Королева Клинков и Философский камень

Во второй учебный день Сара не стала будить своих соседок, а просто приступила к тренировкам. Физические упражнения вместе с псионическим усилением мышц понемногу наращивали возможности слабого детского тела, но слишком медленно. Керриган буквально физически мучилась от невозможности наслать псионный шторм или сжечь мозги всем в замке. Не то чтобы она это на самом деле сделала, будь у неё прежние силы, но именно сама невозможность подобного ужасно бесила Королеву Клинков. Но эта ситуация и подталкивала её к скорейшему поиску союзников, которых можно будет послать на передовую в будущей войне. То, что война будет, Сара не сомневалась, ведь вся её жизнь — война. А её будущие командиры невинно спали в своих кроватях под тяжёлым взглядом Керриган. Им предстояло взять всё, что сможет дать Сара Керриган и в свою очередь передать эти навыки другим. Королева Клинков не собиралась до бесконечности нянчиться с детьми, обучая каждого из них лично. Этот день обещал быть скучным и практически бесполезным. И он полностью оправдал ожидания. На травологии первокурсники Когтеврана ограничились лекцией профессора Помоны Спраут и небольшой экскурсией по теплицам Хогвартса. Защита от тёмных искусств и вовсе казалась несмешной шуткой. Керриган могла бы просто по учебнику провести занятие лучше, чем профессор Квиррел. Он постоянно заикался, путался в словах и давал абсолютно бредовые пояснения по предмету. В голове у него был такой бардак, что Керриган удивлялась, как он вообще относительно дееспособен, а не пускает слюни в больничной палате с мягкими стенами. Сара надеялась, что этот безумец как можно скорее отправится за философским камнем и сдохнет — тогда не придётся терпеть его весь учебный год. Перед полночным занятием по астрономии оставался ещё целый день, и Когтевранки решили провести его в учебном классе Керриган. У Гриффиндорцев было ещё одно занятие, поэтому Гарри и Рон должны были присоединиться к ним позже. Без них Сара отказалась проводить зарядку, поэтому девочки начали обсуждать специфический вид профессора Квирелла и его урок. С Квиррела они перешли на Спраут, а затем и на МакГонагалл. После чего поспорили, смогут ли Поттер и Уизли правильно совершить трансфигурацию. Когда же обсуждаемые мальчишки после уроков пришли сами, то их вид всё сказал сам за себя. Улыбки до ушей и широкие, почти подпрыгивающие, шаги с резкими взмахами рук прежде всяких слов показали, что Поттер и Уизли справились. Они, захлёбываясь от восторга, рассказали о своём успехе. Как уже к середине практического занятия сначала у Гарри, а затем и у Рона, вместо спички заблестело серебро. Профессор МакГонагалл назначила каждому из них по четыре балла и похвалила за усердие. Это были их первые баллы факультета. Сара спросила, как успехи у Гермионы, и удовлетворённо услышала, что девочка на этот раз сосредоточилась на своём задании и к концу урока смогла заострить и посеребрить спичку. Узнав об успехах мальчишек, Когтевранки преисполнились решимости не ударить в грязь лицом и уже без всякого скепсиса стали выполнять все указания Керриган. Сегодня Сара дала своим ученикам намного больше нагрузки, пользуясь их энтузиазмом. После завершения тренировок уставшие, но довольные, первокурсники гадали, что же делать дальше. Рон предложил игру в плюй-камни, а остальные не смогли придумать ничего лучше. Уизли удивился, когда Керриган, узнав правила, тоже одобрила эту игру. Ему казалось, что эта серьёзная девочка засмеёт его. Сара же увидела в бросках камней на точность ещё одну возможность для тренировок. Она и сама присоединилась к играющим, специально поддаваясь, чтобы не разрушить интерес для остальных. Удивительно, но детские крики, азарт и прикосновения не вызывали раздражения у Королевы Клинков. Она с улыбкой следила за их успехами, радовалась каждому особо успешному броску и чувствовала, как немного заполняется та бездонная дыра в душе, которая возникла после разрыва связи с Роем. Неожиданно эти дети стали её новыми питомцами в этом мире, чуточку заглушая гнетущее чувство одиночества. После такого активного времяпрепровождения, к ночи Когтевранки уже клевали носом, а им ещё требовалось искать в ночном небе созвездия на уроке астрономии. Ещё один бесполезный предмет, который бы с удовольствием пропустила Керриган. Раньше она часто подолгу смотрела в пустоту космоса, слушала шёпот звёзд, предчувствуя исходящую оттуда угрозу. Древние пророчества предсказывали возвращение Зел-Нага, создателей Зергов и Протоссов, и конец всего сущего. Королева Клинков знала, что надвигающаяся мощь непредставима и все падут перед ней: и Терраны, и Протоссы, и Зерги. Единственный шанс спастись — это не допустить исполнения пророчества и помешать возвращению Зел-Нага. Именно с этой целью она вернулась в сектор Копрулу — чтобы найти и уничтожить все артефакты, оставшиеся от создателей. Но в той битве она проиграла и теперь ничто не сможет остановить конец света. Однако после необъяснимого перемещения в этот мир Сара перестала постоянно чувствовать нависшую над всеми угрозу. Раньше она думала, что просто стала слишком слаба и попала на колонию землян, также потерявшуюся в космосе, как и терране, но одичавшую и забывшую свои корни. Теперь же, после знакомства с волшебным миром, она подозревала, что её душу закинуло гораздо дальше, может быть в параллельный мир или другую вселенную. И если это так, то конец света отменяется, что не может не радовать. Тем не менее, Керриган до сих пор испытывала дискомфорт, всматриваясь в звёздное небо, напоминающее о её страхах. Поэтому она с явным облегчением встретила окончание занятия и повела своих засыпающих на ходу однокурсниц в спальню. *** Наступления среды Сара Керриган ждала особенно — в этот день у них по расписанию был сдвоенный урок зелий. Магические зелья были способны на потрясающие вещи, особенно хороши они были для изменения тела волшебника. Сара твёрдо решила освоить это искусство и узнать способы улучшить себя. Она уже прочитала учебник от корки до корки и жаждала познакомиться с профессором Снейпом. Из мыслей других учеников она знала, что они считали его очень строгим и придирчивым, но никто не сомневался в его профессионализме. Занятие проходило в поддземельях и было общим для двух факультетов: Когтеврана и Пуффендуя. Ученики выложили свои учебные принадлежности на парты и затихли, запуганные старшекурсниками насчёт характера своего преподавателя. Снейп вошёл в кабинет, обвёл взглядом жмущихся первокурсников и по списку познакомился с каждым из них. Затем он сложил руки на груди и начал тихо говорить: — Вы здесь, чтобы овладеть искусством приготовления волшебных зелий и снадобий. Но это не то искусство, где можно положиться лишь на своё вдохновение — здесь вам необходим точный расчёт. Многие не отдают должного уважения этой сложной магической науке, предпочитая бездумно махать палочкой; не замечают красоты медленно кипящего котла; не ощущают тонкие ароматы готового зелья, способного властвовать как над жизнью, так и над смертью. Я могу научить вас как исцелить самые тяжёлые болезни, так и повысить остроту ума. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, что обычно приходит на мои уроки. После этого “приветственного” слова профессор Снейп рассадил учеников по парам для приготовления учебного зелья. Все разделились по факультетам, только Терри Бут сел с пуффендуйцем Джастином. Мэнди села вместе с Лайзой, а Падма с Мораг. Мальчишки тоже сели вместе. Таким образом Сара Керриган осталась одна, но её это только обрадовало — никто не будет мешаться под рукой. Когда все расселись, Снейп дал разрешение на работу: — Открывайте учебники и приготовьте зелье для исцеления от фурункулов. Ученики открыли нужную страницу и начали размельчать в ступке змеиные зубы в соответствии с первым пунктом инструкции. Керриган же сначала полностью прочитала рецепт и не притронулась к ножу, а подняла руку вверх. Снейп в удивлении поднял бровь. — Вам что-то неясно, мисс Керриган? — спросил он. — Да, профессор. Боюсь, по рецепту из учебника я не смогу приготовить хорошее зелье. — Вот как? И почему же? — Вы говорили, что зельеварение — точная наука. Так вот — этот рецепт ужасающе неточен. Во-первых, что такое сильный, средний и слабый огонь? Во-вторых, что значит добавить 4 рогатых слизня? Они все разного размера! И неужели их надо добавлять в зелье никак не подготовив, целиком? А указание, что время остывания зависит от типа котла, и нигде не уточнённое — это вообще издевательство, — возмущённо высказала свои претензии Керриган. — Не могли бы вы показать процесс варки образцового зелья для примера? Может быть там есть какие-то тонкости, про которые не написали в учебнике? Снейп едва сдержал улыбку. — Не умничайте. Это настолько элементарное зелье, что его надо постараться испортить. — На самом деле он был доволен проницательностью новой ученицы, но не хотел выделять её из других. Спустя небольшую паузу он добавил: — Слизней выберите среднего размера, можете растереть их в кашицу. Для железного котла зелье должно остывать сорок пять минут. Сказав всё, что хотел, профессор пошёл по ученикам, едко комментируя их действия. Сара Керриган поняла манеру его преподавания. Мастер зелий не говорил, как надо делать, а позволял ученикам самостоятельно методом проб и ошибок научиться правильным действиям, найти секреты профессии. Своими обидными упрёками он указывал на допущенные ошибки и подсказывал верное направление действий. Профессор Снейп был сторонником старой школы, когда мастер-зельевар брал себе одного подмастерья и передавал ему все свои знания. Полноценно учить больше десятка учеников одновременно было невозможно, поэтому он просто в меру своих сил направлял самостоятельное обучение и присматривался к самым способным. К сожалению, пока профессор Снейп никого из учеников Хогвартса не счёл достойным личного обучения. Сара подождала, пока профессор не закончит с остальными учениками. Она внимательно прослушала все его замечания о сделанных ими ошибках и прочитала в мыслях Снейпа, как надо было действовать. Котлы у всех уже были сняты с огня и настаивались, а Керриган только приступила к работе. Профессор Снейп внимательно наблюдал за каждым её действием. Сара работала быстро и чётко, полностью соблюдая все пропорции и временные интервалы. Она успевала измельчить, растереть и взвесить ингредиенты прямо перед тем моментом, как их надо было кидать в котёл, чтобы они не заветрились и не потеряли свои свойства. Когда все манипуляции были проделаны и котёл был снят с огня, профессор Снейп высказался: — Очень рискованно и самонадеянно работаете, Керриган. Если бы вы чуть-чуть замешкались, то не успели бы вовремя добавить высушенные листья крапивы или ошиблись бы с дозировкой. — Но ведь не замешкалась? — улыбнулась Сара. — На самом деле у меня есть опыт в похожем деле. Когда я жила на улице, то варила лекарства бездомным. Там тоже требовалась точность дозировок и твёрдая рука. Снейп, не знакомый с миром маглов, счёл объяснение удовлетворительным, а вот Джастин Финч-Флетчи, маглорождённый пуффендуец, с подозрением посмотрел на Сару. Но она ни капельки не врала, ведь метамфетамин и дезоморфин вполне можно назвать лекарствами. То, что от приёма этих “лекарств” “пациенты” ускоренным курсом летели к могиле, "доктора" Керриган нисколько не волновало. Когда в остывшие котлы были добавлены последние ингридиенты, и зелья были готовы, профессор Снейп подошёл к каждому ученику и в пух и прах разнёс их старания, хотя полностью испорченных зелий и не было. После этого он стал с интересом ждать, что же получится у Сары Керриган. Она не стала использовать те сведения, которые почерпнула из мыслей зельевара, а ограничилась лишь его устными наставлениями другим детям, поэтому зелье для исцеления от фурункулов было всего лишь добротным, но не идеальным. Профессор Снейп не отказал себе в удовольствии указать на этот факт и ткнуть Сару носом в её недоработки. Тем не менее, в отличие от всех остальных приготовленных снадобий, зелье Сары он разлил по флаконам, а не приказал уничтожить. Задав напоследок объёмную домашнюю работу на тему этого зелья, профессор Снейп выпроводил первокурсников вон. — Есть хоть что-нибудь, что ты не умеешь делать? — спросила у Сары в коридоре Мораг МакДугал. — Конечно! Я совершенно не умею готовить, — призналась Керриган. Когда она была призраком, то чаще всего вынуждена была есть специальные рационы питания. У Менгска в его Сынах Корхалла тоже было не до разносолов — одна спецоперация сменяла другую, один перелёт следовал за другим. А жизненные силы Королевы Клинков и вовсе поддерживала питательная слизь. *** Прошла первая неделя в Хогвартсе. Теперь Керриган уже побывала на всех предметах, изучавшихся в этом году, и признала половину из них лишней тратой времени. Полезными были занятия по Трансфигурации, Заклинаниям и Зельям. Частично полезной была Травология, а остальное — бессмысленный мусор. В обмен на продолжение внеклассных занятий она поручила своим однокурсницам делать за неё домашнюю работу, а сама всё свободное время проводила в библиотеке, выискивая полезные заклинания и зелья. К её огромному сожалению самостоятельное изучение заклинаний по книгам было практически невозможно. Они скорее выступали каталогами и справочниками, чем обучающими пособиями. Мало-мальски полезные зелья требовали множества редких ингредиентов. Так и не найдя лёгкого способа быстро улучшить своё тело, Керриган впала в уныние. Но это не мешало ей гонять в хвост и гриву своих учеников. Особенно тяжело давались физические занятия Мораг и Рону. Они одинаково любили вкусно поесть и не утруждали себя ранее зарядкой. И если шотландка стойко переносила трудности, то Уизли был на грани и вскоре готов был сдаться. Лишь мальчишеская гордость не позволяла ему показаться слабым перед Гарри, которому из-за великолепной гибкости его тела упражнения давались легко. Когда во вторник после обеда гриффиндорцы не пришли к началу занятий Сара заволновалась. Похоже, что утреннее происшествие на занятии по полётам на метле, которое обсуждали все первокурсники, и которое она посчитала незначительным, имело серьёзные последствия. Да, Поттер полетал на метле в отсутствие преподавателя, ну и что? Не убился же, как этот тюфяк, Невилл! Керриган считала, что всё обойдётся снятием пары баллов, в крайнем случае отработкой. Она уже хотела порыться в ментальном фоне и вычленить из него мысли Гарри или Рона, чтобы узнать где они, как вдруг взбудораженные мальчишки сами поднялись на третий этаж. Они очень спешили, а в мыслях у них был полный кавардак. Рон буквально “кричал” в эфир о том, что Гарри назначили ловцом и в полночь у него дуэль с Малфоем, но это надо держать в тайне и никто не должен узнать. — Простите, что опоздали. МакГонагалл задержала, — запыхавшись, выпалил Гарри извинения. — Мы знаем. Вся столовая гудела про то, что вы с Малфоем устроили, — сказала Сара. — Что тебе сказала декан? — Э-м... — замялся Поттер. — Давай, Гарри, здесь все свои. Мы никому не скажем, как тебя ругала МакГонагалл, правда девочки? — когтевранки дружно закивали и тоже принялись упрашивать Гарри. — Ну расскажи, нам же интересно... Расскажи... Поттер не выдержал девчачьего напора и раскололся: — Вообще-то она меня совсем не ругала, а даже наоборот. — В смысле?! — хором удивились девочки. — Она привела меня к капитану сборной Гриффиндора по квиддичу и зачислила в сборную. Я теперь ловец и начинаю тренировки со следующей недели, — с гордостью сообщил Гарри. — Только никому не говорите об этом, ладно? Все начали дружно поздравлять Гарри, а Сара лихорадочно думала, что же делать. — А в какое время у тебя тренировки? — озабоченно спросила Керриган. — В понедельник, среду и пятницу. В семь вечера. — Плохо, — забарабанила пальцами по столу Керриган, — ты не сможешь посещать мои занятия, иначе на тренировках будешь слишком усталым. — И что же делать? — грустно спросил Гарри, которому нравились уроки Сары. Керриган злилась, что Поттер будет проводить больше времени вдали от неё, но не собиралась оставлять его совсем без присмотра. — У тебя всё хорошо получается, — похвалила Сара мальчика, — поэтому я думаю, что тебе можно будет пропускать занятия в те дни, когда у тебя тренировки по квиддичу. — Вот здорово! — обрадовался Гарри. Он ещё не знал, что Керриган в эти дни будет нагружать его вдвое больше, компенсируя потерю времени. Со значительным опозданием от графика Сара всё же призвала остальных заняться тем, зачем они, собственно, сюда пришли. В итоге про дуэль никто не обмолвился ни словом. Керриган решила не вмешиваться в детские разборки и предоставила мальчишкам возможность самим надрать зад Малфою. Вечером Сара вместе с другими учениками пошла на Астрономию, а Гарри и Рон, совместно с случайно примкнувшими к ним Гермионой и Невиллом тайком пробирались к месту дуэли. Керриган уже знала, что Драко подстроил ловушку для гриффиндорцев, и сам не собирался никуда идти. Это будет хорошим уроком для доверчивого Поттера, поэтому Сара не предупредила его об уже знающем о нарушении правил Филче — пусть побегает. А с Малфоем она потом разберётся сама. Скучный урок Астрономии Сара провела с интересом вслушиваясь в мысли незадачливого дуэлянта и его секундантов, вольных и невольных. Она следила за их хаотичным бегством от Филча и чуть не расхохоталась вслух, когда великолепная четвёрка спряталась от завхоза под носом у Цербера. Он бы не обидел детей, но для порядка чуток рыкнул, и храбрые гриффиндорцы в панике бежали. После завершения занятия, когда все пошли спать, Керриган отстала от сокурсниц и решила воспользоваться случаем, чтобы навестить Пушка. Её немного удивляло, что Гермиона сумела так легко открыть замок, перед которым спасовали близнецы Уизли, но раз уж она сделала всю работу, то глупо упускать такую возможность. Филч всё ещё рыскал по этажу в поисках нарушителей, но Керриган отслеживала его перемещения и незаметно добралась до запретной комнаты. Трёхголовый монстр не спал и, увидев нового посетителя, зарычал. Керриган взглянула ему в глаза и послала мощный ментальный сигнал: «Я сильнее тебя! Покорись моей воле!». Её глаза загорелись оранжевым светом; Цербер замер и заскулил, после чего опустился на передние лапы и склонил головы перед повелительницей. Зловещий свет в глазах потух, и Сара без страха подошла к псу. Она прислонилась к его огромной центральной башке и начала чесать Пушка за ухом, приговаривая: — Хороший пёсик. И кто же тебя запер здесь? Этот ужасный Хагрид, да? Тебе скучно здесь одному, в темноте, ведь так? — Цербер согласно поскуливал. — Я знаю, где бы тебе понравилось. — Сара передала Пушку свои воспоминания о Чаре. — Смотри, какие прекрасные вулканы, серные дожди, реки лавы и горы пепла, целые озёра магмы. Огромные свободные пространства и ни одного человека в целом мире. Прекрасно, не правда ли? — Цербер радостно тявкнул в ответ. Керриган ещё несколько минут поностальгировала, вместе с Пушком путешествуя по Чару, и вздохнула: — Мне пора, но я ещё приду навестить тебя. А пока я хочу посмотреть, ради чего тебя посадили здесь на цепь. Цербер встал с люка в полу, на котором лежал, и отошёл в сторону. Керриган телекинезом подняла тяжёлую крышку и заглянула внутрь. Глубоко внизу на самом дне ощущалось что-то живое, но неразумное. Сара посветила туда люмосом и увидела гигантское растение. Сара вспомнила, как профессор Спраут выращивала этого монстра, значит, здесь вторая ловушка. Она некоторое время раздумывала, прыгать туда или нет, но любопытство взяло верх, и Керриган полетела вниз, уменьшая скорость падения псионикой. Почти достигнув дна, она придала себе горизонтальный импульс и приземлилась на каменный пол, вдали от опасного растения. Отсюда выходил только один коридор, и Сара пошла по нему к третьему препятствию, установленному профессором Флитвиком для защиты философского камня. Вскоре она вышла в большой зал, в котором летали сотни крылатых ключей, среди которых лишь один был способен открыть дверь в следующее помещение. Керриган внимательно рассмотрела беспорядочно мечущуюся стаю и вскоре нашла нужный — большой серебряный ключ отличался от остальных. Она воспользовалась телекинезом и захватила упирающийся кусок металла, после чего открыла дверь. Следующий зал представлял из себя гигантскую шахматную доску, фигуры которой преграждали путь к выходу. Керриган не стала заходить туда, а сконцентрировалась и применила невидимость. Здраво рассудив, что магические фигуры реагируют на присутствие живых волшебников, Сара просто скрылась от обнаружения и незамеченной прошла дальше. Здесь работал профессор Квиррел, и в его мыслях не было ничего про устроенную им ловушку. В тот момент, когда директор упомянул запретную комнату, безумец прикидывал, как добраться до конечной цели. Сара ожидала что-то необычное, соответствующее шизофреничному внутреннему мира волшебника, но разочаровалась, встретив просто гигантского монстра. Керриган припомнила, что она видела что-то похожее в одной из книг — Горный Тролль. Гигант услышал открывающуюся дверь и теперь водил своей маленькой головой из стороны в сторону, зыркая вокруг поросячьими глазами. Сара проскользнула мимо него и вышла в следующую комнату. Тупое существо просто стояло и пялилось на саму собой открывшуюся дверь. Предпоследнюю ловушку устанавливал профессор Снейп. Он не надеялся только на магию, а использовал простейшие нажимные пластины на полу, которые запускали огненную завесу, запирающую воров внутри. Керриган просто сформировала псионный щит и прошла преграду насквозь, в нетерпении гадая, что же приготовил сам директор Дамблдор. Сара осторожно открыла последнюю дверь и заглянула внутрь. Не обнаружив явной опасности, она вошла и внимательно осмотрелась. Улыбка медленно наползла на её лицо, и вскоре Сара истерично смеялась, приговаривая: «Ай, да директор! Ай, да сукин сын!». Комната была абсолютно пуста. Отсмеявшись, Сара вернулась тем же путём, обдумывая, как же легко её провели. Ведь и правда — глупо на всю школу объявлять о запретном месте и хранить там очень ценную вещь. Похоже Квиррел, хоть и безумец, а в чём-то и поумнее будет — он не спешил совать свой нос к Церберу, наверняка разгадав хитрый план директора. Керриган попрощалась с Пушком, вновь заперла дверь и вернулась в спальню, где её дожидались встревоженные однокурсницы. — Ты где была?! Знаешь сколько сейчас времени?! — вместе накинулись они на неё. — Успокойтесь, просто гуляла и дышала свежим воздухом, — выдала легенду Керриган. — Сумасшедшая. Могла бы предупредить, мы же за тебя волновались, — высказала претензию МакДугал. — Волновались? За меня? — удивилась Керриган. — Конечно! Ты же наша подруга. Мало ли что могло случиться ночью с одинокой девочкой, — подтвердила Падма. — Я могу за себя постоять, но спасибо за беспокойство, — Сара не ожидала, что кто-то действительно будет заботится о ней. Это было напрочь забытое чувство, ещё с тех времён, когда Джим каждый раз с тревогой ожидал её возвращения с очередного поручения Менгска. Джим... Керриган захлестнули воспоминания, вызывающие противоречивые чувства. Она злилась на него и мечтала убить за крах всех своих планов, за разрыв с Роем. Но в глубине души она знала, что по-прежнему любит этого чёртового засранца. Она множество раз могла смять оборонительные порядки его войск и убить Джима, но каждый раз что-то останавливало её; она всегда находила оправдания, почему этого делать не стоит. Даже в последней битве за артефакт она могла прорвать защиту терран, если бы не атаковала в лоб, а продумала план нападения. Этой ночью Саре Керриган снились кошмары. Она раз за разом штурмовала плато с артефактом, и каждый раз не успевала. В последний момент, когда она уже заносила костяные клинки над светящимся столбом, из ниоткуда появлялся Менгск и, ухмыляясь, активировал творение Зел-Нага. Голубая волна снова и снова заполняла всё вокруг и сжигала Сару изнутри.