Небо Лондона

Начинался дождь. Хавьер поднял воротник и улыбнулся серебристому небу. Сегодня погода не могла повлиять на его расположение духа. В воскресенье у Чейза, как он знал, выходной. Конечно, было бы приятнее отправиться к нему с самого утра, застать в кровати, может быть, напроситься на чашечку кофе. Но дела есть дела. Ранняя встреча касалась фабрики. Судя по виду адвоката, тот не спал всю ночь, может, и ночь до этого, чтобы уложиться в сжатые сроки. Санфорд оправдал свою репутацию и подготовил оставшиеся бумаги – должно быть, в жуткой спешке – чтобы всё можно было закончить, прежде чем отплывет корабль. Момент был выбран идеально, Хавьер не зря выжидал, когда владелец – теперь уже прежний – будет достаточно мотивирован и открыт для разумных предложений. Хавьер уже предвкушал, какую они закатят пирушку в Брайт Хаус. Честер будет в восторге, когда узнает, что они всё-таки провернули эту сделку! Он специально ничего не говорил близнецу, пока предприятие не будет у них в кармане. Конечно, на первых порах потребуются инвестиции, но оно того стоит! Дождь быстро усиливался, грозя превратиться в сплошную стену за считанные минуты, и Лань невольно оглянулся по сторонам в поисках места, где можно укрыться и немного переждать. Совершенно случайно он заглянул в большое окно какого-то заведения. Столики преимущественно на двоих, чистые белые скатерти и знакомая высокая фигура, выпрямившаяся на стуле у самого окна. Хавьер невольно замер на месте, позабыв про дождь. Он совершенно точно узнал Чейза. Полицейский сидел спиной и не мог его видеть, Ангел зевал у его ног, картина выглядела бы даже умиротворяюще, если бы не одно «но». Особа на стуле напротив оживлённо о чем-то болтала. Она была, наверное, ровесницей Ланя, с короткими волосами и пышными формами, которые ничуть не скрадывало закрытое серое платье. Цзян был с другой. Все внутренности скрутило, руки сами собой сжались в кулаки. Кажется, он был лучшего мнения о лейтенанте и считал, что тот не пользуется услугами проституток? Что ж, его уверенность пошатнулась. Сейчас любая женщина рядом с Чейзом показалась бы Хавьеру продажной, но конкретно эту он окрестил шлюхой за её вульгарную улыбку, которая не вязалась со скромной одеждой. Пусть они не давали друг другу обещаний, но это было больно. Лань даже не представлял, насколько. Он почувствовал подкатывающие к горлу – буквально – злость и разрушительную ревность. Хотелось утащить этого барана туда, где никто не помешает, и… показать ему, вбить, если понадобится, что он принадлежит Хавьеру! Мужчину уже трясло. Не в силах дальше наблюдать эту сцену, он отвернулся. Как раз в этот момент рядом остановилась лошадь. Кэбмен заметил мокнущего под дождем джентльмена и решил предоставить ему укрытие, пока тот не подхватил простуду. Как в каком-то сне Лань сел к нему и велел ехать по адресу, который не так давно вызнал в участке. Съемная квартира, тонкие стены, экономка… не самая подходящая обстановка, но лучшее место для того, чтобы дождаться Чейза. И не натворить ничего из того, о чем он может пожалеть. Они оба, если уж на то пошло. Однако он не учел того, что женщина с двойной фамилией наотрез откажется пускать его за порог. – Ничем не могу Вам помочь, мистер Лань, – сказала она почтительно, но непреклонно. – Раз у Вас такое срочное дело, езжайте в участок, может застанете его там. *** – Эй, Цзян! Тебя там поклонник дожидается, зря мы ему не верили, что ты сегодня придешь, – посмеиваясь, окликнул Чейза секретарь. – Раскрой секрет, чем ты его взял? – Ясно чем, – проворчал Смит. Лейтенант сжал кулаки, уговаривая себя не реагировать на безобидные в сущности подколки скучающих сослуживцев. Не могли же они, в самом деле, знать, как Чейз провёл время в компании Ланя. Ангел уткнулся носом в пол и вовсю вынюхивал что-то, повиливая хвостом. – Ах, да, Чейз же у нас просто само обаяние! – насмешник осекся, стоило встретиться с ним глазами, и очень постарался сделать вид, будто это была похвала. Выругавшись сквозь зубы, он поднялся к себе в кабинет. В участок он вошёл уже довольно раздраженный, день не задался, но это не значило, что он не может стать ещё хуже. Уже перед дверью полицейский мысленно пообещал себе, что больше никогда в жизни не будет теряться в присутствии Хавьера, как бы странно, нагло и непредсказуемо он бы себя ни вел. Здесь, в участке, он – главный, и он прямо сейчас покажет, что с ним нужно считаться. В том, что это был Лань, Чейз почему-то не сомневался. Кто, как не он? С тех пор, как его освободили из-под стражи, фабрикант наведывался сюда как к себе домой. И судя по замечанию секретаря, Смит был не единственным попавшим под обаяние Хавьера. – Какого хрена Вы сюда припёрлись? – зарычал Чейз, с порога переходя в наступление, чтобы не дать гостю перехватить инициативу. – Разве я не могу тут появляться? – Лань иронично приподнял бровь, явно наслаждаясь своей правотой, и слегка потрепал подошедшего поздороваться Ангела за ухом. И ведь прекрасно знал, что Чейза это выводит из себя! И Ангел тоже хорош – ещё немного и станет выполнять команды фабриканта и подставлять ему живот. А тронувшая губы фабриканта улыбка растаяла, стоило ему перевести взгляд с пса на его хозяина. Каким-то хреном Чейза и это задело. – Хотите, чтобы поползли слухи? – Цзян постарался взять себя в руки и перейти к такому же снисходительному спокойствию, которое демонстрировал Лань, но какое там, когда внутри всё клокочет. – С чего Вы вообще взяли, что дождетесь меня сегодня? – Я рискнул, и как видишь, мне повезло, – поучительно заявил Хавьер, но Чейз не был настроен внимать его наставлениям. – Отлично, – сказал он, хотя не находил в этом ничего хорошего. – Теперь можете свалить отсюда. – Не пытайся от меня отделаться, – предупредил фабрикант, вставая с кресла для посетителей. – Но если тебя смущают Смит и остальные, мы можем встретиться где-нибудь ещё. Прозвучало как-то угрожающе, впрочем, Чейз первым нарушил этикет, разоравшись вместо приветствия. Неуютно сделалось даже Ангелу, но пес мог залезть под стол, в отличие от хозяина. Лань раздумывал ещё некоторое время. – Как насчет квартала свиданий, – это было произнесено с таким непроницаемым лицом, что Чейз почти убедил себя, что ослышался. – Снимем двух девочек и выпроводим из комнаты. Или можем пригласить присоединиться. – Вы охренели, что ли? – детектив раздражённо метнул взгляд на дверь, хотя навряд ли кто-то подслушивал. – Как у Вас только язык повернулся? Фабрикант приблизился к нему и теперь пристально рассматривал с расстояния вытянутой руки. Что он выискивал? Ведь явно же не любовался. Какая муха укусила этого ненормального с их последней встречи? Прошло-то всего несколько дней. Чейз старался быть последовательным и решать проблемы, придерживаясь плана, хотя бы по порядку их значимости. Сначала он приобрел «колокольчик» для Хавьера и заодно взял необходимую паузу, потом принялся за художника… И вот теперь Лань в его кабинете… – Я думал, тебе понравится эта мысль, – лицо осталось спокойным точно у статуи, но в голосе послышался упрёк, а серые глаза стали ещё более колкими, как льдинки. – Вы о чём вообще?! – Чейз не выдержал и снова повысил голос. – Лань, Вы в своём уме? Приходите сюда и несёте околесицу! – Разве? – уточнил тот, как будто Цзян должен был понимать, о чем он толкует. – Мне кажется, ты не вполне честен. – Долбаный сфинкс! – лейтенант раздражённо потер переносицу: – Вы и мертвого доконаете. Через полтора часа я буду дома. А теперь выметайтесь! Хавьер действительно сделал шаг к двери, поравнявшись с ним. Ненадолго замер, словно принюхиваясь. Расстояние между ними, и так небольшое, исчезло совсем. Чейзу показалось, что он вот-вот почувствует руки фабриканта в волосах и его губы на своих губах. Успел даже внутренне подготовиться к тому, как жадно и неуместно будет целоваться прямо перед едва прикрытой дверью. – Через полтора часа, – повторил Хавьер, демонстративно щёлкнул крышечкой часов и наконец вышел. – И что, блядь, это было?! – выплюнул Цзян в закрывшуюся дверь. Он провернул в замке ключ и рухнул в кресло, ещё тёплое, потому что в нём сидел Лань. Сердце билось как ненормальное. Что он сказал? «Дома через полтора часа»? Полтора часа понадобятся только, чтобы прийти в себя после этого разговора, и то будет мало. А ещё можно было и думать забыть про перстень. Такого Ланя он точно не окольцует без боя и наручников. Воображение услужливо нарисовало Хавьера на коленях, принимающего подарок с дулом револьвера у виска. Знал бы, что что-то надвигается, устроил бы слежку за домом фабрикантов. Много бы это не дало, но сейчас даже ничтожные крупицы информации могли бы пролить свет на поведение любовника. Достать бы фляжку из нижнего ящика стола и сделать хороший глоток, но с некоторых пор Чейз решил завязать с виски. Добром это для него не кончилось. Вместо этого он почесал за ухом Ангела, незаметно перебравшегося из-под стола к нему. Потом хорошенько взъерошил жёсткую шерсть у того на шее и загривке. Пес игриво прихватил его руку зубами и получил предостерегающий щелчок по носу, совсем лёгкий. Конечно, он был бесконечно предан хозяину, но не стоило слишком его раззадоривать. – И чем тебе приглянулся этот Лань? – спросил он Ангела, а тот ответил умным взглядом карих глаз. Пришлось сдаться. – Ну да, ты, пожалуй, прав… Вот только что мне с ним делать? Ангел привстал, пытаясь влезть к нему на колени. Как всегда ничего не вышло – терьер был для этого крупноват. Впрочем, устроился он вполне уютно и даже не пытался на радостях обслюнявить Чейзу всё лицо. – А что думаешь об этом колченогом рисовальщике? – он криво ухмыльнулся. – Лань сильно обидится, если ты чуточку порвешь поганцу брюки на заднице?