День из жизни

      Церковь располагалась на окраине города, ну как города, скорее небольшого провинциального городишки — «Милтон». К ней подъехала полицейская машина с двумя офицерами. Они неспешно вышли и развалистой походкой проследовали к храму. После обрывистого звонка монахини, все в отделе были уверены — это розыгрыш. Но по протоколу было необходимо в этом удостовериться. Старший полицейский открыл дверь. Та, с омерзительным, звучащим прямо на нервах, скрипом широко распахнулась. Весь пол храмового зала был залит кровью, так что она заполнила даже самые дальние углы. Большинство скамей раскидано, одна вовсе покачиваясь балансировала на потолочной балке, на ней, точно забытый кем-то пиджак, висела человеческая кожа. Тела, части тел, были разбросаны между скамей. И каждая конечность, отличалась от другой чем-то, размером, переломом, выколотым глазом или обилием надрезов. Старший полицейский, вынув пистолет, медленно пошёл в зал, чавкая подошвой по не засохшей луже. Часто озираясь переступил свежий труп с вырванными конечностями. Стажер брел следом, так же держа наготове оружие, весь бледный он едва сдерживал рвоту. Старший вздрогнул. Одно из тел, сидящее на единственной стоящей на ножках скамье, пошевелилось. — Святой отец, вы меня простите, — поняв, что священник жив и даже не ранен, офицер нацелился на него, — но вы должны поднять руки так, чтобы я их видел, медленно. Томми, вызови подкрепление.       Аластор послушно поднял пустые руки, слегка ухмыльнувшись, а затем завёл непринуждённую беседу или скорее начал монолог. — Это новый пистолет? Как интересно, прошло столько лет, а люди с годами совсем не изменились, продолжают создавать всё новые виды оружия для убийства своих сородичей. Танки, бомбы, винтовки, пушки, имея такое разнообразие орудий, мы совершенно забываем про то, с чего начали, чем пользовались до изобретения пороха про… нож!       На последнем слове пастырь вынул из рукава лезвие и чиркнул по горлу раньше, чем офицер сориентировался. Он выстрелил куда-то в пол, бросив пистолет схватился за рану рукой, захлебнулся в собственной крови. Младший несколько раз выстрелил, попав в тело своего напарника, за которым спрятался Аластор. Тут офицера сзади ударили по голове тяжелым кадилом. Энджел Даст на минуту замер над телом, всё ещё держа кадило. Затем отбросив его забрал пистолет и без колебаний выстрелил несколько раз. Наклонившись пошарил по карманам уже мертвеца, вынув кошелек, и дополнительный магазин. Аластор сделал тоже самое. — Знаешь, обычно парочки проводят совместный досуг немного по-другому. Ну, не знаю, собирают вместе пазлы, смотрят сериалы, играют в монополию, — завёл разговор Даст, когда они ушли из зала, — А мы… мда. Я не то чтобы сильно против… — Мы играли в монополию, — Аластор скосил на супруга взгляд, перед тем как свернуть в жилые комнаты церкви, — Ты забыл? — Как такое можно забыть? Чарли буквально загорелась от злости, а мы с тобой не разговаривали целый день, о Вегги и говорить страшно. — Это ты не разговаривал, а я наслаждался тишиной, — тень Радио-демона вытряхнула из шкафов и сундуков одежду. — Ты наслаждался тем, что твой муж не говорил целый день? Ты вообще меня любишь? — Даст обиженно надул щёки.       Поковырявшись в горе одежды нашел неплохой кремовый топик и белый пиджак. Аластор же не сильно заморачивался. Красная рубашка, черный пиджак такие же черные брюки и ботинки. Обуваясь фыркнул, поняв, что супруга придется ждать. — Я не стану повторяться, ты знаешь, что я к тебе чувствую, — ответил он, сев на стул. — Эх, а так хотелось услышать это ещё пару раз, — вздохнув Энджел поднял одежду, — юбка или шорты? — Брюки, — выбрал Радио-демон. — Значит шорты, — тоже выбрал Ангел, надев короткие джинсовые шорты и обувшись в босоножки, — Эх, теперь мои ножки не таки великолепные, но попка ничего. Нравится?       Энджел развернулся, погладив свои ягодицы, очертания которых чётко видны через шорты. Аластор поднял бровь, что было, пожалуй, одним из самых откровенных его комплементов. — Твои ножки, всегда прекрасны, — ответил он и в тот же миг на его шее повисли, сейчас Радио-демон был ощутимо выше. — Тогда, может ты потрогаешь их и убедишься, — кокетливо понизив тон Ангел скользнул ладонями вниз, огладив пах ухватился за него. — Amor meus, — Аластор наклонился, томно прошептав прямо в губы, — конечно же… — он помедлил прежде чем громко объявить — нет! Идем скорее, город нас ждёт!       Аластор с нескрываемым удовольствием вгрызся в говяжий бургер. На картонку, выполняющую роль тарелки, упал кружочек пикули, но Радио-демон этого даже не заметил, продолжив бескультурно чавкать. — Почему в постели ты не такой голодный? — горестно вздохнув Энджел украл из картонного стаканчика длинную полоску картофеля фри.       Они сидели в классической американской забегаловке. Шахматный черно-белый пол, красные кресла с белыми столиками у больших окон, музыкальный автомат. Демоны выбрали столик в самом углу, хотя могли выбрать любой, ведь кроме них в кафе была разве что официантка. — Понимаешь Ангел, бытность каннибала полна плюсов, как минимум я ближайшую вечность не обременён вопросом что есть на ужин, — распахнув руки Аластор заметил упавший кусочек и не раздумывая забросил в рот, — ты представить себе не можешь, как я соскучился по мясу, даже по пережаренной курице.       Энджел вздохнул, сёрпнув содовой, стаканчик с ней был единственным что он заказал себе, в то время как Аластор взял всё. Наггетсы со вкусом картона, рыбный бургер, куриный, свиной, даже вегетарианский со вкусом наггетсов, креветки, картошку, на столе не было ни сантиметра свободного места. К столь большому заказу приложили какую-то страшную, плюшевую игрушку, напоминающую кота. Энджел тискал её в руке. — Главное, чтобы тебе потом плохо не было, — положив игрушку на сиденье рядом с собой взглянул в окно, — знаешь, я думал, что ад сильно отстает от мира людей, но смотрю на улицу, там тоже самое, разве что оттенки посветлее. — Плохо будет не мне, — заверил Аластор поедая курицу прямо с костями, дающимися непривычно тяжело, — я считал наоборот, что ад благодаря магии живёт в будущем, хотя, наверное, тут дело исключительно в моих предпочтениях, тридцатые мне попросту комфортнее. — У тебя тут, дай уберу — лизнув палец Ангел убрал соус оставшийся у губ супруга, тот прикрыв глаза позволил, а открыв заставил Энджела покраснеть и отпрянуть — я понимаю, тебе очень вкусно, но видеть тебя таким ужасно непривычно.       Смутившись он вернулся к своему стаканчику, потряс, убедившись что остался только лёд, краем глаза заметил, что в кафе вошли двое полицейских. Ангел поджал губы, приспустившись в кресле принялся судорожно показывать пантомиму. Показывать её всего двумя руками оказалось ужасно неудобно, так что вышло нечто похожее на почтальона, а не полицейского. И Энджел это понял, хотел было сказать что-то, будучи совершенно не в силах контролировать голос, но ему не позволили. Аластор наступил ему на ногу и продолжил мирно жевать уже сэндвич с тунцом. Офицеры переговорив о чём-то с официанткой и подошли. — Здравия желаю, моё имя Оскар, — лысый полицейский поправил фуражку в знак приветствия, указал на мужчину рядом, — а это мой напарник Дик. Раньше не видел вас в нашем городе. Какими судьбами в Милтоне? Не сочтите за грубость, но у нас редко бывают туристы.       Аластор приветливо улыбнулся, подняв ногу, слегка пнул мужа под столом, чтобы тот ни в коем случае не выдал пошлую шутку. Энджел охнул, слегка помахал рукой в знак приветствия, но заговаривать не спешил. В последний раз он на свадьбе так нервничал. Радио-демон же спокоен, точно мертвец, совсем как на свадьбе. — Доброго вам дня, господа офицеры, — Аластор утёр рот и руки салфетками, после чего взял обе руки мужа в свои, переплетя пальцы, — мы просто ехали мимо, решили сделать остановку. Понимаете, у нас медовый месяц и мы решили отправиться в путешествие по штату, но не как туристы по отелям и достопримечательностям, а на попутках, совсем без вещей. Это так романтично, правда мой сладенький? Ах, ты у меня такой лапочка~, такой очаровашка, твои ножки, твои глазки, в тебе всё просто сводит меня с ума.       Аластор во всю засюсюкал. Даст едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть на стенку, точно напуганный кот, или вовсе вырвать, или всё сразу. Даже тени, перестав носится по потолку оглянулись распахнув рты. — Ты такой романтик, мой олененочек, — едва смог подыграть Энджел, почувствовав, как короткие ногти впились в кожу.       Оскар, неловко кашлянув в кулак, отвёл взгляд смотря на пару вскользь. — Эм, я вас поздравляю, нам, конечно, не хочется нарушать ваше счастье, но мы вынуждены вас допросить. Дело в том, что сегодня утром было совершено убийство, причем не одного человека, и вы, как приезжие, сразу же попадаете в список подозреваемых, у нас тут все всех знают и до вашего появления ничего подобного не происходило. Где вы были всю вчерашнюю ночь и сегодняшнее утро?       Услышав слова полицейского, Аластор вздрогнул, закрыл руками лицо и кажется захныкал. — О боже, УБИЙСТВО?! В таком милом и приветливом городке? — он практически плакал, не открывая лица, — О мой бог, как такое могло случиться?! Ещё и не одного человека? Нет, прошу, не отвечайте, оставьте меня без кровавых подробностей! Дорогой, прошу, возьми меня за руку, это такой стресс, только подумаю об этом, ох, я сейчас потеряю сознание!       Радио-демон протянул дрожащую руку супругу. Тот тут же взял её в свои, начав нежно поглаживать. — Ох, тише-тише, всё хорошо, я рядом, — нервно пробормотал Ангел продолжая гладить, — простите, он у меня такой чувствительный. — Да, прошу, простите меня, дело в том, что я гемофоб, — положив тыльную сторону ладони на лоб, Аластор тяжело задышал.       Оскар непонимающе поднял бровь, в этот момент в разговор влез Дик. — У вас боязнь вида крови? Но мы же вам ничего такого не показывали, мы даже не сказали что убийство произошла с пролитием крови, — он сложил руки на груди с видом великого сыщика.       Аластор слегка успокоился, закрыв нижнюю часть лица свободной рукой поднял на полицейских взгляд забитого котенка. — Да, вы правы, но я настолько сильно погряз в своей фобии, что одно упоминание насилия вызывает у меня паническую атаку и я… я… прошу прощения, — он практически задыхался, — вы же найдете убийцу, да? О боже, от одной только мысли, что он ходит на свободе, меня бросает в дрожь.       Полицейские переглянулись, они настолько удивились, что забыли о заданном вопросе. — Вы нас простите, нам не стоило вам, человеку неподготовленному, говорить об убийстве. Но всё же, не могли бы вы дать нам ваши документы для проверки? Всё-таки исключить вас как подозреваемых мы не можем. — Ну разумеется, сейчас, — Аластор пошарив по карманам брюк достал два паспорта и передал полицейскому. Тот открыв их, проверил сначала фотографии, потом информацию, — спасибо, что делаете свою работу, вы настоящие герои. — Алан Уайт и Морт Браун, что ж, приятно иметь с вами дело. На время расследования просим вас оставаться в городе, надеюсь на не скорую встречу и желаю хорошего дня.       Полицейский вернул документы и небрежно отдав честь, покинул кафе вместе с напарником. Даст, скосив глаза, проводил взглядом мужчин до тех пор, пока они не уехали на дежурной машине, после тут же подскочил. — Что это только что было?! Не знай я тебя, решил бы, что ты маленький котеночек. Как ты так?! Да за такую игру, я бы тебе Оскар дал, ну… и просто дал бы. Хоть сейчас, — сглотнув Морт упёрся руками в стол.       «Алан» откинулся в кресле, взял в руку стаканчик колы и, попивая её, ответил: — Я дурил следствие на протяжении нескольких лет, так что обвести вокруг пальца двух глупых полицейских — проще некуда. — Ну знаешь, это не объясняет твоих сюсюканий и фобии. — Хах, тебе не понравилось, когда я назвал тебя — «Сладеньким»? Ха-ха-ха-ха! Это просто для придания атмосферы, люди не станут приглядываться к чему-то противному и неестественному: видя подобное, они часто пропускают важные детали. К примеру, торчащий из расстегнутого рюкзака пистолет.       Ангел вздрогнул и тут же застегнул сворованный в церкви рюкзак. — Упс, мой косяк, больше не повторится… — неловко буркнул Энджел, поправив волосы, — ну, а фобия? — На самом деле, я правда гемофоб, вот только в прошлом и тогда я боялся только своей крови, — Аластор вздохнул, поставив на стол стаканчик, — это сыграло злую шутку. Когда меня подстрелили в лесу от вида крови я потерял сознание и очнулся, когда меня уже рвали собаки.       Даст грустно опустил взгляд, хотя уже слышал эту историю, в подробностях. Аластор заметив изменение в лице мужа протянул руку схватив любимого за подбородок и с легкой томностью в голосе прошептал. — Amor meus, не стоит забивать этим голову лучше давай подумаем, как проведем время, вернувшись к жизни. Как бы ты хотел развлечься?       Энджел мгновенно забыв о грусти расплылся в похотливой улыбке, ему на ум уже пришли самые разнообразные позы для «развлечений», открыл рот, чтобы озвучить, но его эротические грезы прервал строгий бас. — Сексом мы можем и в аду заняться. — Правда? Не может быть! Я всё это время думал, что в аду запрещено спать со своим мужем, — иронично выпалил Ангел, вполне способный конкурировать с актёрской игрой мужа, — Ладно-ладно, не смотри на меня так, хм… О! Давай купим дури?       Аластор поднял бровь, явно не понимая зачем им наркотики. — Тебе в аду мало? — В аду это другое, там просто подошел к автомату и купил, а тут. Поиски дилера, прятки от копов, экстрим! Тут важнее процесс!       Немного подумав, Аластор пожал плечами.       Энджел шокировано открыл рот. Они с Аластором довольно долго гуляли по городу в поисках бара, клуба, любого злачного места, где могли продавать какую-нибудь дурь. Поиски велись до момента пока Даст не заметил магазин с пестрым названием: «Cannabis — магазин легальных наркотиков». Ангел едва нашел силы закрыть рот. Аластор его удивления не разделил, он всегда знал, что люди склонны к саморазрушению, так что появление магазинов с наркотиками — это нормально, осталось дождаться появления магазина с ядом или будки суицида. — Прямо как в родном аду, — пожав плечами сказал Радио-демон, — зайдешь или такой наркоты ты не хочешь?       Энджел, услышав это, немного, насмешливое заявление, нахмурился, сложив руки на груди. — Ладно, пофиг на процесс, просто дай денег на косяк, нет, на два, я ужасно хочу курить.       Аластор молча протянул супругу кошелек, на котором засохли капли крови. Энджел выхватив его скрылся в магазине на какое-то время, недолгое, но достаточное, чтобы Радио-демон заскучал и привлек к себе внимание. Рядом остановился розовый кабриолет, из которого высунулась необременённая умом молоденькая девушка. Про таких обычно говорят: «Думает не головой, а своим сладким местом». Именно это место подало сигнал рту начать флиртовать. — Эй, приветик! Не думала, что в нашем захолустье водятся такие горячие парни~       Блондинка игриво накручивала на палец прядку волос, стараясь привлечь внимание незнакомца выставила практически не скрытый топом бюст, но тот не реагировал. Девушка разозлилась — она не привыкла оставаться без внимания. Фыркнув начала громко и крайне раздражающе сигналить, просто вынудив Аластора подойти. — Вам что-то нужно, милая мисс? — вежливо поинтересовался он. — Вау, красавчик, да ещё и галантный, можешь на «ты». Меня зовут Митси, я вечером устраиваю тусовку в охотничьем домике моего бати, таким классным парням как ты на ней самое место, приходи. — Охотничий домик? Твой отец охотник? — Типа того, у него даже чучело стоит, лося вроде. Ну так ты придешь?       Аластор едва сдержал свою фирменную жуткую улыбку. — Я не в силах отказать столь прелестной леди, разумеется приду, — он поставил сложенные руки на дверцу, — вот только, разве мы не слишком мало знакомы для таких предложений? Может, нам стоит познакомиться поближе? — Стоит, садись ко мне, красавчик, я тебе город покажу.       Аластор сжал кулаки, едва сохраняя рассудок. Девушка его любимый, обожаемый тип… жертв. Наивная, глупая, такая заметила бы перед собой убийцу только когда тот её пырнет. Легкое и ужасно приятное убийство, сравнимое с массажем. Радио-демон сейчас не отказался бы от массажа шести умелых лапок. Он практически ощутил их на спине, но вовремя очнулся, помотав головой. — Я бы с удовольствием, вот только я не один, со мной друг, — Аластор глянул через плечо, — надеюсь ты не против компании? — Если он такой же красавчик, я только за! — воскликнула Митси побарабанив по рулю длинными ногтями. — Оу, он просто прекрасный парень, ангел во плоти, — заверил Радио-демон, всё же не сдержав улыбку.       Даст вышел из магазина с пачкой курительной марихуаны, не его любимой наркотик, но продавец сказал, что фенциклидин они ещё не продают. Энджел уже хотел закурить, но увидев мужа рядом с какой-то драной лахудрой выронил косяк. Стиснув со злобой зубы закатал рукава, намереваясь выдрать ей все волосы и расцарапать лицо, для начала, но его остановила улыбка мужа. Кривая, едва удерживаемая. Аластор всегда так улыбался, когда что-то задумал. А когда он что-то задумал — Энджел вынужден следовать его плану. Так было в церкви, так было в кафе, так будет сейчас и так будет всегда.