Милосердие Праведного
1 апреля 2020 г., 23:56
— Рады ли вы, лорд Бракен? — спросил Праведный. Прежде его звали Хамфри Хайтауэр, но ради интересов дома он принял обеты септона и недавно был рукоположен в сан Праведного новым Верховным Септоном. Король пока не решился воссоздать Святое Воинство, однако не будет возражать против маленькой войны набожных воителей, выступивших в Речные земли, чтобы сравнять с землёй Древорон
Официально, Хамфри был здесь, чтобы решить дело миром, но на самом деле меньше всего ему хотелось, чтобы Блэквудам вновь удалось отстоять право молиться Старым Богам. Впрочем, ни Джонос Бракен, ни сир Эррен Флорент, помолвленный с наследницей Каменной Ограды, не испытывали теплых чувств к хозяевам Древорона. Что до братца Гарта…
— Я мечтал об этом дне всю жизнь, — отозвался широкоплечий мужчина, восседавший на закованным в серую сталь коне. Броня речного лорда была точно такой же, добротной, но лишенной позолоты, эмали и серебрения. Чем-то Бракен и сам походил на скакуна, упрямого и норовистого. История вражды Древорона и Каменной Ограды уходила в глубину веков, для лорда Джоноса было делом чести одержать в ней верх.
— До чего же эти Блэквуды любят воронов, — скривился Хамфри. Мышастый мерин Праведного всхрапнул. Черные птицы кружили над ними, оглашая местность карканьем. Бракен уже рассказывал о том, что вечерами вороны любят сидеть на ветвях чардрева. Семеро, только бы они в ожидании побоища не загадили серебряную парчу рясы. — Я слышал, что лорд Титос носит плащ из вороньих перьев?
— Это сущая правда, — подтвердил лорд Джонос. — И на нагруднике его панциря кружат вороны над деревом. Совсем он помешался на этих птицах.
— Раз так, то ему будет приятно узнать, что я позабочусь о его любимых птицах, — Хамфри вздохнул. — Таких упрямых врагов Святой Веры нельзя прощать. Церковь не желает крови и отвращается от неё, так пусть же наказание перейдёт в руки светских владык. Не щадите здесь никого из мужчин, милорд. — Кое-кто в этих стенах верит в Семерых, — без выражения сказал Бракен. — Как быть с ними?
— Убивайте всех, милорд, Семеро узнают своих, — Хамфри прищурился, глядя на огромное чардрево, возвышавшееся над зубчатыми стенами. — По мне, как те, кто служат поборникам ложных богов, хуже язычников. Передайте прочим капитанам, чтобы начинали приступ.
Лорд Джонос молча кивнул. Хамфри вновь посмотрел на древние стены Древорона. Говорят, такие четырехугольные башни строили ещё до прихода андалов, смотрятся они грозно, но хуже держат удары осадных машин. Блэквуды погрязли в прошлом, не замечая, как изменился мир. Неужели у них никогда не было денег на новые укрепления?
Отряды Бракенов, Флорентов и Хайтауэров прибыли на берега Вдовьей реки под знаменами Баратеонов, в знак того, что они действуют с согласия и по воле короля. Блэквуды должны были стать примером прочим упрямцам, стоящим за Молодого Волка. Отныне к югу от Перешейка не должно быть других богов, кроме Семерых. Хамфри предложил лорду Титосу сменить веру, но он гордо отказался.
Бракен присягнул ради мести, Мутон из страха, жена Смоллвуда кузина лорда Сванна, Фреи жаждут получить власть над Речными землями…вполне достаточно на первых порах. Это не Запад, где ещё держатся Ланнистеры, здесь лорды куда более разобщены. Маллистер должен понять, что затягивать осаду не стоит. Громить Сигард, имея враждебных кракенов, не было резона.
Молодой Волк перед смертью сумел-таки прорваться в тыл кракенам и отбить Ров Кейлин. Считалось, что Робб Старк пал в решительной битве с кракенами, но очень уж гладко все прошло. Хамфри подозревал, что отправиться к праотцам не без помощи лорда Русе и рыцарей с Переправы. Так или иначе, Болтон стал Хранителем Севера и верным подданным короля Эдрика Первого из дома Баратеонов.
Если дом Старков пресекся, то с Талли дело было сложнее. Фреи захватили в плен собственного сюзерена, а вместе с ним наследников ряда домов Речных земель. Риверран остается в осаде, Чёрная Рыба может ещё долго там сидеть, замок укреплен куда лучше, чем твердыня Блэквудов. Пусть вода спала, но ее ещё достаточно, чтобы превратить Риверран в остров, что сир Бринден и сделал.
Может быть, Талли ещё сохранят Риверран, а может и нет, но титул сюзерена Речных земель они потеряли. Фреям достался край, ужавшийся после появления Речной Марки на востоке. На самом деле, кроме Чёрной Рыбы и лорда Титоса, лишь Джейсон Маллистер упорствует, но его наследник в руках Фреев. Блэквуд сам виноват в своих бедах, а братцу Гарту не терпится опробовать свой талант осадника.
Под Риверраном войско больше, но там командует Эстермонт, а сокрушить стены куда сложнее. Древорон слишком уж подходит в качестве цели акции устрашения, так говорил Гарт Хамфри и Праведный с ним был согласен. Часть их земель получат Бракены, часть отойдет анклаву коронных земель с центром в Пеннитри, а часть…впрочем, это уже дело мирской власти, а не скромного служителя Святой Веры.
— Пускай этим займется братец Бейлон, он ведь теперь заседает в Малом Совете, — подумал Праведный. — Разбирает жалобы, считает медяки, правит страной вместе с лордом Алестером, словом, занят важными, но невероятно скучными делами. Ему и решать, откуда теперь Эдрику царствовать.
Королевская Гавань восстановят ещё не скоро, так что либо Драконий Камень, либо Штормовой Предел. Не будет же Баратеон после коронации и свадьбы так и продолжать жить в гостях у хлебосольного лорда Лейтона. Пока же двор Эдрика оставался в Староместе. Как сказал Гарт, Старомест богатый город, пусть королевский двор обременительный гость, но отец всегда найдёт в этом выгоду.
Благодаря посредничеству Высокой Башни, Тиреллы согласились на мир с оленьим домом и смирились с новым статусом. Хайгарден и все земли этого лордства остались за Уиллисом, но ему пришлось простить долги короны и самому выплатить немалую контрибуцию. Если считать Великого Мейстера, в Малом Совете теперь два человека отца. Сам же Хамфри однажды станет главой Церкви.
— Может, Эдрик ещё и Святое Воинство к тому времени возродит? — рассмеялся тогда Хамфри.
— Не исключено, — флегматично сказал отец. По тону Старца из Староместа Хамфри не понял, шутил лорд Лейтон или нет. Возможно, не шутил. От предложения своего тестя-Флорента выставить одного из белых мечей из Хайтауэров он вежливо отказался — Хамфри духовное лицо, а его братья женаты.
Тем более, королю мало семи белых мечей и домашних гвардейцев, кроме них, у Эдрика теперь есть Орден Звезды, сорок девять преданных рыцарей-телохранителей, носящих поверх черных доспехов золотистые сюркоты с белой семиконечной звездой, в центре которой красуется маленькая оленья голова. Одна из этих семерок во главе с сиром Теоданом Уэллсом сопровождала Хамфри.
Набожный дорниец редкая вещь, но сир Теодан больше походил на капитана Сынов Воина дней величия Святого Воинства, чем на телохранителя короля. Кроме рыцарей, под его началом двадцатка конных лучников в ливреях Баратеонов, а также семеро сквайров. Небольшой отряд, но для битвы тут достаточно людей с эмблемами лиса, башни и алого жеребца. У одного только Бракена пять сотен мечей.
Когда метательные машины Гарта Хайтауэра закончат свой разрушительный труд, в атаку пойдут латники и копейщики под прикрытием стрелков, чтобы сделать то, о чем мечтали долгие века Бракены и Верховные Септоны. Древорон будет разрушен и предан огню, а Блэквуды повторяет судьбу Тарбеков и Рейнов. Хамфри милосердно распорядился о том, чтобы женщин отправили в Молчаливые Сёстры.
Хамфри был уверен, что сейчас Лиза Аррен трясется от страха в Орлином Гнезде. Будь эта женщина умнее, то не согласилась бы на брак своего отпрыска и бастардки Цареубийцы. Дом Ланнистеров истекает кровью, они теряют замки в Западных землях, и без того разорённых Молодым Волком. Паршивый из львов теперь союзник, уж это она должна понять. Как и то, что у неё ещё есть шанс выпутаться.
Всего-то и нужно выдать маленькую Ланнистершу и привести Долину к присяге Эдрику, тогда война не обрушится на побережье Долины и ее единственной проблемой будут лишь набеги кланов Лунных гор. Если уж леди Лиза не пришла по помощь Молодому Волку, то Черной Рыбе, не говоря о львах, не поможет и подавно. Женщины, если это не Висенья Таргариен или Нимерия Ройнарская, не созданы для войны.
Зато железнорожденные только и умеют, что воевать и грабить. В мирное время они появлялись у берегов Простора под видом рыбаков да купцов, говоря, что лишь продают железо и сушеную треску, а на деле пробираясь к Ступеням, чтобы заняться там пиратством. Сейчас же островитяне выбрали нового короля и лишь Старице ведомо, что взбредет в голову этому морскому разбойнику в короне из плавника.
Битвы королей и лордов на материке жестоки, но никто кроме самых безумных владык не объявлял смыслом жизни грабежи и человеческие жертвоприношения, даже северяне давно не развешивают на ветвях чардрев внутренности своих врагов. Отец говорил, что лорд-десница понимает, что не стоит упускать шанс раз и навсегда покончить с пиратами Железных Островов и их презренным божеством.
Король Роберт играл в благородство, позволив Грейджоям сохранить свои власть, но дать им восстановить Железный флот было безумием. Хамфри опасался, что в племяннике слишком много будет от дяди, чтобы без жалости обрушить мощь объединенного Вестероса на Острова. Пока не сожжены леса Старого Вика и жив хоть один жрец Утонувшего Бога, кракены могут восстать крепче и сильнее…
— Командуйте атаку, милорд, — сказал Джоносу Бракену Хамфри. — Я ведь лицо духовное и мне это не пристало. Я буду лишь молиться за победу истинных сынов Святой Веры.
