Наследие Баратеонов

       — Милорд Бейлиш? — Слинт расплылся в льстивой улыбке перед мастером над монетой — Рад вас видеть в моём скромном жилище. Гость в дом — боги в дом. Уж не побрезгуйте моим скромным угощением. Но вы же не просто так пришли?        — Увы, любезный командующий, — ответил невысокий худощавый человечек в синей бархатной тунике с пышными рукавами и плаще из серебристой парчи, заколотом застежкой в виде пересмешника. — Рад бы просто отведать молочного поросёнка, которого так чудесно готовит ваш повар…скажу прямо, куда лучше, чем повар леди Танды, но я к вам по делу государственной важности.       Тем не менее гость не отказался подняться на второй этаж в комнату, которую Слинт именовал своим солярием. Он велел слугам принести вина, соленых оливок и хорошего острого сыра. Иногда Янос ел здесь, если дел выдавалось очень уж много. Распорядившись, чтобы его не беспокоили, разве что в городе начнётся мятеж или прибудет гонец из Красного Замка, Слинт вместе с Мизинцем зашёл в комнату.        — В ногах правды нет, милорд, — пропыхтел Янос, усаживаясь в стоящее перед накрытым столом кресло, когда Бейлиш уселся в точно такое же напротив. — Так какое же это дело государственной важности?       Ему льстило то, что член Малого Совета лично явился к нему в дом. Пусть расположенный близ казарм у площади Сапожников особняк и был фактическим штабом городской стражи, Бейлиш мог бы вызвать его в Красный Замок или послать письменное распоряжение. Хотя прямым начальником его был скорее мастер над законами, Слинт привык больше ориентироваться на Мизинца.       По меркам кичливых вестеросских лордов Бейлиш, пусть и имел титул и замок, тоже был выскочкой, потомком браавосийского наемника, чей сын сумел стать рыцарем, а внук лордом. Может быть, поэтому лорд Петир относился к Яносу Слинту куда лучше, чем большинство высокородных при дворе. Да что там при дворе, сир Джаселин свысока посматривал на командующего.       Предок Слинтов тоже был рыцарем, но земель и замка он не получил, а у его потомков дела шли так неважно, что они превратились в обычных лавочников. Говорят, в Речных землях есть дом ленных рыцарей, докатившихся до того, что они содержат постоялый двор. Вроде бы Хеддли, хотя Янос Слинт не был уверен. Отец Яноса не был трактирщиком, он был мясником. По мнению Яноса, это ещё хуже.        — Умру, но так жить не буду, — пообещал себе мальчик. — О Слинтах ещё заговорят!       Маленький Слинт мечтал не о трактире или лавке, а о лордстве. Эту мечту он сохранил и когда вступил в ряды Золотых Плащей. Он сумел стать сначала сержантом, а потом и капитаном ворот, но вершиной его долгого пути стало назначение командующим. Конечно, он бы не отказался и от рыцарских шпор, но их Слинту никто не предложил.       Не успев порадоваться, Слинт едва не лишился места. Успели деснице донести о продаже мест в страже и кое-каких поборах с торгашей за их защиту от преступников. Прежде этим же занимался и сир Мэнли, но ему все с рук сходило, а с Яноса едва золотой плащ не сорвали. Слава богам, нашлось кому заступиться да и король оказался милостив.        — Все дело в том, что мы люди простые, — говорил он потом Аллару Диму, распивая с ним в честь избавления от опасности бутылочку доброго вина. — Если человек не может поставить перед своим именем словечко «милорд» или «сир», он, считай, не человек. Вот хоть сира Джаселина взять. Тоже мне, герой Пайка, руку ему топором обкорнали, а уж гонору… Смотрит на нас, как на дерьмо.        — Да, как на дерьмо, — поддакнул набравшийся Аллар. — Хотя он всего-то капитан ворот. Вот ведь скотина благородная. Держится, точно он Талли или там Тиррел. А на деле…тьфу, занюханный Байуотер. Сразу в капитаны произвели, а походи он в стражниках годков десять, по-другому бы запел. Думаешь, на твоём месте он бы честным остался? Держи карман шире, как будто старина Мэнли праведником был.        — В пекло праведников, им в септриях место, а не среди Золотых Плащей. Из праведников никудышные стражники выходят, слабые и глупые, — пробормотал Слинт, в голове которого уже шумело. — Король так и сказал. А ещё сказал, что будь у него больше таких людей, как Янос Слинт и Аллар Дим…       Заместитель удивленно выпучился на командующего: «Его милость меня похвалить изволил?»        — Да, так и сказал, что я да ты как молот и наковальня для столичных воров и душегубов, — приврал Слинт. Король выразился о Яносе не так уж и одобрительно, а о Алларе и вовсе ничего не сказал. Дим не подозревал о лжи командира и пришёл в восторг от «славного короля Роберта». Янос поддержал друга.       К деснице они не питали таких чувств ни в трезвом, ни в пьяном виде. Лорд Аррен был вредным злопамятным старикашкой, когда Неведомый прибрал его, Слинт и Дим вздохнули с облегчением. Лорд Ренли практически не вникал в работу Золотых Плащей, лорд Бейлиш в своё время замолвил королю словечко за Слинта, а упрямый Станнис убрался гонять пиратов на Ступенях.       Будь лорд Драконьего Камня королём, головы Яноса и Аллара насадили бы на пики, как только Аррен обвинил командующего и его помощника. Ужасный он человек, лорд Станнис, он даже привезшему в осажденный Штормовой Предел еду контрабандисту пальцы на руке обрубил, пусть и сделал потом рыцарем. Странно, что он сам себя не обезглавил за измену Безумному Королю.       Не удивительно, что его милость среднего братца терпеть не может. Станнис ведь и не смеётся никогда и на турнирах не бьётся, как знатному лорду положено. По борделям, опять же, не ходил. А ведь жена не то, чтобы красотка. Тощая, ушастая, да ещё долговязая, не ниже мужа, а ведь его милость с братьями люди рослые. Личико у нее милое, да рядом с королевой эта Флорентша что девчонка с кухни.       Всего одного сына ему и родила, а у его милости кроме законных от королевы ещё бастарды в каждом борделе и не только в столице. Видать, мужской силы у мастера над кораблями мало, вот и зол он так. Правда, про младшего королевского брата слушки и похуже шли. Вроде взглянешь на него, вылитый король в молодости, а увидешь, как на турнирах его из седла вышибают, так и сразу в слушки начнешь верить.       Хотя до лорда Ренли Слинту дела не было, человек он был мирный и редко донимал командующего по пустякам, не то, что Станнис. Пожурит порой, но больше для порядку. Янос и думал, что пусть милорд хоть за коз примется, лишь бы с поста не гнал. А с делами Слинт хорошо справлялся да и капитаны дело знали. Ну, а что денежки ему отстегивали, так и он на их «покровительство» лавочников глаза закрывал.       «Только Байуотер, сволочь, не платит, денег с торгашей не берет, да и другим не даёт.»       Сложнее всего бывало во время турниров, особенно больших. Людей и так не хватает, а каждый лорд и рыцарь притащит с собой ораву вольных всадников, сквайров, присяжных мечей и слуг, а уж карманники и воры совсем распоясываются. И ведь непременно и драки в трактирах, и ссоры из-за шлюх в борделях, и пьяные скачки, и убийства, словно без этого благородным и их людям жить нельзя.       По-настоящему большие проблемы начались, как приехал новый десница. Много всякого Слинт повидал, но уж нападения королевского гвардейца на десницу не было никогда, да и при Эйрисе такого бы не случилось. А все из-за того, что жена лорда Старка похитила Беса, точно она какой-то рыцарь-разбойник, а не благородная леди. Дрались лев и волк, а король ругал его, командующего Золотыми Плащами.        — Ты что, совсем ослеп, Слинт? — ревел его милость на застывшего, точно статуя командующего. Король расхаживал по своим покоям, разъяренный бык, да и только. — Сволочь вороватая, тебе жить надоело или другой плащ захотел, чёрный, под цвет брони?        — Нет, государь, — вымолвил побледневший Янос, с ужасом представляя себе пожизненную ссылку на край света, где даже летом холоднее, чем в леднике отцовской мясной лавки. — Больше такого не повторится.        — Если я ещё раз узнаю, что твои дармоеды явились уже когда все закончилось, я тебе своими руками голову оторву, понял? — от рева короля Слинт отшатнулся. Его милость раскатисто захохотал. — А теперь катись отсюда, Слинт, да поживее…       И теперь лорд Бейлиш говорит, что его милость умер, а лорд-десница задумал переворот. У Слинта аж челюсть отвисла, когда он узнал, что подлый Эддард Старк задумал объявить детей королевы Серсеи незаконнорожденными, а на Железный Трон посадить лорда Станниса. Конечно, Янос был твёрдо убеждён, что северяне безбожники и негодяи, немногим лучше похотливых дорнийцев, но все же…        — Он совсем сошёл с ума, этот чокнутый древолюб? — в шоке произнёс Слинт. — Его ж на куски порвут.У него и прежде всего полсотни мечей было, а теперь и вовсе латников с гулькин нос. У королевы в гвардии сотня мечей и дюжина присяжных рыцарей. Это не считая белых мечей сира Барристана.        — В городе пятьдесят боевых кораблей, на Драконьем Камне в три раза больше, — произнёс лорд Бейлиш. Его серо-зеленые глаза сверкнули. — Вороны летают над водой не хуже, чем над землёй, Станнис может оказаться куда ближе, чем кажется. Прибавьте к этому лорда Ренли, у него и его друзей сотня воинов. Может с братом он и не ладит, но Ланнистеров он любит ещё меньше. Сотня мечей, милорд.       Янос помножил это число на четыре, с деньгами лорда Ренли в кабаках и на постоялых дворах за ночь можно нанять целую рать головорезов. Да что там рать, десница может просто-напросто вышибить в отставку Слинта и Дима, поставить во главе Золотых Плащей Байуотера и послать стражников арестовывать хоть молодого короля, хоть королеву, хоть Бейлора Благословенного, восстань он из могилы.        — Я не лорд, — наконец выдавил из себя Слинт, покрываясь холодным липким потом. Стул начал казаться жёстким, точно камень, вино кислым, словно уксул, а дублет из мягкой шерсти тесным и грубвм, как власяница нищенствующего брата.        — Он пришёл меня убить, — ужаснулся Слинт. Мизинец наверняка в заговоре. Его сдали с потрохами, лишили поста и жить ему осталось… От этой мысли командующий впал в странное оцепенение, из которого его вырвал голос Бейлиша.        — Вы желаете стать лордом, любезный Слинт? — невозмутимо спросил мастер над монетой.       У Слинта отлегло от сердца. С блаженной улыбкой он кивнул, не сдержавшись от того, чтобы вновь наполнить свой чеканный серебряный кубок, близнец того, который стоял перед мастером над монетой.        — Харренхолл вас устроит? — прервал Слинта Мизинец.        — Х-харренхолл? — глупо переспросил Янос, но тут же собрался. -Что мне нужно делать, милорд?        — Просто исполнить свой долг, милорд, — широко улыбнулся Бейлиш. — Мятеж должен быть подавлен в зародыше. Нед Старк был настолько глуп, что отказался от помощи Ренли и тот ночью бежал вместе с Рыцарем Цветов. Я сумел втереться в доверие к северянину и он решил, что в память о дружбе с его женой мне захотелось подкупить вас и ваших капитанов, чтобы вы поддержали его мятеж…       Дождавшись, пока Слинт перестанет хохотать, Мизинец продолжил:"Так вот, до последнего момента он будет уверен, что ваши стражники нападут на Красных Плащей и Королевскую Гвардию в тронном зале, арестуют королевскую семью и будут удерживать город до прибытия лорда Станниса.»        — Милорд, извините меня за вопрос, но я правильно полагаю, что Старк хочет выдать свою дочь за Эдрика Баратеона? — спросил Слинт. Он не удивился, когда Бейлиш кивнул. — Вот ведь безбожная северная скотина, его милость ещё не похоронили, а Старк уже думает, как бы обездолить его детей.        — Северяне жестоки и не знают, что такое честь, — согласился лорд Бейлиш. — Милорд Слинт, вы должны выставить усиленные караулы в Красном Замке, пошлите сотню лучших людей в тронный зал, как только винтерфелльцы обнажат мечи и десница проявит себя, как изменник, убейте всех, кроме самого Старка.        — Будет исполнено, милорд, — торжественно кивнул командующий. — Только бы действительно стать лордом…вы точно не шутите насчёт Харренхолла?        — Король Джоффри, как и положено хорошему сыну, слушает свою мать, а она прислушивается к моему скромному мнению, — ответил мастер над монетой. — Будет вам Харренхолл, да и я в накладе не останусь. Или вы думаете, что лорд Станнис вас отблагодарит щедрее?       Янос Слинт не был дураком. Единственная возможная награда от Станниса — это плаха. Поэтому в урочный час Красный Замок был набит стражниками в золотых плащах. Янос ждал членов Малого Совета у дверей тронного зала. Командующий был закован в покрытые чёрной эмалью и отделанные золотом доспехи, держа на сгибе локтя закрытый шлем с высоким гребнем и с длинным мечом на поясе.       Войдя в тронный зал, Янос увидел стоящих перед троном полукругом рыцарей Королевской Гвардии, всех, кроме сира Барристана и бежавшего из столицы Цареубийцы. Позади Железного Трона, на котором восседал Джоффри, выстроились двенадцать латников в алых плащах, с чьих стальных шлемов скалились золоченые львы. Пес тоже был здесь, при мече и в серой стали с ног до головы.       Под гобеленами с охотничьими и батальными сценами стояли его Золотые Плащи, полсотни воинов с каждой стороны, в чёрных кольчугах и полушлемах, вооружённые восьмифутовыми копьями и короткими фальшионами, у сержантов вместо фальшионов были длинные мечи. Ловушка захлопнулась, только добыча об этом ещё не знает. Как не знает и о том,что вскоре башню десницы возьмут штурмом...       Он флегматично наблюдал за тем, как королева разорвала завещание короля, дающее Старку власть, как Хранителя Государства и регента. Невозмутимо слушал изменнические речи десницы и видел, как клинки гвардейцев в серых плащах вышли из ножен и винтерфелльцы окружили Барристана Селми,отсекая его от стоявших перед Железным Троном рыцарей. Его час ещё не пришёл…        — Вы не оставляете мне выхода, — нагло пролаяла королеве эта самодовольная зверюга с Севера. — Командующий, арестуйте королеву и ее детей, не делайте им ничего дурного, лишь сопроводите в их аппартаменты и держите там под охраной.        — Стража, к бою! — воскликнул командующий, надев свой топхельм и обнажив меч. Воины в золотых плащах изготовились к бою, а Старка явно ободрил вид чёрных жал их копий.        — Я не желаю кровопролития, пусть ваши люди сложат оружие и никто не… — Старк ещё говорил, а стражники уже начали убивать. Первым погиб толстый капитан винтерфелльцев, наконечник копья пробил его кольчугу и поддоспешник, меч северянина выпал из ослабевшей руки. Сам Янос метким ударом клинка обезглавил одного из гвардейцев, другой сумел было потеснить стражников, но Пес быстро прикончил его.       Изменник ошеломленно наблюдал, как восьмерка его северян гибнет под мечами и копьями верных воинов короля Джоффри. Лорд Бейлиш, все это время неподвижно стоявший за спиной Эддарда Старка, стремительным движением выхватил кинжал из ножен предателя и ловко приставил его лезвие к горлу северянина. Должно быть, это было самое быстрое подавление мятежа за всю историю Семи Королевств.        — Я же предупреждал, чтобы вы не доверяли мне, — весело произнёс мастер над монетой, обращаясь к своему пленнику.