Ваше величество

Маленький такой момент, чисто хронологический: события в моём фф происходят перед вторым Стартреком, то есть фактически этот полёт на дальние рубежи чужой галактики заменяют Кирку спасение Спока из вулкана, вот. Приятного прочтения :) Джеймс провёл ночь перед тем, что случилось так, как ему и было положено. Как обычно. С выпивкой, девушками, головной болью с утра и жуткой пустотой, которая словно образовала вакуум там, под рёбрами. Он поднялся с постели в скверном настроении и около получаса провёл, выдворяя своих вчерашних спутниц, которые так и не смогли сделать того, чего он ждал — убрать это дурацкое чувство неполноценности. У Кирка начинали возникать подозрения. Основывались они на разных симптомах, но большинство их них говорило о том, что он становится сопливой девчонкой, которая сохнет по своему придурку-однокласснику. Учитывая, что обычно последним во всех ситуациях был сам Джеймс, ему было очень неуютно в новой роли. Он не успел, читайте — не стал убираться в квартире, потому что ему позвонили из здания Звёздного Флота и сообщили о теракте в Лондоне. Усилием воли, Джим привёл мысли в порядок, выпил бутылку минералки и отправился на работу. Всё это он делал перед тем, как начался ад. Джим первым догадался, что всё это ловушка: и подрыв в библиотеке, и внеплановое собрание капитанов, но сделать ничего не успел, вопреки обыкновению. Знаменитая удача подвела его, потому что даже с ней, он не смог спасти Пайка, который стал ему самому отцом в самое нужное время. Повсюду стояло марево пожара, люди кричали и проносились мимо, словно тени, а он только пытался сделать хоть что-нибудь, осознавая, что дело проиграно. Джеймс метался, как загнанный в клетку зверь, пытаясь помочь хоть кому-нибудь или предотвратить ещё одну попытку взрыва, но всё было бесполезно. Всё, что он успел увидеть — лицо того, кто сотворил весь этот ужас, да и то лишь перед тем, как тот транспортировался. — Капитан? — голос у Спока был встревоженный, что было странным, но Кирк не смог заметить этого. — Нам нужно найти его, — сказал Джеймс наверняка не то, что думал услышать от него помощник. — Он должен ответить. За всё. — Я уверен, что совет... — Я сделаю это, — он видел недовольный взгляд вулканца, но ему было плевать. — Они будут перемалывать всё это, — Кирк махнул рукой на сожженное здание, — тысячу лет и всё равно ничего не решат, ты знаешь это не хуже меня. — Вы преувеличиваете. — О, перестань, — накопившееся напряжение выливалось в раздражение, которое Джим против воли вымещал на Споке. — Ты понимаешь о чём я! Вулканец посмотрел на него пронзительным взглядом тёмных глаз. — Существуют правила, — только и ответил он. Кирк ничего не сказал, потому что он знал, где прав его друг, но от этого легче не становилось. Он только сел в авто и поехал домой. Уже в дороге он заметил, что на лице огнём горит ссадина, оставленная куском металлического карниза, свалившегося на него, но почему-то это не пробудило в нём никаких чувств, едва привлекло внимание. Он влюбился в девушку и не смог сказать ей об этом. Потерял друга и наставника в лице Пайка. Определённо, Джеймс думал о том, что в его жизни всё летит к чертям и единственное, что он может сделать — отплатить тем же тому, кто устроил всё это. Его ждала пустая квартира, где было грязно и холодно. Нет, конечно, она отапливалась, но в ней ощутимо не хватало сладкого запаха, который напоминал ему малину, и обладательницу тёплых карих глаз. Ему хотелось упасть рядом с ней и положить голову на мягкие колени, ощущать в волосах тонкие пальцы и рассказать обо всё, что мучало. О страхе, который испытал, увидев смерть так близко. О погибших Пайке и Фредди Коэне, которого знал с Академии. О жажде мести, которую не унять. Тоскливо взглянув на огни вечнонеспящего Сан-Франциско, Джеймс поднялся в свою квартиру, где отчего-то горел свет. Он подумал о том, что по постоянной забывчивости забыл выключить его с утра, бросил ключи на тумбу у входа и зашёл в гостиную, смежную с кухней. Нет, с утра он никак не мог оставить включенным свет, это он понял сразу. Падме, стоящая напротив телевизора, говорящего о теракте, повернулась к нему и испустила облегчённый вздох: — Жив... Кирк вдруг ощутил небывалое счастье, которое испытывает каждый ребёнок, когда Санта приносит ему тот подарок, что он ждал целый год. Волосы у женщины были растрёпаны, глаза — полны слёз, но она всё оставалась такой же необъяснимо красивой. В несколько стремительных шагов, она сократила расстояние между ними и обняла Джеймса, вставая на цыпочки. Кирк крепко притянул её к себе, уже ни о чём не заботясь. Так утопающий хватается за круг, так она сама держалась за него, когда ничего не видела и едва не потеряла себя. *** Падме сидела в доме своей новой соседки, когда услышала о том, что произошло. Лола, которая жила всю жизнь в этом месте, сама решила познакомится с женщиной, что заняла дом Кирков, который пустовал так долго, и пригласила её в гости. Узнав о том, что Падме — из другого мира, она ещё больше загорелась идеей узнать соседку. Они пили чай, за окном солнце опускалось в багряное небо, как спелая вишня в собственный сок, а позади них шумел телевизор. — Значит, ты знакома с Джимом? Женщина напряглась. Последнее время, она так часто думала о нём, что становилось странным, когда кто-то произносил это имя вслух. — Да, конечно, — тем не менее улыбнулась она. — Я в него чуть не влюбилась, когда мне было пятнадцать, — фыркнула Лола, сама не зная, что затронула больную тему. — Меня спасло только то, что он отправился в Академию да и слава Богу. Девушка склонила голову и самодельные серёжки звякнули. — Почему же? — почти с интересом спросила Падме. На самом деле, порой ей очень хотелось увидеть его таким, каким он был младше. — Джеймс всегда предпочитал быть лучшим. Во всём, вне зависимости от того — под силу ему это или нет, — усмехнулась она. — Так что и избранницу он должен был выбрать под стать себе. Эти слова прозвучали так просто и легко, как звучит правда в устах человека, который относится к ней как к чему-то само собой разумеющемуся. — Тебе стоило составить ему характеристику, — фыркнула Падме, отставляя чашку. — Приятный вкус, что это? — Да вроде бы ничего особенного, — пожала плечами Лола и нахмурилась, вспоминая. — Зелёный чай, мята... Подожди, ты малиновое варенье брала? Это наверное от него. Видимо, это и правда был джем и женщина облизнула ложку. — ... срочное сообщение приходит к нам из Сан-Франциско, из штаба Звёздного флота, — слух уловил обрывок фразы и Амидала нахмурилась, — где был совершен ещё один терракт, сегодня вечером. В данный момент здание горит, но уже начат подсчёт погибших и раненных. Обстоятельства преступления до сих пор не ясны, но совершенно ясно, что они так или иначе связаны с утренними событиями в Лондоне. Падме оказалась дома стремительно быстро. Она не знала откуда, но каким-то чутьем она ощущала, что именно её помощь была нужна Джеймсу именно сейчас. Схватив дубликат ключа от его квартиры, который он сам оставил здесь ещё в их первый приезд сюда, она попросила Лолу остаться с детьми и с помощью брата девушки приехала в Де-Мойн, где её транспортировали. Кирка не было дома. Женщина ощутила это ужасное щемящее чувство в груди, которое испытывала столько раз, волнуясь за бывшего мужа. Воспоминания об этом всплыли, как давно забытые картины художников, которых она когда-то принимала за гениев. Сейчас всё казалось пустым. Пустым, как эти комнаты, где его не было, только телевизор, который она тут же включила, продолжал говорить о случившемся. Чтобы занять себя, она убрала его спальню и кухню, собрав по меньшей мере пять пустых бутылок, от которых разило спиртным. Ей не хотелось думать, что он пил всё время с того момента, как они расстались тогда, в кафе, потому что сейчас это было неважно. Лишь бы вернулся. И он возвратился, живой и почти невредимый. Падме обрадовалась, но когда он обнял её, она почувствовала боль и отчаяние, которые ссутулили обычно прямые плечи, стёрли с лица широкую весёлую улыбку и выжгли блеск из глаз. Как только она выпустила его из объятий, он сел на пол, тупо разглядывая стену перед собой. — Ты ранен? — обеспокоенно спросила она и нежно провела пальцем по его щеке. — Сейчас, принесу аптечку... — Сядь со мной рядом, а? Голос Джеймса прозвучал немного жалобно, хотя он явно боялся этого показать. Падме слабо улыбнулась и опустилась следом за ним на тёплые доски. Он тут же снова обнял её, как маленькие дети обнимают свои игрушки перед сном, думая, что те спасут их от чудовищ. Руки женщины мягко обняли его за спину так, словно там и было им место. Когда он оказался так близко рядом с ней, она наконец почувствовала себя спокойно и тепло. — Я сегодня видел смерть, очень близко, — поведал Джим. Падме вздрогнула. Она понимала гораздо больше, чем умещали эти несколько слов, хотя бы потому что испытывала подобное и не однажды. — Знаешь, я... Я видела, как убивают тех, с кем сражалась за правое дело, которое мой самый дорогой человек растоптал, — сказала она и Кирк отстранился, чтобы пристально посмотреть ей в глаза. Она продолжила, — я думала, что мой мир умер вместе с теми, кого я любила. Джеймс всё ещё внимательно смотрел ей в глаза и Амидала едва улыбнулась уголками губ. — Но я ошиблась, как часто бывает. Я живу, думаю, что счастлива и всё это не без твоей помощи. Кирк склонил голову с лёгкой усмешкой. — Я до сих пор не знаю, что сделал, на самом деле, — ответил он и вдруг напрягся, отводя взгляд. — И вот ещё что. — Да? — Я не успел сказать тебе, — заметив непонимающий взгляд, он пояснил, — ну, в кафе. Падме замерла и её пальцы, прежде блуждающие по плечу Джима остановились. Мужчина вздохнул. — Я никогда не встречал такой, как ты. В первый раз, когда я увидел тебя, я подумал, что ты наверное очень несчастна и больше всего мне захотелось взглянуть на твою улыбку, потому что даже тогда — разбитая и больная, ты была прекрасна. Ты права, сперва для меня это было лишь ответственным заданием, в конце которого я должен был получить поощрение в виде перевода. Но я понятия не имел, что получу нечто гораздо большее. Это было всё, что он сказал, но разве следовало что-то добавлять? Женщина улыбнулась: живо и искренне, так, что у Джеймса сердце зашлось, а затем приблизилась к нему и нежные губы коснулись пореза на скуле. Некстати, Кирк вспомнил, как мама в детстве читала сказки, где поцелуи красивых принцесс обладали разными волшебными свойствами. — Всё будет хорошо, — прошептала Падме и добавила. — Веришь мне? — Да, — улыбнулся Джеймс.