Всего один эфир на Хелоуин

Pov Dan Balan В кафе мы с Дашей просидели ещё часа два. Я был в полнейшем шоке от того, что узнал. Как оказалось, у Даши были неплохие отношения с Ангелиной, так как за время наших с ней отношений им приходилось довольно часто сталкиваться. После того, как мы с Ангелиной расстались, общение с Дашей они не прекратили, так как она начала подозревать о том, что Ангелина задумала, что-то нечистое. Только вот почему она мне раньше ничего не рассказала я понять не могу. Как выяснилось, наша встреча с Ангелиной не была простой случайностью, это всё было продумано и очень четко спланировано. Выглядит всё довольно реалистично: случайная встреча в клубе, проведённая вместе ночь. Только вот я не могу до сих пор понять, как я мог на это повестись? Пять месяцев отношений, довольно немало для того, чтобы между людьми образовалось доверие, и я доверял ей. В ту ночь когда она ушла я даже приблизительно не понимал причину, но теперь до меня дошло, что её просто напросто было. Ей нужно было привязать меня к себе любыми методами. С Дмитрием они знакомы давно, насколько я понял, то это именно он предложил Ангелине сотрудничество. Запудрил молоденькой девочке голову, мол будет жить в шоколаде, выйдет замуж за самого Дана Балана и нарожает ему детей. Ангелине естественно это было на руку, так как она видела, что я не чувствую к ней ничего кроме равнодушия. Любая женщина это поймет, даже не поймет, а почувствует. Всё должно было произойти внезапно. Ангелина приходит к Тине, пока меня нет дома и как бы случайно сообщает ей о своей беременности. И о том, что отцом этого ребенка являюсь я. Дмитрий довольно находчивый и умный мужчина, он прекрасно знал на какие точки нужно давить и какие эмоции вызовет у Тины новость о беременности Ангелины. Когда я узнал, что этот урод сделал с моей девочкой моими девочками, меня на месте держала только Даша, оправдывая это тем, что сейчас я сделаю только хуже, и мне необходимо дослушать её рассказ, чтобы я смог предотвратить всё то, что задумала эта компания. Руки сжимались в кулаки, а сердце бешено колотилось. Как эта тварь смогла убить моего ребёнка? Потом всё по классике жанра: крики, ссоры, истерики, «невинная» Ангелина и Дмитрий, который оказался рядом с Кароль в трудный период её жизни. Правда проблема в том, что эта коалиция слишком плохо знала Тину и была неосторожна в выборе круга общения. Неужели так сложно догадаться о том, что при общении с Дашей я рано или поздно узнаю весь этот план Барбаросса. Но сейчас это было на последнем месте, мне нужно было рассказать всё Тине, чтобы уберечь наши с ней отношения, которыми я очень дорожил. Не буду отрицать, что я был зол на Тину, безусловно. За то, что она сразу не рассказала мне о том, что произошло. За то, что скрывала это столько времени и позволила Дмитрию чуть не задушить себя. За то, что она сбежала не сказав ни слова и упорно молчала о беременности. За то, что соскальзывала с темы и любыми способами уходила от вопроса о Дмитрие. Я был зол на себя, за то, что так долго соображал, за то, что отпустил её тогда. Три недели. Три чёртовых недели. Это было ничтожно мало, мне нужно было продолжать её искать, а я сдался. Опустил руки. Отпустил её. Ушел в запой. Я мчал к Тине, чтобы она объяснила мне почему молчала. Я понимал, что это нереально сложно рассказать о таком, особенно женщине, но, чёрт возьми, это был и мой ребёнок, я имел право знать об этом. Через сорок минут я уже парковался возле многоэтажного дома в центре Киева. Зайдя в квартиру, я услышал запахи жаренной рыбы и морепродуктов, решила порадовать меня вкусным ужином и сделать приятное. — Тина? — снимая обувь, я окликнул Кароль. — Чем так вкусно пахнет? Ты решила испробовать свои кулинарные навыки? — Ха-ха-ха, Балан, очень смешно, — съязвила блондинка и вышла ко мне в той же футболке. На этой фурии все мои вещи смотрелись намного лучше. — Между прочим получилось съедобно, я даже больше тебе скажу, получилось очень вкусно. — И что же ты такое вкусное смогла сотворить на моей кухне? — проходя в глубь комнаты, продолжал я. — Запах похож на какую-то рыбу или что-то из этого рода. — Угадал, — улыбнулась Тина свое самой задорной и детской улыбкой, что по телу разлилось приятное тепло. — Сегодня у нас жареный минтай, морепродукты и рис с овощами, — гордо протараторила голубоглазка. — Вау, Кароль, ты удивляешь меня всё больше и больше, — как можно нежнее попытался сказать я, так как понимал, что предстоит сложный разговор. — Это всё, что ты хочешь мне рассказать? — Да, а что ты ещё хочешь услышать? — Ну например о твоей жизни за последний год и какое в ней участие принимал Дмитрий? — в комнате повисла неловкая тишина, нарушать которую в мои планы не входило, я хотел услышать чёткий ответ от Тины, но главное я хотел услышать правду. От начала и до конца. — Дан, нам обязательно сейчас об этом говорить? — буркнула Тина и отвернулась под предлогом насыпать еду в тарелки, пряча на самом деле свои глаза. — Давай не будем портить этот вечер, довольно неприятной темой. — Нет, Тина, я хочу услышать от тебя правду. — немного повысив голос, сказал я. Она включила режим самосохранения, так как эта тема была для неё очень болезненной и тяжёлой, но Тина должна была сама мне об этом рассказать, только в её силах было разрушить эту стену недосказанности между нами. Последнюю и единственную на тот момент. — Ты хочешь услышать от меня правду? Класс, Балан, а ты не думал о том, что я хочу? — швырнув тарелку на стол, шикнула Тина. — Я не хочу сейчас об этом говорить, ясно тебе? В наших с ним отношениях нет ничего такого из-за чего тебе стоило бы переживать. — - Охренеть, Кароль, замечательная у тебя логика. А то, что он регулярно избивал тебя до состояния полусмерти, преследовал тебя и твоих друзей, это нормально? — начал заводиться я. — Откуда ты всё это знаешь? — она была в полной растерянности, в голубых глазах начала собираться солёная жидкость, а руки предательски дрожать. — Ты действительно думала, что я не узнаю? Думала, что я до конца своих дней буду ходить полным идиотом и верить в те бредни о простом коллеге с рабочими разногласиями? Значит плохо ты меня знаешь, Тина! — Это всё, что ты знаешь или есть ещё что-то? — неуверенно произнесла блондинка, оперевшись об кухонную тумбу, периодически заламывая пальцы. — Есть. — Что же? — на выдохе сорвалось с её искусанных губ. Чёрт, да она вот-вот заплачет. — Я бы предпочел, чтобы ты сама мне рассказала об этом, — хриплым голосом, процедил я. — Мне нечего тебе сказать. — Да? А то, что ты была беременна от меня это как, считается? — до чего же я был зол на неё, даже сейчас, стоя на моей кухне, в моей футболке, она не говорит мне правду, а пытается как-то скрыть или съехать с темы. Но не в этот раз, моя дорогая. — Дан, я… — Что «Дан»? Или тебе все-таки есть о чем мне рассказать? — - встав со стула и подойдя вплотную к ней продолжил, — Кароль, до чего же ты смешная. Ты и вправду думала, что я настолько глупый? Я не пятнадцатилетний мальчишка, которого можно просто так обвести вокруг пальца. Ты понимаешь, что носила моего ребёнка, вот здесь, — приложив палец к её животу, продолжал рычать. — Под своим сердцем, и это ты считаешь настолько пустяковой информацией, что мне не важно было занять об этом? Чёрт, ты вообще понимаешь, что я сейчас чувствую. — Прости меня, я просто… — Я не закончил! — рявкнул я. — Моя ярость, Кароль, удваивается в несколько сотен раз от того, что ты, блять не рассказала мне о том, что этот мудак избил тебя так, что у тебя произошёл выкидыш, а я сука об этом даже не догадывался. И как мне по твоему дальше нормально общаться с тобой? То, что я разорву эту тварь как только увижу, я думаю даже не стоит озвучивать. Но ты, Тина, почему ты мне ничего не рассказала? Неужели я настолько безразличен тебе, что не имею право знать, что ты носила моего ребёнка? — Дан, я люблю тебя! Просто выслушай меня…