Опоссум

В повседневной жизни Нила существует несколько основных правил, которым он следует. Никакого секса перед игрой, даже не самой важной. После победы — пицца с командой в небольшой семейной пиццерии. Избегать алкоголя, чтобы не поцарапать тачку и никого не сбить. Не встречаться взглядом с Билли Спирсом, пересекаясь с ним в школе. Правила Нил задает себе сам. И не особенно беспокоится, когда их нарушает. За исключением последнего. Он тянется за куском горячей пиццы, смотрит за тем, как растягивается расплавленный сыр. Улыбаясь, кивает, слушая, как его товарищ по команде с жаром пересказывает самые яркие моменты игры всем за столом. Всем, кто и так на этой игре был. Открытие сезона — это всегда событие. Даже когда открывается он товарищеской игрой с соседней школой. — Ох, я думал, они точно отпиздят Пфеффермана после игры, — заканчивает свою тираду товарищ. Эрик Пфефферман, парень, катающийся на все спортивные мероприятия, чтобы разгуливать в костюме школьного талисмана и поддерживать команду, слабо улыбается. Пару раз ему действительно прилетало после особенно жарких матчей. Нил за него всегда немного опасается. Но Эрик — пацан крепкий. А костюм талисмана отлично амортизирует любые удары. Нил кусает пиццу, машинально поднимает взгляд на звук колокольчика у входной двери. Напрягается изнутри, когда видит заходящего в помещение Билли. На нем кепка с логотипом пиццерии, а за спиной — терморюкзак, сохраняющий доставляемую еду горячей. Значит, он тут подрабатывает. Ох, черт. Нил моментально отворачивается. — Молли болтала, что он скурил прах своей кремированной бабушки, — говорит Пфефферман. — Кто? — спрашивает Нил. — Спирс, кто еще. — Разве не снюхал? — уточняет Тайлер Манн, сидящий по правую руку от Нила. — Может, и снюхал, — Эрик пожимает плечами. — Это ведь круто, — говорит Тайлер. — В какой-то степени. Ну, типа, у пацана должны быть нехуевые яйца, чтобы вдохнуть в себя труп. — Ты больной, — выдыхает Нил. На самом деле, про Билли он слышал многое. С ним мало кто общается, но про него травят разные байки. Самым впечатляющим был слух о том, что Билли — родственник Бернарда Джайлса, убивавшего в семидесятых девчонок и жившего, кажется, в том же трейлерном парке. Именно этот слух однажды и привлек внимание Нила к Билли. Нил понял, что у него проблемы, когда начал постоянно высматривать его в школьных коридорах. Вечно заебанный и неразговорчивый, с тревожным каким-то взглядом, Билли стал предметом скрытого наблюдения. Узнать о нем, правда, выходит не так много. Но по крупицам Нил собирает его образ и пытается рассмотреть настоящего Билли, а не вестись на байки. Билли складывает несколько коробок с пиццей в терморюкзак. Краем глаза Нил все-таки видит, как внимательно он забивает адреса в смартфон. И, естественно, замечает, когда он покидает пиццерию. Нил берет это на заметку. Хотя пока и не очень понимает, зачем. Он знает, где Билли живет, и регулярно к нему катается за травкой. Но еще ни разу не смог развести его на хоть какое-то подобие человеческого разговора. Билли на него насрать и это абсолютно нормально. Нил только не представляет, как эту ситуацию исправить. И тем более не представляет, что будет делать, если все-таки исправит. Но пока он неукоснительно следует одному из самых важных правил. Не встречается с Билли взглядом, кроме как тогда, когда к нему приезжает.

***

Нил приподнимает покрывало на своей кровати, чтобы достать из-под нее крепко сколоченный деревянный ящик. Он открывает крышку. Сверху лежит небольшая пачка порнографических журналов. Под ними — огромная заначка. Очередной зиплок с высушенной травой, с которым почти бесстрашно он таскался уже пару дней, Нил прячет туда. Ящик сразу закрывает, убирает обратно. Он в жизни не курил ничего мощного. Да и никотин пробовал только в вейпе Пфеффермана на какой-то из вечеринок. Нил не исключает возможности того, что когда-то что-то да попробует. Но не испытывает в этом необходимости. Под его кроватью — ящик травы, которая никак его не беспокоит и не волнует. Его родители, если бы вдруг наткнулись и узнали, наверняка бы гордились уровнем его самосознания. После того, как высказали бы очень многое о том, что подобная находка способна дискредитировать всю их семью в глазах общества. Особенно сейчас, когда отец всерьез настроен сменить на посту мэра Уолта Джонсона в следующем году. Чтобы в перспективе, конечно же, пройти в сенат штата, а оттуда — в верхнюю палату Конгресса. В комнату Нила, не удосужившись постучать, вваливается Эдгар, его младший брат. Средний ребенок, если говорить о семье в целом. — Мама сказала, что ты меня отвезешь на тренировку, — заявляет Эдгар. — И заберешь тоже. Нил закатывает глаза. Ему будто больше нечем заняться, кроме как тащиться куда-то с братом. А потом еще ждать его там. У него были свои планы на остаток дня, не включавшие возню с малышней. Мать ему об этом, конечно, ничего не сообщала. Зачем, действительно. — Мария, что, не может? — спрашивает Нил хмуро. Нахрена вообще платить женщине, которая не в состоянии отвезти Эдгара на тренировку, например, отправляясь за продуктами. — Мама сказала, что ты спросишь, — кивает Эдгар. — И велела передать, что… Сейчас, — он достает смартфон и зачитывает: — Во-первых, в обязанности Марии входит няньчиться только с Лорой. Во-вторых, Мария везет Лору на прием к дантисту. В-третьих, не спорь с матерью, пока мы покрываем твои расходы. Вот. Нил вздыхает. Про расходы мать ему постоянно напоминает уже несколько лет. Он уверен — когда-нибудь она выставит ему полный счет. С выписками по картам, расчетом бюджета, потраченного на обучение, питание и вещи первой необходимости. Возможно, даже учтет моральный ущерб, нанесенный ее психическому здоровью в связи с постродовой депрессией. И обязательно засудится с ним, если он решит в далеком будущем отправить ее в дом престарелых. Спорить действительно бессмысленно, а период подростковой ненависти к матери он уже перерос. Нил понимает, что если бы не ее непрогибаемый характер и коммерческая жилка, семья оказалась бы в бедственном положении. А отец никогда бы не стал заниматься политикой и прозябал в маленькой продуктовой лавке, оставленной ему в наследство дедом. Мать делает все и даже больше. Нилу достаточно только подавить раздражение. Для этого ему нужно подумать о том, что завтра он снова поедет в трейлерпарк. Увидит Билли. Снова попытается с ним поговорить. Может, именно в этот раз найдет что-то умнее, чем «как дела». Может, вообще соберет в кулак решимость и позовет его с ним куда-то потусить. Нил знает, что ничего такого на самом деле не произойдет. Это не мешает ему фантазировать и оставлять в своем расписании дополнительное окно. — Иди собирайся, — говорит он Эдгару уже совершенно спокойно.

***

Трейлерпарк — все равно что другая вселенная для Нила. Хоть он и приезжает сюда совсем ненадолго, он по мелочам все равно видит и отмечает многое. Здесь атмосфера всепоглощающей лени. Люди ходят и делают что-то очень медленно, никуда не торопясь. Быстро носятся только мелкие пацаны. Зато переругиваются здесь громко. Как-то Нил видел пару, ссорящуюся прямо посреди дороги. О том, чтобы держать свои проблемы за стенами трейлера тут, видимо, никто не думает. Он видел в трейлерпарке пьяниц, безвкусно одетых молодых женщин, дам среднего возраста с немытыми волосами, крупных мужиков в растянутых тренировочных штанах, оголтелых детей, уличных кошек. Здесь живут не те люди, с которыми хотелось бы связываться. И Нилу кажется, что Билли сюда совершенно не вписывается. Нил останавливается около нужного трейлера. Думает, что на этот раз обязательно спросит у Билли о том, как он справился с последним заданием по химии. Или узнает о том, за какую бейсбольную команду Билли болеет. Это единственная тема, за которую он может зацепиться, потому что не в первый раз видит рядом с лестницей в трейлер бейсбольную биту. Вообще-то, у Нила нет проблем с тем, чтобы с кем-то разговориться. Сам Билли не идет на контакт. Он прерывает любые попытки Нила завязать разговор. И смотрит всегда недружелюбно. Это, впрочем, все-таки роднит его с остальными жителями трейлерпарка. На Нила здесь никогда не смотрят тепло. Он поднимается по небольшой лестнице. Стучит в дверь. Ее открывает незнакомый Нилу чернокожий парень. — Билли здесь? — спрашивает Нил, на момент полагая, что ошибся трейлером. Они тут практически все одинаковые. — Неа, — отвечает парень. — Да ты заходи, он скоро подтянется. Он к Монагану ушел, помогает там, ну типа по сельскому хозяйству. Парень подвигается, пропускает гостя в трейлер. Нил впервые оказывается внутри. — Я Антрон, — представляется парень. — Тронни, если для друзей. — Нил, — отвечает Нил, осматриваясь. Внутри ожидаемо тесно. Вся мебель небольшая, дешевая и старая. В кухонной зоне на крошечной плитке стоит чайник с обгорелым дном. А на небольшом столе — забитая пепельница и пара пустых бутылок из-под пива. Дальше этой зоны Антрон его не ведет, призывая остаться на «кухне». Его собственная комната, кажется, больше всего этого трейлера. А Билли тут как-то живет. — А вы с ним школьные дружбаны, да? — спрашивает Антрон. — Не то чтобы, — о, Нил бы этого хотел. — В школе у нас разные компании. — Ого, у Билли есть компания? — Антрон широко улыбается, хлопает ладонью по столешнице. — Не то чтобы, — повторяется Нил. — Я так и думал, — кивает Антрон. — Он не очень умеет заводить друзей. Мы-то с ним с детства братаны. Но вот была у меня подружка, городская. Ой, они совсем не ладили. Билл как закроется, так из него слова не вытянешь. С местными-то девахами у него все хорошо. А вот как кто чужой появится, все. Как псина, знаешь. Нил не знает, но очень хочет узнать. Если не от самого Билли, так хоть от Антрона, раз уж тот такой разговорчивый. — Или нет, не как псина, — продолжает тот. — Как опоссум. Прикидывается типа трупом. Аналогия с собакой Нилу нравится больше. — Так, может, тебе пивка пока? — Антрон хлопает перед собой ладонями. — Я за рулем, мне не стоит. — Да ладно тебе, ты же сюда за травой приехал. Ну вмажешься во что-нибудь. Ну дунешь потом. Нормально будет. Бутылка пива еще никого не убивала. Он поднимается, шагает к небольшому холодильнику, достает из него пару бутылок. Протягивает одну Нилу, предварительно скрутив крышку. Становится ясно — он один из тех людей, которые не слушают доводов. Нил берет бутылку, но не пьет. У него есть правила. И Антрон — не тот человек, с которым он готов был бы их нарушить. Входная дверь открывается, заходит Билли. Выражение лица у него настороженное и недовольное. Нил ставит бутылку на стол. — Охуенно вы тут расположились, конечно, — говорит он. — Гостеприимность, Спирс, — возражает Антрон. — Я проявляю гостеприимность. — В своем трейлере это делай, — Билли подходит к столу, берет с него пачку сигарет. — И своим пивом, блять, разбрасывайся. Мне папашка опять за тебя башку оторвет. — Убийца настроения ты, Билл, — качает головой Антрон. — Мы с Нилом сгоняем тебе за пивом еще, хочешь? Нил поднимается. Он может понять, когда ему тут совсем не рады. И когда не нужно встревать — тем более. Правда, особенно ему не нравится то, что парень, которого он видит впервые в жизни, начинает распоряжаться его временем. Нил может оставить денег за это несчастное пиво. Но гонять куда-то? Нет. Это не его территория. Это не его проблемы. — Я хочу, чтобы ты нахуй пошел, Трон, — Билли закуривает, опираясь о холодильник. — Хэмрик, — переключает он внимание на Нила. — Сколько тебе? — Ты так никогда друзей не заведешь, — заявляет Антрон. — Нил, прости его за грубость, он не со зла. — Выебываться тоже в свой трейлер иди, — раздраженно указывает ему Билли. — Нил, — к нему он обращается уже более спокойно. — Он распушил перед тобой хвост, потому что думает, ты ему пива или сигарет купишь. Или денег дашь. Не ведись. — Я и не собирался, — отвечает Нил. Ни вестись, ни чего-то ушлому Антрону покупать, ни тем более давать денег. — Да расслабьтесь вы оба, Иисусе, — Антрон морщится. Затем щелкает пальцами. — У меня, кстати, есть кое-что, что поможет нам всем расслабиться. Он приподнимается на стуле и достает из кармана широких джинсов небольшой бумажный сверток. Разворачивает его. Нил видит внутри несколько кусочков бумаги с нанесенными на них рисунками. — Антрон, — в голосе Билли звучит предостережение. — Нет. — А чего нет-то? Вот тебе есть, чем заняться сегодня? Мне — нет. Нилу, я думаю, тоже. Чем обкуриваться, лучше мультики посмотреть. Нил понимает — ему предлагают кислоту. Прежде, чем начать кататься к Билли за травкой, он много всего перечитал про психоактивные вещества. Хотел быть подготовленным, чтобы достоверно исполнить роль наркомана, если потребуется. О кислоте он тоже читал. И совсем не уверен в том, что ему это надо. Но, несмотря на неуверенность, Нил протягивает руку, берет один из кусочков бумаги и кладет его под язык. Обычно такая спонтанность ему несвойственна. Нил сначала думает, а потом что-то делает. Или полагается на инстинкты и опыт, как в баскетболе. Сейчас же ему важно глубже погрузиться в мир Билли. Пусть и таким образом. И это решение очень близко к инстинктивному. Он чувствует, что в этот непосредственный момент может рискнуть. Кислоты в его правилах нет, есть только алкоголь. А если что, всегда можно проспаться в машине, прежде чем куда-то ехать. — Ебанутые, — говорит Билли. — Какие же вы оба ебанутые. Антрон, подмигивая Нилу, тоже берет марку. Билли тушит сигарету и забирает со стола бутылку пива, к которой Нил так и не прикоснулся. И, сделав несколько глотков, все-таки принимает марку.