That is Really Nice / Это действительно хорошо

— Что за хрень ты там только что сказала? — спросила Джейн, когда выезжала на машине Анжелы с автостоянки в сторону от Gilberti Auto Body Shoppe, — Это хорошо? Что хорошо? — Нетерпеливые руки схватились за руль, пока она ждала светофор на углу. Мора молчала, улыбаясь в окно с расфокусированным взглядом. Джейн пришлось повториться, — Серьёзно, Мора, что в этом хорошего? Он только что пригласил нас на тройничок. — Мм, — согласилась Мора, но при этом не выглядела полностью согласной, — Но все равно было хорошо. С опозданием Джейн включила поворотник, хотя это не имело особого значения, потому что она уже была на половине поворота. Кто-то сзади напомнил ей о её плохом дорожном этикете. Она не обратила внимания, — Хорошо, как? Хорошо, что, ладно, я не могу придумать, что еще сказать, и почему я вообще говорю то, что не имеет никакого смысла? — Мм, — снова раздался безразличный звук. Это раздражало Джейн, хотя её рассуждения смогли немного уменьшить тревожную мечтательность Моры. — Ладно, хорошо, — ответила Джейн, нахмурившись, как сделала это в гараже, и просигналила к автомобилисту, который пытался подрезать её на полосе поворота, — Так, может быть, ты имела в виду — о, это так хорошо, что этот болван смог собрать воедино целое предложение? Даже если это было о его извращённых фантазиях о нас. Как будто мы были бы заинтересованы в этом. Ха! — Женщина с хриплым голосом ехала аккуратно, но немного быстрее, чем обычно с Морой в машине. — Я имею в виду , ну, правда. Он что, настольно невежественный? Если бы мы были настоящей парой, он бы действительно перешёл границу сейчас, серьёзно. — Мм, — звук донёсся в третий раз, — Но мы нет. И, в конце концов, ты не можешь винить его за попытку. Если ты хочешь чего-то, то для достижения результата нет ничего лучше, чем попросить, — По-прежнему рассеянная, она подняла одну руку с колен и высунула её в окно, чтобы почувствовать воздух, который поддерживал её предплечье и игрался пальцами, — Джованни не знал наверняка, что мы скажем «нет», пока не спросил. И кто знает… Джейн мельком взглянула на подругу, потом снова на долгое мгновение, когда они замедлили скорость, подъезжая к дому Моры, — Кто что знает? — Тревога ясно проявилась в чертах её точеного лица. На этот раз это привлекло достаточно внимания Моры, чтобы хотя бы побудить её взглянуть в сторону Джейн, хотя она, казалось, все еще немного витала в облаках, была немного мечтательной, — Кто знает? — Повторила она, улыбаясь и не объясняя. К этому времени они въезжали в район Моры. Это было закрытое сообщество с поворотами и извилистыми проспектами, разработанными до дней использования систем GPS-наведения в автомобилях, чтобы сбить с толку тех, кто не принадлежал этому месту. Даже бывая достаточно часто, чтобы вслепую находить дорогу, Джейн должна была сосредоточиться на навигации, поэтому не могла задать дополнительные вопросы, пока не подъехала к подъездной дорожке для двух автомобилей и не заглушила двигатель. — Нет, подожди, — она потянулась, чтобы схватить Мору за предплечье, не давая ей расстегнуть ремень безопасности и выйти из машины, — Ты должна сказать мне, что ты имела в виду. Кто знает что? Голова меньшей женщины наклонилась в сторону, когда она посмотрела на Джейн, её взгляд почти пел: «Давай, соберись!», как будто ответ был очевиден. Когда оказалось, что Джейн еще не поняла её точку зрения, на лице Моры появилось сомнение, — Ты говоришь мне, что никогда не представляла этого? — Иу, — Джейн ответила с искренним отвращением, — Реально, Мора? Серьезно, ты на самом деле думаешь, что я могу представлять тройничёк с этим тупицей? Ну, правда, он хотел облизать твоё лицо. Облизать твоё лицо. В чьей книге это нормально или привлекательно? — Она вышла из машины, хлопнула дверью чуть сильнее, чем это было необходимо, и направилась к дому. Сначала она достала свой ключ, тот, который ей дали на случай чрезвычайных ситуаций, и без малейших размышлений впустила их обоих в дом Моры, поскольку фактическая владелица дома тащилась позади, подавляя большинство внешних признаков веселья. Избавившись от оружия, значка и блейзера и убрав их в назначенные им места, детектив снова стала — по крайней мере, номинально — гражданским лицом. Гражданским лицом в отвращении. — Я выросла с этим парнем, так? Поэтому, поверь мне, когда я говорю, что он отвратительный, он — отвратительный. Джованни, возможно, только сказал тебе, что хотел облизать твоё лицо, но я на самом деле знаю девушек, которые встречались с ним в старшей школе. Я знаю, что некоторые из них говорили о нем, о том, что он любит делать. Поверь мне, облизывание лица на Отвращение-метре довольно низко, когда дело касается него. Она остановилась и прочистила горло, — Я имею в виду, я могу признать, что он выглядит хорошо. Ладно, он выглядит действительно великолепно. И у меня могло быть что-то к нему, когда мы вместе учились в школе, прежде чем я услышала кое-какие штуки от Андреа Талуччи. Но сейчас? Нет. Нет, я бы даже не приблизилась к мыслям о том, чтобы покататься с ним в парке развлечений или о поединке по армрестлингу, не говоря уже о том, чтобы лечь с ним в постель, — затем она остановилась, повернувшись к своей лучшей подруге с обвинительным взглядом на лице, — Подожди минуту. Ты хочешь сказать, что могла бы представить это? Тишина. Голова Моры наклонилась, приглашая Джейн следовать за её собственным наблюдениями и сделать вывод. Она подержала позу мгновение, затем начала убирать сумочку, заряжать телефон, мыть руки и заботиться о других мелочах возвращения домой, как будто Джейн только что не спросила её о чём-то сложном, и как будто она дала совершенно разумный ответ. Когда тишина между ними растянулась, Джейн обнаружила, что её брови медленно поднимаются, очень медленно, а голова наклоняется вперед и вниз с одинаковой скоростью, так что выражение её лица плавно менялось от безразличия к абсолютному неверию, — Ты думаешь об этом прямо сейчас, — поняла она.

***

Женщина поменьше выглядела так, будто думала, что все, что она делает или говорит, совершенно разумно, логично и нормально, особенно когда это не так, но именно так она выглядела, когда начала кивать. Тем не менее, почти сразу она прервала невербальное утверждение, переставая сушить руки, чтобы уделить больше внимания своей подруге. Её BFF. На самом деле, её LLBFF.* — Ну… Не совсем. Джейн села на один из табуретов у кухонной столешницы. Это должно было быть изящным скольжением задницы на сиденье, но вместо этого была тяжелая и почти неуклюжая посадка. Она была близка к головокружению, — Серьезно, — пробормотала она, уставившись в пространство. Мора позволила себе улыбнуться, оставляя Джейн в задумчивости, чтобы принести им обоим по стакану ледяной воды, прежде чем вынуть обед из холодильника. Она приготовила его накануне вечером, и теперь ей нужны были только вок, мешалка и немного тепла, прежде чем это станет прекрасной жареной курицей с овощами. Она включила горелку и поставила на неё вок. — Серьёзно. Повар натянула фартук поверх своего светло-голубого платья и повернулась, чтобы взглянуть на подругу, когда завязывала его на поясе. Высокая женщина, обычно настолько уверенная в себе, что это граничит с дерзостью, сидела на рабочей поверхности с опущенными круглыми плечами и ошеломленным выражением лица. — Возможно, — в ответ тихо сказала ей Мора, — но не совсем. Джейн сидела почти идеально неподвижно, когда Мора бросила нарезанную кубиками курицу в разогретое масло и начала быстро помешивать, пока шипение не успокоилось и мясо не превратилось из розового в белое. Когда миниатюрная женщина убрала мясо на тарелку и бросила в вок горсть свежих овощей, испустивших еще одну порцию пара и шипения, детектив зашевелилась и спросила, — Что ты имеешь в виду под «не совсем»? Мора улыбнулась над едой, выражение её лица снова стало слегка мечтательным, -Я имею в виду, я представляла… некоторые элементы предложения Джованни были бесспорными и даже привлекательными, но не все. Ты накроешь на стол? — Она бросила мясо обратно в овощи, когда только они прогрелись, но все еще хрустели. Темноволосая женщина оставалась сдержанной, хотя и согласилась на просьбу, поскольку хозяйка дома, смешав элементы ужина, разложила еду в две широкие, неглубокие миски, затем бросила несколько сухариков и несколько жареных кусочков миндаля на каждую. — Вот, Джейн, — предложила она, поднося обе миски к накрытому столу, — Ешь. Примерно на половине порции Джейн поняла, что пялится на подругу, поедая свежую, свежую, ароматную еду, совсем не чувствуя её вкуса. Мора, похоже, не заметила, но, может быть, это потому, что она тоже оставалась расфокусированной, глядя в никуда. Она прочистила горло, сделала глоток воды, снова прочистила горло, — Хэй, — начала она разговор, затем остановилась. Она понятия не имела, как продолжить. Губы Джейн сжались, когда она думала об этом, и когда она думала, выражение её лица и поза становились все более и более нерешительными, более закрытыми. Она покачала головой; она забудет об этом, если будет позволено. Однако, позволено не было. — Ты хочешь знать, какие элементы, — громко предположила Мора. Ответа не было. — Я скажу тебе, если ты спросишь, — добавила женщина, взяв небольшой кусочек палочками, съела его и стала ждать. Когда она собиралась заговорить снова, на этот раз, чтобы сменить тему, Джейн обрела голос, — Нет. Не говори мне, что ты будешь делать в постели с Джованни, чертовым Гилберти. — Ну, вообще-то, ничего, — сказала Мора с открытой улыбкой, — Меня от него действительно тошнит. Если, как ты говоришь, облизывание лица является наименьшим из его потенциально оскорбительного поведения в спальне, то я действительно не хочу узнавать об остальном. Джованни не был одним из элементов его сценария, который я хотела сохранить. В замешательстве Джейн откинулась на спинку стула, — О, — сказала она с видимым и слышимым облегчением, — Ну… ладно, — она мгновенно села, и Мора села тоже. Обе тут же вернулись к еде. Блюдо закончилось, и Джейн начала загружать посудомоечную машину — это была её привычка всякий раз, когда Мора готовила — когда ей пришла в голову мысль, — Эй, Мора? Если Джованни не был частью этого, то что… Хм. Подожди минутку, — она остановилась на полуслове, застопорившись от осознания того, что собирается задать вопрос лучшей подруге, на который сама не хотела бы отвечать, — Неважно.  — Неважно, потому что ты думаешь, что я буду смущена или обижена, или неважно, потому что ты не хочешь знать? — спросила Мора, снимая коврики и вытирая стол. Когда она обошла кухонный остров, чтобы вытряхнуть тряпку и прополоскать её, женщина поняла, что есть еще один нюанс, — Или это то, что ты хочешь знать, но не хочешь спрашивать? Если ты действительно хочешь знать ответ, я дам его тебе. Проблема была в том, что Джейн хотела и не хотела знать ответ в одно и то же время. Минутку, это то, что имела в виду Мора, когда говорила о Шредингере? Дерьмо, теперь это имело смысл! — Проблема, — сказала она громко, медленно, наливая напитки, — проблема в том, что ты скажешь мне правду, если я спрошу тебя. Мора с любопытством посмотрела на Джейн, — Конечно, скажу. Джейн застонала от разочарования, — Видишь? Понимаешь? Если бы ты просто ответила прямо сейчас, я бы не беспокоилась. Теперь я должна думать об этом, — Она рассеянно протянула Море её бокал и вошла в гостиную, — Ты никогда не упрощаешь, — проворчала Джейн. И прежде чем страх мог победить, она снова спросила, — Почему это было бы «хорошо»? — Пытаясь сделать воздушные кавычки, Джейн чуть не пролила свое пиво. Маленькая женщина перед ней быстро двинулась, одной рукой потянувшись вперед, кончики пальцев поддержали дно потной бутылки с пивом, не давая ему разлиться. — Ну, почему бы этому не быть хорошим? — Спросила Мора, не так риторически, как хотелось бы Джейн. На пути к дивану после Джейн она изложила свои причины, как будто это было что-то совершенно нормальное. — Секс — это хорошо. Секс с привлекательными партнерами — это хорошо. Я не могу сказать, что всерьез рассматривала возможность одновременного участия нескольких партнеров, но я, конечно, понимаю, в чем заключается смысл — в конце концов, если один привлекательный человек — это хорошо, два теоретически могут быть даже лучше. Прежде чем Джейн смогла высказать свои мысли относительно этого небольшого утверждения, Мора между делом продолжила, занимая свое место на диване и скрестив под собой ноги, демонстрируя все признаки расслабления. Нет, это не был неловкий разговор. Вообще нет. — В итоге, однако, я должна была бы подумать, что будут материально-технические проблемы, которые не позволят такой встрече быть столь же удовлетворяющей, как фантазия. В мечтах все идет так, как ты этого хочешь. На самом деле ты взаимодействуешь с двумя другими людьми, и у каждого из них есть свои представления о том, как это должно происходить. В своей фантазии каждый человек обычно бывает как бы посередине. В действительности два других человека сосредотачиваются на одном, или два человека сосредотачиваются друг на друге большую часть времени. На относительно раннем этапе такой встречи один человек станет лишним и проигнорированным, — с почти успешной беззаботностью, слишком откровенная женщина пришла к выводу, — Это не кажется мне чем-то, что было бы таким приятным вне царства фантазии. — Звучит скучно. Для этого одного человека, — Джейн прикусила основание ногтя, — Теперь звучит так, будто ты говоришь, что тебе это не понравилось бы, но, Мора, я знаю, ты сказала, что это было бы хорошо, так какая же часть приятная, если это не Джованни и не идея о двух других партнерах? Взглянув вниз, в свой бокал для вина, Мора пробормотала, снова внешне с легкостью, но сквозившим слабым оттенком беспокойства, — Другие аспекты, — она подняла бокал к губам, добавляя перед глотком, — Компания, например. На протяжении всего этого объяснения пиво еще не дошло до губ Джейн. Она сглотнула, а затем выпила, чтобы выкроить время. Её мозг на мгновение закричал. Мора думала, что компания, сама Джейн, будет приятной. Джейн сделала еще один глоток из своей бутылки. Сейчас было безопасно согласиться с тем, что сказала Мора. Она покрутила бутылку, пару раз выплеснув янтарную жидкость. То, что Джейн могла лгать, не означало, что она когда-либо действительно хотела лгать Море. Позже ей стало бы неловко, и Джейн хотела, чтобы Мора всегда доверяла ей. — Думаю, — медленно произнесла Джейн, пытаясь расставить свои эмоции по местам, — Больше всего на свете мне не нравится идея, где Джованни наблюдает, как я занимаюсь сексом. Было ли это правдой? Ей не нравилась идея, что Джованни наблюдает, как она занимается сексом, это было полностью правдой. Он был невероятно противный. Но более того, и это была та часть, с которой Джейн не знала, что делать, она не хотела, чтобы он смотрел, как Мора занимается сексом. С кем бы то ни было. У этого чувства было имя, и она нашла его после третьего глотка пива, от чего начала задыхаться, кашляя и стараясь не плюнуть пивом на стол, пол и Басса, в то время как её бедный мозг сообщил ей, что она… ревнует… к тому, что Джованни пригласил Мору на свидание. — Этот аспект мне тоже не понравился, — мягко ответила Мора, глядя в другое место. Было бы легко убедить себя, что она делает это для того, чтобы оградить Джейн от пристального внимания, но детектив была очень хороша в различении мотивов. Она могла прицелиться в «неправильную вещь», которую скрывал почти любой, и ей было легче, когда она смотрела в глаза. Джейн прищурилась над бутылкой и нахмурилась, — Так. По сути, ты говоришь, что частью его идеи, которая тебе понравилась, была, ух, компания? — Джейн скрестила и раздвинула лодыжки, — Часть про меня, — легкомысленно добавила она, — Это твой способ сказать мне, что тебя ко мне влечёт? — она хотела, чтобы ответом было «нет» и «да» одновременно, и вдруг её ладони вспотели. Изучив черты лица Джейн, напряжение в её плечах и не совсем легкий тон, Мора точно знала, -Тебе некомфортно. Прости, Джейн. В то время я действительно даже не осознавала, что говорю вслух. Хотела бы я этого не делать, — расслабленность испарилась, из-за чего она выглядела почти так же сильно расстроенной, как и её лучшая подруга на другом конце дивана. Джейн рефлекторно положила руку на колено Моры, — Я не… Это не так, — она вздохнула и опустилась на диван, — Я спросила, ты знаешь. Я знала, о чем спрашиваю, — знать, что теперь делать с информацией, было другим. То, что Мора не ответила на вопрос, было для нее достаточным ответом. — Ты моя LLBFF, — Джейн протянула руку и ткнула Мору в ребра, — Я была бы для тебя фальшивой лесбиянкой в любое время. — Я знаю, — тихо ответила Мора, когда её взгляд упал на руку Джейн на колене. Из кухни донеслись звуки раковины Басса, царапающей нижний край кухонных шкафов, когда он шел исследовать органический шпинат, который она оставила для него. — Я знаю. Спасибо тебе за это. Я полагаю, что это еще одна вещь, которая не сработает в реальности, — её кривая улыбка совсем не коснулась глаз. Человеческий мозг нуждался в функции воспроизведения DVR, подумала Джейн. По крайней мере, её. Она была уверена, что у Моры она уже есть, и она может вернуться, переиграть, увеличить масштаб, сделать паузу и так далее, и так далее. Вместо того, чтобы спрашивать «Что за реальность?», Джейн на секунду прикусила губу. Ой. Это было ощущение, будто очень большой кирпич ударил её по затылку. — Хорошо… — выдохнула она тихо, почти не осознавая, что говорила вслух. Иногда реальность открывала двери новой версии самой себя, которую вы никогда не могли себе представить. Теперь у Джейн случился момент Нарнии, в котором она пыталась обдумать каждый разговор, похожий на этот, прежде. Она нравилась Море. Нравится, нравилась ей нравилась ей. Нравится, Мору к ней влечёт. Ох, дерьмо. Джейн на мгновение уставилась на свое пиво. Она должна была что-то сказать прямо сейчас. Она должна была решить, изменило ли это всё или вообще ничего. Взглянув на неполную улыбку Моры, было только одно чувство, и оно было — заставить улыбку достичь её глаз. — Хорошо, — повторила Джейн, на этот раз более решительно, — У нас всё хорошо. Мора на мгновение просто замерла, затем кивнула в знак согласия. Если Джейн сказала, что у них всё хорошо, значит, у них всё хорошо. Принятие ситуации такой, как она теперь это видела, позволило ей честно, хотя и сдержанно, улыбаться, — Что ты думаешь тогда? — Предложила она, — Кино?