Hello, daddy

      Дженни слышит, кажется, уже двенадцатый будильник. И этот, вроде как, последний, потому что после одиннадцатого она обычно заставляла себя подняться с кровати. Но всё, что она делает сейчас — переворачивается на другой бок, натягивая на себе почти свалившийся с дивана плед. Утро продолжает адское праздневство, поэтому девчонка кривится, слыша уже мать твою тринадцатый будильник. Ну и на какой чёрт, спрашивается, она заводит их в таком количестве? — Блять, — хриплый выдох с другого конца дивана. Тэхён отрывается от подушки и сонно ищет источник звона, — где этот чёртов кусок металла? — На полу, — тихо отвечает Ким, уходя с головой под плед.   Кажется, Тэхён находит телефон, потому что звон будильника прекращается. Тишина вновь заполняет собой гостиную. Вместо неё воцаряет ряд смешков от мужчины. — Занимательные смсочки у тебя, — слышит она сквозь ткань пледа, а после подрывается, откидывая его к чёрту. — Какого?! — ползя к краю дивана на коленях, Дженни пялится на стоящего с её телефоном Тэхёна, — отдай телефон.   Он вскидывает брови, а после открывает взгляд от экрана, окидывает им девчонку. Растрёпанная и полураздетая. Если бы ни придурок, написывающий ей, Тэхён бы подумал, что это утро идеальное. — Его флирт с тобой толще моего члена, — кидая телефон на диван, Тэхён усмехается и разворачивается, собираясь выйти из гостиной, — только жаль, что у него всё равно нет шансов. — Заносчивый придурок, — шипит Дженни, подхватывая телефон и вновь закутываясь в плед.   Лучше бы Тэхён молчал. И кто вообще мнение его спрашивал? Уж точно не Дженни и её всепоглощающий стыд, который дал ей звонкую пощёчину, когда она увидела мужчину в боксерах. — Ты вообще в школу собираешься? — слышится крик Кима из прихожей. — Я на самом деле забыл, что пообещал Наён сходить с ней на УЗИ сегодня утром.   Поднимаясь с разворошённого разложенного дивана, который на постель то мало похож, Дженни кривится, слыша имя этой девушки. С каких пор Тэхён такой добренький с ней? Таскается с этой Наён, будто она от него же и беременна. Раздражает. — Какой уже смысл? Пропустила почти два первых урока.   Тэхён входит в гостиную, держа за щекой зубную щётку, а на плече небольшое полотенце. — Я не удивлюсь, если через месяц ты вылетишь из школы, — вскидывая брови, отвечает он, — со следующей недели берись за ум, понятно?   У Дженни теперь только один вопрос: «Как взяться за то, чего нет?». Негласно цокая и вздыхая, Дженни ловит себя на мысли, что вместе с ночью ушёл и тот Тэхён, который так беспристрастно залез рукой к ней под одеяло. Но сейчас, возвращаясь в ванную и светя обнажённой широкой спиной, он остаётся всё тем же далёким мужчиной, по которому Дженни вздыхает, ругая саму же себя.   Ну и почему всё так сложно?   Тэхён даже бы сказал, что чрезвычайно сложно.   Выплёвывая пасту, он подставляет щётку под струю прохладной воды. В голове водоворот, засасывающий любую мысль. О чём бы Ким не подумал, всё так или иначе возвращалось к мелкой чертовке, уже сидящей в его печёнке и почти что на члене. — Ты, — показывая пальцем на своё отражение в зеркале ванной комнаты, Тэхён сурово хмурится, — не смей. Просто не смей лезть в это дерьмо.   Тэхён, конечно, ещё поспорил бы сам собой, насколько законно считать возможность купаться во внимании девчонки дерьмом, но то, что он в полной заднице и даже не хочет из неё выбираться — с этим он согласен. — Я конечно всё понимаю, но я тоже хочу, наверное, почистить зубы и принять душ, — беспардонно отворяя дверь ванной, Дженни нарушает личное пространство мужчины, — двигайся давай, — подталкивая Тэхёна бедром в бедро, Дженни цепляет пальчиками свою зубную щётку из стаканчика и под его удивлённый взгляд спокойно начинает чистить зубы. — Наглая, как… — Как танк, ты уже говорил, — кивая, произносит Дженни, брызгаясь пастой, — пора бы придумать уже что-то поинтереснее. — А тебе поучиться элементарным манерам, — раздражённо фыркает Ким, протягивая руку вправо и вешая полотенце на крючок. — Выйдешь, дверь закроешь, — всё ещё держа щётку во рту, командует школьница. — Душ буду принимать. — Тебе бы пиздюлей принять, — бормочет мужчина, выходя из ванной и закрывая за собой дверь. Хотя Дьявол так и нашёптывал закрыться там изнутри вместе с нарушительницей его покоя.

***

— Хочу-у-у…— задумчиво тянет Дженни, глазками бегая по яркому списку вкусов бабл-ти и дуя накрашенные блеском губы, — кокосовый! Да, кокосовый.   Тэхён измученно расправляет прежде поджатые губы и уже собирается оплатить покупку картой, как девчонка подпрыгивает и хватается за рукав его куртки. — Нет-нет, лучше ананасовый! Или… или всё-таки просто яблочный? — Бери уже что-нибудь, — шепчет Тэхён, склоняясь к школьнице, — позади нас уже огромная очередь. — Ладно, — обиженно бурчит Ким и всё-таки соглашается на изначальной вариант.    Довольно потягивая свою через муки полученную вкусность, Дженни неторопливо шагает по торговому центру, чуть опережая Тэхёна, который с кем-то разговаривал по телефону. Разглядывая вывески магазинчиков и витрины бутиков, в которые ей зайти пока не суждено, она ищет глазами название кафе, в котором они должны встретиться с той самой Наён.   Вскоре Тэхён слегка опережает девчонку и, подталкивая её в нужное направление, сбрасывает вызов. — Нам сюда, — кивает он на стеклянные двери кофейни.   Дженни улыбается краешками губ, чувствуя приятный запах выпечки и прочих сладостей, которые бы она с радостью попробовала. — Тэхён! — девушка, вдруг поднявшаяся из-за столика и назвавшая имя того, кто в голове Дженни двадцать четыре на семь, моментально привлекает её внимание. «И чего он вообще притащил меня сюда?» — мысленно возмущается Ким. Мало того на имя этой особы у Дженни аллергия, так Тэхён ещё и решил их столкнуть лоб в лоб.   С прекрасно уложенными локонами, в обтягивающем чёрном платье, что подчёркивает уже видный животик, Наён мило улыбается Тэхёну, ласково принимая его мимолётные объятья. — Ну и цаца, — тихо цокает под нос Дженни, прикусывая кончик полосатой трубочки, — чего вообще так вырядилась?   Возмущение и зависть тихо скребут под рёбрами, ехидно потирая пакостные ручки, пока Дженни присаживается напротив Наён. Тэхён, уже листающий меню, не обращает на обоих девушек никакого внимания, чем их очень раздражает.   Наён с любопытством разглядывает девчонку, что наперекор всем уговором Тэхёна нацепила своё сегментное кольцо прямо на боковую часть правой ноздри. Дженни буквально каждой клеточкой тела чувствует неприязнь старшей, чей запах дорогих едких духов оседает на пазухи липкой пылью. И как теперь отсюда смыться? Всё ещё мучая трубочку пухлыми губами, Дженни в ответ на разглядывая подружки Кима незаметно фыркает. Переведя взгляд на мужчину, Дженни от нечего делать задаётся вопросом: «Было ли когда-нибудь что-то у этих двоих?». Учитывая, что при переезде Ким нашла в квартире Тэхёна пару-тройку женских вещей, напрашивается ответ, что да. От этой мысли противная тошнота подкатывает к горлу, поэтому, вытащив из стаканчика трубочку, она выпивает остатки бабл-ти через край, после невозмутимо хрустя льдом, ломающимся под зубами. — Не хватало, чтобы ещё к стоматологу пришлось идти, — возмущённо цокает Тэхён, выглядывая из-за меню. — Может, и к гинекологу со мной сходишь? — хмыкает Дженни, облизывая губы кончиком холодного языка. В ответ на вопросительные взгляды напротив, девчонка невозмутимо добавляет: — Ну, а что? Ты что-то там не видел? — Смешно. — откидывая уже ненужную книжонку на стол, Тэхён нервно смеётся, пиная Дженни под столом, — Ну что будем есть? Мясо или рыбу? — Мясо, — выдыхая, кивает Наён, — ты ведь любишь его, Тэхён. — А я хочу рыбу, — поджимая губы, противоречит школьница, откидываясь на спинку кресла. — Тогда закажем и то, и то, — кивает Ким, собираясь вызвать официанта, но Наён, подозрительно оглядывающая его и чересчур дерзкую девчонку, заставляет мужчину проглотить язык.   И чего вообще эта мелкая зараза так себя ведёт? Нарывается на неприятности. — Ладно, ешьте своё мясо, — натянуто улыбаясь, произносит Дженни, вдруг накидывая на плечо сумочку. — А мне есть с кем отведать рыбу. Чао-какао.   Выйдя из-за столика и вертнув задницей перед Тэхёном, Дженни деловито откидывает волосы за спину и выходит из кафе, заставляя мужчину немо прошипеть ругательство, качественно характеризующую эту бомбу замедленного действия. Ну и за какие такие грехи она свалилась на его голову?