Глава 18.
28 января 2024 г., 12:33
Анна сидела за столом на кухне в поместье Палачей и ковырялась вилкой в омлете. Мысли были далеко от завтрака, так что поставленный внезапно перед ней стакан чая заставил вздрогнуть. Эмма одна из немногих, кто остался в поместье — Анна вновь отправила отряд на внеплановые выходные, раздав «домашнее задание».
— Кто у нас сегодня, Эмма? — девушка устало потёрла глаза. Утро только начиналось, а она уже чувствовала себя раздолбанной.
— Фермерское хозяйство на севере, в том же направлении шахты, затем ближе к трём дня ожидаем возвращения мэров с новостями из столицы, — Локк села рядом, пригубила чай.
— Угу. Что там отряд? Кто как справляется с работой?
— Отто со своими работает в трактире, оттуда же, считай, под прикрытием, разбирается с главарями. Сейчас полная неразбериха, но наши справляются весьма успешно. От Эйри пока никаких новостей, он тенью ходит за начальником Военпола, слушает, наблюдает, делает выводы. Мне кажется, от нашего Джона у мужика скоро начнётся нервный тик, — женщина тихо хихикнула, желая поднять настроение командору, но та не изменилась в лице — усталость и серьёзность не отступали. — Люди Эйри пока прогуливаются среди беженцев, внимательно следят за порядком и докладывают о недовольстве среди них. А Фрэнк с моими людьми занимается финансами. Хоть за это я спокойна. Мальчишка весьма неплохо считает деньги.
— Хорошо, — удовлетворённо кивнула Анна и встала из-за стола, так и не доев завтрак. — Поехали поскорее разберёмся с насущным. Жопой чую, скоро даже на такие элементарные дела не будет времени.
С фермерами на севере возник конфликт. Разумеется, люди были не против лишних рабочих рук и готовы хоть сейчас брать беженцев на работу, но запрашиваемая оплата такого труда их почему-то возмущала. Анна обсуждала со старостами этот вопрос на таких повышенных тонах, что Локк забеспокоилась. Командор никогда не позволяла себе истеричных ноток в голосе, если того не требовала ситуация, но сейчас готова была сорваться по любому пустяку. В конечном итоге, верх над злостью взяла расчётливость и рассудительная натура, так что по окончании сложных переговоров, затянувшихся почти до полудня, Анна со старостами вполне мирно пожали друг другу руки. Командор хотела предусмотреть все возможные перспективы развития нынешней критической ситуации, старалась в кратчайшие сроки гармонично пристроить всех беженцев так, чтобы они не стали обузой, однако порой спотыкалась на мелочах. Именно для этих случаев она и попросила Локк помогать ей. Две женщины в паре вполне справлялись с тонкой работой по налаживанию связей и продумыванию нюансов.
С начальниками шахт разговор также не задался. Работников им, видите ли, хватало, а понабежавшие дармоеды со Стены Мария будут только путаться под ногами. Анна давно просекла деление в этом государстве по областям — Стена Мария это основные посевные зоны страны, за Стеной Роза были развиты (насколько это возможно в их условиях) производство и добывающая промышленность, а вот за Стеной Сина собиралась вся руководящая верхушка. Командор ещё на первых порах своей жизни здесь обратила на это скептический взгляд, но у неё до сих пор не было времени что-то начать менять в этих устоях, а сейчас, к сожалению, уже поздно. Видимо, на фермеров вышла вся злость Анны, так что с начальниками шахт она разговаривала спокойным твёрдым голосом, рассматривая все возможные варианты по найму беженцев. В конце концов, и здесь девушка вышла победителем, выбив полтысячи рабочих мест. Однако переговоры длились почти шесть часов, так что в Каранес девушки прибыли под вечер. Анна отпустила Локк домой отдохнуть, пока есть возможность, а сама направилась в дом мэра.
— Какие новости? — с порога, без приветствия, начала она.
— Всё очень плохо и неоднозначно, — вполне привыкнув к такой форме их разговоров, встретил её мэр Каранеса. — Вам лучше присесть, командор.
И действительно, Анна была очень благодарна за такое заботливое вступление. За каких-то три-четыре дня после всех событий эти ублюдки из столицы умудрились сделать что-то, на что у них обычно уходило времени от года до бесконечности: начали разрабатывать новые законы, мобилизовали резерв военной полиции и направили их в города для «помощи» гражданам, выписали распоряжения о создании пунктов размещения для беженцев. Мэр Каранеса довольно усмехался, когда рассказывал это, ведь абсолютно те же действия предприняла Анна, причём ей на это потребовалось в разы меньше времени. Также руководство переложило на мэров городов большую часть задач и работы по разгребанию всего этого дерьма.
— Кроме того, когда мы рассказали о том, что вы сделали, командор, — заговорил мэр эвакуированного города, — вас потребовали в столицу. Несмотря на документарное подтверждение вашего назначения на пост временно исполняющего обязанности мэра, главнокомандующий Закклай был… мягко говоря, недоволен вашим самоуправством.
— А о чём конкретно вы ему рассказали?
— О ваших первых распоряжениях, как главы города, только и всего, — развёл руками мужчина.
Анна поджала губы. Да уж, ситуация с Дариусом может осложниться, ведь по всем правилам она не имеет права на подобные действия, даже с согласия главнокомандующего. Однако чрезвычайное положение дел, действительно выходящее за рамки нормальности, вынудили её поступать так, как считала нужным. И пока, судя по приходящим ежечасно отчётам из разных структур, это никому не навредило.
— Столица подождёт, — Анна сложила руки перед собой в замок, задумчиво пожевав губами. Мэры удивлённо и опасливо переглянулись — какие же надо иметь яй… нервы, чтобы перечить королевскому двору? — Завтра назначена встреча с беженцами, мне нужно будет объяснить им их новое положение. Пока переговоры с начальниками различных областей проходили гладко, многие готовы принять новых работников. Основные сложности вылезут через месяц-два, когда правительство очухается и поймёт, что сокращение земель с сохранением численности людей может серьёзно ударить напрямую по ним.
Анна рассуждала вслух, не особо заботясь о внимательно слушающих мужчинах. Она надеялась, что они услышат в речах нужные сведения и направления для собственной деятельности.
Закончились их разговоры только к полуночи. Командор устало направилась в знакомый трактир. Отто встретил её горячим супом и, пока она ужинала, рассказывал о теневом состоянии города. Как и предполагалось, обескураженность от случившегося на некоторое время притормозила всю работу этого сектора. Но как только первая волна схлынет, велика вероятность стихийных вспышек разбойных нападений. Девушка попросила своего подопечного поддерживать состояние относительного мира как можно дольше, пока она не разберётся с беженцами.
— Есть что-нибудь от Эйри? — Отто стал забирать пустую посуду.
Анна покачала головой. Неразбериха наступила такая, что удивительно, как какие-то её агенты ещё в состоянии нормально работать и отчитываться в обычном порядке. Командор рассказала о своих планах по приезде в столицу и попросила Отто совместно с другими командирами разработать какой-нибудь комплекс мер по выживанию, ведь те условия, которые она предложит в Митре, могут сильно сказаться на сферах влияния её людей. Мужчина хотел поинтересоваться, а зачем тогда вообще нужны такие условия, но вовремя понял — сейчас это необходимая мера, чтобы сдержать разрывающий этот округ хаос. Взвесив всё, он пожелал своему командору успехов в предстоящих разговорах. Анна на это лишь невесело усмехнулась.
На следующее утро командор Палачей стояла на импровизированной трибуне в лагере беженцев.
— Всем вам прекрасно известна сложившаяся ситуация, и расписывать в очередной раз то дерьмо, в котором мы находимся, не вижу смысла, — говорила она. — Прежде чем сообщать новости, давайте облегчим друг другу этот труд и немного разделимся. Мне известно, что среди вас наибольшее число составляют фермеры и животноводы. Эту категорию граждан я попрошу отделиться и направить своих представителей в поместье Палачей, о местонахождении которого вам любезно сообщит наш доблестный Военпол. — Когда чуть больше половины собравшихся схлынуло, Анна вздохнула свободнее. — Теперь попрошу всех ремесленников собраться у старой мельницы, желательно поделиться на основные ремёсла, кто чем занимается, и так же выдвинуть из своих рядов представителей, с кем будут проведены переговоры. — Ещё почти четверть беженцев ушла в указанное место. Анна посмотрела на оставшихся. — Не в моих правилах лгать о действительности. Всем всё понятно, ситуация хреновая, но общими усилиями мы выгребемся из неё. — Среди оставшихся были в основном дети и женщины. — Жители Каранеса примут вас на работу, и мой вам совет — беритесь за то, что предлагают. Хотя бы в ближайший год, пока ситуация не станет более очевидной, вам необходимо быть полезными.
— Куда уж очевиднее ситуация?! — спросила стоящая ближе всех женщина. — Мы в одночасье потеряли всё. Всё! Вся жизнь осталась по ту сторону Стены!
— Ваша жизнь всё ещё при вас, — покачала головой Анна. — И как вы ею распорядитесь, решать вам.
Ремесленников у старой мельницы встретил Джон Эйри с главой Военпола Каранеса. Они некоторое время пообщались с представителями и пришли к выводу, что такое количество мастеров Каранесу не нужно. Конечно, большинство останется, ведь необходимо обустраивать новую жизнь, например, некоторые направятся в каменоломни, а плотники займутся возведением новых домов. И всё же многим придётся искать работу в других городах. Были составлены и разосланы запросы на Стены Роза и Сина, а также в столицу, и в ожидании ответа ремесленники будут заниматься в поле. Эйри поговорил ещё немного с представителем аптекарей, предложил ему работу в новой структуре, которую курировала Анна. Старик обещал подумать.
В поместье Палачей фермеров встретила Эмма, а с животноводами разбирался Отто. Локк обсудила перспективы возделывания здешней почвы и направила представителей по четырём основным направлениям, где жители Стены Роза были готовы принять их услуги и с кем они с Анной успели договориться. С животноводами ситуация обстояла сложнее. Утрачена почти половина всех пастбищ, большинство животных осталось на той стороне и теперь люди хватались за голову, не представляя, как это всё возвращать. Отто обещал направить этот вопрос командору, которая сможет перенаправить его в столицу, а пока что нужно было справляться теми силами, что были. Зная область Стены Роза, он предложил представителям животноводства попробовать свои силы на западе. Перераспределение людей сейчас было самым разумным поступком.
Вечером того же дня основные действующие лица вновь собрались в доме мэра. Командиры отчитались о проделанной работе, Анна скомпоновала информацию и вместе с мэрами составила необходимые для столицы документы. Так как теперь очередь командора ехать в Митру, она решила подготовиться настолько, насколько вообще представлялось это возможным. Девушка даже попросила всю группу задержаться и несколько раз выступила перед ними со своей речью, а потом спросила, достаточно ли убедительно звучала. Мэр Каранеса заявил, что, будь у него деньги, как у министров и аристократов, он бы выделил всё до последнего медяка на просьбы командора. Смех благотворно разрядил напряжённую обстановку, и Анна немного успокоилась.
Столица встретила её странным оживлением: по улицам сновали чиновники, обычно тихо сидящие по своим кабинетам, строем ходили отряды военной полиции, было закрыто большинство магазинов и ресторанов, практически не было праздно гуляющих горожан. Анна смотрела на быстро меняющийся мир и внутренне задыхалась от устроенной гонки. Больше всего она переживала о том, а поспеет ли она со всем своим багажом планов и ответственности за теми, кто подобным не обременён, и сможет ли отстоять свои границы. А что ещё интересно, как скоро её одёрнут и напомнят об изначальных обязанностях?
— Анна, ты переходишь границы дозволенного, — Дариус сопровождал командора Палачей на внеочередное заседание министерства.
— Да, сэр, — девушку потряхивало от нервов и нетерпения, — но это необходимая вольность в сложившейся ситуации.
— Я-то тебя знаю и прекрасно понимаю, — мужчина открыл дверь залы, понижая голос, — но вот сможешь ли убедить в этом остальных, остаётся под большим вопросом.
— Постараюсь, — она пожала плечами.
Столько криков на заседании, по словам Дариуса, не было никогда. Мэры городов Стены Роза орали о сумасшедшем количестве людей, хлынувших на улицы их городов, и вероятности разрушения ещё и этой Стены, министры финансов и сельского хозяйства в ужасе тормошили свиту короля, говоря о крахе человеческой цивилизации, а командующий Найл Док, кажется, от усталости готов был рухнуть там же, где и стоял. Анна с удовольствием наблюдала всё это лицедейство, не скрывая любопытства и насмехательства, — всё то, что сейчас творилось в зале, происходило и в её собственном мозгу в момент, когда она объявляла себя мэром Каранеса. Только вот в том случае девушка смогла быстро разрешить нависшие проблемы жёсткими приказами, выбрав наименее травмирующие пути выживания. А все эти люди в форменных одеждах сейчас казались ей не более, чем клоунами, разыгрывающими несмешную сценку — всем, кто хоть немного понимал в политике, давно было ясно, что всё решено и творящийся балаган был нужен для оттягивания времени и отведения глаз. Наконец, слово взял глава министерства, и как-то резко весь диалог пошёл лучше и спокойнее. Через некоторое время выступить с докладами о текущей ситуации пригласили мэров городов Стены Роза. Именно спокойно доложить обстановку, а не орать во весь голос о панике в их городах.
— Из восточного города и прилегающих территорий Стены Мария в Каранес люди эвакуированы без потерь среди простого населения. Наибольшие потери зафиксированы в рядах Разведкорпуса. — Анна, в отличии от своих предшественников, выступала без упора на листочки с текстом. — На данный момент население спасённой области задействовано во всех возможных сферах: люди устроены работать в шахты, на поля, по своим основным ремёслам. Несмотря на то, что главной проблемой сейчас является размещение граждан, вопрос с занятостью решён в кратчайшие сроки. Разумеется, остаётся пункт об оплате труда, но я надеюсь, — Анна повернулась к министру финансов, — общими усилиями мы решим этот вопрос. — Министр раздражённо фыркнул. Командор продолжила: — Большинство из эвакуированного населения — это фермеры и животноводы, которые в одночасье лишились своего дела. Моя группа специалистов разработала несколько вариантов развития событий, — девушка решила, что если назвать свой личным план «работой группы специалистов», это будет звучать убедительнее, — и для дальнейшего их разбора на переговоры потребуется министр сельского хозяйства, — Анна кивнула в его сторону, на что дородный старик недовольно кивнул, — и глава Разведкорпуса, — в сторону Смита она не повернулась.
— Командор Анна, — весьма неуместно протянул Найл Док, — это правда, что вы объявили себя временно исполняющим обязанности мэра Каранеса?
— Да, это так, — без запинки и стеснения подтвердила Анна. По залу заседаний пронёсся неодобрительный гул.
— И вы объявили в городе чрезвычайное положение, не согласовав это с правительством?
— Это была необходимая мера, которая позволила городу в сжатые сроки прийти в себя и заняться размещением эвакуированных людей. Иногда нарушение правил требуется, чтобы сохранить жизни. — Анна обвела толпу бюрократов напряжённым взглядом. Нет, это была не та публика, с которой можно разговаривать на подобном языке. Но тем и хороша Анна, что легко подстраивалась. — Восточный город Стены Мария был оставлен очень быстро, команда разведчиков и Палачей вытащила тех людей, кто способен работать и приносить пользу государству. — Командоры и Дариус удивлённо посмотрели на Анну, не ожидав такой резкой смены вектора разговора. — Они занимаются общественно полезным делом — работают там, где не желали работать жители этих Стен. И делают они это за какую-то жалкую треть основной ставки, так что особо большого убытка для бюджета Каранеса не ожидается. Среди спасённого населения есть неплохие кадровые специалисты, которые помогают потерявшим всё людям с документами. Вы удивитесь, господа, но им практически не требуется господдержка. Народ в состоянии обеспечить и себя, и столицу всем необходимым. Просто надо ему не мешать. — Некоторые министры усмехнулись. Командор подошла ближе к парапету, за которым сидели чиновники, и плавно опёрлась на него, оглядывая мужчин. — В конце концов, умелое руководство внезапно пополнившимся стадом даст пастуху только выгоду.
— Не забывайте о том, что пастбища сократились, — наклонился к ней министр финансов. — Пастуху будет мешать такое поголовье.
— Даже с худой и изнурённой овцы всё ещё можно состричь шерсть. И лучше хоть какой-то клок, — Анна вперила в него колючий взгляд, — чем его отсутствие, сэр.
Министр качнул головой. Жадность и расчётливость капиталиста боролись в его душе, попеременно беря верх. Палач этого и хотела. Пусть думают о ней, что пожелают, но сохранить жизни для неё является первоочередной задачей, к каким бы отвратительным словесным уловкам не пришлось бы прибегнуть.
Следом за Анной выступал представитель северного города Стены Роза, в котором так же был наибольший наплыв беженцев. В связи с оперативно доставленными известиями, город смог в короткие сроки эвакуироваться. Даже лучше, чем это сделал восточный город. Северяне успели забрать документы и небольшой скарб. Однако и среди их подразделения Разведки понесены колоссальные потери, характеризующие неопытность тамошних солдат.
По окончании заседания были подписаны несколько новых законов касательно жителей павшей Стены Мария, ужесточающих требования к ним как к работникам. Анна читала эти кабалистические условия в законе и внутренне содрогалась — неужели народ стерпит?
Затем её вызвал к себе министр финансов и потребовал изложить свои мысли по поводу новых мер.
— Сэр, выдвинутые требования к потерявшим всё и вся гражданам бесчеловечны, — в лоб заявила командор. Анна облокотилась на его стол, нависая над бумагами: — Почему бы не поступить чуточку умнее?
— Что ты предлагаешь, девочка?.
— Сохраните им прежнюю оплату труда, но повысьте налоги, — девушка легко пожала плечами и сложила руки на груди. — Всё просто — о сохранении зарплаты сообщите в прессу, пусть об этом узнают все, а повышение ставки налога на несколько процентных пунктов должно пройти в тишине. Народ успокоится, зная, что их труд оплачивается как обычно, но, — она усмехнулась, — реальные деньги правительство не потеряет, забрав их налогом. И все в выигрыше — народ спокоен и вы при деньгах.
На самом деле страну так и так ожидала жесточайшая инфляция, так что какая к чёрту разница, когда это произойдёт? Мужчина задумался, отвернулся, глядя в окно, и потёр седую щетину. Мысль ему явно понравилась, только вот зачем командору Палачей — якобы защитнице народа — предлагать подобные условия? Он покосился на неё, но не смог прочитать. Желая поскорее избавиться от её присутствия, он согласился обдумать решение и дать ответ тем же вечером.
За дверью кабинета её ждал Эрвин, вместе они направились к министру сельского хозяйства. Смит предложил сначала рассказать ему свой план, чтобы они вместе придумали стратегию достижения наилучшего исхода переговоров с министром, но Анна лишь усмехнулась. Ей сейчас не до многоплановых необоснованных интриг, которые, к тому же, совершенно не нужны. Она устала, дико хочет есть и спать. С начала всей этой катавасии у неё не было времени на элементарные человеческие нужды, всё занимало лишь постоянное продумывание дальнейшего хода для выживания своих людей. Анна уже считала Каранес своим, а, соответственно, и его жителей. И так легко играть этими жизнями уже не получится. Ставка игры неимоверно возросла, но командор Палачей пока была в состоянии её поддерживать, а значит, обязана была выжать максимум из этого.
— Так что у тебя за идея? — министр устало сложил руки перед собой на столе. Напротив него в креслах с высокими спинками расположились Анна и Эрвин, и Смит так же заинтересованно повернулся в её сторону.
— У меня такое предложение, — девушка сложила руки на коленях и выпрямила спину, словно держала на голове огромную энциклопедию, — используя стратегию моего отряда и людей разведки, выходить… на охоту, грубо говоря, — Анна позволила себе коротко хохотнуть. — Так вот, суть в том, что большинство домашних сельхоз животных осталось на той стороне, а это страшный удар по пищевой промышленности. Но судя по заверениям животноводов, почти все их звери в основном в стойбищах. А раз титанам плевать на всех, кроме людей, с ними ничего не случилось. Можно попробовать таким образом добывать… — Анна пощёлкала пальцами, подбирая слово, но, так и не найдя нужное, решила выкрутиться более длинной фразой, — …то, что у нас было отобрано.
— Тратить на это столько ресурсов?.. — задумался Эрвин.
— Да какие ресурсы? — фыркнула командор. — Лошади да два сменных баллона газа. Не забывайте, командор Смит, стратегия моя, что уже говорит о восьмидесяти процентах успешности операции. Ваши же там будут только люди.
— И как часто вы хотите делать подобные вылазки? — министр усмехнулся, что-то лениво записывая на лежащем перед ним листке.
— Для начала мой отряд разведает обстановку и подготовит путь, через который мы пойдём, — Анна недовольно смотрела на незаинтересованное лицо чиновника. — Думаю, через пару месяцев мы будем готовы. В зависимости от «добычи» определим и частоту подобных вылазок.
Министр пожевал губами, словно раздумывая.
— Знаете, командор Анна, у вас весьма любопытная репутация, — заговорил мужчина.— Вы успешно умеете обходить законы нашей страны или использовать лазейки в них в своих интересах. А кроме того, словами начальства вы жонглируете так, как это удобно вам, и не воспринимаете приказы должным образом, как то положено армейцам. Вы уж больно своенравны для армии. Если я вам откажу, вы же всё равно поступите по-своему, — не спрашивая, а утверждая проговорил министр, глядя на девушку, — и выставите себя героем в очередной раз. В таком случае, не вижу смысла сопротивляться, потому что считаю, что имею право постоять рядом с вами на этом пьедестале. Однако лично я идею не одобряю, она слишком сырая и не имеет под собой никакой основы. И всё же я даю согласие на этот эксперимент. Что скажете, командор Смит?
— Я против, — заявил мужчина. — Солдаты Разведки сейчас на вес золота.
Анна закатила глаза, встала и похлопала его по плечу.
— Идёмте, командор. Раз министр согласен, — она чуть кивнула ему, видя любопытный взгляд, — мы закончим на позитивной ноте. Уж нам точно, — тихо проговорила Анна, зло косясь на Эрвина, — следует беседовать отдельно.
Командоры сидели в кабинете Смита. Палач закидывала голову, почти засыпая, не помогал даже бодрящий энергетик. Эрвин поглядывал на неё, ожидая начала разговора.
— В общем, так, Смит, — наконец, заговорила Анна, — оцени перспективы: сейчас основное забитое титанами направление, впрочем, как и всегда, — юг, и экспедиции в Шиганшину из Троста особо успешными будут вряд ли, уж прости за честность. Я считаю, что лучше двинуться по кругу из Каранеса на юг, ближе к Стене Мария. Пока основной поток титанов будет привлечён людьми за Стеной Роза, на вашем пути будет разве что десяток этих монстров. Так что, помогая нам, вы, можно сказать, очищаете путь себе. По-моему, выгодная сделка, — девушка посмотрела на мужчину.
— Мысль хорошая, — мягко признал Смит, и Анна нахмурилась — таким тоном ребёнку отказывают в покупке конфеты. — Но сейчас у нас нет столько людей. Половина корпуса лежит в лазаретах, четверть задействована в пунктах эвакуации и работы с беженцами. Остатки работают в штабе, пытаясь решить бытовые проблемы. О вылазках сейчас не может идти и речи. Никто не даст разрешения, да даже если бы оно и было… Мы в не меньшем упадке, чем вся страна. Кроме, разве что, Каранеса, — в этой фразе проскользнули до боли знакомые, но отвратительные нотки. Очень многие задавались вопросом, что сделала Анна, чтобы не дать городу рухнуть в пучину паники и беспорядков. И реальный ответ никого почему-то не устраивал.
— Умение организовывать людей — это мой врождённый дар, — не стесняясь, похвасталась Анна. — Слушай, подразделение Разведкорпуса Каранеса находится под моей эгидой. Ты же не забыл, что в случае объявления чрезвычайного положения во власть мэра переходят все три ветки армии этого города?
— Я не забыл. И хотел с тобой об этом поговорить. — Анна вопросительно изогнула бровь. — Верни мне моих людей.
— Нет.
— Анна, я не шучу.
— Удивительно, но я тоже. Мне нужны все. Здесь и сейчас. Это вопрос не власти, а элементарного выживания. Представь, что весь Каранес и пригород сейчас вкатывает огромный валун в гору. Отними свои полсотни человек, и нас просто всех раздавит. Я не верну их. Не сейчас.
Они ещё какое-то время сидели, вперив друг в друга взгляд. Затем, что-то буркнув себе под нос, Анна покинула кабинет. Эрвин опустил голову, зло выдыхая через сцепленные зубы. Все были растеряны, напуганы, хватались впопыхах делать хоть что-то, спасать разваливающийся мир, и только Анна чувствовала себя как рыба в воде. В каком-то смысле Смит сейчас завидовал ей. Если внутри неё и клубится какая-то паника, то она явно не мешает работать. Глубоко вздохнув, мужчина встал, собрал вещи и поехал в штаб. Рабочих рук не хватало.
***
Анна сидела рядом с очередной стопкой документов, спрятав лицо в ладонях. Со дня падения Шиганшины прошло почти три месяца и, как она и предсказывала, до руководства дошло, как тяжело содержать такое количество народа на небольшой территории. И сейчас перед ней лежали документы на вывод людей за Стену Роза, ради «отвоёвывания» утраченной земли. Она должна была их подписать, как временный мэр, но не могла заставить себя это сделать. Просто не могла. Это шло вразрез с её так тщательно все эти годы создаваемым образом защитника населения. — Командир? — в кабинет заглянула Эмма. — Вы что-нибудь решили? Отряд очень хорошо чувствовал настроение своего командора и все были напряжены, ожидая её ответа. — Эмма, — Анна тяжело вздохнула, похлопала себя по щекам, — что мне делать? Если я это подпишу, всё, над чем я так упорно работала, полетит псу под хвост, а если не подпишу… Я даже не могу представить, что произойдёт в этом случае. — Тогда не подписывайте, — пожала плечами Локк. — Не подписывайте. И посмотрим, что же произойдёт. Я верю в то, что с любыми напастями мы сможем справиться. Уж вам ли привыкать? — Это другое, — усмехнулась командор, качая головой. — Я ведь тоже не слепо защищаю людей. Изучая отчёты, приходишь к выводу, что не всё так складно, как мне рисовалось ранее. — В таком случае, — голос Эммы вдруг приобрёл стальные нотки, — проявите хоть раз твёрдость характера. Прекратите подстраиваться, прекратите пытаться угодить всем и вся и при этом стараться выйти победителем! Я до сих пор удивлялась, как вам это удаётся, но вот настала ситуация, когда вы не можете ничего сделать. Так что вы обязаны принять решение. Анна дёрнула уголком губ. Да, Эмма права. Она как всегда права. Всё видит насквозь. Возможно, командор даже сможет выкрутиться потом как-нибудь, если, наконец, поступит так, как сама видит ситуацию. Она просмотрела все варианты, из кожи вон лезла, чтобы сделать всё идеально, но, кажется, не в этот раз. Девушка покосилась на документы — это были похоронки. Всё же придётся замарать руки в крови невинных. Но как же паршиво на душе. — Я тебя услышала, — сказала Анна и раскрыла документы, — свободна. Эмма спустилась в гостиную, немного удивлённая тем, как быстро командор смогла взять на себя такую ответственность. Хотя, если подумать, делала она всегда всё быстро, но вот потом долго ещё терзалась. Внизу её ждали остальные. — Ну что? — Отто поднялся, подходя к женщине. — Она их подписывает, — кивнула Эмма. Отряд тяжело выдохнул. Все понимали, насколько сложно их командору дался этот выбор. После этого они должны будут внимательнее за ней следить, ведь подобное может сильно пошатнуть её психическое здоровье. — Удивительно, как человек, способный в упор выстрелить в лоб противника, с таким трудом подписывает какие-то похоронки, — удивился один из группы Отто. — У командира странная мораль, — пожал плечами Эйри. — Она быстро просекает людей, судит их и «казнит», если они в её глазах виновны. Но заставить её убить невиновного, если возможны иные варианты исхода событий, как мне казалось, практически невозможно. Через неделю внешние ворота Каранеса были открыты, и на территорию титанов ушло почти полторы тысячи человек. Анна не пришла на это событие. Она осталась одна в поместье и дала себе волю — стирая злые слёзы, с криком крушила свою комнату от ярости и бессилия, от того, что она ничего не смогла сделать, чтобы спасти всех. Это была единственная её задача, и она не справилась. — Вы выбрали меньшее из двух зол, — попытался через несколько дней после этого успокоить её мэр Каранеса. Они сидели в его гостиной, обсуждали дальнейшие действия в этой ситуации, но разговор не клеился. Анна вскинула на него осунувшееся лицо, фыркнула с таким пренебрежением, что мэр невольно поджал губы, посчитав, что сказал какую-то глупость. — Я их убила… Я хотела спасти всех, ведь обещала им, но ничего не получилось. Я… всё же не в состоянии одна противостоять всему миру. — Командор Анна, — мэр слегка приобнял её за плечи и ободряюще потряс, — вы сделали то, что были обязаны. И сделали это лучше всех. Да, за Стену ушли старики и инвалиды, все те, от кого уже нечего ждать, но вы смогли даже здесь оставить себя если не в лучшем свете, то хотя бы не показались со стороны зла, — весь опыт, всё, что могли сказать эти люди, наши писари записали тщательнейшим образом. Эти люди ушли, но их душа всё ещё с нами, в этих словах, в этих житейских мудростях и знаниях. Командор Анна, я уверен, никто не держит на вас зла. И перестаньте теперь вы казнить себя. Анна невесело усмехнулась, спустя время попрощалась с мэром и направилась обратно в поместье. Бредя по плохо освещённым слякотным улицам, девушка пыталась себя оправдать и, по правде говоря, у неё это получалось. Но она всё-таки запятнала себя, и если кто-то захочет, вполне сможет подкопаться к ней. А кроме того, Анна усмехнулась, теперь она не сможет тыкать всем своей непорочностью и благородством. Белые крылья за спиной облиты несмываемой кровью. Не доехав до поместья несколько километров, командор остановилась на перекрёстке просёлочных дорог, оглядывая серый пейзаж, — переход осени в зиму сопровождался проливными дождями, затапливающими землю, превращающими её в настоящее болото. Свинцовые тучи грозились вот-вот рухнуть на землю, и впервые Анна не испытывала восторга, глядя на приближающуюся грозу. Повернув лошадь, она поехала к строящейся деревне беженцев. В дороге её застал холодный ливень, девушка промокла до нитки, продрогла, но почему-то не чувствовала от этого дискомфорта. Кажется, именно сейчас внешний мир наконец соответствовал внутреннему. В огромном общем доме, где в основном собирались женщины и дети, пока мужики работали, бывший мэр отвёл командора в отдельную комнату, посадил у камина высыхать. — Вы не пришли тогда, — с горечью произнёс мужчина. — Я не смогла, — прошептала девушка чуть охрипшим голосом, неотрывно глядя в огонь. — Люди должны видеть во мне сильного лидера, которому можно доверять, но тогда я такой не была. — Её лицо исказилось. — Всё-таки очень сложно не быть, а казаться. Тяжело играть роль кого-то, кем ты, к сожалению, не являешься. Как же бы я не хотела брать на себя такую ответственность, не хотела бы выбирать… — …Простите, — вдруг проговорил мужчина, командор удивлённо взглянула на него, — но я рад, что этот выбор пришлось делать вам, а не мне или кому-то другому. В груди что-то до боли стиснулось, и Анна отвернулась. Со временем разговор давался всё легче. Мэр сообщил, что поселение медленно, но верно отстраивается. Было бы, конечно, проще, если бы работали все их люди, но большинство мужчин, женщин и подростков были заняты в полях, на пашнях, на лесоповале и даже каменоломне. Было тяжело и сложно, но именно то, что они работали, спасло людей от выдворения. В иных областях, где с наймом беженцев шло туго, почти половина из спасённых вышла за Стену Роза, но жители восточного города Стены Мария, а ныне граждане Каранеса, были отгорожены от этой участи — из их числа за Стену вышло лишь семь-десять процентов спасённых. Хотя по условным меркам Анны и это было слишком много. — Давайте отринем чувства и рассудим рационально, — предложил мэр, уже зная, что именно такая позиция лучше всего подходит для командора Палачей. — Благодаря ушедшим появились новые рабочие места, сократилось число домов, которые нужно строить, освободились койки в лазаретах. Да, это бесчеловечно, но мы не можем не смотреть правде в глаза. — Меньше народа, больше кислорода, — хмыкнула Анна и от горечи слов сплюнула в камин. — Увы, но такова реальность. — Мэр раскурил трубку, задумчиво откинулся в плетённом кресле. Затем, наконец, проговорил: — Меня вот что интересует — среди тех, кто выходил за Стену, многих я видел впервые. Это не мои граждане, и явно не жители Каранеса. Кто это был, Анна? — Заключённые, — спустя время ответила она. — Преступники, убийцы, насильники, воры, бандиты. Я вычистила все тюрьмы Митры, Стохеса и Каранеса. В конце концов, требовалось избавиться от людей, но кто это будет, какого качества будут эти люди, никто не уточнял. — А вы страшный человек, командор Анна, — одобрительно и поражённо покачал головой мэр. Девушка пожала плечами. Сейчас ей удалось вздохнуть свободнее. Да, она действительно сделала всё возможное, теперь нужно смириться с последствиями. Когда она вернулась в поместье, на пороге её уже ждали. — Здравствуйте, командир Шульц, — кивнула Анна, открывая дверь и приглашая мужчину. — Какие новости из Гарнизона? — А то вам не докладывают, — фыркнул мужчина, намекая на обширную агентурную сеть командора Палачей. — Я предпочитаю узнавать всё из первых рук, если это возможно. Чаю? — Да, пожалуй. Я пришёл сообщить о том, что ваш запрос выполнен. Две сотни сетей готовы к использованию. Этого количества хватит почти на весь путь до восточного города. — Почти, — уточнила Анна. — И всё же, это хорошая новость. Благодарю. Думается мне, после нескольких вылазок Палачей можно будет снимать режим ЧП. Ульрих кивнул. В скором времени после того, как Каранес стал пограничной зоной с титанами, командор Анна пошла советоваться с главами здешнего Гарнизона, узнавать, на что они способны, и можно ли улучшить связь между городами с помощью дрезины, если заместо механической работы на неё установить газовые баллоны. Ситуация со Стеной Мария показала, чего стоит связь между городами, так что этот вопрос решался начальством в первую очередь. Анна оставила это на них, лишь предложила направить запрос в промышленный город, вдруг там что-нибудь подскажут. А сама решила прогуляться по верху, наблюдая за титанами. Их было не больше, чем за Стеной Мария, когда ещё всё было хорошо, но её не покидала мысль, что зачистить область можно быстрее, если перекрыть южные подступы сетями и просто постепенно сдвигать их всё дальше на юг. Это рискованно, да, но это даст невероятный шанс для отвоёвывания земли. К сожалению, её письмо об этом не убедило министерство и штаб, они посчитали этот метод слишком затратным, поэтому она не смогла добиться отсрочки по выдворению своих граждан. Но сейчас, когда всё готово, она может доказать всем, что её планы имеют под собой обоснованную силу, и они гораздо выгоднее и лучше, чем планы всего правительства в целом. В Митру Анна поехала впервые за почти три месяца после своего последнего несладкого визита. Мало того, что тогда она покрасовалась перед кабинетом министров, выставив некоторых из их идиотами, так ещё и не на самой доброй ноте распрощалась со Смитом. По ходу разворачивающихся событий кампании Анны проходили удачнее, чем у Эрвина, и основную долю финансирования получала именно она. Министр финансов, несмотря на предвзятое отношение к командору Палачей, всё же видел её работу более перспективной, чем очередные безрезультатные вложения в Разведкорпус. Однако благосклонность и влияние Закклая вкупе с хорошей дипломатией Эрвина, который просто не вылезал из столицы, в отличии от Анны, сидящей в Каранесе, принесли свои результаты — бюджет Палачей стал сокращаться в угоду наращивания мощностей Разведки. Анна скрипела зубами. Уж не знаю, рычала она про себя, сидя в каюте и составляя очередную речь для министров, каким образом Смиту удалось переманить на свою сторону этих ублюдков, но пока я не выжму из них все соки, не позволю мне мешать. Закклай встретил командора своего личного отряда не самым приятным комплиментом, обратив внимание на сильно исхудавшее тело и болезненный цвет лица, из-за чего Анна казалась ещё злее, чем обычно. В ответ на это девушка отмахнулась — в отличие от правящей верхушки, устраивающей пир во время чумы, у простых людей паёк сократился втрое. Поел раз в день в обед свежий горячий суп, считай, ты счастливчик. — А поддерживаешь ты в себе жизнь всё ещё своими отварчиками? — интересовалась его секретарша, с любопытством разглядывая девушку. — Нет, блин, святым духом питаюсь, — огрызнулась та. Однако женщина была права, Анна всё чаще налегала на бодрящие напитки и обезболивающие, а потом неделями мучилась резями в животе. Казалось, единственное, что ещё удерживало её от обмороков, это природное упрямство. — Ужасно выглядишь, Анна, — заметил Смит перед дверьми зала заседания. Он как раз заходил туда, за ним шли капитан Леви, майор Ханджи и Мик Закариас. Анна прошла в открытую Эрвином дверь и попыталась мило улыбнуться: — Ты тоже. На заседании малого собрания решали вопрос о финансировании. Гарнизон имел стандартное жалование, так что Пиксис, вероятно, зная об этом, даже не пришёл, Военпол получал различные надбавки за не пойми какую работу, но спорить здесь было бесполезно, — это ставленники правительства, единственный их щит в случае чего, конечно, их будут кормить до отвала, — Разведкорпус требовал большего выделения средств. А вот с отрядом Палачей разбирались долго — из-за ситуации в Каранесе большинство её людей занимались, мягко говоря, не тем, для чего изначально были собраны. Анна рикошетила вопросы как могла, но в конце концов пришлось оправдываться, придумывая на ходу правдоподобный вымысел, сильно нагнетая реальное положение дел. И у неё получилось-таки отбиться от неудобных вопросов. Теперь настала её очередь их задавать. Анна подняла вопрос о целесообразности столь сильного финансирования Разведкорпуса. Стоящие за парапетом напротив неё разведчики все как один прожгли её убийственными взглядами. Даже Дариус, стоящий рядом, больно отдавил ногу, пытаясь прервать поток мыслей и рассуждений Анны. Однако ничего не вышло. Девушка с абсолютно спокойным лицом доказывала, что действия даже горстки Палачей по итогу выйдут эффективнее, чем очередная вероятная экспедиция (ведь речи о ней пока даже не заходило). После падения Шиганшины и всей области Стены Мария, её отряд закрылся для запросов о зачистках. И Анна не преминула воспользоваться печальной статистикой корпуса, сравнивая её с предыдущими годами работы Палачей и Разведки в тандеме. Эрвин хотел было перекрыть её голос, но на стороне девушки были реальные факты и цифры, а у него лишь патетичные заявления и вечные обещания. И вот, когда она растоптала Разведку в пух и прах, командор Анна решила снизойти до них, словно ангел с небес: — Однако я всё же не отказываюсь от того факта, что разведчики лучшие в своём деле. Я предлагаю выделить мне группу, с которой мы выберемся из Каранеса и насколько это возможно проследуем на юг. Больше узнаем об обстановке, о количестве титанов на квадратный километр, подсчитаем реальную вероятность успешности будущей миссии. Разумеется, если командор Смит откажется, я не стану настаивать. И всё же напомню, что под моим командованием Разведка восточного города Стены Мария смогла наиболее эффективно противостоять титанам и вывезти людей из города. — Что ещё за «наиболее эффективно»? — не сдержался капитан Леви. — Из полусотни разведчиков в Каранес прибыло меньше десяти человек. И это ты называешь эффективным противостоянием? — Смотрите на вещи реально, капитан, — Анна пожала плечами, — какова была бы статистика в ином случае? Вы не были там. Никто из вас. Эти люди теряли товарищей и были готовы сломя голову лезть на рожон. Спасти хоть кого-то или не спасти никого? — Командор скользнула взглядом по группе Разведкорпуса. — Думаю, мои действия вполне можно считать эффективными. — Те разведчики докладывали, что ты их отправила сражаться самих и не помогала, — не унимался Леви, однако говорил уже в разы спокойнее. — Что на это скажешь? — И какие же претензии? — театрально выгнула бровь девушка. — Каждый занимался своей первостепенной задачей. Разведчики сражаются с титанами в дневное время, Палачи — ночью. Как только стало темнеть, мы вышли на поле боя. Увы, но подготовка восточного подразделения разведки всё же весьма хромала, несмотря на усилия Тодда Миллса. Сказывалось отсутствия опыта. Люди не были готовы к столкновению с титанами на своей территории. Шок и обескураженность сделали своё дело. — А твои люди этому, значит, не подвержены? — Все этому подвержены, капитан. Просто кто-то умеет взять себя в руки и действовать в интересах выживания, а кто-то готов истратить весь газ на одного несчастного титана, сожравшего его друзей. — Леви прожёг её таким озлобленным взглядом, что Анна повела плечами, стараясь согнать неприятное чувство. Да, она затронула болезненную тему. Но всё ради того, чтобы окончательно заткнуть Разведкорпус. — Стратегия разведки в корне неверна. Майор Ханджи Зое опытным путём доказала, что титаны неосознанно прут на большие скопления людей, и что мы видим? Строй дальнего обнаружения численностью в сто пятьдесят человек. — Со стороны министров и финансирующих аристократов послышались понимающие усмешки. — Я считаю свою группу единственно грамотно владеющей стратегией и тактикой выживания и убийства титанов на их же территории. Поэтому хочу и вам, господа, продемонстрировать это. В очередной раз. Дайте мне группу независимых разведчиков, чьему мнению вы безоговорочно поверите, и выпустите нас из Каранеса. Я лично принесу вам сувенир из Шиганшины! Столь сильная речь не могла не перевесить чашу весов в сторону Палачей. Эрвину поручилось составить подобную группу. И пока он это делал, Дариус позвал Анну в кабинет. Закклай качал головой и говорил, что очень зря она настраивает против себя Разведку, но командор уверила его, что всё для их же, Разведкорпуса, блага. — Просто они сунули нос в чужую кормушку, — девушка сидела за столом и вертела в пальцах чёрного ферзя, — и за это получили по нему щелчок. Больно, зато понятно. — И всё-таки ты перегнула палку, — Дариус пролистывал старые отчёты, стоя у шкафа. — Я просто надеюсь, что за это они не оторвут тебе голову. — Эрвин им не позволит, — усмехнулась Анна. — Он, кажется, единственный, кто понимает, в чём моя и его, наша общая выгода в совместной работе. Разведка пока не понимает, что делаем мы, Палачи, но когда их доверенная группа прогуляется с нами по Шиганшине, мнение изменится. Через пару часов посыльный сообщил командору Анне, что список группы разведчиков сформирован и ожидает её в штабе Разведкорпуса. «Зовёте меня на свою территорию? Ну-ну,» — веселилась девушка, бредя по ночной Митре. В штабе Разведки, несмотря на поздний час, было много народу. Нет, большинство ничего не делало, но были и те, кто сидели над книгами, играли в шахматы, заполняли какие-то бумаги. В основном было тихо, лишь негромкие беседы нарушали общую идиллию. На вошедшую Анну повернулись все, разговоры прекратились. Командор пошла в сторону кабинета Смита. Проходя мимо камина, скосила глаза на сидящую на диване его основную свиту — Ханджи, Леви и Мика, которые демонстративно не обращали на неё внимание. В кабинете Эрвин сидел за столом, заканчивая заполнять бумаги. Когда Анна вошла, он поднялся и, не выходя из-за стола, протянул ей список. Судя по чётко выраженным очертаниям лица, Смит был зол. Но и девушка, несмотря на усталость, чувствовала в себе разгорающееся раздражение. Она приняла список и пробежалась по нему глазами — и это он называет небольшой группой? — Слишком много, — покачала головой командор, взяла лежащий на столе карандаш и перечеркнула список с конца. — Десяти человек будет более чем достаточно. Собирайтесь и выйдем через пять дней вечером из Каранеса. — Смит молчал, не взглянув на положенный перед ним листок, и Анна решила, что на этом разговор окончен, развернулась и направилась к двери. — Хочешь делать всё сама, Анна? — раздался искрящийся злостью голос. — Может, вы ещё найдёте Бронированного и Колоссального? — Ну, если вы вообще ни на что не способны, так и быть, займусь и этой вашей работой, — яда в ответе девушки хватило бы на весь Гарнизон страны. — Не стоит идти против Разведки, Анна, — угрожающе понизил тон Эрвин. — Ты была тогда права — перейдёшь мне дорогу, и я сотру тебя в порошок. — Девушка встала в пол оборота, глядя в металлические глаза мужчины. — Сегодня ты не имела никакого права так поступать. И впредь… — Не имела права?! — Анна почувствовала, как в груди, словно атомный взрыв, полыхнула ярость. — Это я-то не имела права?! Я единственная из всей грёбанной армии имею на это право, Смит! Никто из вас абсолютно ничего не делал! — Она пошла в сторону его стола, пытаясь сдержать голос, но огонь внутри испепелял любые границы. — Мы вытащили тех людей считай из ада, а где были вы? На своей долбанной экспедиции? Титаны были повсюду, а единственные, кто мог с ними бороться, гуляли по полю и собирали цветочки! И даже потом, сопровождая людей, вы сделали хоть что-нибудь? Нет! Палачи спасли людей одного города, жаль, что нас не было больше, чтобы спасти всех. И сейчас, когда нужны вы для помощи гражданам с возвращением их имущества, что вы делаете? Посылаете всех, прикрываясь тем, что заняты отвоёвыванием территории! Вы крупно задолжали народу, Смит, и теперь пришло время вернуть долг. — Стол разделял разъярённых командоров, не давая совершить непоправимых действий. — Сделайте, наконец, хоть что-то, принесите хоть какую-то пользу! — Это твой отряд не заметил Колоссального гиганта при зачистке! — взорвался в ответ Эрвин, упираясь костяшками кулаков в стол, наклоняясь ближе к Анне. — Вы не выполнили должным образом свою работу и из-за этого Шиганшина пала. — Ты из ума выжил, Смит? — Командор смотрела на мужчину и, казалось, воздух между ними плывёт и плавится от злости. — Колоссальный титан — аномалия, он появился внезапно, внезапно и исчез. Тот же вопрос можно задать и вам — как вы умудрились его не заметить, когда выехали на экспедицию? — Сейчас действия Разведки особенно востребованы, потому что мы ищем этого титана! Его и Бронированного, стараемся предотвратить гибель всего человечества. А что делают Палачи? Сидят по домам и ноют, что не смогли спасти больше, чем хотели? Кто ещё здесь из ума выжил, Анна?! Мы помогаем людям не меньше вашего, даже не выходя за Стену. — А надо как раз-таки выйти. Выйти и вернуть народу то, что их по праву. Мои люди, — Анна угрожающе понизила голос, — сделали в десятки раз больше, чем вся ваша хвалёная Разведка вместе взятая. Ты говоришь о спасении всего человечества, но скажи мне, Смит, сколько реальных жизней простых граждан ты спас? — она прищурилась, сверля его взглядом. — Ни одной, Смит. Ты прикрываешься красивыми фразами, тогда как остальные разгребают навалившееся дерьмо голыми руками. Если бы ты не стал перетягивать «одеяло» на себя, мне бы не пришлось послать полторы тысячи человек на верную смерть! А сколько таких было в других городах, ты знаешь? Это сучье правительство избавилось от голодных ртов, просто выставив людей за Стену! И что ты на это скажешь? Это так ты спасаешь человечество?! Жертвуешь одной половиной ради другой?! Что за ублюдочная позиция?.. Эрвин стремительно сделал шаг вперёд, забыв, что перед ним что-то стоит, и протянул руки, пытаясь схватить девушку за грудки. Анна почувствовала, как огромный дубовый стол смещается в её сторону, буквально сдвигая её саму с места. Мелькнула мысль — а ведь действительно, в порошок сотрёт и не заметит. Она отшагнула назад, напрягшись всем телом, готовая к схватке. Смит опустил голову, глядя, во что же он упёрся, и остановился, перестав-таки сдвигать стол. Вновь посмотрел в ледяные глаза девушки и заставил себя выдохнуть. «Дыши. Просто дыши,» — говорили они оба себе. Нет, так они ни к чему не придут. Обвиняя друг друга, не спасут жизни, не отвоюют территорию. Им обоим надо вновь взять себя в руки и вспомнить, что вместе они работают лучше, чем по отдельности. Такие разные, но при этом абсолютно похожи. Они стоят спиной друг другу: Разведка при свете дня, Палачи во мраке ночи. Две стороны одной медали. — Увидимся в Каранесе, командор Анна, — первым смог разжать челюсти Эрвин. — Увидимся в Каранесе, командор Смит, — девушка развернулась и вышла за дверь, чувствуя, как тело трясёт от выплеснувшегося адреналина и страха. Выйдя из кабинета, она увидела стоящих и словно бы нисколечко не подслушивающих друзей Эрвина. Дёрнув уголком губ, Анна прошла мимо и направилась к выходу. Мик и Ханджи зашли к Смиту разбираться, что же произошло, а Леви проводил удаляющуюся фигуру командора тяжёлым взглядом.
