Небо Лондона

Чейз понимал, что не стоит беспокоиться насчет мистера Флаинг-Джейкоба, но встреча с ним и то, что он теперь околачивался рядом с домом, действовали на нервы. Впрочем, какая-то польза от него все-таки была: хотя бы не пришлось оставлять дверь открытой на весь день. И подстолье – оно, как Чейз и предполагал, пришло в негодность – Брайан вынес сам. Не то, чтобы сломанный стол очень сильно расстраивал, особенно на фоне отменного секса, но в ближайшее время придется что-то изобретать. Мужчины назвали кэбмену адреса и сели: Чейз – в тени, а Лань на ту сторону, где сквозь завесу облаков пробивалось тусклое солнце. В другой день Чейз бы сказал, что на улице серость и хмарь, но сейчас ему даже нравилось, как пейзаж за окном и серебрящаяся завеса тумана сочетаются с цветом глаз фабриканта. Пес уютно разлегся под ногами, заняв столько места в и без того небольшой коляске, что пришлось придвинуться ближе к Хавьеру. Или просто Чейз искал для себя ненужные оправдания, потому что его тянуло к любовнику? Сказать ему? На языке вертелось столько слов, но он никак не мог разложить их по порядку, не то что произнести вслух. В конце концов, он нашел компромисс и сжал руку Хавьера. Странное дело, но Чейз начал входить во вкус. Необходимость куда-то ехать, пусть даже долго, уже не казалась особенно раздражающей, если рядом был Лань. Дорога, тряска и вынужденное бездействие как будто меньше напрягали. Вернее, не так… Напрягали-то они как раз по-старому, но Чейз подпадал под действие окружающей Хавьера ауры. На душе становилось так спокойно, когда он просто украдкой наблюдал за любовником во время поездки. Спокойная непринужденная поза, задумчивый взгляд, не цепляющийся ни за что за окном. Временами он делался не отсутствующим, а скорее устремленным куда-то в себя. Можно даже сказать: мудрым… Дар речи вернулся к нему слишком поздно и совсем не так, как стоило. Он вовсе не хотел делать Хавьеру замечания или бурчать в ответ на пожелание скоро увидеться вновь. Он ведь тоже этого хотел! За короткое время чертов фабрикант стал ему физически необходим, и Чейз не знал, что ему теперь делать. Когда они подолгу не виделись, Чейз начинал срываться на всех подряд. Ладно бы только на преступниках – доставалось коллегам и даже кэбменам. – Merci beaucoup pour l'opéra, mon âme,* – проговорил он, когда Хавьер у дверей вдруг обернулся. Потом рявкнул: – Трогай! И какого хрена он не сказал это Ланю, когда была такая возможность? Чейз сам не понимал и от этого еще больше злился, а потому, закрывшись в кабинете, с особым остервенением истыкал карту булавками. В ход пошло все – чернила, кусочки цветной бумаги, наколотые тут и там, как мушки. Теперь перед глазами было все – места, где Йен Мэйсон убивал и где просто развлекался, периметры его угодий, пересекающиеся лишь частично. Даже животные не гадят там, где живут. В жопу долбанный Саутуарк… Каждое известное ему движение, даты, время. – Мистер Цзян, – заместитель суперинтенданта начал открывать дверь, не постучав, но вовремя понял свою ошибку и подал голос. – Входите, мистер Шепорд, – неохотно отозвался Чейз. Он почему-то не горел желанием, чтобы кто-то видел новое украшение его кабинета. Если гость начнет спрашивать, придется признать, что он напрасно убил на это кучу времени и ни на йоту не приблизился к поимке шлюхиного сына. Чейз не хотел смотреть, как Шепорд со смесью удивления и уважения разглядывает плоды его трудов, а потому упрямо буравил глазами Карп, находящийся от его пометок довольно далеко. Может ли ублюдок отсиживаться там? В любом случае, мадам Роуз еще получит свое. Он не успокоится, пока ее драгоценный притон не сотрут навсегда с лица Лондона. – Гляжу, дело Мэйсона хорошо продвигается, – заметил заместитель суперинтенданта. От такого неприкрытого сарказма Чейз стиснул кулаки. Наподдать бы ему как следует! Даже Ангел и тот посмотрел на Шепорда осуждающе. Он, может, не понимал, но интуитивно чувствовал: хозяин бьется над задачей, которая ни в какую не поддается. А ставки растут… – Я засажу Мэйсона за решетку, – прорычал детектив, смерив Шепорда взглядом, способным проделать в неподготовленном человеке дырку. – И лучше бы там ему и сдохнуть, потому что в третий раз я с ним разберусь лично. – Так Вы думаете, он примкнул к Циклопу? – теперь временный начальник выглядел крайне заинтересованным. – Мы не рассматривали этот вариант раньше, потому что Мэйсон работал один, никого не посвящая в свои дела. Но теперь, когда я думаю об этом, выглядит очень даже логично. Хотя зацепок, конечно, маловато… – Циклоп? – переспросил Цзян, не понимая, откуда взялась такая догадка. На потолке вроде не написано. – Да, только границы его территории вот здесь проходят немного дальше вдоль Темзы, – снизошел до пояснения Шепорд, показывая пальцем. – Там много складских помещений, в том числе брошенных. Ему потребовалось время, чтобы переварить услышанное. Несколько секунд он тупо смотрел на Шепорда. Потом перевел взгляд на его руку, все еще касающуюся бумаги. И на проложенный недавно контур, теперь наконец узнавая в них уже виденные раньше очертания. Действительно, сдвинуть линии немного тут, чуточку там, продлить вдоль реки и получится один в один. Да как он мог этого не заметить? Ведь карта была прямо у него перед глазами! – Мне нужны еще булавки, – сказал он только чтобы что-то сказать. В первый момент сама мысль, что Мэйсон мог примкнуть к Циклопу, показалась идиотской. С другой стороны, Лань тоже говорил что-то такое… В начале прошлой недели его – хоть это лишь догадка – спугнули полицейские, а потом – охранник, нанятый Хавьером, когда гад бесоёбил в чужом саду. Чейз сверился со своими записями. Это случилось с двадцать пятого на двадцать шестое мая, когда Скотланд-Ярд пытался накрыть банду в порту. Подручные Циклопа отступали как раз туда, куда указал Шепорд и затерялись, попрятавшись как тараканы по темным углам и щелям. Значит, Мэйсон мог быть среди них? Чем больше Цзян думал об этом, тем больше доводов появлялось в пользу строящейся теории. Ублюдок вернулся в Лондон, но податься ему, по сути, было некуда и не на что вести прежний образ жизни. А с его замашками, он этого жаждал и в самые кратчайшие сроки. Чейз бы не удивился, узнав, что тот стелется перед Циклопом, а сам метит на его место. Думать о возможных последствиях не хотелось, но тут, как ни крути, есть куда копать… Для начала он попробовал прокрутить в голове другие варианты. Снова устроиться на работу, подняться немного и наладить новые каналы для незаконной торговли можно, но это не принесет быстрого результата, а Мэйсон уже потерял годы. Старые связи? Тут Чейз выдвинул ящик стола и взглянул на портрет Хавьера. Что бы с ним стало, если бы этот бессовестный мерзавец сразу пошел к Ланям, не побоявшись, что Честер сдаст его властям… Или он не мог вынести мысль, что попадет в зависимость от денег Хавьера и, как следствие, от него самого? Хотя тут уже и так было понятно, что этот псих зациклен на Лане. Руки зачесались начать подготовку к еще одной облаве, и на сей раз выкурить чёртову крысу из её норы. Вместо этого пришлось еще около часа – на пару с Шепордом – дополнять карту, над которой он уже проработал полдня. Заместитель суперинтенданта отложил другие дела ради того, чтобы дополнить мозаику недостающими кусочками и посмотреть, не сложится ли картина. – Попробуем связать трупы с контрабандой? – без особого энтузиазма предложил Чейз, прекрасно понимая, что придется запастись терпением. Даже если Шепорд поддерживает его и дело касается отъявленного убийцы и насильника, место которому на виселице, не стоит забывать, что всех сил Скотланд-Ярда не хватит, чтобы за один раз прочесать такой большой район, проверяя каждое здание от подвала до чердака. А чтобы его сузить, нужно структурировать больше информации и увязать ее с фигурой Мэйсона. *** – Без наводки это нереально, – устало проговорил Шепорд, массируя переносицу. Чейз с хрустом распрямил спину и глянул в окно, запоздало понимая, что они засиделись с этим до вечера, но так ни к чему и не пришли, только карта теперь стала похожа на большого плоского ежика, а в кабинете перебывали – по одному и группками – все констебли. Пришлось привлекать всех, потому что Циклоп имел весьма разносторонний бизнес и любая мелочь могла помочь. Даже секретарь зашел, пытаясь сделать вид, что он здесь вовсе не из праздного любопытства, а по какому-то делу. – Давайте прервемся и выпьем чаю, – предложил Смит. – Я приготовлю на всех. Кто поможет донести посуду? – Дженс хочет помочь, – выдвинул его кандидатуру Чейз, все равно то, о чем они тут совещались, не имело к секретарю прямого отношения. Не преминул он и припомнить поганцу предательство: – Он всегда рад удружить. Отпираться Дженс не стал, но заметно помрачнел. Он ушел со Смитом, однако вернулся на удивление быстро и с пустыми руками, как будто забыл что-то. – Цзян, – он глянул на лейтенанта так, будто опасался, что тот опять найдет к чему прицепиться, – тебя к телефону, некий мистер Инн. Чейз удивленно вскинул бровь, но Дженс избегал смотреть него и потому не отреагировал. Пришлось своей головой думать, с какой стати Зик решил вдруг позвонить ему. Ясно же, что лейтенанта он недолюбливал, да и тот не особо стремился завоевать расположение хуедожника, хоть и старался теперь относиться к нему более терпимо. Сейчас он быстро ответит на звонок и вернется в прокуренный кабинет, чтобы продолжить думать над планом за чашкой дрянного чая. Вниз по лестнице его уже чуть ли не бегом гнало дурное предчувствие. Нет, Чейз не тот человек, которому Вэйд станет звонить, чтобы просто так поболтать. Что-то случилось. Он ведь проводил Хавьера. Что могло случиться с ним в собственном доме? Тем более под охраной! Чейз схватил трубку и, не помня себя, рявкнул что-то, побуждая собеседника быстрее выкладывать плохие новости. – Мистер Цзян, – голос собеседника звучал неровно. – Я знаю, как моя фамилия, – огрызнулся тот. – Майкл пропал, он должен был вернуться пару часов назад, – художник старался говорить четко и по существу, хотя давалось это нелегко. – Хавьер сделал несколько звонков друзьям Майкла… поговорил с их родителями… Мистер Цзян, он уверен, что сына похитили. Все внутри заледенело. Тревога собеседника оказалась заразной и сейчас смешивалась с его собственной. Он должен был собраться, должен был мыслить трезво и дать хуедожнику правильные распоряжения. Он должен взять ситуацию под контроль. В конце концов, прошло не так много времени. Пока. Пока они еще не уверены, что мальчишка похищен. Пока не было предъявлено никаких требований. Нужно объяснить это Хавьеру. – Я понимаю, что Вы сейчас чувствуете, лейтенант, но лучше не приезжайте, – как-то обреченно произнес Вэйд, подняв в душе Чейза настоящий шквал ярости. Он почувствовал желание что-нибудь сломать, а лучше разбить о голову человека, который додумался сказать такое. – Если Вы приедете, Вам только больше захочется разорваться надвое. – Что Вы мелете? – грубо прервал его Цзян, в основном потому, что Вэйд попал в самую точку. Ему хотелось разделиться, чтобы одна его часть немедленно бросилась на поиски, а вторая в это время была с Хавьером. – Я немедленно еду к вам, чтобы допросить всех, кто видел Майкла сегодня. И, что бы ни случилось, не отпускайте Ланей никуда.