Barcelona

— А вы женаты? — Да. — А почему вы здесь не с женой? Он указал на море: — Здесь и вправду английское море, зеленовато-серое, а не обычного для воды цвета; как будто оно приобрело акцент! 'Мсье Ибрагим и цветы Корана' Э.-Э.Шмитт Очень рано, очень тихо. Арбенина бесшумно спускается по лестнице, в столовой Анна режет хлеб. Диана какое-то время молча наблюдает за тем, как под твердой рукой профессионала танцует нож. — Салют. — О, Ди? Доброе утро, дорогая. Не ждала, что кто-то проснется так же рано. Пять минут и я угощу тебя завтраком. — Да не, не хочу. — Просто не спится? Диана пожимает плечами, садится за стол, подбирая под себя босые ноги. — Я люблю утро. Это единственное время, когда могу быть одна. Через час встает Ванька, школа, потом еду на работу.. там всегда шумно, постоянно работает вытяжка. Я даже музыку в машине не включаю. Анна говорит медленно, проживая каждое слово. Арбенина слушает её, кайфуя от испанской мелодики в русской речи. — Кстати, о музыке. Ань, как мы по вечеру решаем? — Оо, нет. Со мной можно о меню, спроси сколько гостей будет, что мы станем пить. Про музыку, это там. Показывает рукой наверх, в сторону комнаты Светы. — Слушай, образно ты мой заказчик.. — Диана, это не работа, это просто один маленький праздник. Я знаю, как Инка страшно любит тебя и хочу сделать ей такой подарок. Два месяца назад я не улетела в Москву на концерт Светы, потому что Инна заболела.. ну совпали наши желания.. — Это всё прекрасно и понятно, но петь сегодня будет только одна из нас. Кто? — Принцип? — Да. — Хорошо. Тогда реши свой принцип со Светой. Не со мной, не с Инной, не одна. — Да без проблем. Сейчас решу. Встает, нервно задвигая за собой стул. — Диана, пожалуйста.. семь утра. Арбенина уходит, делая вид, что не слышит просьбы. Стучит тихо, но настойчиво. Света открывает не сразу. Держит ладонь у глаз, щурясь от контраста темноты в спальне и освещенного коридора. — Господи, что-то случилось? — Надо поговорить. Впускает в комнату, чуть приоткрывая шторы. — Ну? — Хочу решить, кто из нас будет сегодня петь. — Да чтоб ты провалилась, Арбенина. Возвращает портьеру на место, садится на кровать, подпирая голову руками. — Когда ты прекратишь превращать мою жизнь в ад? Блять. Ты же знаешь, как тяжело даются мне перелеты, как я подыхаю от бессонницы вне дома и специально приходишь именно сейчас. Мне всё равно, будешь ты петь, или я, или никто. Диана жадно разглядывает голые ноги Светки, утопая в её чистой ярости, в низком шелестящем несмыке связок, понимая, что весь мир потерял своё значение. Есть только Сурганова и возбуждающая темнота этой комнаты. Опирается спиной на стену, делая вдох. — Что ты хотела сказать? Говори и вали отсюда. Света сама открывает дверь, понимая, что разговора между ними не выйдет. Его просто не может быть по своей сути. Ни сейчас, ни завтра, никогда. — Всё, уходи. Оставшись одна, расправляет сбившееся одеяло, ложится, прокручивая в голове только что случившееся, и улыбается.