В его руках - целый мир. И этот мир - Он.

979 год н.э. Асгард. Последнее время Локи снились кошмары, в которых испуганного Тора преследовали ядовитые змеи. Гады догоняли старшего Одинсона каждый раз, и, несмотря на постоянные попытки, Локи не мог проснуться раньше, чем увидит смерть брата. Четырнадцатилетний маг уже давно отлично умел контролировать своё сознание, но избавить себя от этих странных снов был не в состоянии. Локи пробовал не спать, но надолго его сил не хватало, и отрицать недосып, когда маг на охоте свалился с коня, потому что уснул, было уже бесполезно. На лице Тора читалось жуткое беспокойство с примесью любопытства при взгляде на набившего шишку от падения брата. Младший не рассказывал старшему о своих видениях. Про себя он решил, что эти сны что-то непременно должны значить, и Локи надеялся расшифровать их. Юный маг стал раздражителен, все вокруг сторонились его, только завидев вдалеке. Тор, конечно же, не шугался брата, но в попытках узнать причину такого нехарактерного для Локи поведения потерпел неудачу. На уроках младший Одинсон сидел понурый, синяки под глазами грозили превратиться в чёрные дыры. Тор как настоящий старший брат просто не мог допустить такого истощения организма Локи, поэтому поставил себе сегодня целью во что бы то ни стало докопаться до сути проблемы младшего. На ужине царская семья собралась вместе. Фригга с беспокойством смотрела на младшего сына, видок у которого был не ахти. Тор на её вопросительные взгляды только пожимал плечами. Он сам не знал ответа. — Тор, — вдруг сказал Всеотец, — ты знаешь, что скоро будет проходить турнир Трёх Миров? — Конечно знаю, отец, как и каждые пять лет, — закивал Тор, жуя картофельное пюре. Локи мельком взглянул на отца. К чему этот разговор? — Думаю, ты уже достаточно подготовлен, чтобы выступить за Асгард на этом турнире, — произнёс Один. Локи поперхнулся, все повернулись к нему. Тор мигом обежал стол и постучал брату по спине. — В порядке? — Да, спасибо, — сказал Локи и принялся хлебать из кружки воду, предусмотрительно налитую Тором. — Это было бы честью для меня, отец, — снова обратив внимание на Одина, произнёс Тор и сел на своё место. — Отец, — встрял Локи, — но разве Тору не рано? Это очень опасное состязание. — Ты сомневаешься в моих талантах? — прищурился Тор обиженно. — Что? Нет, но- — Локи, — прервал Один младшего сына, — Тор не простой асгардец, а принц. Ему шестнадцать лет. Он уже может участвовать. — Но это не значит, что он должен! — взъелся Локи. Ох, он как знал, что сны были неспроста. При мысли о том, что Тор будет участвовать в опасном турнире, под ложечкой скребло. Ведь в таких «играх» были случаи, когда участники погибали. — Локи, я решу сам, ладно? — довольно жёстко ответил на выпад младшего Тор. — Ты не можешь решать, за тебя решает твоё себялюбие, а за него, — он указал на Одина, — репутация Асгарда. — Локи, — прошептала Фригга и вздохнула. Один сжал вилку крепче положенного. — Мам, и ты ничего не скажешь? — Локи ухватился за единственную разумную соломинку. — Если отец говорит, что Тор готов, значит, стоит послушать его, — ответила Фригга. Локи фыркнул. — Если ты беспокоишься о Торе, Локи, — сказал Один, — да будет тебе известно, что я тоже участвовал в таком турнире в возрасте Тора. И, как видишь, я жив. Локи что-то обдумывал, сидя насупившись. — Где будет проходить турнир? — спросил он, смотря в стол. — В Ванахейме. — Да вы все спятили?! — снова вскипятился маг. — Ванахейм! Мало того, что Тор будет там самым младшим участником, он ещё будет в окружении врагов, ведь, между прочим, Фрейр тоже будет участвовать. А вы знаете, какие он и Фрейя подонки и- — Не смей говорить так о наследниках престола Ванахейма и Альвхейма, — оборвал речь Локи Всеотец. У младшего Одинсона только из ушей пар не шёл. Неужели они не понимают всей опасности ситуации? — Они владеют магией, — проскрипел зубами Локи. Тор смотрел на брата в шоке, не понимая, почему тот так остро реагирует на происходящее. — И магия на турнире запрещена, — ответил Всеотец. — Хах, это их территория, они могут делать там, что хотят, — сложив руки на груди, парировал Локи. Тор видел, что у отца уже начинает дёргаться единственный глаз. — Кажется, я знаю, в чём дело, — вставил слово Тор, смотря брату в глаза. — Да ну? — хмыкнул тот. — Ты тоже хочешь участвовать, но ещё не дорос и недостаточно натренирован для турнира. — Тор! — воскликнула Фригга, но Тора понесло: — Ты завидуешь мне, Локи, ведь сам сможешь принять участие только когда тебе стукнет девятнадцать, а я могу прославиться уже в шестнадцать. Некрасиво, брат. Каждое слово царапало душу юного мага, он плотно поджал губы и даже забыл как моргать. Он и впрямь такого мнения обо мне? Да сдался мне этот турнир! — Единственное, о чём я пекусь — это о сохранности твоей эгоистичной задницы, придурок, — прошипел Локи, резко встал из-за стола и быстро покинул столовую. При виде подрагивающих губ младшего сердце у Тора сжалось. Может, я ошибся? Он глянул на мать, та смотрела на него с упрёком. Одину, кажется, было всё равно, он продолжил ужин. Свою порцию Тор в этот вечер так и не доел, кусок не лез в горло. Он не хотел обижать брата. Но разве могло быть другое объяснение поведению Локи?.. Тор проходил мимо покоев Локи, замедляя шаг, а в итоге даже остановился. Немного подумав, он подошёл к дверям и постучал. К его удивлению, двери открылись, хотя старший Одинсон приготовился уже тарабанить в них, просясь внутрь. Огромный ком из одеяла на кровати давал понять, где находился брат. Тор подошёл к этому кому и присел. — Прости. — Пошёл в хель, — раздалось из-под одеяла. — Не задохнись там, — Тор попытался освободить от одеяла хотя бы лицо младшего. Приложив некоторые усилия, это удалось сделать. На старшего Одинсона смотрело порозовевшее лицо с надутыми щеками и нотками обиды и злости в глазах. — Ты реально переживал за меня, да? — спросил Тор. Локи молчал, уставившись на него исподлобья. — Ясно, — выдохнул старший. — Что с тобой на этой неделе происходит? Всё время уставший, мешки под глазами. Я ведь тоже переживаю за тебя. Тор мягко посмотрел на брата, попытавшись состроить щенячий взгляд. Локи только бровь изогнул. — Ну прости меня, — развёл руками Тор, — я сожалею о сказанном, правда. Но я и жутко беспокоюсь о тебе. Ты сам на себя не похож. И это не только я заметил, но и мама тоже. — А отец нет, — хмыкнул Локи. Тор сглотнул. Ответить было нечего, а помогать брату снова устраивать разборки по поводу поведения отца он не хотел. Локи лежал на боку и смотрел куда-то за плечо Тора. Тот понял, что младший собирается приоткрыть завесу тайны. — Мне снятся кошмары. Я думаю, что это видения. — О чём? — О тебе. — Обо мне? — недоверчиво улыбнувшись, спросил Тор. — Да… И в каждом ты умираешь. И, пока ты не умрёшь, я не могу проснуться, — грустно ответил Локи. Тор нахмурился. — Почему ты не сказал мне раньше? — Смысл? — Мы бы что-нибудь придумали. — Ври больше. Тор возвёл очи горе. — А тут я услышал о том, что ты собираешься участвовать в Турнире. И ещё эти сны… Я не мог сдержаться, — объяснил Локи, теребя край подушки в руке. — Теперь понятно, — протянул Тор. Он посмотрел на младшего брата, у которого только слёзы из глаз не текли, и, подумав немного, прилёг рядом с ним. Тот удивился, но подвинулся, освобождая место рядом с собой. Тор смотрел в потолок. А Локи смотрел на профиль Тора и думал, что брат уже стал статным юношей, довольно за короткое время развился, в отличие от него самого. Асгардцы быстро росли, и Локи порой задумывался, почему же масса его тела набирается так медленно, как и рост… Из-за различий в физической комплекции казалось, что разница в возрасте между братьями в два раза больше, чем на самом деле. Тор никогда не прикалывался по этому поводу, на интуитивном уровне осознавая, что Локи это сильно задело бы. Он любил брата таким, какой тот есть, и готов был отмутузить каждого, кто посмеет насмехаться над «дефектами» младшего Одинсона. Впрочем, сам Тор не считал это дефектами, он воспринимал это как черты, делающие его братишку особенным и неповторимым. — Ты ведь всё равно будешь участвовать, да? — скорее констатировал факт, чем задал вопрос, Локи. — Буду, — повернув голову к брату, ответил Тор. Локи улыбнулся уголком губ. — Я могу помогать тебе, — несмело предложил он. — Ну, знаешь, магией… — Даже не думай, слышишь? — серьёзно, но достаточно мягко сказал Тор. — Сам знаешь, за этим идёт дисквалификация. К тому же, тебя накажет отец. — Плевать, — буркнул Локи. — А мне нет, так что сидишь на жопе ровно, понял? — ловя взгляд младшего, произнёс Тор. — Понял, — выдохнул маг. — Хорошо, а теперь баиньки, — сказал Тор и поправил одеяло, подоткнув края. — Святой Бёр, То-о-ор, мне всё равно не уснуть нормально… — промычал Локи. — Я тебе спою. — ЧТО? — Ну… — Тор замялся. — Раньше работало. Локи с сомнением на него взглянул, а потом кивнул. Он повернулся на бок, слыша и чувствуя тёплое дыхание брата сзади. Тор тихо запел старую песенку с простой рифмой, но отчего-то так запавшую в душу Локи ещё в детстве, когда он впервые услышал её на пиру.

Я был не прав, но ты меня простил, Оставив боль, обиды за дверями. Скажи мне брат: Ты где ж так долго был? А впрочем что там — ты сегодня с нами. Брат ты мне или не брат? Рад ты мне или не рад? Сядь со мной за стол, налей себе вина. И если ты мне брат, то пей со мной до дна.

Тор скоро услышал мерное сопение и, улыбнувшись, поцеловал черноволосую макушку и прошептал: «Спокойной ночи». В эту ночь он решил остаться тут, рядом с Локи, чтобы тот наконец-то смог выспаться.

***

В Турнире Трёх Миров участвовало очень много юношей из Альвхейма, Ванахейма и Асгарда. Был и этап со стрельбой из лука, с охотой на лесных духов, со сражением на мечах и рукопашным боем. Тысячи зрителей наблюдали за состязаниями будущих воинов. Но основное внимание привлекали два наследника: Фрейр и Тор. Соперничество между ними шло как на личном уровне, так и на уровне государственном. Тор был младше, да и ещё выступал на чужой территории, однако это не мешало ему пробиваться этап за этапом к финалу турнира, не отставая от Фрейра. Если бы Тора спросили, что им двигало в желании победить Фрейра, он бы солгал, сказав, что борется ради собственной репутации и статуса Асгарда. А всё потому что двигало им давнее воспоминание о том, как Фрейр избил маленького Локи, будучи с визитом в их королевстве. Старший Одинсон тогда отомстил, но неприязнь к Фрейру ни капельки не прошла, а даже возросла за время турнира, в течение которого Тор узнал наследника Ванахейма поближе. Рассказывая брату об очередном прошедшем этапе, Тор не договаривал правды. Фрейр осыпал оскорблениями старшего Одинсона почти каждый день, но эти оскорбления относились не к Тору, а к Локи. Вечерами, беседуя с младшим братом в общих покоях, выделенных им в дворце Ванахейма, Тор сдерживался изо всех сил, чтобы не рассказать о поведении Фрейра. Локи только недавно вновь начал улыбаться, изумрудные глаза впервые за долгое время искрились озорством и счастьем, и Тор, любуясь восхищёнными взглядами младшего, обращёнными к нему, когда рассказывал ему о турнире, не хотел, чтобы эти искры погасли снова. — Завтра последний этап. Ты знаешь, в чём он будет заключаться? — спросил Локи у брата как-то вечером, когда они оба сидели у камина. Младший Одинсон читал книжку, а Тор чистил оружие. — Понятия не имею, брат, — ответил старший и закусил губу. — Болит? — спросил маг, так как от него не скрылось это мимолётное движение. — Да, всё ещё ощущаю последствия вывиха. Младший Одинсон достал из магического кармашка баночку с мазью и, пододвинувшись к брату, принялся медленно растирать больное место. — Я слышал кое-что насчёт завтрашнего испытания, — тихо сказал он. — Мм? — Тор заинтересованно наклонил голову набок, прислушиваясь. — Это будет заплыв в озере. Видел тут у них огромное озеро?.. Вот, вам что-то предстоит найти в его глубинах. Что, я, правда, так и не узнал. — Откуда тебе всё известно? — усмехнулся Тор. — Я умею добывать информацию, когда надо, — гордо ответил Локи, продолжая наносить мазь на травмированное плечо брата. — Я тебя обожаю, — улыбаясь, сказал Тор. — Всегда пожалуйста, — пожав плечами, ответил младший. Локи закончил с рукой Тора, аккуратно перевязав её. — Спасибо, что ты согласился отправиться сюда со мной, — вдруг сказал старший Одинсон. — Я знаю, что тебе неприятно тут находиться, в окружении твоих потенциальных врагов, тем более они обладают магией. Но ты здесь. — Я же твой брат, — ответил Локи, слегка улыбнувшись. — Я всегда буду рядом.

***

Утром Тор встал и не обнаружил на соседней кровати Локи. Его не было и в ванной комнате. Старший Одинсон уже решил было начать паниковать. А что? Брат пропал прямо перед последним этапом! Что-то точно случилось. Но к Тору в покои постучались и сообщили: Локи просил передать, что будет ждать его у озера. У озера уже высились трибуны, сотни людей собрались, чтобы посмотреть финальное состязание. Погода была тёплая, солнечная, но у Одинсона на душе было плохое предчувствие. В толпе он не нашёл младшего брата. Не мог же он меня бросить. Но где же он? Вот и на первых местах трибун сидят Фригга и Один. Мама помахала ему, желая удачи. Однако во взгляде её Тор различил грусть, едва уловимую, но грусть. Три участника добрались до финала: Фрейр, Тор и Сигурд, молодой воин из Альвхейма. Голоса на трибунах затихли, когда Ньёрд, царь Ванахейма, взял слово: — Сегодня мы проводим заключительный этап Турнира Трёх Миров. Из пятидесяти участников осталось только трое: наследный принц Ванахейма, мой сын Фрейр, наследный принц Асгарда Тор Одинсон и Сигурд Храбрый, сын великого полководца Альвхейма, Бранда. Трое юношей сегодня будут бороться за звание лучшего. Несмотря на то, что выиграет только один из них, каждый из них будет удостоен награды за достижение финального этапа. Итак, теперь я обращаюсь к самим участникам турнира. Цель этого заплыва — найти в озере кое-что. Что вы там будете искать — тайна. Только одно известно: то, что вам предстоит найти, безумно дорого вам. Это что-то самое ценное в вашей жизни. Тор нахмурился. Самое ценное в его жизни нечто запрятано в глубине озера? Ну и чудеса. Что это? Он не имел ни малейшего понятия. — Вам даётся только один час на поиски, — продолжил Ньёрд, — если вы опоздаете, нечто самое ценное для вас, к сожалению, навсегда останется в озере. Использование магических трюков недопустимо, я — повелитель морей и всех водных пространств, поэтому каждую вибрацию магии я почувствую. Единственное, что сейчас вам будет наколдовано — маски с воздухом. Итак, правила ясны? У вас только один час, чтобы найти нечто самое дорогое в этом огромном озере. Трое юношей закивали. Эльфы подошли к каждому из них и наколдовали маски. Тор оглянулся на трибуны ещё раз в поисках родной черноволосой макушки. Сердце сжалось, когда он так и не смог найти взглядом Локи. Что удумал этот пройдоха? Тор надеялся, что он не совершит глупостей. Прозвучал сигнал и старший Одинсон прыгнул в воду. Сначала Тор даже боялся вдохнуть, но маска всё-таки действовала, так что с этим проблем не было, Одинсон дышал полной грудью. Темнота озера скоро рассеялась, и у Тора кожа покрылась мурашками, потому что место это казалось жутко гиблым и пустынным. Оно, пожалуй, и было таким. Кроме высоких зарослей водорослей и устрашающих с виду камней тут ничего не было. Тор плыл вперёд, куда глаза глядят, полагая, что в центре озера и находится то самое дорогое для него что-то. Парень плыл и слышал частый стук собственного сердца. Он не знал, сколько времени прошло, сколько осталось. Он не знал даже, что он ищет. Но при мысли о том, что это нечто безумно дорогое для него, воздух в лёгких спирало. Тор перебирал в голове варианты того, что ему дорого. Может быть, его меч?.. Или амулет, который маленький Локи подарил ему однажды на новый год? Но как такие вещи вообще можно найти здесь? И откуда они могли быть у ванахеймцев?.. Проплывая сквозь заросли высоких водорослей, Тор почувствовал снизу движение. Что-то будто проплыло или проползло прямо под ним, будоража воду. Принц решил плыть дальше. И вдруг он наткнулся на Сигурда, третьего участника, это был рыжеволосый парень старше его лет на пять, вообще, как Тор слышал, очень благородный юноша. Он появился внезапно, прямо из водорослей, немного напугав Одинсона. Сигурд что-то хотел сказать Тору, он указывал куда-то. Тор понял, что тот хочет, чтобы он поплыл за ним. И почему-то Одинсон решил довериться ему. Что-то было во взгляде Сигурда. Тор присмотрелся и различил там испуг. И сам испугался. Сигурд плыл впереди. Но в один момент остановил Тора, положив тому руку на плечо. Жестом приказав молчать и быть как можно более незаметным, Сигурд чуть-чуть раздвинул водоросли перед собой. Взгляд был беспокойный. Тор заглянул ему за плечо и через пару секунд почувствовал, как сердце забилось от страха, желая выпрыгнуть из груди. Впереди прямо в воде застыли три бледных фигуры. Одной из них был Локи. Он явно находился в каком-то сне и под защитным куполом, но Тор хотел ринуться к нему сейчас же. Вот где был брат! Вот они мрази! Убью! Сигурд остановил Одинсона от необдуманного поступка, захватив в кольцо рук. И вовремя: откуда-то выплыл Фрейр. Наследник Ванахейма подплыл к женской фигуре. Тор подумал, что это, скорее всего, была Фрейя. При прикосновении к магическому куполу тот исчез, Фрейр обхватил сестру руками. Он хотел всплыть, но вдруг замер, оглянувшись на Локи. НЕТ! Тор ринулся вперёд, но поздно. Фрейр дотронулся до купола Локи и толкнул тело младшего Одинсона вниз, а сам уже всплывал. Сигурд кинулся вслед за Тором, но к своей фигуре. Это была женщина, мать Сигурда. Тело Локи стремительно опускалось вниз, туда, где могло затеряться в огромном «лесу» из водорослей. Старший Одинсон плыл так быстро, как только мог плыть. И наконец он ухватил перевернувшегося в воде брата за ногу. Уже через пару секунд Тор прижимал к себе бессознательного Локи, признаки жизни которого заключались в биении сердца и дыхании через маску. Старший принц взглянул в бледное лицо брата и подумал, что пора всплывать, ведь неизвестно, сколько времени было в запасе. Тор оглянулся наверх, на Сигурда. Тот взглянул на него сверху вниз, как бы спрашивая, нужна ли помощь. Одинсон махнул рукой, мол, уплывай. Рыжий юноша уплыл со своей мамой. Тор стал всплывать. Он сто раз уже проклял эти состязания. Ни один турнир не стоил жизни самого дорогого для него человека! Что, если бы я потерял его? Тор был уверен, что Фригга знала о испытании, теперь её грустный взгляд был понятен. Ладно, ещё чуть-чуть и я выплыву, я спасу тебя, брат. Что-то резко проплыло мимо. Чёрное. И ещё. Тор приостановился. Сглотнул. И в этот момент в ногах завертелось что-то. Змея. Тор вскрикнул, насколько это было возможно под водой. Но змея почему-то не трогала его. Она вцепилась в ногу Локи. Тор пытался согнать её, но та вцепилась мёртвой хваткой. Тор юркнул вниз и, совсем ошалев от страха за брата, схватил змеюку руками за горло и увидел: нога Локи истекала кровью. Совершенно неожиданно с других сторон откуда-то взялись еще две змеи. Тор обхватил брата снизу, толкая его наверх, но змеи тянули их обоих вниз. Они кусали Тора, потому что не могли добраться до Локи. Только бы выплыть, только бы его вытащить. Змей стало очень много, они кусали Тора в рёбра, раненое плечо, ноги, бёдра, а Тор обхватил Локи так крепко, как только мог, чтобы гадюки не добрались до брата. Однако змеи проникли между ними и стали кусать Локи в шею. Старший Одинсон чуть ли не завыл, когда понял, что в лицо ему попала алая вода со вкусом крови брата. Шипение. Укус. Вода вокруг окрасилась в кровавый цвет. Оба принца были искусаны во всех частях тела. У Тора не было сил всплывать, он держал тело Локи в своих руках и затуманившимся взглядом смотрел, как их кровь смешивается в потоках озёрной воды. «Прости», — прошептал одними губами Одинсон. Когда Тор уже готовился закрыть глаза и мысленно попрощался с родителями и братом, всё вокруг заискрилось. Невероятный треск оглушил всё озеро. Вспышка света могла бы ослепить любого, но зрение Тора только улучшилось. Тор увидел, как его пальцы заискрились маленькими молниями, змеи шуганулись в стороны. Принц сжал кулаки. Было ли такое возможно? Столп молнии врезался в воду и сжёг всех змей, которые ещё не успели уплыть. Озеро забурлило, затрещало. Тор почувствовал в себе силы, и уже через пять секунд каким-то чудом неведомая сила выбросила его вверх вместе с братом. Тор поймал Локи в воздухе, прямо над поверхностью воды. Каким образом Одинсон держался над водой? Смерч, возникший над гладью озера, нёс Тора к берегу, принц интуитивно понял, что тот подчинялся ему. Молнии сверкали и били в кипящее озеро. Тор смотрел на бледное лицо брата и на кровь, которой тот истекал повсюду, и сам не чувствовал собственной боли. Раны Локи были смертельными. Это было очевидно. Только не умирай. Умоляю тебя, держись. Не смей умирать, слышишь? Если бы Тор мог лицезреть себя со стороны, он бы увидел, что глаза у него сияли яркими вспышками, что всё тело окутывали электрические заряды. Над озером в Ванахейме в тот день и родился Бог Грома. Это было случайностью? Возможно. Но сила, которая скрывалась в Торе, пробудилась именно тогда, когда на руках самого принца умирал его младший брат.

***

Наше время. База Мстителей. 21:12. Четырнадцатилетний Локи сидел на диване рядом с Тором, закутавшись в одеяло. Он почти не моргал и дышал тихо-тихо, вслушиваясь в то, что рассказывал старший брат. Громовержец смотрел в одну точку, слова к концу рассказа еле-еле произносились, царапая стенки горла и заставляя слёзы катиться по щекам. Локи мягко положил свою руку на плечо брата и тихо спросил: — Как я выжил? — Я не знаю, Локи, я не знаю, я был в отключке неделю. А ты впал в какой-то летаргический сон. А потом, когда я очнулся, еще неделю ты был без сознания. — Воспоминания после пробуждения мне удалила мама? — Кто же ещё… — Почему ты не попросил её удалить их себе? — спросил Локи. Голубые заплаканные глаза посмотрели на Локи, и он услышал: — Потому что я был виноват. — Не был, — Локи присел совсем близко, уткнулся носом в плечо брата. Тор обнял юношу. Щека к щеке. Локи чувствовал мокрую от слёз щетину старшего. — Если бы я не пошёл на турнир, всё было бы в порядке, — шептал Тор. — Всё в порядке, слышишь, посмотри на меня, — Локи взглянул ему в лицо, нежно обхватив его ладонями. — Я живой, я с тобой. А это в прошлом. Ты… Прости меня за прикол со змеями. Я совсем не хотел, чтобы так получилось. Тор шмыгнул носом и улыбнулся. Что-то потянуло его и он прикоснулся лбом ко лбу Локи. Тот вроде не собирался тыкать в него ножом. Обоим братьям сейчас настолько было тепло и уютно друг с другом, что целую минуту они просидели в таком положении, греясь друг о друга. — А ты прости меня за сегодняшнее с Лорелеей, — сказал Тор, наконец отдаляя лицо от лица напротив. — Ты смог преодолеть её чары, — удивлённо и гордо ответил Локи. — Это невероятно… Так же, как и то, что я тогда выжил, ну, в свои четырнадцать, — маг задумался, закусив губу. Тор любовался видом размышляющего братишки. — Смотри, дыру прожжёшь, — сказал Локи, снова взглянув на Тора с хитрой улыбкой. — Прожигать — это моя специальность, — пожав плечами, ответил Тор. Локи хмыкнул. — А как Сиф? — спросил старший. — Хорошо, возвращать детские воспоминания о гибели отца не намерена, — ответил маг, — что разумно, иначе она спятит. — Понял… А книги? — Книги? Ах да, Вонг и хранители храма в Гонконге и Лондоне обещали всё переслать в Норвегию нашему народу. — Скажу Вал, чтобы проверила всё, — сказал Тор и, помедлив, добавил, — значит, у нас с тобой снова всё хорошо? — У меня ещё осталась одна стадия роста, надеюсь, что одна, — сказал Локи, положив голову брату на плечо. — Мы справимся. Может, реально будет к ней подготовиться. — Не думаю, но главное, чтобы ты был рядом. — Я буду, Локи, — Тор взял руку брата в свою, — я буду. Обещаю. Оба брата укутались одеялом, разлеглись на диване и молчали несколько минут. Тор всё ещё держал Локи за руку, боясь, что этот непоседа снова куда-нибудь пропадёт. Вдруг маг повернулся к нему, Тор повернулся в ответ с немым вопросом на лице, и младший Одинсон попросил: — Спой мне. Он повернулся на бок лицом к Тору и закрыл глаза, обозначая, что готов слушать.

Ты научил меня смотреть в глаза, И не давать напрасных обещаний, А если дал, то слов не брать назад — Друзьями не играют как вещами.

Тор пел достаточно тихо, потому что лежал совсем рядом, но Локи слышал каждый его вздох. Казалось, даже чувствовал каждое биение его сердца. Эта связь его пугала, но в то же время маг чувствовал себя защищённым.

Проходят дни — их не вернуть назад Но ты в душе остался тем, кем был. Остался тем, кому скажу я — «Брат» Я был не прав, но ты меня простил. Брат ты мне или не брат? Рад ты мне или не рад? Сядь со мной за стол, налей себе вина И если ты мне брат, то пей со мной до дна.

Мимо гостиной проходил Беннер. Он заметил на диване Одинсонов и остановился, когда услышал пение старшего. Удивительно, сколько нового он с каждым днём открывал в братьях. Но открывал именно тогда, когда Тор и Локи находились рядом друг с другом. Учёный улыбнулся своим собственным мыслям о том, как много ещё, должно быть, загадок хранят эти две древние родственные души, совершенно разные, но поистине родственные. Беннер тихо прикрыл дверь.