г.Р.Е.Ш.И.

Фиолетовые облака оттенили жёлтое солнце. Листы бумаги летели по ветру, как плоть отрывного календаря. «…сущность осознаёт себя как афроамериканского юношу двадцати семи лет из округа Сан-Бернардино штата Калифорния, - быстро писал в своём блокноте Роб Максвелл. - Она называет себя именем Райан Кригер. – он подчеркнул последнее написанное. - Спутанности сознания не проявляет, достаточно связно рассказывает собственную легенду. Тип характера: волевой, несколько дерзкий, однако не агрессивный. Достаточно легко идёт на контакт и устанавливает связи. Наличие первой, главенствующей личности не признаёт». - Я хочу спросить тебя об одном событии их твоего прошлого, - тихо сказал Максвелл, доставая что-то из-под письменного стола. Пластиковый пакет с зиплоком. – Скажи, эта вещь знакома тебе, Райан? Хай Лин накренилась вперёд в своём кресле. Глаза её быстро метнулись к пакету. - Это карандаш? – вопросительно протянула она низким голосом. – Почему я должен его узнать? Вместо ответа мужчина достал ещё один предмет. Фотокарточку с изображением девочки. Её лицо, включая один глаз, закрывали толстые бинты. - Этот карандаш – орудие преступления, Райан, - жестоко произнёс Роберт. – Маленькой Забини Ли пришлось удалить её глаз после колющего удара этим карандашом. Восстановить его было уже нельзя… - Хочешь сказать, я это сделал? – азиатка изменилась в лице. Теперь в нём читалась некая обида к человеку, к которому она словно бы успела прикипеть. – Да я впервые вижу эту кроху. И этот карандаш тоже. - Ты уверен?.. – Максвелл внимательно посмотрел в глаза девочки. - Конечно. Конечно, я… Я… - лоб у той вдруг наморщинился. – Нет, подожди. Я словно призраков вижу… Будто бы… будто бы я всё-таки брал этот карандаш… прежде… О-о-о-о… Голова раскалываться начинает… - Можем сделать перерыв, если хочешь. - Нет… Нет, я… Я никогда не прятался в кусты, если виноват, сестрица бы мне такого не простила сечёшь?.. Я… Я правда смутно помню тот день. Это был я Роб, я и, в тоже время, нет… Что-то… Что-то сильное повлияло на меня, понимаешь? Испугало… Заставило… защищаться… Хай Лин ещё раз опасливо взглянула на синий карандаш в блестящем пакетике. Грифель его был посеревшим от времени. - От кого защищаться, Райан? От бедной девочки?.. - От чего-то ужасного, Робби… Чего-то… Гм… Как сказать… Слушай, а ты веришь в какого-нибудь Бога?.. - Не думаю, - тихо сказал психотерапевт, выводя в блокноте ещё одну строчку. – На сегодня мы закончили… «…при упоминании события Х черты второй личности начинают расслаиваться. Теряется связь с реальностью. Имело место более сложное повреждение в прошлом. Требуется дальнейшее наблюдение». - Ох… - стонала Хай Лин. – Ох… Ох… Лоб её был мокрым от пота. Едва только очнувшись от искусственного транса девочка сразу же попросила у Максвелла стакан холодной воды и выпила его практически за раз. - Как ты себя чувствуешь, Хай Лин? Ничего не болит? - Нет… - рассеянно пролепетала девочка. – Но очень жарко. И очень хочется есть… Что со мной было пока я спала? - Я хочу предложить тебе кое-что, - сказал темнокожий. – В скором времени я планирую подать рапорт и перевестись на другую должность. Более спокойный кабинет детского психолога в одной особенной школе. Ты слышала про Шеффилд? Если ты попросишь родителей устроить тебя туда, я смогу присматривать за тобой. И думаю, ты сможешь жить нормальной жизнью, если о тебе позаботиться. «Ты меня понимаешь?..» *** Ирма лежала на спине и неспешно перебирала крошечным пальцами по струнам старой гитары, едва ли не большей по размеру чем всё её тело. Со стороны могло показаться, что это маленькую девочку придавило к постели бревно. Музыка лилась нескладная, прерывистая, постоянно менялся ритм. - Где это ты эту штуку в общаге откопала? – Корнелия вошла в комнату, оставаясь незамеченной до самого конца. В руке она держала пару блестящих коньков на шнурке. – Впрочем, где бы оно не было, тебе лучше отпустить её на волю, - с лёгкой улыбкой добавила она, мысленно жалея расстроенные струны. - Пф, вот ещё, - гордо задрала носик Ирма. – Я всего в одном шаге от написания хита на все времена. - Ну да, ну да, - Корнелия села рядом с подругой и положила руку ей на плечо. – Наши потомки будут вспоминать ещё сразу же после «In the End», но обязательно перед «Bring Me to Life». - Как там ваши с Джуди занятия? – с лёгкой остротой в голосе спросила Ирма, откладывая гитару в сторону. - Съездила бы с нами, сама бы увидела, - легонько поджала губы Корнелия. – Но ты катка, как огня боишься с тех пор, как коленки в том месяце разбила. - Я бы просто сидела на трибуне и смотрела, как вы вдвоём катаетесь. А я не хочу. Видно было, что тема их темнокожей кураторши была если и не стоящей ребром, то, как минимум, нагнетающей неловкости. С тех пор, как они стали учиться в Роузвуде и жить в одном общежитии при школе, фигура афроамериканской старшеклассницы начала как-то слишком часто маячить там, где появлялась Корнелия. Сперва Мисс Пари старалась уделять равное время всем девочкам в классе, но постепенно все просьбы и предложения от неё начали лететь исключительно в Хейл. «Вот только одно дело, когда она просто просит Корни помочь с распечатками на занятия, - думала Ирма, всякий раз буравя спину Джуди глазами, - и совсем другое, когда подсаживается к нам за один столик в столовке… Учителя с учениками не сидят! А куратор это всё равно, что учитель!» - У меня иногда возникает чувство, что я тут не к месту, - призналась Ирма, убирая руки под голову. – Кругом одни пустоголовые куклы, уроки будто приторная тошнота, секции футбола, как в других школах нету, даже домой теперь не сходить, сидим в этой общаге, как принцессы в башне. Она с ненавистью посмотрела на герб бело-бордовой формы, висящей прямо рядом, на вешалке на ручке шкафа. - Ты ведь сама начала играть тут в затворницу. Никуда кроме кампуса не выбираешься, сидишь часами взаперти... - Ничего я не сижу часами, - фыркнула Ирма, - если ты про тот раз, я с мамой по телефону говорила и немного забыла про время, вот! У папы теперь постоянные ночные выезды и ей очень одиноко там одной! – она снова посуровела. Каштановые прядки волос будто бы даже опустились, как ивовые веточки, на наивные глаза. - Я… Я думала, мы с тобой будет всегда-всегда вместе, если попадём в совсем новую школу, где никого не знаем, а теперь мне кажется, что тебе и без меня тут хорошо с этой Джуди… Ой! Корнелия неожиданно обняла её. Лэр охнула от неожиданности, но не сделала ничего больше, лишь обиженно отвернула голову, позволяя подруге крепко прижаться к своему плечу щекой: - Не заставляй меня чувствовать вину, Ирми, - мирно, но с нажимом сказала блондинка, - ты же знаешь, я ни на кого тебя не променяю… Ты ведь моя Герда… - добавила она очень-очень тихо и вдруг сделала то, чего раньше никогда не пробовала – поцеловала Ирму в верх щеки, задержав губы на тёплой коже на полные пять секунд. Зелёные магические ленты расцвели на стенах комнаты цветами пахучих маков. «Любовь, это что-то прекрасное, Корни. Что-то немыслимое, необъяснимое, но дико тёплое, дико вдохновляющее… Ничто в детстве так не будоражило меня, как отец, нежно держащий руку мамы, и я каждый свой день рождения загадывала найти кого-то, кто будет так же держать мою…» …Было холодно, ветер стучал по отливу крыши, а с неба ему вторили звёзды. - Наше с тобой место ничуть не изменилось, правда? – тепло спросила Ирма, аккуратно свешивая ноги в бездну и помогая сесть Корнелии. Волосы той становились всё длиннее и прекраснее, недавно опустились уже ниже плеч. – Мы впервые забрались сюда, когда на было по четыре!.. Ха-ха, родители наши до сих пор так и не обнаружили нашу тайную крышу! - И ради этого мы сбегаем наш комендантский час, рискуя быть отчисленными из самой престижной девичьей школы в округе? – с насмешкой сказала златовласая, укладывая голову на плечо Лэр. – Меня устраивает… - утробно прошептала она, вдыхая холодный ночной воздух высоких этажей. - На той стороне улицы – питомник домашних животных, там можно основательно затариться пёсиками, - дикторским голосом сказала Лэр, воображая себя экскурсоводом для одной-единственной слушательницы. – Прямо рядом с ним, если обратите внимание, гламурный клуб «Zot», а ещё правее… - …злачный мотель «Радуга», куда сомнительные типчики водят похотливых школьниц, - с улыбкой закончила Корни. – Ты уже сто раз рассказывала… - Разве? – изумилась Ирма. - А я не помню… - Гм… Смотри, какая красотка внизу стоит? - Красотка? Где? Обе девочки оживились. - Да вон там, за углом. В красном платьишке такая, - Корнелия указала пальцем в темноту. – Тебе бы такое пошло… - Ха-ха, хорошая попытка, но платье, это для меня чересчур… - улыбнулась Ирма. – А женщина и правда ничего… Ой, закурила! Беру свои слова назад! Фу! - Ничего не фу, ей идёт, - хмыкнула Корнелия. - Идёт? Ты серьёзно? - Ага… Не в том смысле, что это что-то хорошее, просто выглядит очень… кинематографично… Ирма с насмешкой выпустила ртом воздух: - Ну-ну, роковая дама за тридцать в злачном переулке закуривает дешёвые женские сигареты в ожидании кавалера на стареньком Форде, который возьмёт её под ручку и поведёт осматривать достопримечательности пятизвёздочной «Радуги», где на липовую фамилию «Смит» был забронирован уютнейший номер с двухместной кроватью. - Весьма-весьма, - похвалила фантазию подруги Корнелия, - тебе бы женские романы писать… Ветер хорошо овивал шеи девушек. Словно прохладные незримые руку теребили им кончики волос. - Ну… есть у меня на уме один роман… но тебе не понравится, - тихонько сказала Ирма, отчего-то смущаясь. - Да? Разве? – с наигранным удивлением улыбнулась Корнелия. – А я как раз в настроении быть разочарованной… Обе не сговариваясь повернули головы друг к дружке. Ладонь Ирмы легла на щеку Корнелии… Снизу послышался шелест шин. К женщине внизу подъехала машина с огненными фарами, и та быстро загасила наполовину раскуренную сигарету о каблук перед тем, как встретиться со своим ночным спутником губами. - Эй, Ирма, - отвлеклась вдруг Корнелия. – А это разве… не твоего папы машина?.. - Что?.. Одна из дрожащих голубых нитей в темноте оборвалась, низвергая мир кромешную тьму… *** - В общем, так я и поняла, что нормально личной жизни в этом розовом клоповнике построить! – с хохотом подытожила цветущая Джуди, отодвигая от себя пустую тарелку из-под фруктового салата. Корнелия что-то ответила ей, но Ирма даже не расслышала её. Как весь тот поток сознания, что мисс куратор низвергла им в уши, вновь вклинившись третьей за их столик у окна. Глаза Лэр не выражали ничего. Всё произошедшее той ночью будто выжгло из памяти вплоть до этого момента. А вместе с неприятными воспоминаниями исчезла и радость. Исчезла жизнь. - Но у этого всего есть один неочевидный плюс, - голос Джуди скакал по громкости. Слова отделялись от контекста. Весь мир будто плыл. – Если будете ходить в правильной компании, годам к пятнадцати будете знать о лесбийском сексе всё, ха-ха! Лэр уставилась на неё пустыми глазами-прожекторами. Корнелия попыталась коснуться её под столом, но Ирма отдёрнула руку. - Что, да это же шутка, – Пари приняла выражение лица Ирмы на своей счёт. – Шучу я так. Правда же, Корни?.. - Я пойду… Ирма резко встала из-за стола, оставляя не тронутый, но искромсанный в мясо завтрак с утопленной в нём вилкой, и резким быстрым шагом поспешила покинуть столовую. Земля проваливалась под ногами девушки, реальность разваливалась на куски. Всё почернело, скомкалось. «Так меня поэтому так легко отдали в закрытую школу?.. Чтобы проще было сбегать по ночам? Как же так, папа? Почему ты целуешь какую-то женщину?.. Мама ведь… говорила, что у тебя много дежурств ночью…» - Мне надо домой, Корнелия… Я хочу знать… - голос Ирмы звучал подобно грому из-за пелены сюрреалистичных облаков. – Не трогай… Хватит… Отпусти… - Подожди, прошу! Они обе стояли в проходе между кабинками школьного туалета. Лицо Ирмы было мокрым. Словно она насильно до этого окунула его в раковину. - Ты не знаешь, что видела, - повысила голос Хейл, преграждая собой дорогу. – Я и сама не уверена, что это был… - она осеклась, увидев агрессию на лице лучше подруги. – Давай не будем спешить, - жалобно прошептала Хейл. – Умоляю… - Корни, - шатенка резко взметнула красные воспалённые глаза. Пространство за её спиной закручивалось в голубую спираль. Нити магии будущего зловеще стрекотали. Девушка сделала шаг и упёрлась грудью в выставленную вперёд руку Хейл: - Поклянись мне, что всегда будешь со мной! – потребовала девушка. - Что?.. Беловолосая моргнула. Промедление было секундным, даже меньше, но прежде, чем к ней вернулся дар речи, Ирма прошла сквозь неё к выходу. На лице у неё была боль. - Я… Я клянусь! – вскрикнула Корнелия оборачиваясь с нечеловеческой скоростью. Было поздно. Она стояла в кромешном одиночестве. Сотню сотен лет. А звук плача, который она слышала всего мгновенье, медленно вгрызался ей в мозг, парализуя и не давая погнаться за Ирмой. – Кля… нусь… Ирма… *** Неоновая вывеска клуба «Zot» освещала ночной переулок тусклым кисло-зелёным светом. Девушка укрыла плечи большой кожаной курткой. Она впервые была здесь, смотрела на это место не с любимой крыши, а с приземлённой высоты собственного невысокого роста. Сверху всё выглядело по-другому, но она смогла с точностью до сантиметра найти то место, где чудовище в красном притопило окурок от сигареты в тротуарную плитку. Сейчас на этом месте виднелось лишь блеклое пятнышко. Возможно, это было даже пятно от чего-то другого. Ирма коснулась его двумя пальцами и попробовала на язык. Непонятная щипающая горечь. Этой ночью улица была пуста… - Прости… Ты не это здесь искала? – чья-то тонкая длинная рука показалась из темноты и показала вытянутый на кончиках пальцев раздавленный сплюснутый окурок. – Я не решился забрать его вчера, - мальчик по имени Эндрю Хорнби показался из переулка. Ирма знала его, в детском саду, до того, как их дороги разошлись, он играл с ней в спектакле «Снежная Королева»… Мальчика по имени Кай. - П… Почему ты здесь? – зачарованным голосом спросила Ирма. – Зачем тебе этот окурок, Эндрю?.. – будто бы всё здесь было не случайно. Будто всё так и было задумано. Корнелия бежала по безжизненным пустым улицам, тщетно надеясь успеть. Она тоже будто знала, что что-то должно было случиться. И больше всего проклинала себя, что как-то упустила Ирму из вида и безнадёжно отстала, заблудившись в черноте. - Я хотел убедиться, что это был не сон, - Эндрю целиком вышел, странно качаясь, из переулка. – но это правда… - в глазах у него стояли дикие слёзы. – Моя мама снова надела это красное платье… - Что… - глаза Лэр округлились, а голова вдруг стала тяжёлой. Вывеска танцевального клуба перегорела в дикой вспышке. Зелёный свет осыпался на землю дождём оранжевых искр. - Хочешь погулять по городу? – глаза Хорнби зажглись в темноте белым огнём. - Да… - разум Ирмы в этот момент сгорел, как и вывеска «Zot». Девушка протянула руку вперёд, не понимая, отчего плачет. Корнелия увидела зелёную вспышку издали, но, когда добралась до мотеля, улица вновь была мёртвой и пустой. Кай и Герда покинули бетонный дворец, не дождавшись возвращения Королевы. И лишь переломанный окурок сырел на воздухе, вдавленный в асфальт проехавшей машиной.