Демон в моей крови

Звук колоколов. Такой знакомый, такой… раздражающий. Интересно, кто-нибудь когда-нибудь задумывался о том, как вся эта какофония разносится внутри здания? А если здание древнее этих самых колоколов? Гэвин открыл глаза, морщась от разлетающегося по комнатке эха. С потолка упала еще пара отвалившихся кусков штукатурки. Мужчина уставился на этот самый потолок. В голове было совершенно пусто. Свет из маленького оконца под потолком был тусклым и неровным; ветер за стенами трепал листья чудом ещё не до конца облысевших деревьев. Нужно было собраться и спуститься к завтраку, иначе ему ничего не достанется. В большой семье клювом не щелкают, как говорится. Потом служба, обед, тренировки или выезд, как повезет. День ото дня, год за годом… Свет в окне совсем померк. Рид нахмурился. Неужели он проспал до вечера? Или нет? С осенью никогда не поймешь, утро это, день или вечер. Рид дернулся и резко встал. Плечо отдалось болью, как и голова, которая в один миг вспомнила произошедшее. В памяти вспыхнули синим пламенем чужие глаза. «Блять, какого хрена первое, что я вспоминаю — это он?» — мысленно взвыл Гэвин, опуская ноги на холодный каменный пол, чувствуя пробегающую по пяткам вибрацию. Плечо было аккуратно перевязано и отзывалось лишь легкой ноющей болью. Видимо, Лиза постаралась. Валяться тут в одиночестве, абсолютно не зная, что же произошло, не было никакого смысла, так что Гэвин быстро накинул запасную рясу и поплелся вниз, в столовую. Серость в окне ясно давала понять, что время катится к вечеру. Не пройдет и часа, как все покроется мраком. Вторя мыслям Рида, закапал дождь, отбивая собственную музыку и рисуя каплями на окнах. Он замедлился перед комнатой Хэнка и нервно сглотнул. Створка была открыта и тихонько поскрипывала из-за сквозняка. Из комнаты доносились приглушённые звуки невыключенного телевизора. Рид раздражённо вздохнул и, не парясь, зашёл в, как он и думал, пустую комнату. Хэнк все же смог отвоевать телевизор у Фаулера, и все наивно считали, что тот найдет свое место на кухне. Но Андерсон утащил его в свою комнату под предлогом, что он уже стар и может заснуть только под бубнёж очередного скучного фильма. Теперь старикан и засыпал под него, и просыпался, не уставая строить перед Фаулером святую невинность в ответ на ор по поводу гигантских трат электричества за месяц. А иногда, забывая его выключить, летел на утреннюю службу или очередное собрание — прямо как сейчас. Гэвин взял валяющийся на кровати пульт, задумчиво уставившись на симпатичную репортершу. — Загадочная группа людей под эгидой Сопротивления вторглась в храм Святого Павла. Никто из прихожан и служителей серьезно не пострадал. Напомним, что данная организация, существующая на протяжении трёх лет, успешно выступала против демонов и их последователей. Однако их предводитель по имени Маркус всё ещё отказывается комментировать свои последние аморальные действия. К другим новостям: в последнее время самой обсуждаемой новостью в интернете стала серия загадочных смертей по всему городу. Власти отказываются… Рид выключил телевизор, раздражённо бросив пульт обратно на кровать, и захлопнул за собой дверь. Ничего нового. Раз за разом. Наконец добравшись до кухни, мужчина потянулся к ручке двери и замер. В небольшой столовой горел свет и слышались приглушенные голоса. — О боже, да… Как же шикарно! — Ты просто бог! — Ммм… Это кому нужно душу продать, чтобы научиться такому? — Ну-у-у, — проникновенно протянул мужской голос, заставивший Гэвина вздрогнуть, — например, мне. Вроде как Рид пихнул дверь слишком сильно. Створка мрачно скрипнула и врезалась в стену, заставив всех находившихся в столовой подпрыгнуть. Кроме (ну еще бы) одного ухмыляющегося демона. — Проснулась, спящая красавица? — как ни в чем ни бывало улыбнулся Ричард, подмигнув мужчине. — Прости, не успел разбудить тебя утренним поцелуем. Лиза прыснула. Даже Крис улыбнулся, бормоча что-то про максимальную неоригинальность. Ну, а Гэвин тупо таращился на умилительную картину и тихонько офигевал. Еще бы, не каждый день увидишь, как демон расхаживает в клетчатом фартучке, что-то мирно размешивая в кастрюльке, и готовит еду для священников, созданных специально для того, чтобы уничтожать таких, как он! — Мгмм… — выдавила соображалка Гэвина, тихонько съёбываясь куда подальше. — Чё встал? — хмыкнула Лиза, похлопывая по стулу рядом с собой. — Садись, ешь, коли приперся. Ричард готовит просто божественно, только попробуй его тушеное мясо! Хэнк как попробовал, тут же свалил с мрачной рожей. Ну говорили же ему, ну не умеет он готовить! Только вот мы все вместе готовим еще хуже, так что пришлось смириться. Но теперь у нас есть Ричи! — в одно мгновение протараторила девушка, обращаясь сразу ко всем, отсалютовав демону ложкой. И, о Господи, тот отсалютовал ей в ответ. Гэвин все еще молча охреневал. — Ты чего его с нами раньше не знакомил? — улыбнулся Риду Крис, кроша хлеб. Дурацкая привычка. — Чего не сказал, что завел себе парня? — … Мгмм… Кажется, мозг Гэвина отключился напрочь. Он молча пялился на всех и каждого по отдельности, пытаясь догнать, что происходит. Лиза смотрела на него… ну, как-то слишком понимающе, накладывая в его тарелку тушеное с картошкой мясо. От блюда разносился просто невероятно сытный аромат. В животе оглушительно заурчало. Взяв вилку, Рид подцепил пару кусочков и отправил себе в рот. Мягкая картошка и невероятно нежное и сочное, несмотря на тушение, мясо… Не шло ни в какое сравнение с варевом Хэнка. Ну, не его это. Рид чувствовал, словно погибшие за ненадобностью рецепторы возрождались вновь, даруя истинное наслаждение. Кажется, это отразилось у него на лице. Лиза и Крис молча понимающе улыбались, уплетая еду за обе щеки, чуть ли не плача от удовольствия. Вдруг теплая рука аккуратно легла на здоровое плечо. Рид посмотрел на довольного собой Ричарда, продолжая двигать челюстью. — Понравилось? — произнес демон так, что становилось понятно: вопрос здесь стоял вежливости ради. Мужчина молча кивнул. — Вот и славно, дорогой, — хмыкнул Ричард, целуя Рида в макушку. Целуя. В макушку. Сбоку донесся умилительный вздох, и Гэвина наконец прорвало. Хлопнув по столу, да так, что Крис от неожиданности уронил вилку, мужчина схватил Ричарда за рубашку и молча потащил к выходу. Тот даже не сопротивлялся, примерно понимая, чем это могло кончиться. Вот и славно. Хлопнула очередная дверь, только теперь уже в комнате Гэвина. С потолка посыпалась очередная порция штукатурки, но никто не обратил внимания. — Какого хрена это было? — прорычал Рид, подбираясь и хватая демона за грудки. — Что происходит?! Какого ляда ты торчишь на нашей кухне как ни в чем не бывало? Он так сильно потянул рубашку, что оторвал пару пуговиц. Рид опустил взгляд и вздрогнул, уставившись на жуткие, чернеющие на фоне белой кожи шрамы на груди. Проследив за взглядом мужчины, Ричард аккуратно освободился от захвата и запахнул рубашку, подтягивая фартук чуть повыше. — Хей, прежде чем нападать на беззащитного, надо как следует во всем разобраться, ты так не думаешь? Кто, по твоему, только и делал, что выполнял приказ своего хозяина? А тот, бесчувственный, провалялся без сознания два дня, — пробормотал Ричард как можно более обидчивым тоном. Кажется, ему не поверили, отвечая на его тираду иронично-сомневающимся взглядом. Но демон своего добился, жадно вдыхая аромат беспокойства за него, что, как ни странно, приносило истинное наслаждение. — Погоди, я проспал два дня? — удивленно воскликнул Гэвин, хватаясь за голову. Волосы, мягко говоря, не отличались чистотой, да и сам Рид чувствовал себя максимально грязным. Ричард же кивнул, наблюдая. — А это… что? — тихо спросил мужчина, поглядывая демону на грудь. — Ну, скажем так, я от этого не умру, — пожал плечами Ричард. — Я не могу заживлять раны так быстро, как у себя в мире. Да и сейчас не могу, ибо… ну, человеческое тело не справляется. Зато никакая зараза не липнет. Не переносит температуру нашей крови. — Что произошло? Ну, после того… — смущенно выдохнул Гэвин, садясь на кровать. Ну не мог он произнести это как «поцелуй» — скорее, поглощение. Но слишком… Слишком. Ричард странно на него посмотрел, предпочитая примоститься рядом, занимая собой все пространство на кровати. — Что же первое пришло тебе в голову? — ухмыльнувшись, спросил демон, облизывая губы. Рид промолчал, чувствуя, как горят его уши. «Сука, блять…» Ричард был вполне доволен реакцией своего человека. — Эта тварь довольно живучая, но, благодаря тебе, я расправился с ней довольно быстро. Твои отправили его восвояси, а человека засунули в психушку. Сам знаешь, что, если отправить демона домой без выполненных условий Контракта, человек все равно теряет душу и становится… Как это у вас? Овощем? Ни нам, ни вам. Вроде как он хотел стать величайшим грабителем в истории, побив рекорд на самую большую сумму кражи. Не судьба. Гэвин, откинувшись на спинку кровати, внимал спокойному голосу Ричарда. Пусть тот и бесил до одури, слушать его было действительно приятно. — Тогда почему все считают тебя моим парнем?! — Ну, тут ты должен благодарить не меня, а Хэнка, — хмыкнул Ричард. — Он действительно силен. Шрам, что он мне оставил, теперь никогда не затянется, я был впечатлен. Только вот он узнал о нашем Контракте. Это сложно было скрыть, сражаясь с другим демоном, знаешь ли. Рид устало выдохнул, массируя виски. Меньше всего на свете Гэвин хотел, чтобы Андерсон узнал о его Призыве. — Как много он знает? — резко спросил Гэвин, напряженно всматриваясь в потолок. — Что я твой демон. Собственно, это все. Брови Рида поползли вверх. От удивления Гэвин даже встал, всматриваясь в лицо демона, убеждаясь, что тот вроде не врет. — Все? Он не пытал тебя? Не распял на кресте? Не… — тут у Рида кончилась фантазия. В любом случае это было слишком просто, чтобы быть правдой. — В один момент я, кажется, прочитал это в его взгляде, да. Однако он был довольно малословен. После битвы я пошел за тобой в больницу, ведь я не могу находиться слишком далеко от тебя. Там меня перехватила твоя «семейка». Ну и Хэнк ляпнул… что я твой парень. — За-ши-бись, — выдохнул Рид, поднимаясь с кровати. В голове был полный бардак. Нужно было срочно привести мысли в порядок, чтобы выкрутиться перед Хэнком хотя бы с меньшими последствиями. Отыскав полотенце, мужчина направился к двери. — Я в душ, разберемся со всем завтра. Только попробуй еще раз вытворить подобное на глазах у моих коллег, — цыкнул Гэвин и покинул комнату, затылком чувствуя раздражающую ухмылку демона. Душевая была одна на всех. Каждый мылся по расписанию, однако его все равно не придерживались, просто вешая на ручку все подряд, дабы обозначить занятость комнаты. Рид зашел, повесив на ручку собственную рясу. Гэвин решил наплевать на повязку на плече и просто понадеяться на благосклонность Лизы. Наконец упругие струи воды ударили по продрогшему телу. Учитывая, что собор топился только зимой, и то не везде, удивительно, что он, ко всему прочему, не подхватил себе какое-нибудь воспаление. Рид с удовольствием выдохнул, не обращая особого внимания на покалывание. Все его тело покрывали мелкие царапины от стекла, что приносило мало приятного. Теплые капли скатывались с плеч и волос, словно смывая все накопившееся напряжение. Но Гэвин знал способ еще лучше. Выдавив на руку немного жидкого мыла, Рид облизнулся и схватился за член, медленно проводя по стволу. Тот сразу же затвердел, отзываясь на ласку. «Боже, давненько я этого не делал», — мысленно простонал Гэвин, закусывая губу. — «Надо вспомнить что-нибудь пошлое. Та порнушка неделю назад? Или…» Собственный язык прошелся по верхней губе. И еще раз. И еще. Словно понимая, что что-то не так, чего-то не хватает. Рид сладко выдохнул и оперся локтем на стену, медленно поглаживая член. Дыхание участилось, а язык все никак не хотел успокаиваться. Наконец сдавшись, Гэвин засунул два пальца себе в рот, облизывая их, не успевая сглатывать слюну. По телу разносился уже позабытый со времен молодости жар, начинаясь где-то с кончика языка. Рид надавил на небо, не переставая ласкать пальцы собственным языком. Мало… Мало! Чего-то не хватало. Рука на члене ускорилась, по пальцам текла смазка. Ему нужен был другой язык. Горячий и терпкий, словно кофе. Он бы полностью подчинил себе, заставляя закатывать глаза от наслаждения и задыхаться от нехватки воздуха. Горячие руки зарылись бы в волосы, удерживая, не отпуская, притягивая ближе… Губы уже ныли от напряжения и покусывания, но Гэвин хотел еще. Как же мало! Тело дрожало, в один момент став невероятно чувствительным. Пальцы, не останавливаясь, орудовали во рту, пачкая подбородок слюной. Рид ускорился, подмахивая себе всем телом. Капля крови капнула с искусанной губы, тело задрожало. — Мгммм… — простонал Гэвин, опускаясь на пол душевой, ощущая, как все еще подрагивает чувствительный член. Рид повернулся и облокотился на стену, не обращая внимание на холод кафеля и пульсирующую боль в плече. Разум просто вопил от несправедливости. Врать самому себе бесполезно, хоть иногда и очень хочется. Он прекрасно знал, чье имя простонал бы во время оргазма, если бы не пальцы. Знал. И проклинал себя. Он проторчал в душе еще полчаса, старательно игнорируя произошедшее. Простоял бы дольше, если бы не орущая благим матом Лиза, вопящая что-то про месячный запас горячей воды. Боже, в какой же жопе они живут, честное слово. В результате Рид так и не рискнул обратиться к девушке с просьбой о своем плече. Ибо был риск лишиться всей руки сразу. А в комнате его ждал сюрприз… Сюрприз, дрыхнущий на его же кровати! Лицо вспыхнуло, то ли от ярости, то ли еще от чего. Рид метнулся к развалившемуся Ричарду и дернул за одеяло, скидывая зарвавшегося демона. — Ай, больно же! — практически по-змеиному зашипел Ричард, поглаживая ушибленный копчик. — Какого ты все еще в моей комнате, блять? — рыкнул Гэвин, замахиваясь на демона еще и подушкой. Тот удар отбил, встав в оборону. — А где мне еще быть-то? Нда, спящим ты был более милым, дорогой, — протянул Ричард, уворачиваясь от взбесившегося Рида. Глупо соревноваться с демоном в скорости, но мужчина был довольно упертым, чем и поплатился. Слегка утомившись играть в догонялки, Ричард молча перехватил руку Гэвина и повалил его на кровать, придавливая собственным телом. К слову, это возымело свой эффект, и человек наконец успокоился, тяжело дыша и яростно сверкая глазами. Однако, весело. — Не стоит так носиться после душа, да еще и с мокрыми волосами, — наставительно произнес Ричард, растирая между пальцами мокрую прядку волос. Отмерев, Рид возобновил сопротивление, ерзая и выплевывая ругательства. Демон сощурился, сверкая синими глазами, и наклонился к самому уху. — Если ты продолжишь так ерзать, мне придется тебя съесть. Гэвин вздрогнул всем телом, чувствуя обжигающее дыхание на своей чувствительной коже. Фраза Ричарда прозвучала одновременно и пугающе, и многообещающе, от чего сердце Гэвина чуть не выпрыгнуло из груди. Демон почувствовал, как замер человек под ним. Чувствительный нос уловил нотки возбуждения. Нет же, им было пропитано все человеческое тело. Ричард сам не понял, как сгреб Гэвина, зарываясь носом в изгиб шеи. Рид что-то пытался сказать, сопротивляться, но демон его не слышал, жадно вдыхая сладковатый терпкий аромат, наслаждаясь чужой дрожью во всех местах, где он прикасался. Это было словно наркотик — не сдаться, не остановиться… Гэвин отчаянно кусал губы, стараясь удержать себя в реальности. Сопротивляться было бесполезно, из такой хватки не вырваться. От этого становилось только хуже. Рид чувствовал всем телом ту невероятную жадность, с которой Ричард облизывал его шею, по-звериному порыкивая, не оставляя выхода. От этого просто сносило крышу. Его старания сдерживать стоны в один момент превратились в попытки не заорать во все горло. Стыд прожигал разум, но ему было приятно. Приятно! Член больно давил на ширинку, полностью отключая другие желания, требуя внимания. А ему, блядь, просто вылизывали шею! Гэвин не сразу сообразил, когда Ричард отстранился. Только почувствовав на себе взгляд хищника, Рид задрожал всем существом. Это был страх, глубже и древнее всех остальных. Его хотели сожрать. Белки утонули в черноте. Ричард хотел. Не просто есть, не просто насытиться, он хотел. Впервые чувствовал такую жажду. Человек под ним дрожал, кусая раскрасневшиеся и опухшие губы, и просто пропах похотью. Демон был уверен, что сам он сейчас пах точно так же. — Какого… хрена?.. — пытался выговорить Гэвин, тяжело дыша. Ричард резко наклонился, прикусывая чужое ухо, облизывая, посасывая мочку. Рид уже не мычал — скулил на самом краю слышимости. Такой сладкий звук… Утробно зарычав, демон вцепился вмиг удлинившимися клыками прямо рядом с бешено колотящейся жилкой. Гэвин выгнулся и глухо закричал, пачкая штаны собственной спермой. Ричард жадно поглощал душу, затуманенную похотью вперемешку с болью. Он еле оторвался от чего-то столь сладкого. От места укуса распространялось легкое онемение. Ричард, дыша так же тяжело, как и сам Рид, уставился на него все таким же жаждущим взглядом, облизывая свои божественные губы, перепачканные его кровью. Рид не знал, кто был первым. Он знал только, что если не почувствует тот блядский язык у себя в глотке, то просто сойдет с ума. Своя и чужая кровь била по вкусовым рецепторам, вырубая все человеческое. Гэвин чувствовал чужое возбуждение и гибкий язык. Он впивался в чужие губы так же, как впивались в него. Ему было глубоко посрать на то где находятся его руки, а где чужие. Блядское сумасшествие. Ричард остановился, почувствовав, как тело под ним расслабилось. Гэвин потерял сознание. В жилах пульсировали сила и желание. Губы болели и кровоточили. Демон задрал рубашку. На белой коже не осталось и следа от шрамов. Человек же выглядел немного бледным, но как будто умиротворенным. Ричард отбросил со лба мужчины пару все еще влажных прядей и тут же одернул себя. В кого он превращается? Он никогда не отличался особой чувствительностью, да и не привык сдерживаться. Но так же, как он сперва хотел поглотить этого человека, точно так же он не мог этого сделать сейчас. Демон выдохнул. Похоже, его брат был прав — он совершенно не разбирается ни в своих, ни в чужих чувствах. Как зверь. Тряхнув головой, Ричард привычным движением перевязал Гэвину рану и, благоразумно решив не трогать штаны, лег рядом. От стен тянуло холодом, отчего спать раздетым в такое время года было просто невозможно для нормального человека. Почувствовав тепло, Рид повернулся к Ричарду, закидывая на него свои конечности. В последние дни демон спал только так. Именно, спал. Ричард нашел это занятие очень даже неплохим, дабы скоротать время. Мерный стук человеческого сердца был лучшей колыбельной. Демон положил подбородок на мокрые волосы Рида и закрыл глаза, как обычно, решив разобраться со всем когда-нибудь позже.