Вернись

Толик: «Лео, ты как? Не надо было тебя отпускать» Лео: «Всё в порядке, учусь» Толик: «На выходных останешься у меня без вопросов» Лео: «До выходных ещё дожить надо» Толик: «Солнышко, всё так плохо?» Лео: «Переживу» Толик: «Обещаю больше так не делать. Меньше тоже» Лео: ... Толик: «Лео, ты где? Я подъеду, заберу» Лео: «Лучше не стоит. У меня всё болит, потерпи» Толик: «Я просто буду на тебя смотреть» Лео: «Ага. Слюной захлебнешься. Терпи. Бог терпел и нам велел» Толик: «Ну давай хоть поужинаем где-нибудь» Лео: «Хорошо. В пять на остановке» И понеслось... Две недели. Обеды, ужины, встречи и бессонные ночи. Две недели накала страстей и головокружительного секса. — Лео, а Толик не зовёт тебя снова к нему жить? Или вы всё ещё в конфетно-букетном? — лениво протянул Андрей, вытянувшись в кресле после того, как выпроводил очередную девушку по имени Снежана. Вид у него был, как у кота, объевшегося сливок. Лео на мгновение замер, пропуская вопрос через себя. В прошлый раз Толик упрашивал, чуть ли не стоя на коленях, звал жить к себе, но Лео не хотел и не торопился переезжать. А сейчас? Ни слова. Ни намёка о том, чтобы жить вместе. — Даже если он предложит, я тебя не брошу, — пробормотал он, отворачиваясь. — Не думаю, что это то, что нам сейчас нужно. У нас выпускной год, рисковать глупо. Цены на квартиры высокие. Вдвоём-то трудно, а одному тебе вообще никак. Да и... — Что "да и"? — поднял бровь Андрей. — Не уверен. — В чём? В Толике или в себе? Лео замолчал. Внутри что-то защемило. Не уверен... В любви? В них обоих? Позже, ближе к обеду, он всё же отправился к Толикову дому. Без предупреждения. Ему нужны были ответы, не красивые слова, не жар тела, а что-то весомое. Факты. В этот раз эмоции уступили место логике. Чувства впервые решили посоветоваться с мозгами.

***

Лео хотел верить, что Толик молчит о совместной жизни, потому что боится спугнуть его, хочет сделать всё красиво и вовремя. Но время шло, и сомнения всё больше затягивали. Если закрались сомнения — значит, в их отношениях не всё так просто. Он нажал кнопку звонка, ожидая характерного звука. Дверь распахнулась быстрее, чем Лео успел выстроить мысли. — Привет, — Толик выглядел то ли растерянным, то ли испуганным. Этот взгляд Лео не мог интерпретировать. — Я не вовремя? — Да ну, малыш, о чём ты? Просто не ожидал. Проходи. Лео скользнул внутрь, привычно разуваясь. Пока он шёл в гостиную, внутреннее напряжение Толика нельзя было не заметить. Его движения стали угловатыми, глаза избегали смотреть прямо, а пальцы нервно теребили край футболки. — Ты кого-то ждёшь? — Нет, то есть... да. Володю. Толик замер, будто бы только что предал важный секрет. Лео приостановился. Володя? . — И что? Мне уйти? Толик вздрогнул, точно испугался, что Лео воспринял его слова всерьёз. Он шагнул ближе, обнял его, не давая отойти. — Ты с ума сошёл? Куда ты уйдёшь? Он начал покрывать лицо Лео короткими быстрыми поцелуями, будто пытаясь стереть только что сказанные слова. Его руки жадно обнимали блондина, а напряжённое тело говорило о внезапно вспыхнувшем желании — Пойми, ваша ссора — последнее, что я бы хотел увидеть. — Ссора? А почему мы вообще должны ссориться? Толь, объясни мне, я чего-то не знаю? Толик отвёл взгляд, но через секунду попытался выдать нечто убедительное: — Ничего такого, — проговорил он сдавленно, стараясь улыбнуться. — А давай завтра за город? Устроим пикник. Только мы... Лео вернулся в прихожую и молча надел кеды. Толик стоял неподалёку, нервно перекатываясь с пятки на носок. Лео открыл дверь, но вдруг замер, стиснув ручку. «Если я всегда буду молчать, уступать, прощать… Зачем мне это всё?» Он обернулся: — Толь, ты хочешь, чтобы я к тебе переехал? Толик тут же захлопнул дверь, прижав её рукой, будто боялся, что Лео сбежит. — Конечно хочу. — А как ты это себе представляешь? Я буду прятаться от Володи под кроватью? Или в шкафу? Ты держишь меня за идиота? Толик сжал зубы, нервно сдвинув брови. — Лёнь, я всё решу. Мы будем жить нормально. Обещаю. Но сейчас... давай завтра поговорим, ладно? — А пока со мной можно как с ветошью: попользоваться — и в угол. Не так я представлял наше примирение, Толь. Лео дернул ручку двери, но Толик упёрся сильнее, закрывая её своим телом. Лео оказался слишком близко, его губы почти касались шеи Толика. — Лёнь, прости, прости. Давай поговорим. Я всё объясню. Но сначала… нужно поговорить с Володькой. Толика уже всего трясло, он хватался за Лео так, будто боялся утонуть. Его пальцы впивались в плечи, оставляя красные следы, голос сбивался, а взгляд метался, как у загнанного зверя. — Давай поговорим с Володей, — резко ответил Лео, отстранившись. Он сбросил кеды, прошёл в комнату и сел на диван, закинув ногу на ногу. Толик замер, словно сбитый с толку. Запал, что только что кипел, испарился в мгновение. Он подошёл ближе, опустился на корточки перед Лео, его руки нервно скользили по бёдрам, будто пытались успокоить. — Лео, солнце. Ну зачем сейчас устраивать разборки? Давай так: я всё решу и завтра утром заеду за тобой. Только жди меня дома, ладно? Лео молча смотрел на него, не изменяя позы. Его взгляд был холодным, руки скрещены на груди. «Жди меня дома?» — эхом отдалось в голове. Теперь он тем более не собирается уступать. Толик глянул на настенные часы, затем нервно поднялся и подошёл к столу, схватил мобильный и дрожащими пальцами набрал номер. — Ты где? Нет, просто хотел сказать, чтобы не торопился. У меня тут кое-какие дела. Ладно, давай. Он положил трубку и обернулся к Лео. Телефон вернулся на стол, а хозяин квартиры к ногам блондина. Две пары глаз, в одночасье потемневших, сверлили друг друга не отрываясь. В воздухе повисла тишина, которую нарушали мирно тикающие часы. — Я слушаю, — нарушил молчание Лео. — Я очень внимательно слушаю. Почему ты не хочешь выяснить всё здесь и сейчас? Вместе с Володей? Решив, что долго на коленях простоять не сможет, Толик забрался на диван, сел рядом, сложил руки на коленях. Он глубоко вдохнул и выдохнул, прежде чем начать: — Ещё до встречи с тобой... — его голос дрогнул, но Толик быстро взял себя в руки. — У меня был роман с младшей сестрой Володи. Ей сейчас двадцать, и она учится в Германии. Толик попытался взять руку Лео в свои, но тот хладнокровно убрал её, отодвинувшись чуть дальше. — Когда мы с тобой познакомились, — продолжил Толик, — я уже давно расстался с ней. Но у Толмачёвых были свои планы. Лиза — упрямая, капризная, с характером. Она уверена, что выйдет замуж только за меня. Когда я начал встречаться с тобой, Володя думал, что я наиграюсь и скоро всё закончится. Но время шло, Лиза уехала учиться, а мы с тобой были как никогда близки. Всё было хорошо... до того момента, как мне предложили отличную работу. Толик сделал паузу, а Лео, хоть и оставался неподвижен, напряжённо следил за каждым словом. — Работодатели — родители Толмачёвых. Они сделали мне предложение, от которого трудно было отказаться. Работа с ними открывала шикарные перспективы, выход на мировой рынок, деньги, влияние... Я разрывался между тобой и этой возможностью. И вот тут начались проблемы. Мне поставили ультиматум: работа с Лизой или ты, и моя голая задница. Я пытался тянуть время, искать выход, но в какой-то момент ты просто ушёл, и всё, как бы, само собой разрешилось. Анатолий опустил голову, ища спасения в собственных коленях, но слова застряли в горле. Лео смотрел на него сверху вниз, словно на незнакомца. Воспоминания сдавливали грудь: те вечера, когда он ждал Толика до полуночи, первый раз, когда закрылся в ванной и плакал так, что казалось — сердце сейчас остановится, и тот ужасный день рождения, который он пытался стереть из памяти. А теперь этот человек говорит о любви, за которую у него не хватило сил бороться. — И что? — голос Лео звучал ровно, но холодно. — Что было потом? — Потом?.. — Шехавцов напрягся, глаза забегали, Лео показалось, что он что-то обдумывает, — Потом начался фильм ужасов. Я хотел вернуть тебя. Умолять. Бежать за тобой, но… — …но тебе помешал Володя и его семья. — Лео коротко хмыкнул, перебивая. — Я оказался недостоин, и ты решил, что так будет лучше. — Лео, ты не представляешь… мне было плохо. Я сходил с ума. Это был ад. Лео вздохнул, едва сдерживая раздражение, накатывающее, как прилив. — Ад? А я, по-твоему, был в раю? — его голос сорвался, но он быстро взял себя в руки. — Ты так и не сказал, что было после того, как я ушёл. Ну? Что? Было? Словно загнанный в угол зверь, Толик судорожно втянул воздух и закусил губу. Его глаза метались по комнате, надеясь найти спасительный ответ на стене или в трещинах на потолке. В конце концов, он собрался с духом и, посмотрев на Лео, выдавил: — Мне пришлось принять условия Толмачёвых. Я согласился жениться на их дочери. Лео замер, пытаясь понять, заденет ли его это признание. Но не задело. — Жениться? — с лёгкой усмешкой переспросил он. — При том, что ты гей? Почему-то признание любовника, что он собирается жениться совсем не задело Лео. — Я… я би. — Би, — с издёвкой повторил Лео, поднимая бровь. — Её не смутило, что ты жил с парнем? Они ведь знали обо мне? Толик нервно сжал руки, избегая взгляда. — Наши семьи начали вести общий бизнес. Вернее, объединились после проблем моего отца. Он неудачно вложился, и это чуть не разорило нас. Толмачёвы помогли, но с условием. Они знали о нас, но… ну, ты же понимаешь, как это работает. В их глазах я просто… экспериментировал. А сейчас всё в прошлом. Меня… простили. — Простили, — Лео тихо повторил, будто пробуя это слово на вкус. — Значит, тебя помиловали? Отлично. Слова были обжигающими, как плеть. Толик вздрогнул, словно его ударили. Он хотел что-то сказать, но Лео уже отвернулся, и взглянул на часы, будто время этих разговоров истекло. — И сейчас ты решил, что можешь снова начать жить с парнем? — Лео резко поднялся, гнев в его голосе нарастал с каждым словом. — А как же эта… Лиза? Вы уже не женитесь? Она согласна тебя отпустить? А бизнес твоих родителей? Они об этом знают? Что ты вообще хотел решить с Володей? Он знает обо мне? Его руки сжались в кулаки, побелевшие суставы выдавали силу эмоций, которые он с трудом удерживал. Толик поднял взгляд, умоляющий и полный отчаяния: — Нет! Нет, Лёня… Именно поэтому я прошу дать мне возможность поговорить с Володей. Лео хмыкнул, его глаза сузились от презрения: — То есть, ты никому ничего не рассказал? О чём ты хочешь с ним поговорить? — он склонился ближе, заглядывая в глаза Анатолию, пытаясь вырвать из него правду. — Попросить ещё немного времени? Продлить свой "эксперимент"? Или ты ждёшь, что родители все уладят за тебя? Ты же сказал, что согласился жениться. Так что, помолвка расторгнута? Слова резали как нож. Толик отвёл взгляд, его молчание говорило громче, чем любые оправдания. Внезапно Лео вспомнил странный запах, который несколько недель назад уловил в ванной. Сладкий, приторный, слишком "женский". Тогда он не придал этому значения, списав всё на свою усталость или недомолвки Толика. А теперь картина складывалась в целое. — Ты жил здесь с ней? — его голос стал опасно ровным. — Где она сейчас? — Лео вскинул подбородок, прищурившись. — Вот почему ты не зовёшь меня жить к себе? Толик сполз с дивана, опустившись на колени. Его голос сорвался, полон отчаяния и беспомощности: — Лёня… Я не могу без тебя. Ты мне нужен. Лео замер, глядя на мужчину, который теперь выглядел жалким. Его ледяной взгляд пробивал насквозь. — Нужен? — он произнёс это слово медленно, почти шёпотом, но в каждом звуке была ярость. — Ты говоришь, что я тебе нужен? Тогда почему я чувствую себя последним дураком? Внезапная трель звонка оглушила тишину и пронзила воздух, заставив Шехавцова вздрогнуть. Он резко выпрямился, глядя на дверь так, будто за ней скрывалась его неизбежная гибель. Глаза Лео сузились, и на его лице появилась ехидная улыбка — он явно наслаждался ситуацией. — Уыыыы! — обречённо протянул Толик, прикрывая глаза ладонью. — Нет, только не это... — Почему же нет? — удивительно спокойно отозвался Лео, направляясь к прихожей. Он открыл дверь с почти театральным жестом и с улыбкой произнёс: — Привет. На пороге стоял Володя, чей взгляд мгновенно застыл, а челюсть начала медленно опускаться. Он явно не ожидал увидеть Лео в квартире друга. — Проходи, — добавил Лео, выдерживая паузу. — У нас тут интересный разговор случился. Или мне лучше уйти? Что скажешь? Володя быстро опомнился и шагнул внутрь, его лицо исказилось от гнева. — Толян, что здесь происходит? — с нажимом спросил он, кидая взгляд то на Лео, то на бледного Шехавцова. — Какого чёрта этот здесь делает? Только не говори мне, что ты снова взялся за старое. Толик, который, казалось, вот-вот лопнет от напряжения, поднялся на ноги и часто задышал, явно не в силах сразу ответить. — Володя, я тебе сейчас всё объясню, — пробормотал он, а потом повернулся к Лео: — Лёня, тебе лучше уйти. Слова звучали то ли как просьба, то ли как приказ. Лео рассмеялся сухо, почти безэмоционально. — Хах, ну что ж, не буду мешать вашему маленькому семейному совету. Он небрежно надел свои любимые кеды, нарочно делая это медленно, и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. --- Спустившись в подъезд, Лео остановился за дверью. Он не сразу ушёл. Ему не хватало воздуха, но сердце, словно управляемое любопытством, заставило его остаться, прижавшись ухом к холодному металлу. — Володя, ты всё неправильно понял, — оправдывался Толик. Его голос звучал умоляюще. — Ничего не было, клянусь.