проще.       Инструктор выделял Эйри, Эмму и ещё пару человек, как потенциальных лучших курсантов. Анна входила в список на отчисление. От такого хотелось просто плакать, но у девушки на это не было времени.       — Два месяца, — Анна бормотала себе под нос, затягивая ремни УПМ. Сегодня она позанимается сама. Ну, как сама? Ещё десяток человек вокруг так же выбрали для своего времяпрепровождения тренировку с УПМ. — Два месяца, а я не вижу изменений. Что я делаю не так?       Анна сильно затянула ремень на бедре. Со временем от такого частого и интенсивного использования этих ремней на теле стали появляться характерные следы. Когда они с Эммой пошли ополоснуться, девушка всерьёз забеспокоилась о командире. Натертая кожа красными следами повторяла очертания ремней на теле, в большинстве своём на бедрах и груди. Это было не только некрасиво, но ещё и очень больно. Но что поделать, если, видимо, только через боль можно приноровиться к этому устройству пространственного маневрирования, будь оно неладно. Анне было очень неприятно осознавать, что у неё нет к этому таланта. Но талант, это лишь десять процентов успеха и девяносто процентов работы. Она возьмет своё усердием.       Спустя пару часов прозвучал сигнал к отбою. Девушка сидела на дереве в лесу и скрипела зубами от боли. Из-под перетянутого ремня на бедре выступило пятно крови, которое быстро растекалось.       — Да почему? — Ком в горле встал от такой несправедливости. — Мне это нужно. Я должна справиться. — Анна зло стёрла слезы и встала на ветке, взяв рукояти на изготовку. — Ещё немного. Всё получится.       Когда к концу подошёл третий месяц, инструктор Миллс внезапно объявил о внеплановой проверке способностей. Он решил провести отсев.       После утренней тренировки за завтраком отряд молча наблюдал за тем, с каким упорством командир запихивает в себя несчастный омлет.       — Вы справитесь, — Эмма попыталась поддержать Анну. — Вы ведь столько тренировались. Сейчас результат гораздо лучше. Он сравнялся со средним уровнем курсантов.       — Да, вот только, — Анна прополоскала рот, — нас будут оценивать по отдельно составленным критериям. Для нас всё это пройдёт гораздо жестче.       — Вы ведь сами составляли этот план, так, командир? — Отто недоумевал. — Неужели так сложно было оценить свои возможности и свою подготовку?       — Всё было оценено. Я всё продумала. Не волнуйтесь, я вас не подведу.       На самом экзамене, проведённом для курсантов, отсеялось порядка пятидесяти человек. Общий набор в этот год составлял где-то человек двести, может, двести двадцать. Тодд Миллс сократил набор на четверть. Это были не только неспособные к управлению УПМ, но и слабаки в учёбе, и в простой работе в училище, среди отчисленных были те, из кого вполне себе вышел бы неплохой кадет, но по каким-то личным оценкам Миллс решил избавиться от него уже спустя три месяца. Анна пояснила отряду, с чем это связано:       — Миллс не хочет портить себе статистику. В большинстве своём его курсанты попадают в Военпол, остальные идут в Разведку. За все двенадцать наборов ни один курсант не пошёл в Гарнизон. Как думаете, почему?       — Здесь готовят лучших из лучших, — усмехнулся Дерек.       — Высший сорт, — кивнул Отто.       — Погодите-ка, — вдруг осознал один из друзей Отто. — То есть если к ним такие жесткие требования, какие же критерии отбора вы подготовили для нас, командир?!       — Не переживайте. Мы все сдадим. Вам понравится этот экзамен, — Анна улыбнулась своей коронной, не предвещающей ничего хорошего улыбкой.       После дневного сна их отряд на плацу собрал Миллс и объявил Анне о готовности униформы. Сказал он это с таким презрением, будто выплюнул. Не обратив внимание на подобное отношение, Анна гаркнула на отряд, чтобы быстро разобрали свою одежду и через пятнадцать минут в полной боевой готовности стояли у конюшни. Инструктор усмехнулся и сам направился в кабинет собрать вещи. Ради такого экзамена даже он был готов размяться.       К заходу солнца отряд Анны, а также оценивающая комиссия, стояли у ворот из восточного города Стены Мария.       — Вы рехнулись, командир, — прошептал Эйри, глядя на величественный подъём врат.       — И слава богу, — осклабилась Анна, в предвкушении дыша всей грудью, — нормальный не пошёл бы на такое.       — Вперёд! — рявкнул инструктор и вся их процессия, провожаемая удивленными и непонимающими взглядами солдат Гарнизона и редкими прохожими, выехала за пределы Стены Мария.       Мир титанов встретил их чистым, освежающим вечерним воздухом. Как только они выехали и проехали метров пятьсот по прямой, взяли круто на юг, к плато.       Месяц назад Анна пришла к бывшему майору Миллсу и предложила провести экзамен для своего отряда. Экзамен на реакцию на титанов. Раз её отряд изначально собран только и исключительно для убийства этих существ, будет очень странно, если в момент первой встречи люди испугаются настолько, что не смогут прикончить даже обездвиженного. Спустя неделю после того разговора был разработан план этой проверки и, собрав необходимую информацию, вся пачка документов направилась в столицу на одобрение. И вот около трёх дней назад было получено одобрение на вылазку, которая не будет фиксироваться в общем реестре. Если кто-то погибнет, это будет записано как несчастный случай и не покроется государством. Грубо говоря, проводят этот экзамен инструкторы и оценивающая комиссия на свой страх и риск, поэтому их и было немного. Да и то только потому, что Тодд Миллс приказал.       Экзаменуемый отряд вполне уверенно держался в седлах, перекличка была негромкая, немногословная и информативная. Анна держалась впереди, чтобы отряд не пугался её безумного взгляда — девушка была в восторге, оказавшись за Стеной в мире титанов. Когда чуть больше полугода назад её обнаружили разведчики, Анна была ошарашена. Она не встретила ни одного титана, но те допросы, что ей устраивали, пока не добрались до штаба, были, пожалуй, даже страшнее. Ей безумно хотелось увидеть титана своими глазами и уверовать в то, что её план осуществим.       — Слева, двое, пять и семь метров, — крикнул Дерек.       — Двигаются? — Анна взволнованно приглядывалась.       — Нет, уже, вроде, стоят, — подслеповато сощурился Дерек.       — Внимание! — Анна подняла руку. — Эмма, слева, твой пятиметровый. — Эмма и ещё пять человек отделились от отряда и поскакали к едва заметному в надвигающейся тьме среди деревьев титану. — Отто, справа, семиметровый. — Отто и пять его человек ускакали вперёд, полукругом направляясь к титану у плато. — Джон, защита. — Эйри махнул рукой своим людям и те отделились от отряда, образовав круг в диаметре десять метров. — Внимание! Оружие на изготовку!       Тодд Миллс одобрительно кивал, глядя на то, как соплячка раздаёт приказы. Ей это шло, не поспоришь. Один из членов оценивающего отряда умудрялся делать пометки в журнале на скаку.       — Командир! — завопил Отто, когда Анна оказалась в зоне слышимости. — Этот двигается!       — Соблюдать дистанцию! Рост титана — ваша дистанция от него! — Анна притормозила коня.       Все остановились. Сумерки ушли, наступила самая настоящая ночь. Миллс с трудом различал силуэты титанов, скрытых к тому же деревьями. Однако судя по спокойствию отряда Анны, для них эта темнота и не была такой уж темнотой. Ветер сдул облака и простор осветил полумесяц нарастающей луны.       — Ну что, ребята?! — Анна сверкнула оружием. — Кто хочет записать на свой счёт первых титанов в своей жизни?!       Раздались одобрительные выкрики, насмешки, поддержка, возгласы. Анна кинула взгляд на Эйри и отделилась от круга защиты, направившись в сторону группы Отто. За ней круг тут же сузился, сохраняя дистанцию.       — Что, Отто, никак в штаны наложил? — Анна подъехала к командиру группы.       — Да ты только глянь, командир, какой милашка нам попался! — Отто хохотал так, что сыпались листья с дерева, из-за которого выглядывал титан.       — Ебу-у-утся кошаки! — Анна присвистнула, глядя на гуманоида. Улыбчивое лицо размером в два метра медленно-медленно опускалось, следя за подъехавшими людьми.       — Клянусь, встретил бы я такого в тени Подземного города, обосрался бы! — хохотал один из пятерки.       Анна не сдержала истерического хохота.       — Ну так что? Кто его, а, ребята? — она окинула взглядом группу. — Или вы любезно уступите и дадите девушке открыть счёт?       Сзади послышался грохот. Все обернулись. Отряд Эммы возвращался к Джону. Дерек улыбался похлеще любого титана, а от его обрызганной кровью одежды валил пар.       — Прости, командир, — рыкнул один из пятёрки, — но этой сучаре я уступить не могу!       Вжикнули тросы, мужчина взмыл в воздух и с криком снёс шмат мяса титана размером с молоденькую свинью. Группа одобрительно загудела. Приземлившийся в седло убийца оскалился и победно взглянул на Анну. Девушка демонстративно поаплодировала, на что мужчина, в свою очередь, театрально поклонился. Они вернулись в круг.       — Эмма? — Анна взглянула на своего полудесятника. Та кивнула, значит, с её группы все на месте. — Отто? Джон? Отлично, я тоже на месте. Возвращаемся! Отто, прикрываете!       Отряд двинулся тем же путём обратно в город. Когда поравнялись с ожидающим в отдалении оценивающим отрядом, Анна улыбнулась одобрительному кивку Миллса.       Когда показались ворота, раздался предостерегающий возглас Эммы:       — Справа, девиант, шесть метров, быстро приближается в нашу сторону!       Анна зло выругалась. Конечно, никогда и ничего в первый раз не может пройти гладко. Всегда будет какая-нибудь дребедень.       — Джон, не желаете ли проявить себя? — обратилась Анна к скачущему рядом Эйри.       — Как прикажете, — без особого вдохновения кивнул тот и вместе со своей группой отделился от отряда.       — Эмма, дистанция, страхуй!       — Есть! — Локк со своими людьми заняла позицию между группой Эйри и оставшимся отрядом.       Анну трясло, руки заледенели, она пристально следила за группой, двигающейся навстречу медленно приближающемуся титану. Вдруг раздались хлопки, несколько человек из той группы взмыло в воздух и обосновалось на ближайших деревьях, которые вот-вот должен был обогнуть гигант. Огромное толстое тело быстро прошагало мимо — наверняка при свете дня этот титан развивает значительную скорость, — и собралось было кинуться на группу, но тут двое на деревьях ринулись вперёд. Один ловко подрезал сухожилия у пяток, уличив момент при переносе ноги, когда они были приблизительно на одном уровне. Другой проскочил мимо, раскрутился и вырезал слой мяса из основания шеи. Шестиметровая туша рухнула, подняв облако пыли.       — Вперёд, вперёд! — придя в себя, стала подгонять Анна и пришпорила коня.       Группа Джона влилась в группу Эммы и затем они вместе присоединились к отряду. Анна одобрительно кивнула поравнявшемуся с ней Эйри. Тот, не изменившись в лице, легко подмигнул ей и снова уставился вперёд. Ворота открылись как раз когда они подъехали. Ворвавшись в город, отряд не остановился, а проскакал до самых следующих ворот, которые не закрывались даже на ночь, а оттуда напрямик в училище.       — Хорошая работа, — удивленно произнес глава оценивающего отряда, сидя за столом. Он поднял голову от бумаг, которые сам заполнял на скаку, устав разбирать дерганный почерк, и взглянул на стоящих перед его столом в два ряда людей. — Сколько, говорите, вы в училище?       — Три месяца, сэр! — отрапортовала Анна, стоя на шаг от отряда ближе к столу.       — Поразительно, — округлил он глаза. — Такая слаженная работа. Вам остается только гордиться своими солдатами, командир Анна! Через пару месяцев они вполне смогут достичь тех целей, что вы перед ними ставите.       — Через несколько месяцев, сэр, — Анна хищно улыбнулась, предвкушая будущие победы, — они станут лучшими из лучших!