так звучит проклятие

       — Эта дрянь точно не подходит, — Адель разгладила руками складки на черном платье. — И белое мне не нравится!        — По-моему, они все смотрятся просто прекрасно, — пожал плечами Фред. — Ты слишком придираешься. Это же свадьба, а не показ мод, — он свалился на кровать Делии, расслабленно закинув руки за голову.        — Я просто хочу выглядеть более или менее презентабельно среди супер-красивых людей! — она нервно развела руками, а потом, похлопывая себя по бедрам, начала шагать туда-сюда по комнате. — Может, сходим и купим новое?        — Пф-ф-ф... — он накрыл свое лицо руками, — а у тебя есть черные туфли? — Фред подорвался с кровати, явно что-то задумав.        — Ну, школьные… а что? — его странный вопрос мгновенно ввел Адель в ступор.        — Подождешь меня буквально несколько минут?        — Ну… хорошо.        Фред вышел из комнаты, оставив подругу в замешательстве.        Пока Адель была в комнате одна, она успела подумать о том, что уже совсем скоро начнутся учебные будни, в которых будет гораздо сложнее выделять время для Фреда.        Это показалось очень печальным: представить хотя бы день без него уже трудно, а если подумать о том, что они не будут видеться дня три…        — О чем задумалась, староста? — Фред вернулся достаточно быстро, и в руках у него были какие-то вещи. — Раздевайся! — он кинул вещи на кровать, а сам отвернулся от Делии. — Это должно получиться круто.        — Что это? — Адель немного растерялась.        — Просто надень.        Адель послушалась его.        Кажется, это были рубашка и ремень Фреда. Всё оказалось почти по размеру; Фред имел достаточно худощавое телосложение, в отличие от подруги, которая всегда выглядела достаточно крепкой.        Рубашка была белой с серыми узорами и очень длинной для неё, так как Фред значительно выше ростом, поэтому действительно походила на платье.        — Ну, я всё.        Фред повернулся к ней и припрыгнул на месте от восторга, прикрыв рот рукой. По нему было видно, что получившаяся картина ему явно нравилась.        — Не могу поверить, что это правда выглядит так круто!        Фред подошел к ней сзади, подхватив с кровати собственный ремень, и в одно движение обвил ремень вокруг её талии. Таким образом этот импровизированный наряд стал выглядеть ещё лучше — ремень подчеркнул, казалось бы, не существовавшую ранее талию, и теперь рубашка смотрелась действительно нарядно, но не вычурно. Так, как было нужно.        — Вот черт… — прохрипела Адель.        Она действительно не думала, что это будет смотреться так хорошо.

***

       К этому наряду Адель решила надеть черный кардиган, и таким образом они с Фредом прекрасно подходили друг к другу.        Все же эти вещи пришлось пока что оставить в школе, так как на свадьбу Альвы, которая была первой в их планах, она должна была явиться в нежно-голубом шелковом платье на бретельках, которое, как любезно подметил Фред, очень напоминало пижаму его бабушки, и с венком в цвет платья на распущенных волосах.        Сказать, что с уже значительно потускневшим лиловым цветом волос, который теперь больше напоминал неоднородный розовато-сине-платиновый, голубой венок не сочетался — не сказать ничего. Выглядела она, в целом, безнадежно.        Единственное утешение Адель нашла в шуточных комплиментах Уизли, который сегодня был на удивление милым, и, что странно, старался быть максимально близко практически все время.        Конечно, он и раньше вел себя подобным образом, но сейчас он буквально не желал отходить от неё ни на шаг.        — Уизли, черт тебя дери! — шикнула Ада. — Все должно быть в бело-голубых оттенках, а не красных!        С помощью магии они уже сорок минут пытались окрасить все в нужные оттенки. В качестве места проведения свадьбы был выбран сад, над которым перед этим кропотливо корпел мистер Блестем.        И он выглядел действительно волшебно: голубые гортензии, переплетаясь, создавали свадебную арку; на каждом из семи столиков стояла ваза с непередаваемой красоты пышным букетом; повсюду летали заколдованные бабочки, крылышками создавая мелодию, будто колокольчиками, а из кустиков, уже также окрашенных в голубой, были аккуратно выстрижены фигурки невесты и жениха.        Когда Фред увидел это, кажется, на минуту совсем потерял дар речи. Вид всего этого действительно завораживал, и даже Адель, которая отчасти привыкла к подобным творениям отца, сейчас была в восторге от того, как он постарался на этот раз.        — Ну-у, это ведь скучно! — Фред опустил свою палочку, состроив грустную мину. — Уже блевать тянет от голубого.        — Но, если мы не сделаем этого, у моей семьи останется плохое впечатление о тебе, — Адель аккуратно положила руку на его плечо. — Ты ведь этого не хочешь?        — Делия! Де-ли-я! — кричала мама, открывая калитку в сад. — Надеюсь, вы уже всё приготовили? Первые гости придут через несколько минут.        — Да, мам. Всё готово.        — Отлично, — она глянула на проделанную Фредом и Делией работу и улыбнулась. Но улыбка сползла на удивление быстро, когда она опустила глаза на ноги своей дочери. — Делия, почему ты в тапках?!        — Акцио туфли, — шепнул Фред, махнув палочкой за спиной так, чтобы Николь не увидела этого.        В следующую секунду он спустился на корточки перед Адель и аккуратно снял с неё домашние пушистые тапки, самодовольно глядя на неё исподлобья. Этот взгляд смутил её, и она, невольно улыбнувшись, отвела взгляд в сторону матери, которая ошарашенно хлопала глазами, глядя на это.        Она даже не понимала, как реагировать. Каждый раз остается просто принять это как факт — Уизли не оставит ни единого шанса поставить подругу в неловкое положение. Фред сам надел на Адель туфли и помог ей встать на них, придерживая за руку.        Прежде чем отпустить в «свободный полет» на каблуках, он довольно долго смотрел в её глаза, будто совсем забыв о миссис Блестем, наблюдающей за ними.        — Не упадешь, красотка? — он прошептал ей на ухо.        — Без тебя, думаю, моментально свалюсь с ног, — она улыбнулась, а он подмигнул ей.        — Смотри не свались с них от меня.

***

       Свадьба Альвы проходила четко по плану: в начале они встретили гостей, затем молодожены станцевали медленные танцы с родителями, и мистер Блестем отвел дочку к Алтарю, за которым уже стоял приглашенный священник.        Следующей и по совместительству заключительной частью праздника стала жутчайшая пьянка, во главе которой стояла, конечно же, Марфа.        — Сколько ей лет? — Фред нахмурился, набив рот мармеладом. — Скачет, как пятикурсница.        — Двадцать пять. В самом расцвете сил.        Фред все время смотрел на Адель.        Она всегда казалась ему красивой, пусть у него и не было привычки оценивать чью-либо внешность. Но сейчас эта красота достигла своего апогея: ему очень нравилось, как это голубоватое платье сочеталось с красной помадой. Было ощущение, будто на ней сочеталось даже действительно несочетаемое.        Но было и то, на что он буквально не мог смотреть без болезненного отзыва собственного сердца. Её левая рука. Ладонь была перемотана бинтом — нельзя было заживлять раны с помощью магии, пока они не вернутся в Хогвартс.        Несколько раз он заметил, как она морщилась или шипела от боли, когда делала что-то этой рукой. В эти моменты ему, должно быть, было гораздо больнее, чем ей.        Утешало одно: то, как радостно она улыбалась ему все это время.        Он прекрасно помнил, как Делия рассказывала ему о своих паршивых отношениях со старшей сестрой, поэтому он, замечая, как ей неудобно находиться здесь, пытался перевести её внимание на себя. И это прекрасно получалось — они буквально не отходили друг от друга ни на шаг.        И хоть им вместе было хорошо даже здесь, обоим до чертиков хотелось скорее явиться на свадьбу Гарри и Джинни.        В планах было подождать, пока все напьются, и тихонько уйти, но в один момент пришлось заметить, что родители Делии совсем не пьют.        А ведь они и являются самой главной проблемой. Тогда было решено прямо сказать им о том, что они собираются покинуть данное мероприятие.        И родители, что удивительно, не были против этого. Действительно: должны ли они заставлять свою дочку проводить время среди кучи пьяных людей?       К сожалению, жизнь не была бы жизнью, если бы всё было так просто: родители велели взять с собой Марфу, чтобы она присматривала за ними.        Крестная оказалась обеими руками «за»:        — Это, блин, — она обвела пальцем всех присутствующих, — точно не моя вечеринка.        — О-о, поверь, с нами тебе понравится намного больше, — сказал Фред, повернувшись к Марфе.        — Пупсик, с тобой-то я не сомневаюсь, что мне понравится, — она подмигнула ему.        Перед тем, как отправиться домой к Фреду, они заскочили в Хогвартс.        Марфе сказали, что Адель нужно было переодеться, но на самом деле это было сделано для того, чтобы снова провести обряд, так как они не могли быть совершенно уверены, что вернутся в школу сегодня.        В комнате Ады, когда она переоделась, он снова сделал ей несколько комплиментов, не удержавшись; он буквально восхищался тем, как чудесно она выглядит, если снять с неё школьную мантию со значком старосты.        А ещё больше его удивляло то, что она действительно с ним. С ним во всех смыслах и проявлениях.        Брать с собой Марфу казалось не так уж страшно — она никогда не задавала лишних вопросов и всегда держала язык за зубами, если это было нужно.        Адель всегда считала свою крестную прекрасным человеком: она — умная и сильная волшебница, по совместительству — отзывчивая, понимающая и очень красивая девушка.        Один минус — её страсть к крепкому алкоголю и едкому сарказму. Но это могло быть вполне исправимо.        — Так ты племянница нашей Делии, верно? — спросила Молли, когда наполняла вином бокалы.        Делия улыбнулась: было очень приятно слышать, что мама Фреда считает её буквально частью семьи. «Нашей Делии»…        — Да нет же! — Марфа посмеялась, помогая миссис Уизли с праздничными бокалами. — Всё наоборот.        — Ох, извините, — она посмотрела на Адель, а затем и на Марфу, неловко улыбаясь. — Выглядите точно как одногодки.        — Благодарю, — ответила Марфа.        Фред, Марфа и Делия подоспели к самому началу свадьбы; немногочисленные гости уже собрались, и всё было готово к выходу жениха и невесты.        Гостей на свадьбе было действительно немного: Джинни и Гарри прекрасно понимали, что не могут пригласить никого кроме семьи и тех, кто вообще никогда не знал Фреда, чтобы не появилось лишних вопросов.        Тем временем старший из близнецов Уизли снова сиял от счастья, находясь в кругу семьи. С восторгом он рассматривал всех: на этот раз явились даже Билл и Чарли.        Первый, хоть и казался достаточно суровым и сильным на первый взгляд, чуть не заплакал при виде Фреда, а его жена, Флёр, действительно расплакалась, но мигом успокоилась, вспомнив о том, что Фред всё ещё не видел собственных племянников.        Тогда она поспешила познакомить их. Дети были совсем ещё маленькие: Мари всего годик, а Луи — два. Но то неподдельное счастье, от которого Фред едва ли не вскрикнул, когда увидел, как племянница протягивает к нему свои маленькие ручки, чуть ли не заставило Молли и Делию заплакать.        Позже староста Гриффиндора подметила, что Фред, кажется, любит детей, потому что просюсюкался с ними не меньше часа, пока Флёр не сказала, что им пора укладываться спать.        Вскоре в поле зрения появилась прекрасная Джинни.        И выглядела она более чем потрясно: её волосы были аккуратными соломенно-рыжими волнами разбросаны по плечам; макияж, с которым её раньше не видели ни Фред, ни тем более Адель, подчёркивал её и без того выразительные глаза, а платье показалось настолько нежным, что когда она шагала, тем самым переминая юбку, та сверкала так, что казалось, будто это не ткань, а льющиеся сливки.        — Да она выглядит просто… — глаза Фреда расширились от изумления.        — Крышесносно, блин… — закончил за брата Джордж.        — Она такая к'гасивая! Словно п'гек'гасный лебедь в сияющем в ночи озере! — Флёр уткнулась в плечо мужа, мимолетно утерев слезы.        — Она выглядит действительно волшебно, — шепнула Адель и тут же почувствовала руку Молли на своей ноге. Так часто делала её мама.        Одна из двух глав семейства Уизли лучезарно улыбалась.        Ей не первый и не последний раз приходится присутствовать на свадьбе своих детей, но видеть свою единственную дочь, такую красивую, в свадебном платье, было для неё в новинку.        Когда Адель подняла на неё глаза, она увидела, в каком же восторге она пребывала. И в этот момент в глазах Молли она заметила тот же самый восхищенный блеск; как у Фреда, когда он, например, увидел своих племянников.        От этого она испытала какой-то прилив нежности к этой женщине и ласково накрыла своей ладонью её руку. Делия очень хотела стать для неё близким человеком. Ведь именно благодаря этой чудесной женщине Фред появился на этот свет.        — Когда-нибудь мы и тебя будем отдавать замуж и так же плакать, — прошептала Молли, наклонившись к Адель.        — Я все слышал, — фыркнул Фред, а миссис Уизли посмеялась и отвернулась.        Семья Фреда уже относилась к Делии с таким теплом, что она просто не могла принять его, не посчитав странным. И она прекрасно понимала, что начинает привязываться к ним, что пугало: она ведь до сих пор не может знать точно, что будет у них с Фредом дальше.        Возможно, он вовсе не собирается продолжать общаться с ней, когда она найдет способ вернуть ему жизнь?        От подобных мыслей становилось холодно, и она решила, что сейчас самое время отойти, чтобы накинуть свой вязаный кардиган, который она прихватила с собой. И, раз уж придется покопаться в сумочке, чтобы найти его, заодно она решила прихватить подарок.        — Привет! — Делия поздоровалась, когда подошла к Гарри и Джинни, которые тут же заулыбались, увидев её, и невеста бросилась обнимать старосту.        — Мы так рады, что вы с Фредом пришли! — сказал Гарри.        — Я особенно хотела видеть тебя здесь, Адель, — новоявленная Поттер выпустила её из своих объятий, тут же возвращаясь к Гарри.        Так радостно видеть их, таких счастливых и влюбленных, вместе.        Теперь Адель точно знала: свадьбы — одни из её любимых праздников. Ещё радовало то, что сестра Фреда уточнила, что она хотела видеть на своем празднике именно её, а не только своего брата. Ей пришлось смущенно улыбнуться, продолжая держать одну свою руку за спиной.        — Я приготовила для вас небольшой подарок, — Адель протянула к ним коробочку, которую держала за спиной. Джинни аккуратно взяла ее и развязала бантик, поворачивая её к Гарри. Он снял крышку, — Это росточек, — пояснила Адель. — Его нужно будет посадить у вас дома. Это деревце может выращивать любой плод, который вы попросите у него, но растет он, только если в вашем доме царит любовь и взаимопонимание, — она улыбнулась, чуть скромничая, а молодожены счастливо заулыбались, и оба кинулись обнимать её.        — Спасибо, Делия! — радостно шепнул Гарри.        — Это так мило! — пискнула Джинни.        Думала ли Адель, когда направлялась в школу в этом году, что вскоре будет обниматься с Гарри Поттером и его женой?

«Точно нет…» — подумала она.

       Но это происходило. И то, с какой искренностью они радовались простому деревцу, поражало. Люди, пережившие такие ужасные моменты, действительно радуются простым мелочам.        — Искренняя радость на столь молодых лицах всегда восторгала меня, — Адель подумала, что ей послышалось.        Но нет. Она развернулась и увидела своего преподавателя по Защите от Темных Искусств. Рядом с ним стояла розововолосая девушка.        — Профессор? — Адель нахмурилась. — Д-добрый вечер…        — Я тоже не ожидал, что увижу вас здесь, мисс Блестем, — он смущенно улыбнулся, приобняв девушку. — Как и Фреда Уизли. Но теперь, раз все так сложилось, думаю, ты можешь называть меня просто по имени.        — Это не все, что он хотел сказать, милая, — девушка пихнула его локтем в бок, мило улыбнувшись Делии.        — Верно. Адель, я тут… мы. Мы тут с моей женой подумали…        — Дора Тонкс, — девушка, перебив Римуса, протянула руку, которую Адель с радостью пожала.        — Так вот… Раз уж тебе удалось ТАКОЕ, — он глянул на Фреда, который заливался смехом вместе с Джорджем и Марфой. — То на моих уроках тебе делать нечего. Ты и сама, пожалуй, можешь научить меня чему-то. Но никак не наоборот.        Глаза Делии засияли, а в груди стало тепло от восторга: теперь один из её любимых учителей буквально стал её другом, так ещё и освободил от уроков. Значит, у неё после каникул всё же будет чуть больше времени на Фреда. Это не могло не радовать.        — Римус… Опять докучаешь молодым? — к ним подошел мужчина с темными вьющимися волосами по плечи. — Добрый день, мисс Блестем, — он аккуратно взял её руку и манерно поцеловал.        Это увидел Фред и, не упуская возможности поиздеваться, сначала вопросительно посмотрел на Делию, а затем со злобным видом показал ей кулак. Она посмеялась и, поднимая руку так, чтобы никто не видел, показала ему средний палец.        — Делия, это Сириус Блэк. Мой лучший друг, — Люпин представил его.        — И самый лучший в мире крестный, — добавил Гарри.        Вечер проходил просто замечательно. Делия наконец-то почувствовала себя в своей тарелке; будто все были такими родными, что им можно было бы доверить буквально всё что угодно.        Она так же не забыла о том, что прихватила с собой магловский фотоаппарат. Тогда началась полноценная фотосессия — все веселились и корчились на фотографиях, что было безумно весело, но Молли всё же удалось убедить всех сделать красивую и серьезную фотографию, которую они могли бы повесить в своей гостиной.        Марфа так же быстро влилась в компанию и, кажется, стала лучшей подругой Джорджа на этот вечер. Они не отходили друг от друга от слова «совсем» — даже когда Марфе, чуть перебравшей с алкоголем, понадобился туалет, Джордж побежал за заколкой для её длинных волос, которые она после этого поклялась обрезать.        Вскоре к ним присоединились Рон и Гермиона Грейнджер. С последней Адель сразу нашла общий язык — они долго обсуждали, как же трудно быть старостами.        Молли и Артур, уже будучи дедушкой и бабушкой, всё равно веселились наравне со всеми, чем безумно радовали своих детей. Молли даже удалось уговорить Делию выпить немного алкоголя, поэтому уже в конце праздника, когда все укладывались спать, девушка посчитала нужным выпить много воды, чтобы на утро не было плохо. Так когда-то подсказывала Марфа.        — Что, начинающий алкоголик, пытаешься скрасить свой вечер водой? — Фред зашел на кухню, а Адель мгновенно прижала палец к губам, чтобы он был тише.        — Все спят! — прошептала она.        — Дурочка, — он посмеялся, — на каждой комнате заклятье. В больших семьях редко у всех графики совпадают.        — А-а… — протянула она, допивая уже вторую кружку воды.        — Ну и как тебе моя семейка? — спросил он, выхватывая кружку из её рук.        Кажется, он не пил, но воды ему тоже хотелось.        — Тебе нужно избавиться от гребаной привычки хватать всё из моих рук, пока я не прокляла тебя.        — Разве ты этого еще не сделала? — он приподнял брови, будто удивляясь. — Тогда почему сегодня я весь вечер был вынужден ревновать свою девушку к каким-то престарелым колдунам, от которых она всё никак не могла отлипнуть?        Сердце проявило свою реакцию таким мощным толчком, что казалось, будто Делия действительно пошатнулась от этого.

«Это он сейчас про меня?» — подумала она.

       — Спроси это у своей девушки, Уизли, — она перехватила кружку из его рук и допила воду.        — Ну ты странная… — Фред расставил руки по бокам от неё, опираясь на кухонную столешницу.        Адель уже знала этот взгляд. Кажется, сейчас Уизли был в особом настроении, чтобы снова поиздеваться.        — Та-а-ак, к чему это ты ведешь, Фредерик? — Адель попятилась, насколько это было возможно.        — К тому, что скучаю по твоим маленьким губкам, — он улыбнулся, зная, как её смутят эти до абсурда глупые слова.        — Господи, ужас-то какой... я правда надеюсь, что ты о губках для мытья посуды, которыми натирал бокалы сегодня у меня дома, — она нахмурилась, пытаясь отшутиться, а на самом деле внутри неё все сжалось.        Так захотелось самой поцеловать его. Весь вечер он был не рядом, и хоть она и чувствовала себя хорошо со всей семьей Уизли, его самого всё равно категорически не хватало.        Будто было какое-то установленное количество прикосновений и контактов с ним, которое должно произойти за день. И сегодня их явно мало.        — Эх, если бы, Адель… — он уместил свою руку на её поясницу, затем, ласково поглаживая её ноги, спустил руки под колени и посадил на столешницу. Теперь их лица были на одном уровне. — Так гораздо удобнее, да? — он посмеялся.        Ей стало жутко неудобно, потому что это был первый раз, когда он поднял её на руки... и это было волнительно, потому что по весу она явно не сравнится с пушинкой.        Где-то внутри себя Адель нашла смелость для того, чтобы за шею притянуть его к себе и поцеловать в мягкие щеки, на которых от улыбки показались ямочки.        Так она его ещё не целовала. Так нежно и по-родному. Для Фреда это тоже показалось чем-то более чем приятным; он всё больше удивлялся тому, как его бедное сердце не устает так невозможно биться, когда он просто смотрит на неё.        Никогда ещё это не давалось ему так трудно — устанавливать связь с кем-либо. Никогда не было так волнительно подходить с каким-то простым вопросом, как было с ней.        Эта неожиданная нежность, конечно, нравилась Фреду, но он затеял все не совсем для этого.        Он слегка отстранился от неё, оставляя её руки на своих плечах, и, отодвинув воротник собственной рубашки, надетой на подругу, губами прикоснулся к её шее. Почти так же, как в школе, но намного увереннее — теперь у него была точная цель.        Она выгнулась в его руках, когда почувствовала, как он всасывает кожу на её шее. Это было настолько приятно, что граничило с болью; шею приятно ломило от его укусов и нежных движений губами, а в животе снова чувствовалась жуткая пустота и тяжесть, отчего она крепче сжала свои ноги, которые были расставлены по бокам от Фреда.        Когда он почувствовал это, он прижался к ней ещё ближе и начал поглаживать её бедра, на что она, резко взволновавшись тем, что он делал, накрыла его руку своей, но убрать все же не смогла — просто впилась ногтями, на что он снова улыбнулся. И поскольку его губы все ещё находились на её шее, Адель почувствовала эту улыбку.        — Еще раз улыбнешься, и я выбью тебе зубы.        Его язык в последний раз прошелся по её шее до подбородка, останавливаясь прямо около губ.        — Глупо угрожать мне, когда ты не в силах даже убрать мою руку, — их губы почти касались, когда он говорил это, а его затуманенный взгляд пробуждал в Адель то, что ей было безумно стыдно признавать.        Впервые в жизни её так возбуждали действия какого-либо человека. И на контрасте с тем, что раньше она совсем не знала подобных чувств, то, что она испытывала сейчас, просто сбивало с ног.        Входная дверь громко хлопнула, когда её рука оказалась в волосах Фреда. Домой завалились трое: Марфа, Джордж и Чарли, держащий обоих за шиворот.        — Ого-го! Что, прямо на столе, где мама все детство готовила нам пирожки? Где твоя совесть, братец? — Джордж явно был пьян, как и Марфа, но его красивая улыбка немного исправляла положение.        — Прошу не завидовать, — Фред, раздраженно стукнув по столу, отстранился от Делии. — Потом продолжим, — прошептал он и набрал воды в ту самую кружку с таким видом, будто ничего неловкого не происходило.        — Мы очень извиняемся, конечно, ребятки, но… — Чарли бросил их на диван. — Вы уже определились, где Делия будет спать?        — Конечно, блин! Со мной, — сказал Фред, подмигнув ей.        — Попридержи коней, герой-любовник, — грубовато, но с юмором сказал Чарли. — Я посплю с тобой, Фредерик. Комната Перси свободна, Делия, — мягко сказал он.        Фред недовольно цокнул, а Адель, состроив максимально довольную мину назло ему, поднялась в комнату, на которую указал Чарли.

***

       Утром проснуться Делии пришлось от громкого стука в дверь.        Кажется, ещё никто не встал, и она проклинала тот факт, что не наложила на комнату заклятье, как все остальные, и ей пришлось спуститься вниз. Но открыть дверь не вышло даже заклинанием — разумеется, в доме волшебников, должно быть, чары наложены даже на самые простые предметы.        Она решила разбудить Фреда, так как видела, в какую комнату он вчера ушел спать. Спал он только в джинсах, поэтому, когда она ворвалась в комнату, он начал искать свою рубашку, но Адель быстро сообразила накинуть на него свой кардиган, который вчера так и не сняла. Её взгляд сам по себе приковался ко все еще оголенному телу — кардиган не закрывал его полностью. Уизли хитро улыбнулся и щелкнул её по носу, тут же хватая за руку и ведя к двери, из-за которой все и началось.        Только сейчас они заметили, что их перебравшие родственники — Марфа и Джордж — всё ещё лежат друг на друге так, как их оставил Чарли. Из-за этого им пришлось вздрогнуть от ужаса, когда они увидели за дверью Анджелину.        — О-о-о, ужас… — прошептала Делия. — Привет, Анджелина!        — Привет, а где Джор…

«Нужно прикрыть их», — подумала она.

       — Ты как раз вовремя. Помнишь, я говорила про вечеринку гриффиндорцев? Вот, мы тут репетировали танец, посмотришь? — пробормотала Адель, тут же пихнув Анжелину на стул, стоящий в кухне.        Придумать ничего лучше так быстро она не смогла, а алкоголь, всё ещё находящийся в её крови, подталкивал к весьма категоричным действиям.        Фред, прекрасно понимая, к чему Адель ведет себя так, быстро включил музыку на магнитофоне, стоящем рядом. Так громко, чтобы разбудить Джорджа и Марфу, которые, к счастью, спали не в одной из заколдованных спален и всё слышали.        Песня была совершенно незнакомой, но Делия, мысленно краснея от нелепости ситуации, начала попытки двигаться, как в танце, но это было больше похоже на беспорядочные конвульсии.        Анджелина выглядела смущенной; они действительно обсуждали тему танцев, поскольку Джонсон была сведущей в них, но то, что сейчас вытворяла Адель... что это вообще такое?        Фред, стоящий сзади, пытался подтанцовывать, повторяя за девушкой, но тем самым делал ещё хуже. Состояние, в котором он пребывал вчера, давало о себе знать, поэтому его начало подташнивать от резких движений Ады прямо перед глазами, так что он просто прикрыл их, оперевшись о стенку.        Когда Адель поняла, что песня кончается, а Джордж и Марфа всё ещё спят как убитые, она притянула к себе Фреда, закинула одну ногу на его талию, наклонилась назад, посылая воздушный поцелуй Анджелине, а когда выпрямилась, сильно надавила на плечи Фреда, подталкивая его к злополучному дивану, и, драматично коснувшись своими губами щеки напарника, прошептала ему: «падай».        И он упал. Точнее, они упали — он потянул за собой и Адель. А приземлились они на диван, наваливаясь на Джорджа и Марфу, чем наконец-то разбудили их. Самый, пожалуй, глупый и ироничный план в жизни Делии всё же сработал.        Они начали бормотать что-то недовольное, но Фред и Ада быстро закрыли руками их рты. Старший Уизли буквально за волосы поднял своего брата с дивана, и он увидел свою невесту, наконец-то включаясь в ситуацию.        Адель в то время навалилась на свою крестную, продолжая затыкать её рот ладонью, сползла на пол и тут же закатилась под диван, чтобы Анджелина не увидела их.        Староста тут же расслабленно выдохнула. Получилось!        Но не совсем: Анджелина громко хлопнула дверью, прорычав, что ждет Джорджа во дворе, когда по его виду поняла, насколько сильно он был пьян вчера.        Как только дверь закрылась, все выползли из своих укрытий. Джордж, шокировано улыбаясь, хлопал глазами, а Фред все еще сидел буквально на его коленях в той же позе, как и упал.        — А ты мне нравишься, Делия. Придумать именно такой способ решения подобной проблемы могла только действительно гениальная девчонка, — Джордж подмигнул ей.

«Это у них семейное, похоже», — подумала Адель, садясь на кресло.

       Фред, опомнившись, тут же переметнулся к ней, всем своим видом показывая, что сидеть на коленях собственного брата — не самое приятное занятие.        — Ох! У вас-то, похоже, тоже выдалась горячая ночка, — заметила Марфа, взглядом указывая на шею Делии, где блистали два ярко-багровых засоса.

«Я все равно их уберу», — подумала Адель, бросив на Фреда злобный взгляд.

       Видок у всех был явно не для подиума: опухли так, будто не спали по три дня; макияж Марфы растерся по всему лицу, а обычно большие глаза Джорджа теперь казались меньше ногтя на мизинце.        Один лишь человек выглядел обыденно прекрасно. И это, конечно же, Фред.        Делия снова позволила себе рассматривать его; сейчас он выглядел не просто не хуже, чем обычно, а даже ещё более привлекательно — его волосы растрепались, глаза были сонно прикрыты, а то, как на нем смотрелась её кофта, как бы то ни было странно, выглядело до чертиков горячо.        Правда, пришлось в ту же секунду потянуться к нему, чтобы застегнуть на ней хоть одну пуговицу — совсем не хотелось, чтобы на него смотрела даже её собственная крестная.        — Извините, но я никогда больше не буду пить с вами, ребятки, — Джордж прикрыл лицо руками, откидываясь на диван. Он попытался выпрямить затекшую ногу, на которую упал его брат, но резкая боль в колене этому помешала. — Могли бы и учесть, что мне уже не семнадцать...