Cinnamon flavor

      Ричард всегда знал, что Гэвин крайне жестокий человек. Взять во внимание хотя бы его допросы — он никогда не церемонится с преступниками, едва сдерживаясь от того, чтобы не начать угрожать им пистолетом. Но дать Декарту шанс и потом в открытую динамить его — это, простите, край! Сначала показать Ричарду трейлер фильма со словами: «Смотри, какой классный. Надо сходить», а после отказаться от похода в кино, открещиваясь построенными на выходной планами — это удар прямо между ног! Ну, ничего, Ричард не гордый, он и сам сходит.       Гэвин крайне редко проводил совместные выходные с дочерью. Зачастую они просто сидели дома, Рид пытался отоспаться на пару дней вперёд, а Алиса либо мешала ему, либо залипала в телевизор.       Возможно, Гэвину стоило согласиться на предложение Декарта и позвать его с ними. Но мужчина хотел провести этот день в семейной обстановке, а не получать в свою сторону пошлые взгляды и ревновать Алису к так понравившемуся ей Ричарду.       Они никогда не покупали билеты заранее и, видимо зря, потому что какой-то мудак занял одно место посередине на их любимом, предпоследнем, ряду. Вероятнее всего, это какой-нибудь одинокий хрыч, который пришёл в кино похрустеть огромным количеством принесённых с собой снеков, раздражая каждого сидящего в зале. Недолго думая, Гэвин взял билеты рядом с ним в надежде, что у Алисы, как у идеального прообраза маленькой невинной девочки, получится невзначай выпросить у него пару чипсинок. И на попкорне сэкономил, и ребёнка порадовал. И кто-то всё ещё сомневается в том, что Гэвин — идеальный папочка?       Рид готов был поверить в каких угодно Богов, начать молиться им и просить, чтобы человеком, сидевшим рядом с ними был не тот, о ком он подумал! — Ричи! — взвизгнула Алиса и мигом забралась вверх по ступенькам, тут же оказываясь рядом с парнем. Он удивлённо взглянул на девочку и, после, приветливо помахал Гэвину, призывая скорее присоединиться к ним. Судьба — злодейка, определённо. — Папа, ты ведь знал, что Ричи тоже придёт, — девочка юлила на кресле. — Знал? Знал? — Да, — не особо жизнерадостно отозвался Гэвин. — Сюрпри-из, — он устало плюхнулся в кресло и тут же сполз вниз. Отлично. Он проведёт день в компании двух детей.       Ну, хоть фильм оказался действительно интересным. По крайней мере, первая его половина. Вторая часть как-то прошла мимо Рида. А всё потому, что Ричард додумался поменяться с Алисой местами, всучив ей остатки попкорна. Маленькая предательница! Продала отца за какой-то попкорн! Не успел Ричард сесть на место, как его рука тут же оказалась на руке Гэвина. А потом случайно переместилась на его коленку и совершенно случайно постепенно продвигалась выше по ходу фильма. Да, всё оставшееся время Гэвин думал только о чёртовой руке Ричарда и о том, чтобы она ненароком не оказалась там, где ей быть не положено! — Ричи, ты ведь останешься с нами? — жалостливо проговорила Алиса, щенячьими глазками глядя сначала на Декарта, а потом на папу. — Нет, — ответил за него Гэвин. Ему хватило сеанса в кино, чтобы осознать, что он не хочет проводить с ним весь выходной! — Да, — наперекор мужчине ответил Ричард. Он сделал это явно для того, чтобы позлить Рида. — Ура! — Алиса подхватила их за руки и побежала вперёд по торговому центру, попутно думая, чего бы такого выпросить.       Папа пообещал ей, что купит всё, что она захочет, — в пределах разумного, конечно, — и девочка решила воспользоваться этим шансом по-полной. Когда Гэвин говорил это, он даже не подозревал, что его дочь будет маниакально бегать по торговому центру и тыкать на каждый предмет со словами «Хочу!» и «Купишь?». Неужели любовь к шопингу, всё-таки, закладывается у женщин на генетическом уровне?       Вышли они с тремя пакетами плотно-упакованных шмоток, воздушным шариком в виде крипового лиса, за который расплатился Ричард, потому что Гэвин наотрез отказался покупать «эту одноразовую фигню, которая ещё и будет пугать его, когда чуть подсдуется и начнёт летать по дому»; и с новой плюшевой игрушкой. — Хочу мороженое, — Алиса указала в сторону стоящего на улице киоска и взглянула на Гэвина. — Твоё счастье, что я тоже хочу его, — буркнул Рид и едва не свалился, когда девочка потянула его за собой. — Эй, ты будешь? — крикнул мужчина неспешно идущему к ним Ричарду. Как назло Декарт выбрал вкус, который Гэвин никогда не пробовал…       Он, конечно, отдал парню его мороженое, но продолжал неотрывно смотреть на него и пытался взглядом дать понять, чтобы тот поделился. Хоть немного. Его взгляд был понят.       Это так романтично, когда возлюбленный ест твоё мороженое с рук, а ты якобы случайно вымазываешь кончик его носа. Он выглядит так мило, недоумевая, что происходит. Скромно улыбается, называет тебя «дурашкой» и пытается стереть мороженое… Но, только, не когда твой возлюбленный — Гэвин Рид. Ричард измазал ему кончик носа, а мужчина в ответ измазал всё его лицо. Да ещё и ударил с такой силой, будто пытался сломать ему челюсть. Алису такое положение дел только больше рассмешило. — Долго, — недовольно подметил Гэвин, когда Ричард наконец вышел из туалета. — Может не надо было измазывать моё лицо? — Ты первый начал, но я же не жалуюсь, — Рид попытался скрыть рвущийся наружу смех. Он впервые видел Ричарда настолько шокированным.       Честно говоря, мужчине понравился проведённый в такой неформальной обстановке день. Он бы хотел верить, что отталкивается лишь от мнения Алисы, которая была по-настоящему счастлива. Как-то раз она рассказала ему, как во время подобной прогулки с Элайджей и Хлоей осознала, что на самом деле больше всего в жизни хочет, чтобы у них когда-нибудь было так же. Чтобы она смогла держать за руки обоих родителей, а папа был счастлив, находясь с любимым человеком. Но они оба трезво осознавали — этого никогда не случится. Гэвин боялся новых отношений, а Алиса, будучи чересчур смышлёным для своих девяти лет ребёнком, понимала его и старалась не поднимать эту тему.       Гэвин был искренне счастлив, смотреть на её сияющую улыбку. Он понимал, что так правильно. Что так должно быть. Пускай Рид долгое время всячески уклонялся от этих мыслей.       Ричард напросился проводить их до дома, и Гэвин заранее понимал с какой целью, но всё же предпочёл не задумываться об этом. Но, когда парень одёрнул его за руку на пороге их квартиры, попросив задержаться в общем коридоре, сердце Рида моментально ускакало в пятки. Он пытался сохранять спокойствие, но понимал, что краснеет как школьник и постоянно отводит взгляд. Ему всегда говорили, что он читается, как открытая книга, и во многом его выдают именно глаза. — Мистер «не прикасайся ко мне, иначе кастрирую» целуется после первого свидания? — опустив излишние прелюдии, напрямую спросил Ричард. — Думаю, — Гэвин всё же поднял взгляд. Ох, Декарт готов продать душу Дьяволу за то, чтобы мужчина всегда смотрел на него вот так, — для мистера «я никогда не слышал о понятии личного пространства» можно сделать исключение, — Ричард едва не пуститься в пляс. Настолько ему хотелось вновь прикоснуться к губам любимого омеги.

***

 — Не хочешь заехать на ужин? — Гэвин отвернулся к окну, лишь бы Ричард не заметил, как он отчаянно краснеет.       Выдавить из себя пару простых слов оказалось куда сложнее, чем он думал. Алиса который день донимала его расспросами о напарнике. Теперь к весьма стандартным вопросам о проведённом дне добавились вопросы о Ричарде. И без лишних слов было понятно — Декарт приглянулся девочке, и она готова была сделать всё возможное, чтобы парень остался с ними навсегда. Не то чтобы это напрягало Гэвина — немного поразмыслив, взвесив все «за» и «против», он пришёл к решению, что напарник, всё же, не так уж и плох (если не учитывать его надоедливость и исключительную способность доводить Рида до ручки). Мужчину больше удивляло то, как Алиса реагирует на него.       Признаться, года четыре назад Гэвин всё же попытался привести в дом мужчину. Если быть точнее, альфа был для него просто способом удовлетворения во время течки, но перспектива сделать его кем-то большим всё же была. Однажды он осмелился оставить его на ночь в обычный день, когда Алиса дома. Так несчастный альфа сматывался утром быстрее, чем вылетает пуля из снайперской винтовки, при этом проклиная всю их небольшую семейку. Тогда-то Рид и узнал, что его пятилетний ангелочек может при необходимости превращаться в самого Сатану и при желании изжить кого-то из своей жизни. После этого случая Гэвин прекратил любые попытки найти партнёра.       Возможно, сейчас на любви к Декарту сказывается возраст Алисы, понимание положения отца и меньшая ревность к другим людям. Но, с большей вероятностью, немаловажную роль сыграла притягательность Ричарда. Каким-то магическим образом к нему тянулись все: и взрослые, и дети, и даже животные, что Рид нередко наблюдал на заданиях или в перерывах, когда парня буквально облепливали бездомные коты, ошивающиеся неподалёку. — Звучит заманчиво, — улыбнулся Ричард. Гэвин нашёл верным сразу же предупредить парня о том, что они будут не одни (пускай Декарт и сам прекрасно осознавал это), чтобы он не рассчитывал ни на что большее.       Как и ожидалось, Алиса оказалась крайне рада приходу Ричарда. Она даже добровольно села доделывать домашку, при условии, что парень будет ей помогать. А у Гэвина, как раз кстати, появилось лишнее время, чтобы не торопясь приготовить ужин.       Ему пришлось научиться готовить исключительно ради Алисы. Он бы не позволил своему ребёнку питаться полуфабрикатами, как когда-то делал сам. — Удивительно, что у тебя за столько времени никто не появился, — Ричард был крайне поражён, что Рид умеет настолько вкусно готовить. — Не пробовал сначала посылать еду, а потом знакомиться лично? — невзначай предложил Декарт, как бы намекая на то, что его еда намного лучше его характера. — Ха-ха, — без толики веселья в интонации и выражении лица посмеялся Рид. — Заткнись и ешь уже, — на самом деле, ему было приятно услышать от парня столь своеобразный комплимент.       Если так подумать, давненько никто не хвалил его стряпню. В последний раз это делала Хлоя, когда они с Элайджей, начав встречаться, впервые наведались к нему на какой-то праздник. А для остальных, и в частности для Алисы, приготовленные мужчиной блюда стали чем-то обыденным.       Время давно перевалило за девять, а Ричард всё ещё гостил, не отпускаемый девочкой, которая с гордостью показывала ему семейные альбомы, охотно рассказывая когда и где были сделаны фотографии. Декарт постарался вежливо намекнуть, что ему уже пора, да и, завтра всё ещё рабочий день… — Нет! Останься! — взмолилась Алиса, цепляясь за талию сидящего рядом парня. Она по-детски надула губки и, казалось, готовилась пойти на крайние меры — пустить скупую слезу.       Но решение Ричарда не во многом зависило от него самого, поэтому он повернулся к Гэвину, мол, последнее слово за тобой, либо разрешай, либо ещё два часа успокаивай рыдающего ребёнка, если, конечно, сможешь отлепить её от меня. — Можешь остаться на ночь. Я не против… — пожал плечами Гэвин и его барабанные перепонки тут же пронзило радостное «Ура!». Обычно Алиса умело регулировала уровень громкости, но порыв эмоций был, видимо, сильнее неё. — Можешь остаться у нас навсегда! — она сильнее прежнего прижалась к Ричарду, как к самому родному человеку на планете.       Гэвин с умилением смотрел на развернувшуюся перед ним картину и даже не думал спасать парня из смертоносного захвата Алисы. Ему ли не знать, как его дочь умеет сжимать в объятиях дорогих ей людей. — Папа, а можно я буду спать с вами? — неожиданно заявила девочка, уворачиваясь от попыток Гэвина высушить её волосы полотенцем. — В смысле «с нами»? Ричард спит на диване, — Рид посмотрел сначала на Алису, потом на Декарта. Отлично, в его жизни появился ещё один обладатель щенячьего взгляда! — Ладно!       Не сказать, что у Гэвина было небольшое спальное место — при желании на нём могли поместиться человека четыре и осталось бы место для кота, что уж там говорить о двух взрослых и ребёнке, — но чувствовал мужчина себя крайне ущемлённо. Хотя бы из-за Алисы, которая, переняв его привычку разваливаться на полкровати, растопырив конечности во все стороны, заметно сместила его к краю. Мужчина долго ворочался в попытке уснуть и не оказаться в конечном итоге на полу. Но потом он заметил, что Ричарду спится крайне свободно и комфортно. Пожалеет ли Гэвин о своём решении? Безусловно. Хотелось ли ему оказаться на полу меньше, чем в возможных объятиях альфы? Определённо.       Едва с грохотом не скатившись с кровати, мужчина переполз на противоположную сторону, ложась между Алисой и Ричардом. За спиной тут же послышалось копошение. Чужая рука оказалась на его талии, неспешно сползая ниже, прижимая к себе и заставляя Гэвина придвинуться ближе. — Я уж думал ты не придёшь, — сквозь полудрёму прошептал парень и уткнулся носом в шею Рида. — Если залезешь ко мне в трусы, будешь спать на полу со свёрнутой шеей. Ричард негромко рассмеялся, щекоча нежную кожу. Гэвин успел полюбить этот смех. И, кажется, самого парня…