В темноте

— Добрый вечер, Райан, — поздоровалась Мэри и села напротив. Она снова меня вызвала. Надеюсь, больше меня не подозревают. — Добрый, — я поднял брови. — Даллон был автором того разоблачения, — напомнила Мэри. Спокойно, Рай, спокойно, вдох-выдох… — Да, — квакнул я. — Он нашёл способ вас разоблачить, — сказала Мэри, — значит, мог найти и саму информацию, которую раздобыли вы… — Про Ури и их фабрики? — стыдливо пробормотал я. Да, их бизнес — всё ещё зло, а моя сестра всё ещё мертва из-за них, но они — семья моего любимого человека. — Именно, — Мэри довольна собой. — У Даллона мог появиться компромат на них? Я осознал, к чему она клонит, и мурашки пошли по коже. Она подозревает их. Она подозревает его! — Не думаю, — я отвёл взгляд и покачал головой. Она подозревает того, кто в ту ночь был без сознания! — Ваш компромат способен ударить по их репутации? — Мэри загнала меня в угол. Если бы Ури наняли кого-то, тот бы обставил всё как несчастный случай… — Даллон говорил с вами на эту тему до или после того поста? — нападает на меня детектив. — Да, после, — признался я. — Он сказал, что не терпит обман и не позволит никому никого обманывать. Сказал, что ложь и секреты губят людей. О боже, если у него и правда был компромат на Ури… — И что вы ответили? — спросила Мэри. — Ничего, — ответил я. — Мне нечего было ему сказать, потому что он прав… Щёки уже покалывает от подступивших слёз, но я держусь. — Прав? — Мэри будто разочаровал мой ответ. — Да, прав, — повторил я. — Они не самые лучшие люди, да, но мне не нужно было поступать так, как поступил, не нужно было обманывать Брендона… Я сжал руку в кулак и поджал губы. — Просто с тех пор, как моя сестра… — я не выдержал. Моё тело уже выработало стойкую реакцию. — Воды? — Мэри протянула мне стакан. Я прикрыл рот рукой, скривившись, и покачал головой. — Я помешался на них, — продолжил я. — Гуглил, читал статьи, не спал ночами, смотрел репортажи с ними. Они сделали официальное заявление, сказали, что им жаль. Но она-то уже умерла, а они ничего не меняют! Мэри молча смотрит на меня с сочувствием. — Она упала замертво прямо на фабрике во время рабочего дня, — рассказал я, шмыгнув носом. — Ей даже вскрытие не сделали… — Соболезную вам, — сказала Мэри. Я усмехнулся. — Моя мама стала ходячей тенью, — меня понесло. — Сначала она жаловалась, собирала людей с плакатами, даже подписи собирала, хотела расследование начать, а потом просто сдалась… — Я сделаю всё возможное, чтобы открыть дело, — заявила Мэри. Ого-ого! — Ну спасибо, — я закивал. — В общем, даже если у Даллона и был компромат, вряд ли их это испугало бы. — Спасибо, Райан, вы свободны, — попрощалась Мэри. — До свидания, — сухо произнёс я. Малыш: «бае, я уже освободился <3» Бренни! На лице тут же растянулась улыбка, и я аж засиял весь. «скоро буду, солнышко :*» хХх — Бае! — счастливый Бренни вылетел мне навстречу, и я подхватил его на руки. — Как ты? — Хорошо, — ответил я, немного отстранившись и заглянув ему в глаза. Должно быть всё хорошо, иначе можно сойти с ума. — Ты как? — спросил я. — Окей… — он опустил взгляд. — М, а я блинчики сделал! Ты же любишь блинчики? — М-м, обожаю! — я хихикнул. — Идём! — мой принц взял меня за руку и повёл в свой замок. — Там столько новых сериалов на Нетфликсе… Мне так нравятся такие тихие посиделки. То, что случилось с Даллоном, — ужасная трагедия, но именно после неё Бренни стал больше отдыхать и больше времени уделять себе. А если бы не трагедия в моей семье, мы бы с ним вообще даже не познакомились… — Фак! — Бренни застыл на месте, только переступив порог. На хай-тек кухне за столом сидит миссис Ури, ест яблоко и что-то пишет в Айпаде. — Ладно, идём, — он очень напряжён и сжимает мою руку всё крепче. — Сына, ты чего это не здороваешься? — мама окликнула его. Он надеялся проскочить незамеченным и сейчас принимает поражение. — Давно не виделись, — фыркнул он. — О, кого я вижу! — женщина развернулась и опёрлась локтем на стол. — Это же тот самый Райан! Что, недостаточно грязи нарыл? — Мам! — крикнул Бренни. — Очень приятно, Райан, я Мисти! — она улыбнулась и протянула мне руку. — Чувствуй себя как дома, говори, если что-то нужно! Ну, только если это не документация. — Как же вы меня задолбали!!! — взорвался Бренни и полетел вверх по лестнице, оставив меня наедине с врагом. Нужно побежать за ним, но я не знаю, куда бежать. Этот дом — чужой, и я здесь чужой. — Предупреждаю сразу — сейф здесь не держим, — она подняла указательный палец. Ты убила мою сестру. Ты убила мою сестру. Ты убила мою сестру. Ты убила мою сестру. Ты убила мою сестру. — Моя сестра умерла, — напомнил ей я. — Мой соболезнования, — она перебросила светлую косу через плечо наперёд и часто заморгала. Я плохой, они хорошие. — Идём, бае! — Бренни ветром пронёсся мимо меня с рюкзаком за спиной и присел, чтобы завязать шнурки. — Это куда это ты собрался? — спросила Мисти, не отрываясь от планшета. — Подальше, — пробормотал Бренни дрожащим голосом, путаясь в шнурках. — Никуда ты не пойдёшь по темноте, — строго произнесла женщина. — Ой, а с каких это пор ты такая заботливая стала?! — фыркнул Бренни, ехидно улыбнувшись. — А с тех самых, как твоего басиста задушили! — ответила Мисти не менее ехидно. Бренни посмотрел на неё со слезами на глазах. — Мне кажется, без меня вам было бы только лучше, — сказал он напоследок и вылетел из дома. Ему больно, так больно, а я ничего не могу сделать! Я, по сути, мошенник, который втёрся к нему в доверие, чтобы разрушить жизнь его семьи. Факт остаётся фактом. — Чёрт, Брендон!!! — отчаянно завопила Мисти. — Твою мать! Я нервно хихикнул и побежал за ним. Она крикнула что-то мне вслед, но я не расслышал. — Бренни, солнышко! — я нашёл его снаружи, под забором, спрятавшимся в кустах. Он сидит и плачет, обняв колени. — Фак, Ри, прости, пожалуйста! — пробормотал он. — Надо было просто проигнорировать, но я так не могу! — И не надо! — успокоил его я, сел рядом и обнял. — Я не хочу находиться там, где с тобой так обращаются! Он улыбнулся сквозь слёзы. — Зачем она так, Ри? — прошептал он, положив голову мне на плечо. — Она же знает, что виновата, знает, через что тебе пришлось пройти! — Солнышко, это защитный механизм, — пояснил я. — Она боится признать ошибку, ответить за свои поступки… — Но почему ты должен это выслушивать?! — его голос снова ломается. Он обнял меня за колено и лёг на него. — Им похуй на тебя, твою сестру, на Даллона! «Твой басист!» — Мне почему-то кажется, что им тоже хреново, — прошептал я, зарывшись носом в его волосы, и стал гладить его по спине. — Мисти всё-таки не хотела, чтобы ты гулял по темноте… — А они наследника боятся потерять, — злобно буркнул Бренни. — На меня все ставки. Я надрессированный и к тому же мужик. Не знаю, стоит ли его переубеждать. Я уже ни в чём не уверен. — Но паника всё же ужасная, да, — закивал Бренни. — Люди запирают двери на все замки, постоянно звонят друг другу. И это при том, что всё случилось в паре миль от Вегаса! — Думаешь, это маньяк? — прошептал я, чтобы потенциальный маньяк не услышал. — Не знаю, — произнёс Бренни ещё тише, — но мне страшно… Я поцеловал его в макушку. Мне тоже, малыш. — Он по всем каналам, во всех новостях, — продолжил Бренни, шмыгнув носом. — Он теперь «труп из мотеля», знаменитость! На фоне тех мусорных баков все делают селфи! Он им стал интересен только после смерти. А на настоящего Даллона всем насрать! Я киваю и глажу его по голове, непроизвольно вжимаясь в кусты. Хочется целыми днями так сидеть. — Он ненавидил пиздёж, — подтвердил Бренни мои слова. — Любил докапываться до правды. Я хочу думать, что это какой-то отморозок, маньяк, но чаще мне кажется, что на сей раз он просто копнул слишком глубоко… Твоим родителям явно не понравился бы такой «подкоп». Я ненавижу их всеми фибрами души, но молюсь, чтобы это оказались не они. — И что он выкопал? — я попытался его развеселить. — Да так, по мелочи, — голос Бренни стал более спокойным. — Всяких мелких блоггеров, ничего особенного. Поэтому я этого и боюсь. С одной стороны, я понимаю, что это мелочи и за такое не убивают, но с другой стороны, вспоминаю, в каком диком мире живу… По-хорошему, надо бы сказать ему, что я был на допросе, но кому от этого станет лучше? Он и так постоянно в панике, с трудом спит по ночам и подрывается среди ночи из-за кошмаров! — Бае, — он поднял голову и посмотрел мне в глаза, — тебе не холодно? Я нежно улыбнулся и погладил его по щеке. — Идём ко мне? — пригласил его я. — Но Ри… — Бренни смутился и поправил волосы. — Твоя мама… Да, опять мотив Ромео и Ромео! — У меня есть домик на дереве, — сказал я с улыбкой, и Бренни захихикал. Мир сходит с ума. У них был мотив, у него был мотив, он мог их подставить. Но я люблю его больше жизни. Каждый может оказаться тем маньяком. Остаётся спать с ножом под подушкой и рассматривать чужие руки, боясь обнаружить следы от зелёной ленточки. хХх — Фак, я так боюсь… — я переминаюсь с ноги на ногу на пороге дома бае, вцепившись в лямки рюкзака. Он улыбнулся и обнял меня, погладив по голове. — Всё будет хорошо, — прошептал он мне на ушко, и мы соприкоснулись носами. Я улыбнулся и выдохнул. Бае посмотрел на меня с улыбкой и постучал в дверь по-особенному: два раза, три раза, два раза. — Сынок, ты… — женщина, одетая в чёрное, открыла дверь, посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на Ри в ужасе. — Ты выдал ему код?! — Мам… — Ри потянулся к ней в попытке успокоить. Она уставилась на меня. Измождённая, несчастная, уставшая, с чёрным платком на голове и светлыми голубыми глазами. — Мам? — бае осторожно обратился к ней. — Простите нас, пожалуйста, — наконец-то я это сказал! — Мы во всём виноваты. То, что творят мои родители — ужасно. Если не хотите меня видеть, скажите, я уйду… Она пару секунд посмотрела на меня, после чего переступила через порог. Если она захлопнет дверь прямо перед моим носом, я её полностью пойму. — Мам… — повторил Ри с другой интонацией. Вдруг мисс Росс взяла меня за руку, потянула на себя и заключила в объятия. Мне стало настолько хорошо и тепло, что захотелось плакать. Я обнял её в ответ, прищурившись. Ри смотрит на нас с улыбкой и слезами за глазах. — Детки, что же вы ночью по улицам шастаете… — пробормотала мисс Росс. Я захихикал. Она отпустила меня и вздохнула, после чего пошла на кухню. — Чай или кофе? — спросила женщина буднично. — Э-э… — я всё ещё в шоке. Бае пожал плечами. — Ма, давай чай, — сказал Ри. — Только не обожгись, осторожно… Она, наверное, тоже не спит. Понятия не имею, что принято делать в таких ситуациях, поэтому просто осматриваюсь по сторонам, не отпуская лямки рюкзака. Здесь всё так, как я и представлял, — скромно, но не бедно. Слева направо — прихожая, диван, телек, кухня. Всё, что нужно для счастья! Полки заставлены кактусами и всякими фигурками, покрытыми небольшим слоем пыли, на холодильнике висят магнитики, разноцветные буковки и детские рисунки. Некоторые рисунки более яркие и простые, с большой вычурной буковкой «Р» в правом нижнем углу, а некоторые — потемнее и посложнее, подписанные детским почерком «Голден» с буквой «е», повёрнутой влево. — Вы же замёрзли, наверное! — причитает мисс Росс. Разобравшись с чайником, она подошла к двери и ещё раз проверила, заперта ли она. — Алекс, — она протянула мне руку. — Брендон, — я посмотрел ей в глаза долю секунды, после чего отвёл взгляд. Ох, лучше б я этого не делал! На одной из полок комода у стены напротив стоит фотография девушки в рамочке с чёрной лентой в уголке. Это всё — какой-то нескончаемый кошмар! — Это — единственная, где она улыбается, — Алекс указала на фото. — Эм, мам, а печеньки есть? — Ри попытался её отвлечь. — Да, в ящичке… — Алекс всё ещё смотрит на фото. — Полгода уже прошло… — Примите мои соболезнования, — сказал я, боясь заглянуть ей в глаза. Алекс слабо улыбнулась и кивнула. — И не страшно вам по улицам вечером ходить? — она решила перевести тему. — Страх страшнее всего, — философствую я, пожирая печеньку. — Это что, вашу подругу арестовывали? — поинтересовалась Алекс. — Я в новостях видела… — Да, но в тот же день отпустили, — добавил я. — Даже следственный эксперимент провели! — Самое грустное в том, что Даллона ведь даже похоронить не могут, — сокрушается Алекс. — Представляю, каково его родителям… Здорово мы перевели тему — с мёртвой девушки на мёртвого парня! — Да, скорее бы уже нашли этого ублюдка! — закивал я. — Простите… — Да ну, так и есть, — согласилась Алекс. — Нет ничего страшнее, чем смерть детей… — Я слышал, что его скоро выдадут родителям, — сообщил Ри. То есть, мы сидим на уютной кухне, попивая чаёк, и нам больше нечего обсудить, кроме мёртвых близких и их похорон… Нет, это антиутопия, так быть не должно! — Сара рассказала про тот тест, — я пытаюсь сделать беседу менее мрачной. — Так вот, у того, кто это сделал, должны быть следы на руках, типа полосы, вот здесь… Я показал на себе. — М, ага… — Алекс задумчиво закивала. — Его, кхм… Она изобразила удушение. — Верёвкой, да? — уточнила она. Мы переглянулись и кивнули. — Тогда, скорее всего, это было со спины, он должен был сопротивляться, и у того, кто это сделал, должны быть синяки или ссадины на запястьях… Мисс Росс изобразила, как Даллон схватил мерзавца за руки. — Вот здесь, — пояснила она. — Теперь внимательнее буду смотреть на чужие руки, — я хихикнул. Ха-ха! Алекс смотрит на нас, постукивая по чашке. Ей просто не о чем больше нас спросить. Наши отношения начались из-за смерти её дочери, наша Калифорния отменяется из-за смерти нашего друга, а наше времяпровождение в основном ограничено четырьмя стенами! — Ты музыкант, Брендон? — Алекс воистину гениальна! — А, ну типа, — я улыбнулся, поставив чашку на блюдце. — Как с группой? — поинтересовалась она. — А, да уже никак — мы распались, — я поджал губы. — Теперь собираюсь попробовать себя в роли продюсера… — О, как интересно! — её грустные глаза засияли. — И кого ты будешь продюсировать? Да что ж такое-то, а?! — А, да вот, как раз Даллона собирался, но он отказался… — катастрофа, катастрофа, катастрофа! Алекс помрачнела. Лучше бы соврал что-нибудь! — Ладно, мам, мы пойдём, — бае спас ситуацию. Это у них семейное! — А, да, — Алекс растерянно улыбнулась и принялась убирать со стола. — Спокойной ночи! — Спокойной, — Ри улыбнулся ей, взял меня за руку и повёл к себе в комнату. хХх — Думаешь, я под подозрением? — шёпотом спросил я у бае, лёжа с ним в обнимку на его кровати и разглядывая плакаты на стенах. — У них там все под подозрением, — хмыкнул он, перебирая мои волосы. — Солнце, пожалуйста, не переживай! Я заскулил, прижавшись к нему. — Фак, я так затупил, когда твоя мама спросила про музыку! — я уткнулся носом ему в плечо. — И, если честно, всё реально выглядит хреново… — Но ты же знаешь, что не виноват, — бае погладил меня по щеке. — Я постоянно вспоминаю о нём и жалею, — признался я. — Я мог бы сразу же уступить ему в тот вечер, но немного злился из-за контракта, и это всё на фоне нашей с тобой ссоры… — Фак, это было просто ужасно! — он закрыл лицо рукой, а потом обнял меня ещё крепче и стал покрывать моё лицо поцелуями. — Малыш, прости, пожалуйста, мне не нужно было… — Нет-нет-нет, ты ни в чем не виноват! — я коротко поцеловал его в губы. — Никто не виноват, мы были на эмоциях, нам было больно, это в прошлом, всё хорошо! А вот Дэлли… может, если бы мы быстро поменялись комнатами, он был бы сейчас жив! — Малыш, прошу, не кори себя! — бае посмотрел мне в глаза. — Не могу! — я покачал головой, сбивчиво дыша. — Он попросил раз, попросил два, пытался всё решить мирно… — Милый, это больно, но прошлое не изменить, — мудро подметил бае. — Знаешь, от чего ещё больнее? — прошептал я. — Он был таким счастливым! Понимаешь, он рассказал про Спенса, про то, как любил его ещё со школы и как наконец-то, после стольких лет, они были вместе, наконец-то, наконец-то! Он так улыбался, когда объяснял мне! Фак… — Это трагедия, — тихо произнёс бае. — Спенс тогда зашёл в комнату счастливый, с засосами на шее, и я сразу понял, в чём дело. Он когда-то по пьяни проговорился мне, и я с тех пор подначивал его признаться. И вот, он тогда пришёл, рассказал обо всём и был на седьмом небе просто, и… Вот именно это вдохновило меня с тобой помириться. Как бы ни было больно, страшно, стыдно. Типа, нельзя подавлять в себе любовь — её и так слишком мало… Я чувственно поцеловал его, подтверждая, что он совершенно прав и я с ним полностью согласен. — Я люблю тебя, — прошептал он мне в губы. — И я тебя, — прошептал я в ответ. — Думаю, Даллон был бы за нас рад, — мягко произнёс Ри. — Точно, — я нежно улыбнулся. Бае продолжает мудро рассуждать, играя с моими волосами, а я уже проваливаюсь в сон. Если Даллон со Спенсом так и не смогли быть счастливы вместе, мы сделаем это за них. хХх — Малыш, — тихо зовёт меня Ри, гладя по голове. — Тебе мама звонила уже два раза… Я страдальчески застонал. Теперь тем более просыпаться не хочется! — М-м… — я скривился и потёр глаза — Которая? — «Мама номер один», — ответил бае со смешком. — Доброе утро. Прости, что разбудил… Я посмотрел на него с нежностью, положил ладони ему на щёки и поцеловал. — Доброе, — я погладил его по голове. — Какие планы? — Никаких, — бае улыбнулся, пожав плечами. — Главное, чтоб с тобой… Я обнял его за плечи и поцеловал в носик. — Я здесь, милый, — прошептал я и провёл по его волосам. — Ладно, надо перезвонить… Я закатил глаза и набрал Мисти. — Ну и где тебя носит?! — заорала она после первого же гудка. И тебе доброе утро, мам. — Пока ты там шляешься, все на ушах стоят! — злобно шипит мать. Я тяжело вздохнул и закрыл лицо рукой. Бае обнял меня и начал успокаивающе гладить по голове. — Мам, ты вообще умеешь говорить нормально? — процедил я сквозь зубы. — Какой нахрен нормально, тебя в убийстве подозревают!!! — взорвалась мама, и я подскочил на кровати. — И нас подозревают! Скажи спасибо, что мы вовремя об этом узнали! — Как подозревают?! — я подорвался — Прям подозревают?! И что теперь?! Ри обеспокоенно смотрит на меня. — А что теперь?! — злится мама. — Ничё, будем выкручиваться! Просто скажи мне… Я застыл на месте. — Что, мам? — тихо спросил я, в надежде, что она не спросит. — Это ведь не ты? — она спросила. Я закрыл глаза и прикусил губу. — Мама… — я выдохнул, сохраняя спокойствие из последних сил. — Ты щас серьёзно? — Нет, блин, самое время шутки пошутить! — фыркнула она. — Не со мной же он мой первый в жизни контракт отказался подписывать! Я молча схватился за голову и медленно опустился на корточки. У меня уже просто нет сил что-то кому-то доказывать. И, учитывая обстоятельства, это плохо, потому что доказывать ещё как придётся! — Так, немедленно приезжай! — велела мать. — Без этого своего! Я ощутил тепло. «Этот мой» присел рядом со мной и обнял меня. Я обнял его в ответ и тихонько заплакал. — Не удивлюсь, если это он сделал, а на тебя теперь повесить хочет! — причитает мама. — Мне он сразу… Я сбросил вызов, и телефон выскользнул у меня из рук. Я обнял Ри второй рукой. — Солнце, всё будет хорошо, — успокаивает меня он, поглаживая по спине. — Это скоро закончится, правда-правда… Откуда он знает, что это скоро закончится?! Он знает, что меня скоро возьмут из-за его подставы?! — Я не хочу уезжать… — прошептал я, всхлипывая. У него точно нет следов на ладонях?! А на запястьях?! — Бренни, всё получится, осталось чуть-чуть, ты же такой сильный! — заверил меня он. — Полиция пообещала выдать Даллона родным, значит, они почти раскрыли дело! Я ушёл с парковки где-то минут за двадцать до убийства, а что он делал после этого?! — Надеюсь, — пролепетал я. У него был мотив! — Идём, солнышко, — ласково произнёс он. Мы быстро собрались и уже через пару минут стояли у порога. — До встречи, Брендон! — Алекс мило улыбнулась и помахала мне. Что, если они сговорились и решили меня подставить?! Решили отомстить сразу двоим! Мне кажется, я не дотяну до похорон. хХх Мамы согнали сестёр наверх, усадили меня на диван и начали вынос мозга. — Телефон выключи, никому не пиши, не звони, из дома не выходи, — перечисляет Лана, в прошлом юрист. — Адвоката мы нашли, скоро он приедет, и вы пообщаетесь. Он говорил со следовательницей — будет очная ставка… Лана говорит чётко, стоя передо мной и умеренно жестикулируя, она холодная и собранная, в то время как Мисти сидит на диване с подтёками туши на лице и потирает виски. — С кем? — удивился я. — Не сказали, неизвестно даже, что это за сторона — пострадавший, свидетель или другой подозреваемый. «Другой» подозреваемый… Другой, помимо меня! — Главное — попытайся максимально точно вспомнить тот вечер и выстроить последовательность событий, — проинструктировала мама. — Отрицай свою причастность, стой на своём! — А если меня подставляют?! — испугался я. — Так, не расклеивайся, ни в коем случае не показывай слабость! — напомнила Лана. — Ещё раз: стой на своём! Как можно не показывать слабость, если это — лучшее, что я делал в своей жизни? Соблазн слишком велик. — Может, твой Райан тебя и подставляет! — Мисти подала голос. — У него и мотив есть, а теперь и возможность, которую ты сам ему предоставил! Раньше я бы уже рвал и метал, но сейчас мне нечего возразить… — Да, кстати, если у тебя есть подходящий подозреваемый, на которого можно спихнуть вину — отлично, пользуйся этим! — добавила Лана. Сумасшедший дом… — О, это адвокат! — Лана улыбнулась звонку в дверь. — Грег, впускай! Начались Голодные игры, и сейчас я познакомлюсь со своим тренером. хХх — Тиган Прайс, — темнокожая женщина с безупречной причёской, макияжем, стилем и всем остальным протянула мне руку. Она из той же касты, что и предки. — Ну ты вымахал, красавец! — она ухмыльнулась. — Тиган — моя университетская подруга, — сказала Лана с улыбкой. Мисти с тихим вздохом встала с дивана и пошлёпала меховыми уггами по паркету. Пошла в сторону кладовой, а там — её заначка виски. Что-то она расклеилась… — Так, давайте сразу к делу, — Тиган сказала то, что до боли ей присуще. — Попрошу оставить нас с клиентом наедине. Лана тут же вскочила и убежала за Мисти. — Во-первых, без паники — ты пока не подозреваемый, у них на тебя ничего нет, — сказала Тиган с улыбкой, и мне захотелось её расцеловать.— А то развели уже тут! — Ну слава богу! — я вздохнул с облегчением. — Но Брендон, прежде, чем мы начнём… — Тиган села рядом со мной, положила руку мне на плечо и заглянула в глаза. — Нет, это не я, — я вздохнул. — Я не убивал. — Хорошо, — сказала она тихо, как воспитательница в садике. — Тогда почему ты ссорился с убитым на парковке? Вы ведь были любовниками? Он ведь ревновал, не так ли? Он тебя шантажировал? Он разоблачил твоего нового любовника? Вы с ним были в сговоре? Кто душил, а кто держал? Где орудие, Брендон?! Я испуганно вжался в диван, округлив глаза. — Это даже не половина того, что спросит следователь, а потом прокурор, — сказала довольная собой Тиган с ухмылкой. — И мы сейчас у тебя дома на диване, а не в допросной на жёстком стуле. Да уж, её тактику я понял! — У тебя должен быть ответ на любой вопрос, — заявила женщина. — Где ты был за три минуты до того, как наступило пять минут до того, как тебе сообщили, что его убили, и всё в таком духе. Да, ты под большим давлением и не хочешь вспоминать этот ужас. Придётся освежить память. Хочешь чаю? — Нет, спасибо, — пробормотал я. Она мотнула головой, и её длинные серёжки, украшенные драгоценными камнями, качнулись, как на ветру. — Придётся, причём зелёный и с мелиссой, — решила Тиган. — Это поможет расслабиться. Энни! Наша горничная явилась по первому зову. — Сделай, пожалуйста, два зелёных чая с мелиссой, будь так добра, — попросила Тиган с улыбкой и закинула ногу на ногу. — Спасибо! — Очная ставка — это страшно? — я уже не боюсь вести себя, как пятилетка. Она хихикнула. — Ничего страшного, если подготовиться и не паниковать, — заверила адвокат. — Не паниковать — главное правило. Мне хана. — Рассказывай, — она сцепила руки в замок и обхватила ими колено. — Ты начни, чай скоро будет. — Эм, а откуда начинать? — спросил я. — С самого начала, — Тиган дала гениальный ответ. — Ну, Даллон переспал со Спенсером в нашей комнате, — начал я неуверенно. — Ну, не просто переспал — у них любовь была, они начали встречаться в тот день… — Ты его ревновал? — поинтересовалась Тиган. — О, а вот и чай! Спасибо! Энни поставила чашки и сахар на стол и упорхнула. — Нет, я рад за них, — возразил я и добавил, — был… — Почему «был»? — спросила Тиган, отхлебнув чай. Так, она меня защищает или обвиняет?! — Ну, он же, кхм… — я отвёл взгляд. Тиган закивала. — Вот, я постучал в комнату, они были там, потом вышли, Спенсер ушёл, а Даллон всё мне объяснил. — Во сколько это было? — спросила Тиган и открыла документ на Айфоне. — М-м, где-то без пятнадцати двенадцать, может, — я пожал плечами. — Может, раньше… — Надо точнее, — Тиган сделала замечание. — Хорошо, без пятнадцати, допустим. Дальше? — Дальше он попросил поменяться комнатами, чтобы они переночевали вместе, — продолжил я. — Я согласился, но для этого нужно было уговорить Ри, Райана Росса, а мы с ним были в ссоре… Она кивнула с улыбкой. А я неплох в даче показаний! — Спенсер к этому времени рассказал ему всё, ну и я пошёл к нему, чтобы всё обсудить, — рассказал я. — Я не хотел ссориться, но мы были на эмоциях из-за всего и начали ругаться, на нас наехали из-за того, что мы кричим, и мы вышли на парковку… — Где вас всё равно все слышали, — Тиган хихикнула, и я кивнул. — Потом подошёл Даллон, — сказал я. — Начал нас успокаивать, но я был не в себе, плюс немного обижен на самого Даллона из-за контракта, поэтому ничего не вышло, и он согласился оставить всё как было… — Можно подробнее обо всей этой ситуации с контрактом? — попросила Тиган, которой нужно дать награду за скоростное печатание. — Ну, пф-ф, — я отвёл взгляд и выдохнул, собираясь с мыслями. — Я распустил группу, потому что собирался попробовать себя как продюсер. А, да, лейбл отказался раскручивать группу — им нужен сольник, и Даллон идеально подходил… Тиган сузила глаза, будто что-то подозревая, и взялась за подбородок. — А Спенсер — нет? — она мыслит в правильном направлении. Я покачал головой. — Он талантливый, но им было нужно что-то более традиционное, — пояснил я. — Инди, но не слишком. — И как Спенсер принял эту новость? — поинтересовалась адвокат. — Да нормально… — я пожал плечами. — Да конечно, слушай его больше! — Мисти ворвалась в гостиную с бутылкой виски в руке и растрёпанными волосами. — Поражаюсь тому, какой ты наивный! Тиган аж чай на диван пролила от неожиданности. Лана попыталась сдержать жену, но та была неугомонна. У неё нет проблем с выпивкой. Значит, ей совсем паршиво и вся её муштра и дисциплина не помогают. — Этот мелкий засранец! — Мисти качает головой, выделяя каждое слово. — Он мне уже давно не нравится! Каждый раз, когда ты его приводил, я боялась, что он что-то стащит! — Мам! — я нахмурился. — О, это он замочил этого вашего! — она тычет в воздух указательным пальцем, безумно улыбаясь. — Хотел по-хорошему уговорить, трахнул, а когда не получилось, замочил! — Мам, да что ты, нахрен, несёшь?! — я вскочил с дивана в ярости. — Он его любил, это всегда было заметно, ты нихрена не знаешь и судишь всех по себе! — Это ты нихрена не знаешь о жизни! — возразила она. — Как только контракт замаячил на горизонте, то любовь ушла, завяли помидоры! — Да Даллон отказался от этого сраного контракта, отказался, понимаешь?! — воплю я. — Сегодня отказался, завтра согласился! — крикнула мать в ответ. — Ты бы поуговаривал его ещё немного, поторговался бы, согласился бы на его условия, и он бы всё подписал как миленький! Ты что, не знаешь, как это делается?! — Фак, ты просто невыносима, тебе просто нравится рушить мою жизнь! — ору я в ответ. Я всё понимаю. Ей просто надо кого-то обвинить, чтобы не сойти с ума. Я не пытаюсь доказать всё это ей. Я пытаюсь убедить в этом себя. — Ты их видел вообще?! — Мисти продолжила бушевать. — Чехов, «Толстый и тонкий»! Между ними разница, ну, извините меня! Этот Даллон, земля пухом, высокий, голубоглазый, скуластый, а этот что?! Он обосрался от зависти и злости, вот что! Тиган поставила чашку на блюдце, которое держала в другой руке, и тяжело вздохнула. Лана что-то прошептала Мисти на ухо и увела её на кухню, усадив за стол и налив воды. — Ладно, м, продолжим через несколько минут, — растерянно произнесла Тиган, поправив причёску. — Лана, на пару слов… Они с мамой отошли на веранду, и я, разумеется, увязался за ними. — Чё, подслушиваешь? — Мисти ехидно улыбнулась.— Весь в мамку! Я закатил глаза и продолжил путь. — И давно это у неё? — тихо спросила Тиган у мамы номер два. — Нет, это вообще впервые, это все стресс, не только из-за обвинения… — бормочет мама. — Лана, она из тебя все соки выжмет! — предупредила Тиган. — Неужели ты собираешься всё это терпеть?! Ты заслуживаешь кого-то, кто тебя действительно ценит… Хорошо, что я наблюдаю через окно и вижу подтверждение своим догадкам. Судя по тому, как Тиган гладит маму по щеке, этим «кем-то» она считает себя. — Я люблю свою жену, — сказала мама твёрдо и уверенно. — Ты замечательный человек, Тиган, я благодарна тебе за всё, что ты делаешь, ты член семьи, но… — Хорошо, да, чёрт, прости, я просто… — Тиган качает головой, стыдливо опустив взгляд. Ладно, в общем, понятно, в чём дело. Я неспешным шагом вернулся на кухню. Мисти сидит на полу, поджав колени к груди и взявшись за голову. — Они уже поцеловались? — спросила она, ожидая приговора. — Нет, — я покачал головой, улыбаясь, и налил себе воды. — У неё жена. — У Тиган нет жены! — грубо фыркнула мама. — А у мамы — есть, — сказал я и поднял стакан. — За вас! Далее последовала тренировка, правда, короткая, потому что нам уже пора выезжать. Адвокат обернулась на пороге, глянув на Лану, и та помахала ей, виновато улыбнувшись. Тиган, вроде, коварная разлучница, а мне её всё равно как-то жаль. — Брендон, — великая и ужасная Мэри Кик, по которой я ни капли не скучал, вышла навстречу. — Добрый день, проходите. Тиган кивнула мне, ободряюще улыбнувшись. — Очная ставка, дело номер CK188401, — читает Мэри на камеру, а я смотрю в глаза своему противнику, сидящему напротив. — Свидетель Брендон Ури и свидетель Спенсер Смит. Конечно, это он. Весь в чёрном. Голодные игры начались. хХх — Прежде всего хотелось бы кое-что прояснить, — заявила Мэри. — Каков был маршрут вашего путешествия? — От Вегаса до ЛА, — ответил я без колебаний. — Во сколько вы выехали? — спросила детектив. — Примерно в полседьмого, — продолжил я. — Собирались приехать где-то в полдвенадцатого, заселиться в гостиницу и пойти гулять. — В шесть пятнадцать, — поправил меня Спенсер. — От Вегаса до Лос-Анджелеса в общей сложности четыре часа езды, — напомнила Мэри. — Почему вы остановились после всего получаса? — А, точно, это! — я постучал пальцами по столу. — Джи стало плохо. Было очень жарко, его укачало, ест он очень мало, у него проблемы со здоровьем, и мы решили не рисковать и заселились в ближайший мотель. — Спенсер, вы утверждаете, что были с убитым до без четверти двенадцать? — уточнила Мэри. Спенсер кивнул. — Ответьте, пожалуйста, — попросила детектив. — Да, — произнёс Спенсер. — Брендон, вы постучали в дверь своей комнаты в это же время, без четверти двенадцать? — Мэри обратилась ко мне. — Да, всё верно, — подтвердил я. — Может, без двадцати, плюс-минус. — Где вы были до этого? — спросила она. Какое это имеет значение? «Не отвечай вопросом на вопрос!» — Сидел в кафе с Сарой, Вики и Тейлор, — ответил я. — Мы вообще все вместе хотели там собраться, но все как-то разбежались. Спенсер смотрит на меня с недоверием. — Во сколько вы хотели собраться в кафе? — спросила Мэри. — Когда вы это запланировали? — Э-э, ну, как заселились, — я пожал плечами. — Часов в семь вечера, может, без пятнадцати. — Кто был инициатором? — спросила детектив. — Во сколько вы должны были собраться? — Даллон и был! — ответил Спенсер за меня, глядя мне прямо в глаза. — Предложил собраться где-то ближе к ночи, чтобы людей в кафе не было. — Вопрос был адресован не вам, — осадила его Мэри. — Простите, — извинился Спенсер. Он твёрд, как скала. Только взгляд его выдаёт. — Спенсер, во сколько вы присоединились к Даллону? — спросила Мэри. — Где-то в половине десятого, — ответил он. — Он был один? — уточнила Мэри. — Да, — Спенсер кивнул. — Дэлли… Даллон сидел, пил кофе, я подошёл к нему. Мне надо было с ним поговорить, и мы вышли на улицу, а потом…кхм, в общем, мы больше не спускались в кафе к остальным. — То есть, больше в кафе никого, кроме вас, не было? — спросила Мэри. — Не было, — подтвердил Спенсер. — Ну, из наших. Было ещё человека три и кассирша. — Брендон, во сколько вы спустились в кафе? — Мэри обратилась ко мне. — Там кто-то был? — М-м, в одиннадцать или около того, — я покачал головой. — Все опаздывали, плюс самого Даллона не было, и на сообщения он не отвечал. Но там ещё и связь очень плохая, поэтому сложно было всё это организовать. — То есть, вы пришли первым? — уточнила Мэри. — Да, и занял столик, — подтвердил я. — А у девчонок была ответственная миссия… Я улыбнулся, и Спенсер перекривил меня. — Какая миссия? — поинтересовалась Мэри. — Ну, я захватил с собой две бутылки очень дорогого виски… — я почесал висок. —Ну, и нам приспичило его распить именно вечером в кафе. Мы планировали заказать на всех кофе, вылить и налить в стаканчики виски. — Продолжайте, — велела Мэри. Спенсер скрестил руки на груди. — Стаканчики такие, ну, как в Маке, с пластиковыми крышечками, — пояснил я. — Девчонки взяли на себя эту обязанность. Хелен было жалко кофе, но в итоге её уломали. Получается, их там четверо было: Сара, Тэй, Вики и Хелен… — Но вы же говорили, что сидели с тремя, — напомнила Мэри. — А, да, Хелен то ли поссорилась с ними, то ли что, но, короче, ушла, — пояснил я. — То есть, в кафе её не было, но до этого она была с ними. — Что было дальше? — спросила детектив. — А, да, они пришли со стаканчиками, — продолжил я. — Вообще не палились, конечно, кхм… Сара спросила, мол, а где все? Я ответил, что не знаю, и спросил, где Хелен. Вики сказала, что она, как всегда, портит веселье, что зануда и всё такое. Ну, мы посидели, попили немного, ну, в каждом стакане где-то до половины налито было. Стало скучно, мы уже были уставшие, я пошёл в комнату, девчонки остались в кафе. — Дальше, — направила меня Мэри. — А, ну, тогда я и пошёл в комнату, — сказал я. — Постучал, в ответ тишина. Потом Даллон открыл мне, и он… Я кивнул на Спенсера. — Вышел и пошёл по коридору, руки в карманы, — сообщил я. — Какие карманы — я в футболке был! — возмутился Спенсер. — Не было карманов! — Разве не в чёрной толстовке? — я склонил голову набок. — Повторяю: я в футболке был! — злится Спенсер. — Тишина, пожалуйста! — утихомирила нас Мэри. — Спенсер, как всё было с вашей точки зрения? — Всё так же, только я был в белой футболке! — настаивает он. — Дэлли, то есть Даллон, открыл дверь, я быстро выскочил и пошёл к себе. Зашёл в комнату, рассказал всё Райану, попросил поменяться комнатами. Потом постучал он, — Спенсер посмотрел на меня, — и начал говорить с Райаном о том же, уже более конкретно. — Простите, но он не мог этого видеть — его в комнате не было! — заявил я. — Райан был один! — Спенсер, вы выходили из комнаты после разговора с Райаном? — уточнила Мэри. — Да, но позже! — настаивает Спенсер. — Я видел его! — Брендон, может, вы просто не заметили Спенсера? — провоцирует меня Мэри. — Всё я заметил, я ясно помню! — стою я на своём. — Лампа горела, я видел всю комнату! Не было его там! — Ох, не знаю, может, я был в туалете, может, я только слышал! — Спенсер потёр лицо рукой. — Они начали ссориться, им сделали замечание, и они решили выйти на улицу. — Что было дальше? — спросила Мэри. — Я сидел в своей комнате, ждал Дэлли, — продолжил Спенсер. — Райан вернулся расстроенный, извинился, сказал, что ничего не вышло. Я спросил, видел ли он Дэлли. Он ответил, что да, тот подходил к ним. Я решил сам к нему спуститься — что-то он очень долго не возвращался. Я ему написал, но связи не было. — Вы больше не пересекались? — уточнила Мэри. — Нет, — Спенсер покачал головой и опустил глаза. — Больше нет. — Брендон, когда вы в последний раз видели Даллона? — Мэри вернулась ко мне. — На парковке, когда с Райаном ссорился, — ответил я. — Он подошёл к нам, пытался разрешить конфликт. — О чём вы разговаривали, когда он открыл вам дверь? — поинтересовалась Мэри. Почему она перескочила?! О, нет! Нет, я не смогу… Я глянул на Спенсера. — Он рассказал о Спенсере, кхм… — я опустил взгляд и рвано выдохнул. — Попросил поменяться комнатами… Он заёрзал на стуле. — Во сколько Даллон ушёл и куда именно? — спросила Мэри. — Ну, приблизительно без десяти двенадцать, может, на пару минут раньше, — ответил я и запнулся, глянув на Спенсера украдкой. Да ладно, это не так важно для дела, можно опустить детали… — Брендон? — обратилась ко мне Мэри. — Куда именно пошёл Даллон? — В кафе, — я пытаюсь говорить непринуждённо и не смотреть на Спенса. — Он сказал, зачем? — Мэри сверлит меня взглядом. Это ведь не так важно? «У тебя должны быть ответы на все вопросы!» — Он хотел купить вино, — я опустил голову. Спенс закрыл лицо рукой. Даже Мэри поникла. Мы пару секунд сидели в гробовой тишине. — Спенсер, — детектив будто боится к нему обращаться. Он всхлипнул, вытер слезу и часто заморгал, в надежде вернуть себе невозмутимость. — Можете говорить? — спросила она. — Можем сделать перерыв... — Нет, — Спенсер покачал головой. — Как вы провели те полчаса до… — Мэри выдохнула. — До обнаружения? Он зажмурил глаза и сделал глубокий вдох. — Сидел в комнате минут до пятнадцати первого, — произнёс Спенсер со вздохом. — Его уже полчаса не было, и я начал волноваться. Решил выйти на улицу, где приём лучше, и написать ему, заодно попробовать его поискать. Так и не нашёл… Он говорит без эмоций и просто позволяет слезам течь, вытирая их монотонным движением. — Брендон, что было после? — детектив переключилась на меня. — Что последнее с того вечера вы помните? — Э-э, ну, эм, после парковки я забежал в мотель... — я качаю головой, вспоминая. — Точно не помню... помню, что был очень злой и расстроенный. Пришёл в комнату, Даллона не было. Ну, понятно, что не было, он же был внизу, да. — Как вы себя чувствовали? — спросила Мэри. — Да нормально, как обычно... — я пожал плечами. — Ну, злился, переживал, но физически всё было в порядке. — Что было потом? — уточнила Мэри. — Да ничего, я прилёг на кровать, взял телефон, пытался успокоиться, а потом просто уснул, наверное, — предположил я. — Проснулся я аж следующим утром уже, всё было нормально. Не знаю... — Снотворное не принимаете? — спросила Мэри. — Нет, — я покачал головой. — Спасибо, очная ставка окончена, вопросов больше нет, — Мэри выглядит расстроенной. Я вышел в коридор, где меня ждёт Тиган, Спенсер — за мной. Он всё это время держался изо всех сил, но как только вышел, опёрся на стену и сполз по ней вниз. — Спенс! — я склонился над ним. — Идём! — прошипела Тиган, оттаскивая меня от него. — Спенс… — сказал я потише, и на глаза навернулись слёзы. — Это же не ты, правда? — спросил Спенсер с болью в голосе. Я замотал головой. — Мне до сих пор не верится, что его больше нет… На последних двух словах его голос сорвался, и он опять опустился на пол, закрыв лицо руками, но быстро совладал с собой, поднялся и убежал, задев меня плечом. — Идём, — повторила Тиган. Она завела меня в мужской туалет и заперлась со мной в кабинке. — Брендон, ты должен понять, — произнесла она почти шёпотом, — то, что сейчас происходит — настоящая буря. — Поэтому мне нельзя разговаривать со Спенсером? — я нервно улыбнулся. — Вообще ни с кем, — серьёзно произнесла Тиган. — Ты подозреваемый, понимаешь?! Ты в самом центре бури! Я не хочу быть в центре, я уже ничего не хочу! Я просто хочу, чтобы это закончилось. — Посмотри на меня, — велела адвокат. — Не разговаривай с репортёрами. Сиди в Интернете только в режиме инкогнито. Любой твой шаг, любой вздох и движение — всё фиксируется, и всё может быть использовано против тебя! — Что у них на меня есть? — спросил я прямо. — Это законно вообще?! — Я пытаюсь это выяснить, — ответила Тиган. — Из-за этого дела все с ума сошли! Это дело десятилетия. Ты же сам понимаешь: обстоятельства, при которых всё произошло, тот факт, что почти все в вашей компании — известные и успешные. Ты и твои сёстры — наследники империи, ты начинающий музыкант и продюссер, Даллон — твой проект, плюс среди вас ещё есть популярные блоггерша и модель. Вы затмили Кэйли Энтони, понимаешь? Ты сейчас — О’Джей, Брендон. — Но я его не убивал! — сорвался я. — Действительно не убивал! — Я знаю, — заверила она меня, положив руку на плечо. — Но нам нужно убедить в этом всех остальных. А ведь ей повезло — такое дело себе оторвать! — Давай, умойся, успокойся, и поедем домой, — мягко сказала женщина. — Мы сейчас выйдем, и там будет твориться полная катастрофа, но ты попробуй не реагировать. Ничего не говори. Просто иди. Просто иди. — Готов? — спросила меня Тиган, когда мы подошли к выходу. Я посмотрел на неё и кивнул. Она открыла дверь, и в следующее мгновение на нас обрушился шквал вспышек, камер, микрофонов, диктофонов и вопросов. Вокруг стоят люди с табличками «свободу Брендону!» и скандируют какие-то лозунги. Что ж, приятно. — Брендон, на каком основании вас задержали? — спросила журналистка с восточной внешностью. — Брендон, где вы спрятали зелёную ленту? — ещё один журналист ткнул мне диктофоном в лицо. — Мотивом служил любовный треугольник? — спросил третий голос. — Без комментариев, — Тиган отшила их всех и провела меня к машине вместе с телохранителями. Машина тронулась, и я теперь наблюдаю за всем этим сумасшествием сквозь тонированное окно. Им плевать, что я свидетель, — они знают, что я зашёл в это здание с адвокатом, а ещё я из известной семьи, а это — заявочка на новую сенсацию. Что, если меня реально посадят? Я богатый, влиятельный и харизматичный, как и О’Джей. Только в отличие от него, я не убивал. Может, это — тот самый недостающий элемент, из-за которого всё обернётся против меня? хХх Наконец-то я в кровати. Принял душ, смыв с себя хотя бы часть всей грязи, и теперь листаю соцсети. В режиме инкогнито, естественно. — Мы попросили Надин Риттен, известного профайлера из ФБР, составить психологический портрет убийцы, — сообщила ведущая новостей. Название сюжета гласит «Green Ribbon Murder», и эти три слова сейчас повсюду. В хэштегах, мемах, новостях, комментариях. Эти три слова — первые в списке трендов Твиттера. Даже тому, что творит Трамп, не уделяют столько внимания! Мне нравится такое название — оно самое скромное и лаконичное из всех. А уж как только не называют это убийство и самого Даллона! «Мальчик за мусорными баками», «мусорное убийство», «жертва мажоров» и многое как ещё. karla_98@cutekarla твитнул (а): мусорный мальчик заслуживает справедливости! #GreenRibbonMurder Я фыркнул от отвращения. — Этот человек — дерзкий и импульсивный, — говорит Надин в микрофон с серьёзным лицом. — Он не боится действовать спонтанно и идёт на поводу у гнева. Гнев является его главным мотивом, катализатором его поступков. Он озлобленный на весь мир, отвергнутый им же, зацикленный на себе, направляет агрессию как на себя, так и на окружающих… Короче, это может быть любой из нас. — Будут ли ещё убийства? — спросила её ведущая. — Можно ли заявить, что мы имеем дело с маньяком? Фак, как же бесит, когда они вот так пугают! — Пока нельзя сказать с уверенностью, но вероятность очень высока, — ответила Надин. Я вздохнул и закатил глаза. #СпенсерСмерть Это ещё что?! tcjk@tcjk твитнул (а): этот сп*нсер корчит из себя жертву, а на деле хранит ленточку под подушкой! Они что все, совсем ебанулись?! бае: солнышко, ты как? Я тут же заулыбался. Он звонил мне кучу раз и прислал примерно миллион сообщений, но Тиган запретила мне общаться с «фигурантами». Ничего, думаю, немножко можно. Он единственное, что держит меня на плаву посреди бури, в центре которой я оказался. очень-очень скучаю! такой пиздец творится! Я хотел спросить его, знает ли он, какую травлю устроили Спенсеру, но вспомнил, что обсуждать фигурантов с другими фигурантами — ещё большее табу, чем просто взаимодействовать с ними. прости, солнце, не могу разговаривать :( Я вздохнул и нырнул ещё глубже в цифровые помои. Кто-то в Твиттере выложил вайн про чувака, который никак не может купить вафли из-за драки двух кассиров за прилавком, с подписью «Даллон и Спенсер в ночь убийства». Я закрыл Твиттер, но Инстаграм ничем не лучше. Первая сториз Спенсера — обращение к тем, кто его травит. Он уставший, измученный, убитый горем и со слезами в глазах. «Если вы думаете, что доведение кого-то до суицида поможет восстановить справедливость, то вы очень ошибаетесь!» Страшно представить, каково ему сейчас. На него ополчился весь Интернет, случайные прохожие обвиняют его в убийстве того, кого он любит больше всего на свете! Комменты под его постами завалены пожеланиями смерти, угрозами и оскорблениями. «ты убил его, но это не изменит факта, что ты всё ещё жирное уёбище и завидуешь ему» «ходят слухи, что вы с ним трахались. может, ты некрофил?» — Боже… — пролепетал я в ужасе, листая комментарии. Мне вот интересно… Если бы жертвой была женщина, его бы так же травили? Его бы вообще подозревали? Почему пресса бегает за мной, а травят всё равно его? Ах да, я богатый, влиятельный и харизматичный! А у Спенсера не выходит решить всё одной только харизмой, особенно когда он в трауре. — Придорожный мотель в нескольких милях от Вегаса стал местной достопримечательностью! — сообщила корреспондентка по телеку. — Туристы съезжаются сюда со всего мира! Так удивительно… Это был самый обычный вечер, самая обычная дорога, самый обычный мотель под таким же названием. Теперь всё, что связано с той ночью, всё, что ей предшествовало, — легендарно. Каждая деталь. Весь мир знает, что случилось пятнадцатого июня в двенадцать тридцать три ночи в мотеле в тридцати милях от Лас-Вегаса, знает координаты этого мотеля, цвет шариков в кафе, материал толстовки, которая была на Даллоне, имя кассирши и прочее, прочее, прочее… Вдруг имя Тиган высветилось на экране телефона. — Да, — я тут же ответил. — Танцуй, — весело произнесла она, — ты вне подозрений!