ВТЯНУТАЯ В...

Эмма надеялась спокойно выпить кофе, но всегда найдётся «добрый человек», который сделает всё, чтобы нарушить твои планы. В этот раз им оказался «подопечный» Эммы и бывший сообщник по криминальным делам — Нил Кэссиди. — Тебя можно поздравить? — С чем? Если с Днём Рождения ты или заметно опоздал, или сильно поторопился. — С помолвкой. — Спасибо. Я пришлю тебе приглашение на свадьбу, если только ты не исчезнешь также внезапно ни оставив ни записки, ни адреса, ни даже маленького сувенира на память, как ты это проделал со мной больше десяти лет назад. — Я всё могу объяснить… Эмма не слушает Нила, она внимательно наблюдает — Джеппетто, Голубая и тот самый байкер, Август Бут. Эмма «пробила» парня по всем полицейским базам — Беда помогла. Ничего подозрительного, известный писатель. Джеппетто причитает, суетится вокруг заметно смущённого Августа. Тот стал немного лучше двигаться, но всё равно, как деревянный. Эмму осеняет: — Пиноккио! — Он меня и попросил тебя оставить, — говорит Нил. — Ты должна была исполнить свою миссию, снять Проклятие. — Так, — Эмма сверлит Кэссиди тяжёлым взглядом, зелёные глаза темнеют. — Какое ТЫ имеешь отношение ко всей этой истории, дорогуша? Откуда ты знаешь Пиноккио? Если ещё не забыл, мне заливать бесполезно. Поэтому только правду и ничего кроме правды. — Я тоже родился в том мире и сбежал из Королевства ещё подростком при помощи волшебного боба — создал портал и… Эмма вспоминает иллюстрацию в книге — печальный рассказ о том, как Тёмный потерял своего единственного сына, то, как побелел Нил, когда увидел Голда стоящего в дверях своей лавки. «Бинго!» Картинка начала складываться — Тёмный так рвался в этот мир, чтобы найти своего отпрыска. Откуда-то Румпель знал, что сынок, несмотря на то, что прошли уже столетия, жив. Ради этого Тёмный заполучил Проклятие, нашёл того, кто окончательно отчаялся и жаждал воздаяния и мести — Регину и таки попал в тот мир где обретался его сын. Как же звали парня? Эмма вспоминает старый, потёртый медальон на шее Нила с которым он никогда не расставался. Даже во время занятий любовью и в душе. Бейлфайр! Или просто Бэйл. Так получается, что Генри… Регина права — она, Эмма, сплошной сюрприз. — Твой отец собирается создать новую ячейку общества, семью и ты не хочешь заглянуть к нему, поздравить будущего счастливого молодожёна, Бэйл? — Эмма говорит это так спокойно, таким ровным тоном, что до Нила не сразу доходит, ЧТО он только что услышал. — Что?! — вышло как-то неровно — буква «ч» громко и визгливо, а «то» Нил почти неслышно просипел. — У меня есть такая большая занимательная книжка, — Эмма почти мурлычет. — А в ней много замечательных историй. В том числе и про то, как Тёмный маг потерял своего единственного сынка. Чтобы его найти, Тёмному было необходимо попасть в этот мир, ради этого он нашёл и заполучил в свои руки Тёмное Проклятие и выбрал того, то есть ту, которой было почти нечего терять. И всё ради того, чтобы разыскать тебя в этом мире, а ты даже не хочешь поздравить отца с помолвкой. — Я уеду. — Если не забыл — у тебя на хвосте Феррат. Они давно сторожат у норки и стоит тебе только высунуться — цап-царап! Нил обречённо вздохнул. Эмма уже собиралась сказать, что ей пора на службу и отправиться прямиком в участок, как в кафе вошли Регина и Генри. Малыш уже почти полностью выздоровел, но Миллс укутала сына так, что он стал в два раза толще. Генри сразу увидел «маму Эмму», помахал ей рукой и подлетел к столику биологической матери, которой предстояло, согласно букве закона, вскоре стать мачехой собственному сыну. — Привет, мама Эмма. Это он? — Угу. Собственной персоной. Эмму всегда поражало, как этой женщине, с недавних пор её невесте, на невозможно тонких шпильках удаётся так быстро перемещаться по поверхностям любой степени неровности. Вот и сейчас — не прошло и двух минут, а Регина успела сделать у Руби заказ и сразу оказаться у столика Эммы и Нила, рядом с Генри. — Не представите ли нас, мисс Свон? — улыбка Регины была острей бритвы. — Ты присядь, дорогая, — ухмыльнулась Эмма. Регина нахмурилась, но послушно опустилась на стул и вопросительно уставилась на Свон. — Нил Кэссиди, мой бывший сообщник, любовник и тип, который цинично бросил меня одну, подставил больше десяти лет назад. Мисс Регина Миллс, мэр Сторибрука и моя невеста, — Эмма задумчиво почёсывает подбородок указательным пальцем словно что-то припоминая. — Ах да, как я могла забыть эту забавную деталь! Ещё она одна из лучших учениц твоего отца, Тёмного. — Лучшая ученица, — торопится уточнить Регина, а потом до неё доходит о чём только что сказала Эмма. — Что?! Я тебя правильно поняла, Свон? — Да, — кивает Эмма. — Нил Кэссиди, он же Бэйлфаер или Бэйл, давным давно разыскиваемый своим отцом Тёмным, Румпельштильцхеном или мистером Голдом. Наш малыш оказывается внук Тёмного. — У меня есть сын? — Нила даже слегка качнуло на стуле. — Не-а, — вклинился Генри. — Тебя не было, когда ты был нужен маме Эмме. Ты внезапно и бесследно исчез из её жизни и если бы не мама Регина я бы тоже остался один в мире, как и мама Эмма когда-то. А теперь они, моя мама Эмма с мамой Региной, вместе и тебе в моей жизни места нет. — Я могу всё объяснить… — опять начинает оправдываться Нил. — До фонаря мне твои объяснения, — сердито поморщился Генри. Голд собственной персоной с Белль под ручку. Тёмные глазки Тёмного мага с интересом разглядывают новое лицо — Нила. Генри просто расцветает улыбкой: — Привет, дедушка! Голд недоумённо уставился на мальчика, который из-за двух свитеров под курткой стал походить на медвежонка: — Дедушка? Нил начал торопливо выбираться из-за столика, когда Генри с ехидной улыбкой ткнул пальцем в Кэссиди: — А это ваш сынок Бэйл, мистер Голд. Папочка, очень невежливо пытаться убежать не поздоровавшись с отцом. Вы так давно не виделись… Лерой, который тоже решил зайти выпить кофе, подхватывает Голда под левую руку, Белль под правую, Руби помогает усадить Тёмного на стул. Бэйл смущённо переминается с ноги на ногу: — Привет, папа… Нил практически уносит отца домой на руках, Белль растроганно сморкается в платочек. Регина только вздыхает: — Какие ещё сюрпризы припасены у тебя, Свон? Выкладывай сразу все… — Больше никаких! Зуб даю. — Зуб это сильно.