Небо Лондона

Как только мисс Сандель открыла дверь, в приемной доктора Сен-Клера стало не протолкнуться. Лань едва не натолкнулся на девушку и сильно побледнел. Чейз запоздало сообразил, какое впечатление может произвести на неподготовленного человека его залитая кровью рубашка. – Папа! – воскликнул Майкл и бросился к Ланю, чтобы, не стесняясь, обнять его. – Я еще по телефону хотел сказать, что Чейз меня спас, но ты так быстро закончил разговор, что мисс Сандель не успела передать мне трубку. Сказать по правде, Чейзу хотелось сделать примерно то же самое. Наплевав на свидетелей и грязную одежду, стиснуть Хавьера хорошенько и сказать, что все наконец закончилось. Однако он чувствовал себя лишним, особенно, когда к брату и племяннику подошел Честер, чтобы тоже удостовериться, что Майкл ему не привиделся. Не мог же Цзян в самом деле повести себя, как бессовестный хуедожник. Тот на радостях ухитрился обнять всех троих разом. – Чейз, – раздался голос Ланя, когда лейтенант отвернулся. На фабриканта было страшно смотреть. – Я в порядке, в порядке, – торопливо уверил он. – Это не моя кровь… вернее, не только моя. – Чейз… – повторил тот сорванно. Кажется, он был в шаге от того, чтобы заплакать, и совсем не воспринимал услышанное. – Блядь, – ругнулся полицейский, не зная, что сказать. – Просто иди сюда, чего застыл. Цзян неловко обняв любовника, заправил выбившую возле виска прядку ему за ухо и заметил тонкую серебристую нить. Может, показалось? Хотя… такое не проходит бесследно. – Где Сен-Клер? – уточнил тем временем Честер. – Он с… пациентом, – со странной запинкой произнесла женщина, которая недавно без тени сочувствия обрабатывала детективу гематомы и ссадины. Одна особенно большая пришлась прямо поверх шрама от недавнего ранения. Девушка сказала, что в этот раз рубец спас его от серьезной потери крови. Как будто он не помнил, как она хлестала в прошлый раз! Все он помнил… И теперь снова испытывал что-то вроде дежавю, стойко снося ощупывание. – Подайте, пожалуйста, чаю, – сказал он, бестрепетно встретив укоризненный взгляд мисс Сандель и уже демонстративно погладив Ланя по волосам. Пусть думает, что хочет. – Или чего-то успокаивающего. У доктора найдется коньяк? – Еще чего, – ответила она, но, видно расслышав невнятный всхлип, смягчилась: – Для обработки ранений используется спирт, господа. Кажется, душевных ран это касалось в той же степени, что физических. Лань крепче стиснул руки, почти делая больно. Чейз не возражал. Нужно переждать, пока буря немного уляжется. – Где Ангел? – последовал мучительный вопрос. Конечно же, он догадался… – Он будет в порядке, – Чейз слегка тряхнул Хавьера за плечо, отвлекая, заставляя посмотреть в глаза. – Все кончено. Теперь все закончилось, слышишь? Сам Чейз не был так уж уверен, и именно об этом он говорил с Майклом перед приходом Хавьера и компании. Сколько же народу побросали сегодня свои дела, чтобы примчаться сюда! И, о чудо, среди них был Санфорд, скромно пристроившийся рядом с вазочкой с конфетами и с любопытством наблюдающий за происходящим. – Тогда… надо спросить Сен-Клера, можем ли мы забрать Ангела и поехать домой? – осторожно спросил Хавьер. Домой. Почему он выразился именно так? Особняк Ланей не был его домом, как и квартирка Чейза не была домом Хавьера. А прозвучало до странного… правильно. Так, что и поправлять не захотелось. Как и разъяснять смысл собственных слов, который не вполне дошел до фабриканта. Оно и к лучшему. Успеется. Вот и мисс Сандель вернулась, чтобы пригласить посетителей к столу, а Хавьер вспомнил об обязанности родителя сделать сыну внушение, чтобы больше не влипал в такие истории. – Санни, – детектив придержал приятеля, чтобы немного поотстать от остальных. Они задержались у вешалки с одеждой, на которой все еще висел пиджак полицейского, выглядящий не лучше рубашки. – Мне нужна твоя помощь. – Как адвоката? – уточнил тот. – Я не знаю, что ты сделал, но… – Надеюсь, что нет, – перебил его Цзян. – Но в нашем ебанном Скотланд-Ярде есть те, кто может захотеть спустить на меня всех собак. Я не знаю, будет ли у меня время подготовить свидетелей. – С ума сошел? – горячо зашептал Санфорд. – Лани не будут свидетельствовать против тебя! – Майкл мне то же самое сказал, – он сунул адвокату блокнот, в котором только сейчас обнаружил хорошенькую дырку. Лезвие пробило обложку, когда они с Мэйсоном боролись. – Может, это и не понадобится, но я не хочу, чтобы всплыла какая-нибудь грязь. Ублюдок еще весной начал присматриваться к особняку и похитил мальчика, чтобы потребовать за него выкуп. Мы сцепились, и пистолет выстрелил. Адвокат посмотрел на него проницательно, как будто в душу заглянул, чтобы точно узнать, кто выстрелил: он или все-таки пистолет. Потом наваждение рассеялось, и он снова стал его старым добрым другом, не на шутку взволнованным, но почему-то не спешащим расспрашивать, что это было между ним и Хавьером. – И давно ты узнал? – спросил Чейз, поморщившись. – Хотя знаешь что, не говори. Мне еще нужно успеть принять пару рюмок обезболивающего до возвращения Смита. Чейзу и правда было спокойнее даже не гадать, что мог выболтать словоохотливый хуедожник своему любопытному подельнику. А главное – что наболтать с его-то фантазией! Лучше было и правда выпить и проверить, как там Лани. – Честное слово, папа, – кажется, уже не первый раз повторял Майкл. – Со мной ничего не случилось. Мэйсон остановил меня на улице, ткнул чем-то и сказал, что у него оружие в кармане. А потом я почти все время просидел один в подполе в том доме, куда он меня привел. Цзян потер переносицу и откинул немедленно упавшую на глаза челку. Блеф… вот как Мэйсон похитил Майкла. Ни пистолета, ни револьвера у ублюдка не было, в противном случае он не пошел бы на шум в доме с одним ножом. Да и потом постарался бы его достать… В этот раз хотя бы было, чем запить невысказанные ругательства. За этим-то его и застал доктор Сен-Клер. – Ваш друг отдыхает, – ответил он на немой вопрос Чейза. – Похоже, рана не слишком серьезная, а вот с повязкой пришлось повозиться. – Жаль, Хавьер прибыл только сейчас, он бы Вам помог, – с облегчением сказал Цзян, припомнив смутившемуся фабриканту "упрямого барана" . После обмена любезностями состоялось знакомство доктора с Уэйнами, а Чейз выпил еще. Едва ли он когда-нибудь сможет забыть, как склонился над бездыханным, как ему показалось, телом Ангела. И то, как пёс заскулил и ткнулся мокрым носом ему в руку, словно даже в такой момент пытался утешить. И как потом нес питомца на руках, стараясь уловить слабое дыхание. – Можно его увидеть? – попросил Майкл. – Дядя Чейз, я хотел бы сказать Ангелу спасибо. «Дядя Чейз»! Выходит, в прошлый раз Цзян не ослышался. Или у него галлюцинации. Или мальчишка повредился умом – после всего случившегося могло быть и не такое. Хотя Майкл – наверное в силу возраста – справлялся с этим даже лучше собственного отца. – Я тоже хочу проведать Ангела, – расхрабрился Вэйд, пользуясь тем, что детектив замер столбом, не зная как реагировать на слова молодого человека. – Майкл, это тебе пришло в голову принести его к человеческому доктору? – Я подумал, раз ветеринар смог принять роды у миссис Рили – это мне учитель сам рассказал – значит, мистер Сен-Клер обязательно поможет Ангелу, – убежденно заявил тот, а доктор лишь руками развел. Один инспектор Скотланд-Ярда просто не оставил ему иного выбора, чем особо не гордился. Сен-Клер провел всех желающих в кабинет, где на кушетке отдыхал его необычный пациент. Цзян вздохнул с облегчением, когда Ангел тихонько засопел, как частенько бывало во сне. Вэйд на радостях обнял Майкла и даже первым приблизился к псу, страха в этот раз не чувствовалось, было только сочувствие к Ангелу. – Он ведь поправится? – спросил художник, коснувшись лапы Ангела так осторожно, что тот и не почувствовал, а ведь обычно подбирает, чтобы не отдавили ненароком. – Не зря же говорят: «заживает как на собаке»? – Да, лезвие не задело ничего важного, – успокоил их всех доктор. – А как Вы себя чувствуете, мистер Цзян? Нора хорошо о Вас позаботилась? – Да, спасибо, – он пожал врачу руку. – Спасибо, что помогли Ангелу. Не знаю, как бы я без него… Мужчина ответил на благодарность очень сердечно и заверил, что друзья Ланей всегда могут на него рассчитывать. – Ты такой смелый, – Майкл погладил пса по голове намного увереннее Вэйда, он-то собак не боялся, а потом зашептал что-то на ухо. Вэйд с опаской придвинул стул и сел рядом с Ангелом. Кажется, Чейз слышал что-то о самом большом стэйке в мясной лавке. Пес тоже заинтересовался и слегка обмахнул морду языком, как будто увидел угощение во сне. Рука художника замерла в дюйме от жесткой завивающейся шерсти, но вскоре понял: ничего ужасного не случилось. Пес слегка пошевелил носом, да и только. Рассудив, что эти двое прекрасно составляют компанию раненому, а мистер Инн еще и приглядит за Майклом, Чейз решил вернуться к Ланю, несмотря на то, что Уэйны стали свидетелями сцены между ними. Даже слепой после этого понял бы, что происходит у него с Хавьером, да и плевать. Проблемы пока не догнали, но у него может и правда не быть времени, чтобы провести его с любовником. Так странно! Вполне ожидаемых в такой ситуации косых взглядов на удивление не последовало. Ни в тот момент, когда Чейз вернулся, ни потом, когда он занял место рядом с любовником, и тот немедленно коснулся его коленом под столом, словно чувствовал: Чейз снова уйдет. Похоже, эти милые люди придерживались весьма прогрессивных взглядов, а может, были слишком хорошо воспитаны, чтобы придавать значение тому, как другие предпочитают проводить ночи. А может, как сказала бы Мелисса, они просто не знали, о чем шла речь. Она была права, что это может не просто затягивать, как наркотик. В этом можно по-настоящему нуждаться… и сейчас был, пожалуй, именно такой момент. К тому же он просто хотел бы снова поставить Ланя на колени, чтобы увидеть, как он успокаивается и становится покорным. Ощущать, как нагревается в руке рукоятка хлыста, пока Хавьер не спеша снимает рубашку и убирает волосы со спины. Стоило представить, как Лань заплетает косу, и в памяти всплыл его голос, и возмутительно-возбуждающие рассуждения о веревках, лентах и, кажется, повязке на глаза, если Цзян ничего не путал. Откуда это все только взялось? Инспектор выпил, пытаясь заглушить навязчиво-соблазнительные фантазии, но это, конечно же, не помогло. Вместе с тем, что ниже, напряглись мышцы живота, отчего в боку снова задергало. Неприятное чувство, как будто края раны начали разъезжаться, немного отрезвило. – Чейз, о том, что сегодня случилось… – произнес Хавьер негромко, потому что эта тема так или иначе всплывала за столом, но пока что Честер с Санфордом вполне успешно изощрялись с обтекаемыми формулировками. – Только не спрашивай об этом сына. Лучше я расскажу, – пообещал он, хотя и не знал пока, как это сделает. – Майкл – он же совсем, как ты, – храбрится. Главное – худшее уже позади, а газетчиков отвадить проще, чем… Его прервала мисс Сандель и как раз вовремя, чтобы он не ляпнул что-нибудь непотребное, для разнообразия в присутствии женщин. Еще и Лань бы его не так понял… Нора постучала костяшками по открытой двери и обратилась к нему с просьбой подойти к телефону. – Звонит Ваш секретарь – мистер Дженс, – сообщила она и отступила на шаг, как видно испугавшись его перекошенного лица. – Мистер Цзян, я могу сказать, что доктор прописал Вам покой… Чейз нарушил целый свод правил, убил человека, находился на грани увольнения и, черт бы его разодрал, если бы он помнил хоть один раз в своей жизни, когда еще бы так хохотал. Ему стало больно, на сей раз по-настоящему, но он только накрыл повязку на боку ладонью и продолжал смеяться, опираясь другой рукой о стол, чтобы не упасть. Даже когда на глаза навернулись слезы, он не мог остановиться. – Скажу мистеру Дженсу, что доктор дал Вам успокоительное, – рассудила Нора и скрылась в дверном проеме. Оттуда донесся ее взволнованный голос: – Мистер Сен-Клер…