Купи жену, Ведьмак

Из Элландера мы уехали спустя пару дней после нашей свадьбы. В первый день мужчины мучались похмельем, женщины убирали со стола остатки, а я едва смогла подняться ближе к обеду от вкусных запахов. Ещё не до конца открыв глаза, я почувствовала, как за моей спиной просел матрас. Я с наслаждением потянулась, разминая приятно ноющие мышцы, мурлыкнула и перевернулась лицом к источнику моего счастья. Положив голову ему на колени и обняв их, я почувствовала ласковые прикосновения пальцев, методично убирающих с моего лица упавшие прядки. — Просыпайся, жёнушка. Завтрак давно на столе, а затем нас ждёт ванна. — Ещё немножко… В ответ услышала насмешливое фырканье, а затем, получив поцелуй, я была переложена на подушку. Полежав ещё немного, приняла сидячее положение, пока перебравшиеся на постель солнечные лучи окончательно не ослепили меня даже сквозь закрытые веки. Рядом с Эскелем я что-то совсем расслабилась. Открыв глаза, невольно уставилась в висевшее напротив зеркало и ахнула. — Великая мать! — Что-то случилось? — спросил обернувшийся ко мне ведьмак. — А ничего, что твоя супруга выглядит как ведьма вернувшаяся с шабаша? — Думаю, ты там была бы самая красивая ведьма и тебя однозначно выбрали бы королевой. — Нет, правда. Мной же теперь только детей и ворон пугать. Любимый расхохотался и протянул мне руку. Приняв помощь, я поднялась с кровати и, словно на ватных ногах дойдя до столика, села напротив супруга, такого красивого и до сих пор голого. Я тоже не стала заматываться в простынь и вольготно расположилась на кресле, с которого вчера началась наша брачная ночь. Кажется, милый подумал о том же самом и это, вкупе с моей реакцией и видом, вызывало у него улыбку, которую многие приняли бы за оскал, но я-то знала, что она выражала на самом деле. Всего полтора года назад я и подумать не могла, что этот пугающий на первый взгляд мужчина, по факту говоря даже не человек, станет для меня целым миром. Как хорошо, что ни одна женщина не узнала насколько он хорош, не узнала каким ласковым и заботливым может быть этот здоровяк. — Ничего, сейчас позавтракаем, или скорее пообедаем, и приведём себя в порядок. Так в лёгкой расслабленной атмосфере и прошёл наш день. Вечером я надела рубашку с самым высоким воротником, скрывающую следы на шее, и одну из немногих в моём арсенале юбок, после чего мы направились в дом четы Вирдас. Просторный обеденный зал уже был убран хозяйственными женщинами, а чуть помятые и опохмелённые мужчины увлечённо резались в карты. Встреча нас, как новорождённой семьи, была громкой. Дождавшись пока кто-то из друзей выиграет, а кто-то проиграет, мы стали обсуждать дальнейший план нашего путешествия. Было принято единодушное решение собирать сумки и ехать завтра с утра. Со сбором всех подарков и одежды мне помогали девочки, попутно шушукаясь и расспрашивая меня о всех подробностях брачной ночи. От таких тем и выдвинутых девочками предположений о супружеском ложе у меня загорелись не только щёки, но и шея с ушами в придачу. Хорошо ещё Касиль при этом не присутствовала, рано ей о таком слушать. — Мы не для себя, мы для Надин. Она же первее замуж выйдет, — залепетали близняшки, после этого вместе со мной краснела и краснолюдка. Вытолкав принаглевших сестёр за дверь, мы стали складывать вещи. Спустя какое-то время, поскребыхавшись в дверь и принеся с десяток извинений за «глупые шутки», двойняшки всё-таки были прощены. Открыв окно, я краем уха слышала, как любимый просил принять деньги в качестве благодарности за гостеприимство и помощь с организовыванием свадьбы. В ответ Конан немного грубо попросил не обижать его, ведь он не «какой-нибудь мелочный жлоб или свинья-копилка с дырой в жопе для монет». А затем молодому мужу была прочитана лекция о том, что единственное истинное богатство это семья, а настоящий друг это всё равно что выбранный родственник. От случайно подслушанного разговора я невольно улыбнулась. Видимо, повидавший жизнь краснолюд достаточно выпил, раз начал читать лекции о морали молодому, по его меркам, Волку. А не выпивший ни капли Эскель покорно слушал нотации. Лиц видно не было, а хотелось бы. Я представила эту картину, как взявший на себя роль отца Вирдас наставляет на путь истинный нерадивого сына, и улыбнулась. Ситуация выходила презабавная — попробовал бы кто другой указывать ведьмаку, как ему жить. На следующий день мы слёзно прощались, как и год тому назад, только теперь к нам присоединились Густав и Бьярн. Касиль снова умоляла завязать новый узелок на запястье из красной нити, Надин просила заезжать каждый раз, когда окажемся неподалёку, дабы не пропустить приглашение на теперь её свадьбу, близняшки душили в объятиях с просьбами выжить и не забыть ни одного приключения, дабы при встрече я смогла рассказать как можно больше. Кажется, в моём лице они видели не просто друга, а сплошную ходячую библиотеку. Мужчины попрощались на свой манер, но тоже тепло. Так мы и выехали из города в приятном расположении духа. Наша маленькая команда снова разбилась по парам и я, пригнувшись к мужу, тихонько спросила: — Так ты оставил ему денег? — Конечно, а как же иначе?! — воскликнул бард, а я дёрнулась. — Думаю, она не была в восторге, — усмехнулся в ответ ему Бьярн и я выдохнула, понимая, что эти слова были адресованы не мне, а затем фыркнула. Любимый тоже улыбнулся и также тихо произнёс: — Конан не принял. Оставить просто так не рискнул — обидится, а его жена молча взяла, хоть и половину. — Прагматичность женщины не жадность, — довольно кивнула я, чувствуя как внутри успокаивается совесть. Так мы ехали вместе ещё день, а на следующее утро пришло время прощаться с Бьярном. Первым, как ни странно, оказался менестрель и, по сравнению с его речью, наше с Эскелем прощание показалось совсем лаконичным. — Если всё-таки не найдёшь работы или передумаешь, то приезжай на зимовку в Каэр Морхен. Еда и свободная комната у нас всегда найдётся, — сделал предложение муж, приобнимая друга на прощание. — Спасибо. Я подумаю, — фыркнул в усы Медведь, а затем, бросив взгляд на меня, замялся. Я улыбнулась на такую реакцию. Неужто опять будет разыгрывать отстраненность или не знает, как я отнесусь к его действиям? Не долго думая, я приобняла друга, а, почувствовав ответные объятия, отстранилась и сказала: — Мы будем ждать тебя… Отец. Лёгкое напряжение в воздухе спало и мужчины усмехнулись. — Хорошо, дочка, — вскочил на коня ведьмак, а затем с наигранной строгостью, словно тесть, обратился к моему Волку: — Ты уж не обижай её. — Никогда не посмею, — обняв меня, бросил в след пришпорившему коня другу. Посмотрев ещё какое-то время вслед удаляющейся фигуре, мы и сами отправились в путь. Хотя теперь мы могли не спешить в Новиград с приглашением на нашу свадьбу, однако оповестить своих названых братьев мой муж собирался как можно скорее. •⫷⫸ Три дня спустя, крепость Хагге ⫷⫸• Выехав из леса и заметив вдалеке стены крепости, я вздохнула с легким облегчением. Не то чтобы я сильно устала, но держать купол от накрапывающего с самого утра мелкого дождика было утомительно. Поэтому дабы не привлекать лишнего внимания, мы надели плащи и накинули на головы капюшоны. Пока добрались до ворот успели промокнуть словно весь день ехали под дождём. — Стой, кто такие? — преградил нам дорогу один из стражников. Помимо нас было достаточно желающих пройти за стенки, но, видимо, троица конных путников привлекла куда сильнее. Любимый чуть мотнул головой дабы накидка приподнялась и охранник смог увидеть его лицо, мы с Густавом поступили также. Вид меня и барда дозорного не сильно заинтересовал, но, узрев глаза моего мужа, тот встрепенулся. — Ведьмак?! Что привело тебя в эту крепость? — Мы здесь проездом, на день, не более. Солдат повернулся к одному из своих и, подав несколько знаков, после которых его собеседник куда-то быстро ушёл, сказал: — Проходите. Затем отошёл с дороги, не запросив мзду за проезд. Вся эта ситуация мне переставала нравиться с каждой секундой всё больше и больше, но и повернуть сейчас со словами «мы передумали» — с большой вероятностью значит схлопотать стрелу меж лопаток и быть объявленными в розыск за шпионство и, боги знают за что ещё. Остановившись в корчме «Хромой пёс», мы не спешили расслабляться и раскладывать сумки в комнатах. Наоборот, сидя в общем зале и ожидая ужина, мы были собраны и сосредоточены как никогда. — Мне кажется стражники у ворот как-то странно на вас смотрели, особенно на тебя, Эскель, — первым решился озвучить очевидное менестрель. — На ночь после звона колоколов на площади мосты поднимаются. Если мы хотим сегодня уехать, то нужно решаться как можно скорее и желательно через вторые ворота. Густав говорил едва слышно, только для нас. Взгляд друга был чрезвычайно серьёзен, а складка между бровей меняла этого добродушного паренька до неузнаваемости. Наверняка, многие со стороны считали его ветреным и даже наивным, но это было ошибочным мнением, чем скорее всего певец не раз пользовался. На самом деле он был весьма наблюдательным, верным и надёжным. Его готовность променять тёплый очаг и удобную кровать в городе на ночёвку в лесу под дождём ради нашей с ведьмаком безопасности просто не могла оставить меня равнодушной. — Не могу сказать ничего однозначного. Гонения нелюдей давно уменьшились, но не прекратились. Любой город или деревня может оказаться исключением и очень часто фатальной ошибкой для чужака, особенно не человека, так что тяжело правильно оценить данную ситуацию. Но пожалуй будет более надёжно переночевать в лесу, нам с Нэй так точно. После ужина купим снеди и поедем. Но доесть мы не успели, как в трактир заглянул наряд из четырёх стражей. Я почувствовала, как с лица схлынула кровь, а в горле мгновенно образовался ком. Краем глаза я заметила точно такую же реакцию у барда и напряженно-ровную осанку супруга. Сомнений в том, что этот конвой пришёл за нами, не было никаких. По мере приближения маленького отряда к нам, косившихся в нашу сторону постояльцев становилось всё больше. — Мастер ведьмак, просим вас пройти с нами по приказу начальника гарнизона. Я сделала тихий судорожный вздох, а про себя подумала: «Ну, хоть не «вы арестованы» и на том спасибо». «Пусть только попробуют! Я от их крепости камня на камне не оставлю» шелестом вынимаемого из ножен меча послышался в моей голове голос валькирии. «Подожди казнить, сначала всё выяснить надо». — Что же могло понадобиться вашему начальнику от простого ведьмака? — Это секретная информация. Любимый молча поднялся с лавки, мы с Густавом последовали его примеру. — Речь шла лишь о ведьмаке. Остальным вход воспрещен, — попытался осадить нас тот же охранник. — Я его жена и имею право находиться рядом с мужем! Признаться, я и сама сейчас не узнала свой голос, так сильно он сквозил уверенностью и холодом. Я была готова разметать этих остолопов по всей корчме, если те не пустили бы меня с Эскелем. — Это правда? — обернулся этот кретин к моему мужчине, который со скрытым восхищением смотрел на меня. — Да и советую вам послушаться, чародейки бывают весьма обидчивы. В подтверждение слов любимого я сложила руки на груди. Страха уже практически не было, лишь уверенность, что выберемся, и готовность при малейшей опасности прикрывать спину своему Волку. Запнувшись в удивлении, солдат обернулся к столь же ошеломленным сослуживцам за советом. После нескольких секунд перемигиваний и игры плечами, было принято верное решение. — Хорошо, но менестрель всё равно останется здесь. Мы с супругом кивнули, выражая согласие. И прежде чем подойти к нему, я обернулась к другу и, со значением заглянув в глаза, сказала: — Жди нас. Идя с Эскелем рука об руку, я снова ощущала взгляды немногочисленных прохожих. Как пить дать, к завтрашнему утру, максимум вечеру, по городу разнесётся весть, как двух нелюдей вели на дознание, а следовательно и публичная казнь не за горами. Будут готовиться и наряжаться словно на праздник. Вскоре мы дошли до серых унылых стен резиденции начальника крепости. Раздавшийся в сумерках колокольный звон не поднимал настроения. Поприветствовав наш патруль короткими кивками, часовые пропустили нас внутрь. — Просим вас сдать оружие, — прозвучала ожидаемая просьба. Положение становилось всё более безвыходное, но делать было нечего. Переглянувшись, мы с ведьмаком сдали мечи. Но осознание, что при нас ещё остались магия, мой серебряный кинжал и охотничий нож ведьмака, грело мне душу. Затем мы вошли в здание и, попетляв какое-то время по лестницам и коридорам, остановились у двери из красного дерева. По её яркой рыжине и хорошей оковке становилось ясно, что за ней находится кабинет начальства. Негласный лидер сопровождавшей нас четвёрки, постучавшись, вошёл внутрь. После короткого отчёта распахнул дверь, пропуская нас в комнату. Я наскоро огляделась. Между двух стеллажей с книгами висела большая карта севера, напротив двери стоял заваленный бумагами стол, за которым восседал хозяин, за его спиной висел портрет молодой статной женщины. По дорогому расшитому платью и золотой короне не составляло труда догадаться, что это была нынешняя королева Темерии, кажется, Анаис Ла Валетт. — Добрый вечер, мастер ведьмак, и вы, госпожа чародейка. Меня зовут Теодор Барлейн, я смотритель крепости и глава местного гарнизона. Я извиняюсь за срочный вызов и возможные причинённые неудобства, но мне сказали, что вы здесь проездом. Прошу вас присаживайтесь, — кивнул на свободные кресла хозяин кабинета. Он, как и все военные, был коротко стриженным, с чуть хищными чертами лица, въевшимися вертикальными морщинками между бровей и слегка горбатым носом, что придавало ему сходство с охотящимся орлом. Мы с мужем присели на предложенные места и любимый принялся за переговоры. — Меня зовут Эскель, я ведьмак из школы Волка. А это моя жена Нэйтари, боевой маг. — Да, меня предупредили. Честно признаюсь, я удивлён встретить женатого ведьмака, но с другой стороны это даже лучше. У меня к вам есть деловое предложение или скорее даже просьба, хорошо оплачиваемая. Видите ли моя старшая дочь отправляется к тётке на перевоспитание в Оксенфурт и я бы не стал вас тревожить, доверив эту работу своим солдатам, но недавно на тракт стало нападать некое чудовище. Немногочисленные выжившие утверждают будто это был дракон, а некоторые говорят, что их двое. — Скорее это один из подкласса драконидов, нашёл себе пару и осел неподалёку от большака. Сейчас у них как раз начался период гнездования и, судя по участившимся нападениям, детёныши вот-вот вылупятся, и им потребуется пропитание, если это уже не произошло, — пояснил дорогой. От обсуждений очередного чудища и предполагаемого заказа у меня окончательно отлегло от сердца. «И стоило ради этого так нас напрягать и вести через весь город, как заключённых?!» возмущалась внутри меня бестия. Тем временем командор продолжил: — Я в этом не эксперт и сам эту тварь не видел, так что сказать наверняка не могу. Но могу заплатить за их уничтожение и охрану дочери. Вблизи Понтара еще осталось много заброшенных и заболоченных мест, а следовательно нежити, да и на дорогах разной швали хватает. Если согласитесь, то я готов заплатить пять сотен наличными прямо сейчас и дать выписку на получение ровно такой же суммы в новиградском банке. Мы с любимым переглянулись. Мало того, что этот заказ не собьет нашего курса, так еще есть возможность неплохо заработать. — Я наслышан, что школы Волка и Грифона самые надёжные и добросовестные, к тому же в наше время встретить ведьмака или боевого мага само по себе большая редкость. Но вот мне выпадает случай нанять настоящих профессионалов и решить непосильную для обычных людей проблему. Так что я настоятельно прошу вас подумать над моим предложением. Эскель заглянул мне в глаза с немым вопросом. Я едва заметно кивнула, выражая согласие. — Мы принимаем ваше предложение, лорд Барлейн, — озвучил наше решение муж. — Я рад это слышать. Было едва заметно, но взгляд стальных глаз стал чуточку мягче, а комок напряжения и смешанных чувств перестал окутывать нашего заказчика столь крепко. Мужчины поднялись с мест и пожали друг другу руки, тем самым скрепляя договор, когда я опомнилась. — Просим прощения, но мы забыли вас предупредить о нашем третьем спутнике. Его зовут Густав Виль Маерс. Надеюсь, вы будете не против, если он продолжит свое путешествие вместе с нами. — Молодой начинающий менестрель? Что ж, я не против нанять и его. Адора любит музыку. Сейчас же прикажу начать сборы, думаю, чуть больше суток будет достаточно. Приходите все послезавтра на рассвете сюда, я познакомлю вас с дочерью и вы отправитесь в дорогу. «Остаётся обрадовать друга, тем что мы живы, свободны и он, как и мы, сам того не зная получил работу». •⫷⫸ Четыре дня спустя, по дороге к Оксенфурту ⫷⫸• Мы выехали из крепости, как и планировалось, никаких проблем с выездом не возникло, кроме прощания семьи. Эмоции юной дворянки были самыми яркими — обида и раздражение на отца, неприязнь и ревность к матери и собственному братику. Поначалу я даже не поверила, что это испытывала именно она, но ответные чувства сомнения, сожаления и некой вины от родителей, окончательно разуверили меня в ошибке. После сухого расставания с родней мадемуазель в сопровождении служанки без оглядки села в свою карету и задернула штору. И мы наконец-то тронулись. Наш отряд, кроме нас троих, также состоял из двух десятков солдат под руководством капитана Кайлона, двух кучеров, молодой госпожи со своей камеристкой и одной кухарки. В целом мы походили на рой пчёл, охраняющий свою королеву. Что же до охраняемой особы… Адора Барлейн была русоволосой и весьма эксцентричной, но однозначно очень красивой девушкой. И она прекрасно это осознавала, подчеркивая всеми возможными способами и умышленно прибавляя себе несколько лет. Я слегка покачала головой «Девчонка девчонкой, а строит из себя не пойми кого. А впрочем, какое мне дело? Она мне никто и делить нам нечего, так что закончим с заданием и разойдемся, как в море корабли». Останавливаясь на привале мне удалось разговориться со стряпухой, помогая ей в готовке и мытье посуды. Так я узнала всю печально-прозаичную историю рода Барлейнов, точнее двух его последних поколений. Однажды молодой нетитулованный дворянин по имени Теодор Барлейн влюбился в юную маркизу и любовь эта была взаимная, но строгий отец запретил дочери даже думать об этом «нищеброде». Однако молодые люди не послушались и, сбежав ночью, обвенчались. В ответ маркиз отказался от своего чада, отобрав имя и наследство. Тогда молодой муж принялся в поте лица работать на военном поприще, за что был возведён в звание главы гарнизона. Вскоре у супругов родилась прекрасная дочка, но счастье длилось всего шесть лет, после чего госпожа скончалась от неизлечимой болезни. Дабы забыться безутешный муж с ещё большим рвением погряз в работе, позабыв о дочери и не зная, как нужно воспитывать маленькую леди. В свободное время он как мог баловал ее, а спустя четыре года женился вновь, надеясь, что жена найдет общий язык с девочкой. И удивительно, но мачеха была весьма открытой и доброжелательной к сводной дочери. Но вот только ее попытки сдружиться или хотя бы примириться были безрезультатными. Испытывающая ревность юная госпожа так и не смогла принять новую жену отца, а, когда та забеременела, разозлилась ещё пуще. В желании привлечь внимание вечно занятого родителя она всё чаще стала шалить и скандалить. И от той милой девочки практически ничего не осталось. — Госпожа не плохая, просто забыла о материнском и отцовском тепле и ласке, да и родительского воспитания никто не заменит. Вот и очерствела. Затем новая госпожа и ребёнок, тем более сын, а теперь эта отсылка… Не легко ей пришлось, — с горечью вздохнула женщина, ополаскивая котёл. — Да уж не сахар, — протянула в ответ я, а сама задумалась. Сидя сегодня у костра за ужином, я заметила, как она бросала короткие взгляды из-под ресниц в сторону распевающего барда и даже парочку заинтересованных в сторону моего ведьмака. Пусть они с Густавом как хотят так и разбираются между собой, но вот на мужа своего пялиться я не позволю. Любопытным было также поведение капитана, держащегося всегда возле девушки и исполняющего все её прихоти. В конце концов это еще как-то можно было списать на приказ начальства, но вот чутье меня не обманывало. Желание защитить и угодить, любование, радость от доставленного ей удовольствия, внутренний трепет при виде улыбки — всем этим веяло от молодого человека, подтверждая однозначный вывод. Но несмотря на сильную влюблённость он держался молодцом, за что хотелось похвалить его. С виду грозный пёс, охраняющий по просьбе хозяина серебряную клетку с райской птичкой, но кто бы знал кого именно выбрал себе в хозяева этот цербер. Вернувшись к лагерю, рядом с нашей палаткой — одним из свадебных подарков — я застала переговаривающихся мужа и командира нашего маленького отряда. Заметив меня, мужчины обернулись. — Госпожа чародейка, я как раз хотел предупредить вас, что мы приближаемся к участку тракта, где чаще всего происходили нападения монстра. Ваш муж сказал, что будет лучше если вы поедете вперёд и привлечёте на себя внимание твари. — Я завтра подготовлю приманку, чем свежее кровь, тем лучше. — А я разнесу ветром запах в нужную сторону, — продолжила я слова Эскеля. — Тогда вам стоит остаться здесь и пустить с нами одного разведчика, который смог бы проследить за боем, а затем вернуться и предупредить вас, как мы справились с драконидом. Пока мы будем уничтожать кладку вы нас догоните. — Ваш муж сказал точно также. Разрешите откланяться, — и не дожидаясь нашего ответа командир пошёл раздавать распоряжения солдатам. А любимый, приобняв за талию, поцеловал в висок и зашептал на ухо. — Идём спать? Завтра трудный день. По шее побежали мурашки, а под кожей заискрились разряды. Заглянув Волку в глаза, я молча потянула его за руку к нашему шатру.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

— Кажется, приманка не понадобится. Этот хитрец ждёт нас недалеко в лесу слева, один, — сказала я, поглаживая кобылу по шее. — Вот и посмотрим у кого из нас улов лучше выйдет, — усмехнулся Эскель, проверяя связывающий любимцев повод. А затем обернулся к солдату. — Чтобы не случилось, не высовывайся. Клинки были уже смазаны, а мы и лошади насколько это возможно морально подготовлены. Василёк умный конь, он не даст Мальве потеряться или совершить в панике глупость. Затем мы сели в сёдла и направились на открытое пространство. Я чувствовала, как тварь приближается к нам вдоль кустов и молодых деревцев. Животные, предчувствуя опасность, беспокойно перефыркивались и прядали ушами. — Сейчас! — воскликнула я и мы с ведьмаком спрыгнули с коней, посылая их вперёд. В этот момент из зарослей на нас в длинном парящем прыжке кинулся драконид, но был сбит телекинетическим ударом Эскеля. Пользуясь возможностью, я рубанула монстра по крылу, дробя кости и рассекая кожистую мембрану, дабы эта здоровенная рептилия при всём желании не смогла от нас сбежать. И хоть я не люблю хвастаться, но за прошедший год мы с любимым успели хорошо сработаться в паре, так что дальнейший бой занял у нас не так много времени. Практически выбившись из сил, монстр сделал последнюю безнадёжную попытку улететь в логово, но, едва оторвавшись от земли, упал замертво. Пущенный мной разряд молнии прошёл прямо через сердце. Мы подошли к телу, корчащемуся в мышечных судорогах, но однозначно мёртвому. Дождавшись окончания сильных конвульсий, супруг достал нож и отрезал голову, как оказалось, самца королевской виверны. «Какой же криворукий художник рисовал в бестиарии эту гадину? Они же совершенно непохожи!» возмущалась внутри меня демоница. Под её пылкие требования перерисовать — а ещё лучше полностью переписать — трактат, мы успели найти лошадей, добраться до гонца и вручить ему голову со словами: — Отвезёшь капитану и скажешь, что можно потихоньку выдвигаться в путь. А мы пока разыщем второго и уничтожим вместе с кладкой. Слегка ошеломлённый от зрелища солдат моргнул и, перехватив трофей, ускакал назад к лагерю. Задействовав в поисках мои способности, мы отыскали гнездо в паре миль от тракта на краю обрыва, огороженного валунами. Шипя и взрыкивая, самка прикрывала своим телом ещё неродившихся детёнышей, а затем кинулась на ведьмака. Закрыв глаза, я в мгновение ока сконцентрировалась и вскинула руки вперёд, беря под контроль чужое тело. Натренеровавшись за целую зиму, я хорошо отточила магию Крови — виверна так и застыла, замахнувшись хвостом на прикрывающего меня Волка. Управляя ею словно кукловод, я заставила её вернуться к гнезду и дала посмотреть на своих детей в последний раз. — Прости, но жить в этом мире счастливо вам не суждено, — одними губами прошептала я и резко дёрнула рукой. Три больших яйца, одно из которых уже покрылось сеточкой трещин, были тотчас разбиты своей же создательницей. Драконица не смогла шелохнуться, но издала крик, идущий казалось из самой её души, а затем подошла к обрыву и взлетела. В последний раз. Когда она взлетела достаточно высоко, я сжала пальцы в кулак, и она мгновенно сложила крылья, падая и разбиваясь на смерть. — Этот обряд мы называем «Лебединой песней». Когда один из оставшийся в живых супругов добровольно уходит за погибшим, он взлетает или поднимается на самую высокую скалу, а затем падает, — едва слышно сказала, наблюдая за истекающим кровью телом с некой горечью. — Бабушка говорила, что моя кровная Пра-прабабушка покинула этот мир именно так. Когда трижды прадед узнал, что у его непутёвая дочь беременна от неотёсанного мужлана, он впал в ярость. Он не думал, что эта любовь была настоящей, ведь человек дракону не ровня. К тому же что такое шестьдесят лет жизни по сравнению с веками — на один зуб только. И уж тем более не ожидал этого порочащего его род ребёнка. Далее вроде как предок подстроил обвал в горах, где работал мой прапрадед и тот погиб. Пра-пра после смерти мужа была безутешна и, едва вырастив дочь до совершеннолетнего возраста, покончила с собой. По крайней мере, её мать ей так говорила. Забавно, иная раса, иной склад ума, живут дольше, а некоторые вещи совсем как у людей. И почему-то именно такие глупые и гадкие? Милый обхватил меня в своё горячее кольцо рук и заговорил в ответ. — Людская жизнь короче, тело хрупче, врагов и страхов больше, а оттого и разум взрослеет быстрее. У большинства. К тому же дурной пример заразителен, как говорится, с кем поведешься… Но тебя я никому не отдам и отпустить уже не смогу, — поцеловал меня в макушку он, прижимая ещё крепче. Успокоенная словами я принялась поглаживать его руки в ответ. Да, так и будет.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

— За мастера ведьмака и госпожу чародейку! — поднял тост какой-то служивый и все ответили ему одобрительным рёвом. В честь этого маленького праздника капитан разрешил выпить по чарке разбавленного вина, но не более. И теперь я смотрела, как один из солдат решил помериться силой с моим мужем. К моей радости, бой был за столом и на руках. Вояки скандировали имена любимчиков и кажется делали ставки. Я улыбнулась. Конечно, этот бугай был практически наравне с любимым, но я-то знала кто выйдет победителем. Ведь ни ему, ни любому другому мужику нечего было терять, кроме, возможно, внутреннего достоинства, но как говорится достойному противнику и проиграть не стыдно. Крик судьи огласил имя победителя: «Ведьмак Эскель!». Вскоре к нему подсел новый желающий. Перед спаррингом я пожелала любимому удачи и пообещала в качестве приза одно желание и, видимо, ради этого он решил одолеть всех. Кто бы видел, как от моих слов загорелись его глаза. Интересно, а с капитаном он тоже будет силой мериться? — Госпожа чародейка, — от неожиданности я чуть вздрогнула и обернулась. Вспомнишь рогатого, вот и черт на пороге. — Прошу прощения за личную просьбу, но вы бы не могли присмотреть за госпожой Адорой? Она направилась к реке по женским делам и я переживаю за её долгое отсутствие. — Да, конечно, я присмотрю. — Благодарю вас, — чуть склонился он. Я тут же отправилась в сторону Понтара, ощущая на своей спине внимательный и ожидающий взгляд. По мере приближения к месту, я всё сильнее чувствовала присутствие двух людей и один из них явно был взволнован, если не сказать паниковал. — Госпожа Адора, вы… — Называй меня по имени или просто «милая». — Адора. Понимаешь, ты восхитительная, прекрасная, великолепная девушка… Но я не могу позволить себе поступить столь предосудительно по отношению к тебе. Я просто не могу. — Так попроси моей руки у отца. Послышался звук падения. «Так пора прекращать это бракопренуждение! А то эта грымза им прямо здесь и сейчас утешится от тяжкой доли. Съест нашего соловья и пёрышками не подавится» послышались мне нотки возмущения и недовольства в голосе бесовки. — Густав! — позвала я, будто не знала где точно он мог находиться. — Д-да! Нэйтари, что-то случилось? — из-за кустов словно ошпареный выскочил бедный менестрель и с преданностью и мольбой в щенячьих глазах уставился на меня. — Тебя Эскель искал, — подмигнула я и тот радостно закивал. Был бы хвост, того и гляди, завилял. — Тогда я пойду узнаю, что он хотел. Я проследила за удаляющимся к стоянке другу. Почувствовав невидимую стрелу впившуюся меж лопаток, я обернулась к буравящей меня взглядом девушке. Да они с капитаном прямо сто́ят друг друга. — Госпожа, вам тоже стоит вернуться к костру. В лесу таится слишком много опасностей, чтобы вы ходили сюда одна. — А на что вас тогда нанимал мой отец? «Вот же избалованная мелкая сучка!» рыкнула валькирия. — Думаю, вам уже будет всё равно, что станет с нами и что сделает ваш отец после вашей смерти. Мой голос стал на пару тонов холоднее. И хотя на кукольном личике по-прежнему оставалась маска небрежного высокомерия, но в глубине её души я уловила едва заметный испуг. Она гордо прошла мимо меня и, будучи ниже практически на голову, весьма рассмешила чертовку в моей голове. «Словно самонадеянная канарейка вышагивает по позолоченной клетке перед носом у кошки. Может охотница никогда и не сможет её достать, но зато, в отличии от этой курочки, она свободна и не живёт на потеху публике, подыхая от скуки в четырёх стенах!» Я буквально чувствовала, как ухмыляется дьяволица, произнося эти слова, и отчасти была с нею согласна. Пусть эта пигалица утешает себя как может, и пока может, совсем скоро кто-нибудь ей обломает эти крылышки. И только я решила вернуться к остальным, как из-за орешника показался мой ведьмак. — Как ты меня нашёл? — Густав подсказал, а потом взять твой след было легко. По дороге столкнулся с дочерью заказчика. Она что-то бубнила под нос «Пусть только попробует… Ещё посмотрим…». Я так понимаю, разговор между вами не задался? — Пожалуй. Скажи, как себя чувствует мужчина, когда его домогается женщина? — Не знаю, что чувствуют остальные, но я был бы совсем не против, если со мной это делала ты, — сказал он, притиснув меня спиной к стволу дерева и заглядывая прямо в глаза. — Я победил трижды, так что где моя награда? Я чуть усмехнулась и, облизав враз пересохшие губы, томно произнесла: — И какого же твоё желание? — Ты, ты и ещё раз ты, — выдохнул в мои уста любимый, прежде чем впиться в них страстным поцелуем. И мой ответный порыв был мгновенным. На следующее утро я спросила у друга, почему тот так рьяно отнекивался от предоставленной ему возможности. Ведь, насколько я знаю, целибат он до свадьбы не держал и впредь не собирался. Да и, если честно, то возникали сомнения в невинности самой сударыни. На что бард мне ответил: — Ага, чтобы потом её папенька меня на ближайшем суку вздёрнул?! Если капитан в служебном рвении не оторвёт мне голову раньше. Она не та девушка, к которой у меня могли бы быть серьёзные намерения, а в таких случаях я избегаю женщин замужних и с излишне строгими и ретивыми отцами. — Очень разумно. Я рада, что ты это понимаешь. Значит есть шанс, что ты не встретишь старость кастрированный и вообще её встретишь, — пошутила я, на что друг фыркнул: — Ну спасибо. Прошло ещё буквально три спокойных дня. Нам удалось переночевать в небольшом трактирчике в одной из стоящих неподалёку от тракта деревень. Признаюсь, глубоко внутри я злорадствовала, смотря на едва сдерживающую равнодушный вид дворянку, когда какой-то пьяница случайно опрокинул ей под ноги кружку с водкой. Но окончательно её добила пробегающая вдоль коридора мышка. Думаю, в мыслях капитан благодарил грызуна, когда нёс леди на руках до её комнаты и был при этом практически абсолютно счастлив. Позже я узнала, что мадемуазель Адора позвала к себе в комнату жену хозяина харчевни, а затем та привела ещё какую-то женщину из деревни. Меня это слегка насторожило, но не так чтобы лезть в комнату светлейшей особы. Её дела это её дела, а моя работа сделать так, чтобы она доехала до тётки в целости и сохранности. Правда сильно сомневаюсь, что такую здоровую кобылу с устоявшимся характером можно будет перевоспитать. И следующим утром представился новый случай убедиться в этом лично. Командир, Густав, Эскель и я сидели с разложенной картой за одним из столов в обеденной зале, ожидая выхода госпожи и её служанки. И она спустилась, но не как обычно в расшитом дорогом платье и туфельках, а в облегающих штанах, белой шёлковой рубашке с приталенным кожаным корсетом и обыкновенной косой, как та что плёл мне с утра любимый. Другими словами это была отзеркаленная на золотой поверхности я. Мужчины сразу же умолкли, но по разным причинам. «Давай оторвём её тупую башку? Всё равно она не сильно ею пользуется» пришло первое предложение от моей второй сущности. «Я бы оторвала, если бы мы не взяли плату вперёд» ответила я, наблюдая, как эта змея садится между капитаном и моим мужем. Молоденькая камеристка заняла оставшееся место между менестрелем и капитаном. Как пить дать, вчерашней гостей была местная швея. Мой муж и друг мимолётно переглянулись, от них веяло некой неловкостью и настороженностью. Господин Кайлон же просто не мог отвести глаз от предмета своего обожания. А тем временем не обращающая внимания на меня «прекрасная» дева воззрилась на карту и спросила: — Так каким путем мы поедем дальше? К какой из двух переправ отправимся? До ближайшей меньше дня. — Мы с капитаном думаем продолжать идти по главному темерскому тракту и пересечь Понтар непосредственно вблизи Велена, — пояснил мой супруг, поскольку глава нашего отряда так и не смог раскрыть рта, и предпринял попытку закончить этот фарс до его официального начала. — Для большей безопасности вам бы стоило ехать в карете. — Ну что вы? Я прекрасная наездница. К тому же полностью доверяю свою жизнь вам. Так что думаю, мне нечего бояться, — захлопала своими ресницами эта породистая выдра. И мне показалось, что не одна я заметила скрытый смысл в её словах. — Надеюсь, никто не против, и запрячь мне лошадь не составит труда? — Как вам будет угодно. Тогда я попрошу, чтобы вам запрягли коня, — сказал милый и, поднявшись из-за стола, подал мне руку. Девчонка удивлённо распахнула глаза, не ожидая, что первым захочет от неё сбежать именно мой ведьмак. Наверняка, она надеялась, что под предлогом отдачи приказа это сделаю я или обидевший её музыкант, на крайний случай капитан или служанка. Так что вид меня, уходящей под ручку с мужем — предметом новой охоты — заставил её слегка растерять свою спесь. Дальнейший день мне пришлось наблюдать грациозное кружения этой селёдки вокруг моего мужчины. И хоть благородная мамзель не жаловалась и не просила остановки, но я искренне надеялась, что она поскорее сотрёт себе всё между ног и заползёт обратно в карету. «Господин Эскель, а расскажите, пожалуйста, о той твари, которую вы убили несколько дней назад». Она не была излишне настойчива, умело балансируя на грани, не выставляя себя на показ женщиной ветренной и чересчур доступной, но мне была прекрасна известна подоплёка этого поведения. Обида, попытка мести и самоутверждения, желание почувствовать себя неотразимой и, возможно, даже на короткий срок, если не любимой, то хотя бы желанной. И вся эта ситуация вызывала недовольство не только у меня, но и увивающегося за хозяйкой верного пса. Успокоением мне служили чувства скуки и даже легкого раздражения, возникающего у любимого при виде этой красавицы. К сожалению, капитана порадовать было нечем — полюбить столь самовлюблённую и одновременно закомплексованную глубоко в душе девушку было очень печально. Даже стало немного интересно, чем она смогла прельстить его, кроме красоты. По виду он был старше её лет на десять, к этому возрасту большинство мужчин начинают думать ещё и головой. Эти расфуфыривания и виляния павлиньим хвостом не только перед моим мужем, но и другом продолжались ещё несколько дней. Конечной точкой для меня стал «дружеский» спарринг между моим ведьмаком и капитаном. Победу засчитали в ничью, но поваляли они друг друга хорошенько. Милый не стал принижать командира в глазах подчинённых своей победой, к тому же капитан действительно хорошо дрался и был решителен, как никогда. И я знала, что эту силу, решительность и нечувствительность к боли ему придавали ревность и злость, в которых мариновалось бедное мужское сердце день ото дня. Переговорив с валькирией, приняла решение прекратить эту скрытую драму и остановить заигравшуюся начинающую актрису любыми способами. Смазав Эскелю проступивший на груди синяк и ещё пару царапин, я целеустремлённо направилась из шатра, но была тут же перехвачена за запястье. — Ты куда? — спросил любимый и я, перехватив его руку, поцеловала слегка разбитые костяшки. — Чтобы спать спокойно, я должна решить одну проблему, — почувствовав, как нервно муж сжал мою руку чуть сильнее, я улыбнулась и погладила его по щеке. — Не волнуйся, я просто с ней поговорю. Я не трону её и пальцем, как и не позволю обидеть себя. — Я буду ждать. На недолгое прощание и в знак утешения я подарила ему лёгкий поцелуй в искаженный шрамом уголок губ, а затем тихо вышла из палатки. Проходя мимо одного из костров, я заметила второго бойца, над которым хлопотала сердобольная кухарка. Эта картина придала мне ещё больше сил и вскоре я была рядом с большим узорчатым шатром, стоящим посреди лагеря. — Как он? — я едва смогла услышать тихий голос Адоры Барлейн. — Не волнуйтесь, госпожа. Зоя, сказала, что завтра капитан без особых проблем сможет ехать верхом и выполнять свои дальнейшие обязанности. Мастер ведьмак тоже… — Меня это не интересует. Он не человек, так что выкарабкается. «Вот даже как… Какие же страсти творятся между этими людишками. Только я не понимаю причём здесь мы и наш Эскель. Пора напомнить этой выскочке своё место в мире без денег её папаши, так что пусть отвечает за свои поступки сама» прошипела валькирия. — Отнеси господину Кайлону эту мазь и помоги Зое, если нужно. — Да, госпожа. Дождавшись пока не заметившая меня служанка вынырнет из-под полога и удалится, я бесшумно скользнула внутрь. Сидевшая ко мне спиной на кровати девушка мало походила на ту роковую женщину сегодня и всеми предыдущими днями ранее. Сгорбившаяся спина, устало упёртые в колени руки, массирующие виски пальцы и душащий ореол непонимания, сожаления, раскаяния и тревоги. — Прошу прощения, госпожа, — тихо прошелестела я. Дева вздрогнула и обернулась, заметив меня, вскочила и быстро оправилась. Но я успела заметить стоявшие в её глазах слёзы. — Что такое? Я вас не вызывала! — Да, поэтому я пришла сама. Нам надо поговорить. — Нам не о чем с вами разговаривать, госпожа чародейка. — Вы ошибаетесь, госпожа Адора. Видите ли я терпела ваше импульсивное поведение всё это время, но вам самой не кажется, что оно перешло собой всякую черту. И из-за этого сегодня пострадали двое хороших здоровых мужчин. — Не понимаю, о чём вы говорите, — соврала леди, при этом сама осознавая свою ложь. — Что ж если к вашему воспитанию мать и отец не прикладывали руку, то это сделаю я. Скажу прямо, вы ведёте себя не подобающе статусу леди и растрачиваете свою короткую человеческую жизнь на ненужных вам самой людей, теряя при этом тех кто действительно вас любит. А ещё я хочу вам открыть глаза на то, что порой миленького личика и кокетливых речей бывает не достаточно, чтобы очаровать мужчину. Так что прошу прекратить обольщать моего мужа и нашего друга, а не то это может плохо для вас закончиться, — на последних словах я сделала особый упор. — Лучше обратите внимание на того, кто всегда рядом и дорог лично вам. — Вы мне никто, так что не вам судить и диктовать, как жить! Чего вы сами в жизни добились, кроме как быть обычной наемницей и замужем за таким же нищим охотником на чудовищ?! Видимо, директор Аретузы даже не смог подобрать для вас подходящее место при дворе. На эти, казавшиеся ей обидными, слова я лишь улыбнулась и прикрыла глаза, словно довольная кошка с пойманной мышкой в зубах. — Боги уберегли меня чему-то учить вас, госпожа. К тому же это не совет, а предупреждение. Я весьма терпелива и добродушна, но не стоит столь настойчиво переходить дорогу мне и близким мне людям, — вперила я в свой взор в эту девчонку. Чувствуя её ускоряющееся сердцебиение, я едва заметно сжала пальцы в кулак. Кровь в девичьем теле резко замедлило ход и та не выдержав внезапного головокружения и слабости упала на кровать. Держась за больную голову, она в панике пыталась отодвинуться от приближающейся шаг за шагом меня. — А на прочие ваши оскорбления могу сказать одно. Прожив в два раза больше вас, я насмотрелась на эту жизнь с разных сторон и понимаю, что я там, где хочу находиться. Я сама — ни отец, ни мачеха, ни наставники — только я выбрала свой путь и человека, с которым иду по нему. А чего хотите вы и что позволит вам общество и ваш родитель, с таким-то поведением, ещё стоит посмотреть, — стоя на расстоянии вытянутой руки, я отвернулась и зашагала к выходу. — Спокойной вам ночи, госпожа. Задумайтесь над своей жизнью и будущем пока не поздно. «Я тобой горжусь. Хорошо же ты осадила эту породистую суку. Что? Не ожидала такое услышать?» хмыкнула бестия, когда я никем незамеченная направилась к нашему спальному месту. «Это всё твоё вредоносное…» я не успела договорить, как была перебита. «Благостное влияние. И не только моё, но и Эскеля. После встречи с ним ты стала увереннее что ли…» «Кто бы говорил. Ты и сама рядом с ним стала мягче. Даже моих друзей за чужаков теперь не считаешь» «Ну некоторых из этих людишек и прочих я нахожу весьма забавными, но от этого они по-прежнему не перестают быть бесполезными»

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

Не знаю, о чем точно вчера разговаривала любимая с этой богатенькой мамзелью, но, видимо, разговор не особо задался. Вернувшись в палатку, она выглядела несколько расстроенной и, попросив ни о чём не спрашивать, легла в мои объятия. На следующее утро всё вернулось на свои места: девица надела дорогое платье и вместе со своей горничной уселась в карету. И я был весьма этому рад, её расспросы о монстрах напомнили мне устный экзамен у Весемира. Кстати говоря, мне показалось что сегодня дочь смотрителя крепости была несколько бледна и не то печальна, не то напряжена. Капитан с разбитым мною носом мелькал то впереди, то позади отряда, проверяя все ли на месте. Неплохо мы вчера на кулаках помахались. Его запал помогал ему держаться дольше обычного и не чувствовать боли, но в то же время это же придавало ему безрассудства, а вследствие толкало на ошибки. И, кажется, я понимал причину его злости. Она носила имя Адора. А вернее чувство, называемое одним словом: ревность. Несостоятельная, но слепая, упёртая и беспощадная. С такой любовью, как у него, скорее поседеешь, чем добьёшься ответных чувств. Оставалось лишь пожалеть мужика. Заказ, казавшийся вполне удобным, простым и прибыльным, оказался морально изматывающим и напряжённым. Думаю, как доедем до Новиграда и свяжемся с Геральтом можно будет устроить маленький отпуск. По сути у нас сейчас в пустую проходит медовый месяц, нужно исправлять. К дьяволу всех этих дворян и прочих людишек с их проблемами, пора пожить для себя. Эта мысль немного подняла мне настроение, к тому же занимавшая мои мысли женщина ехала рядом. Из мечтательных грёз меня вывел её настороженный и нахмуренный вид, она внимательно оглядывала небольшой пригорок слева и неглубокою низину справа от дороги. — Что случилось? Ты что-то чувствуешь? — спросил я на нордарском, прислушиваясь к своему медальону и чутью. Нечисти или нежити поблизости не было, значит, вариантов оставалось немного: либо звери, либо… — Впереди люди. Справа… и слева. Человек сорок, не меньше! — с каждым словом Нэйтари говорила всё увереннее. Не сговариваясь мы подогнали коней вперёд. Разворачивать повозку с четвёркой лошадей посреди леса даже на такой широкой дороге дело гиблое, места для манёвра нет — или карета в овраг свалится или останется без колёс. Да даже, если бы оно у нас было, вряд ли сидящие впереди бандиты дадут нам на это время. Остаётся предупредить и отбиваться. — Впереди засада! — вскрикнула валькирия, первой оказавшись возле капитана. — Лучники, стрелы на изготовку! Всем приготовиться к бою! — приказал тот и это послужило началом череды событий. На дорогу перед обозом упало дерево. Со всех сторон с нас полетели арбалетные болты, но были тут же сбиты сильным порывом ветра. В ответ наши стрелки метко попадали в первых нападающих, этого было недостаточно, чтобы не дать им подойти. Из-за кустов были выпущены собаки, чьей целью было перегрызать сухожилия ног лошадям. Я выскочил из седла и, не собираясь давать своего Василька в обиду, принялся рубить всех приближающихся шавок. В воздухе запахло паленой шерстью и мясом, слышались предсмертные визги и скулёж. Вслед за псами вылезли их хозяева, размахивая всевозможным оружием. Мы с Нэй разделились, защищая карету с двух сторон, так что я не мог видеть, что именно творилось с другой стороны, но раз мне в спину не прилетело ничего острого, стало быть, жена справлялась. Где-то неподалёку от неё я видел барда, значит, можно надеяться, что он тоже выживет. Казалось, время сбилось со счёта, молниеносно сменяя события и при этом растягивая сражение. Меняя меч на знаки и обратно, я заметил краем глаза окружённого солдата и ринулся к нему. Срубив одному разбойнику голову и проскочив сквозь брешь, я встал спиной к воину и наложил круговой Аард, от души вливая в него сил. Оставшихся не просто отбросило прочь, а заморозило, такого эффекта я не достигал ещё никогда. Но радоваться и принимать благодарность было некогда — ситуация возле кареты развивалась не в лучшую сторону. Выволоченная наружу аристократка в шоке сидела рядом с трупом своего насильника, служанка пыталась поднять и затащить госпожу назад, а заслонивший их командир стоял на моём месте, отражая атаки врагов. Я кинулся обратно и вовремя кинул нож в подобравшегося со спины капитана арбалетчика, тот уронил своё оружие и, держась за застрявший у него в шее кинжал, рухнул с крыши кареты на землю, благо горничная вовремя успела затащить госпожу внутрь. Оказавшись рядом и вытащив из тела свой нож, заметил кровь на боку Кайлона и поставил заслон, тем самым давая передышку себе и раненному. — Что с раной? — чуть повернув голову, спросил я. Щит искрил и звенел от наносимых на него ударов и прилетающих изредка стрел. — Ничего важного не задето, удар пришёлся вскользь, — тяжело дыша ответил мужчина. В этот момент случилось что-то невероятное — ноги и тела приближающихся к нам разбойников опутывали быстро разрастающиеся корни, давя и душа в своих объятиях. Мы огляделись, наши солдаты стояли с опущенными мечами и с ошеломлением и страхом наблюдали за происходящим. Картина разворачивалась поистине ужасающая, словно сама природа разгневалась на людей. Терновые стебли опутывали чужаков, впиваясь в тела шипами и проходя насквозь. Ветви деревьев хватали врагов, разрывая тех в клочья. Кровь лилась дождём, окропляя листья, дорогу, людей — всё вокруг. А когда не осталось никого выжившего из нападавших, их стала затягивать земля. Поняв, чьими стараниями мы остались живы, я крикнул «Помогите капитану!» и кинулся обегать транспорт. Сидя на коленях прямо на земле, Густав придерживал в объятиях мою любимую супругу. — Как ты? Не ранена? Что-нибудь болит? — спросил я, перехватывая обессиленную Нэй из рук менестреля. Сам парень выглядел вполне здоровым, только слегка напуганным и взволнованным. — Всё в порядке, просто немного устала, — сказала дорогая, прикрывая ладонью глаза. — С тобой всё в порядке? — Да, меня даже не ранили. — Хорошо, — чуть улыбнулась она и, открыв лицо, посмотрела на меня затуманенным взором. — Позови сюда всех тяжело раненых, я остановлю им кровь, а женщины перевяжут. — Нет, тебе станет ещё хуже, —сказал я, вытирая у неё со лба испарину. — Милый, нам во чтобы то ни стало надо доехать до ближайшей деревни. Оставаться посреди дороги ранеными и побитыми нельзя, на нас снова могут напасть. Я потрачу только остатки магических сил, к своим жизненным я не притронусь — обещаю. — Хорошо, — кивнул я, соглашаясь с её доводами. — Только сначала помоги мне дойти до дерева, в нём ещё осталась энергия. Не хочу забирать у живых, когда они мне так помогли. Донеся жену на руках до поваленного ствола, я опустился с ней на колени. От её прикосновения растение стало засыхать и рассыпается в труху, словно в считанные мгновения прошло несколько десятков лет. Присмотревшись к любимой, заметил сошедшую с её щёк бледность, но в замен ей пришли аритмия и тошнота. — В этом и есть подвох забирать энергию силой. Это щит для всего живого вокруг от нас, иначе бы мы черпали энергию бесконечно. Но, не волнуйся, мне уже действительно лучше. — С тобой точно всё будет хорошо? — взволнованно спросил я. — Не волнуйся, максимум — потеряю сознание и засну на пару часов. Как показалось Нэй, эти слова должны были меня утешить, но всё что мне оставалось это тяжело вздохнуть и подчиниться. Этому было несколько причин: первая, это реальная необходимость поскорее убраться отсюда, вторая, это её упрямство в некоторых ситуациях. И я знал, что сейчас, чего бы я не захотел, она сделает, как посчитает нужным. Как бы то не было, валькирия смогла подняться и дойти до потрёпанного обоза без моей помощи. Собравшиеся полукругом покалеченные солдаты смотрели на мою супругу с неприкрытой помесью уважения, страха и благодарности. По подсчётам оказалось, что среди наших убили троих солдат и одного кучера, тяжелораненых, вместе с капитаном, было семеро. Вышедшая из кареты госпожа уговорила Кайлона сесть с ней, остальных погрузили в телегу. Кое-как залатав увечья, мы двинулись дальше по дороге, благо повозки остались целыми. — Этот год у меня богат на события, — тихо вздохнул Густав, так и не сумевший полностью стереть чужую кровь с лица своим батистовым платком.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

С неделю мы квартировались в небольшой деревушке. Слава Всевышним, как говорила Нэйтари, все раненные пошли на поправку. Леди Адора сама выхаживала капитана и, кажется, наконец начала отвечать ему взаимностью. Менестрель играл по вечерам на гитаре, поднимая настроение и дух не только служивым, но и мирным жителям. И все эти дни молоденькая камеристка по удивительному стечению обстоятельств оказывалась рядом с ним, а не своей хозяйкой, но та, кажется, этого даже не замечала. Мы же с женой частенько уходили в лес медитировать и восстанавливать потраченные силы. После этих событий я однозначно принял решение отдохнуть с любимой от ратных дел. — Знаешь, а я за всю жизнь ни разу не купалась в море. Говорят, оно солёное, как девичьи слёзы, — призналась любимая, лёжа у меня на коленях. — Значит, отправимся к морю, — решил я и нежно поцеловал её в лоб. Родная счастливо улыбнулась и, потянув меня за воротник, сама припала к моим губам. Как-то перед самым отъездом из хутора, я застал юную госпожу не просто просящую прощение и приносящую благодарность, а склонившуюся перед моей супругой в полноценном поклоне. Я тут же скрылся из виду дабы не смущать девушек своим внезапным появлением. Стоя незамеченный за дверью и наблюдая удаляющийся силуэт девицы, я улыбнулся. Так-то лучше. Дальнейшая дорога прошла без эксцессов и выкрутасов. Троица заблудившихся на дороге гулей была нами убита мгновенно, а от того практически не замечена. Наша делегация въехала в оксенфуртские ворота рано утром, поэтому мы не планировали здесь долго задерживаться и к полудню добраться до Новиграда. К воротам поместья нас вышли провожать держащиеся за руки леди и капитан, а также грустно вздыхающая и всё время поглядывающая на менестреля служанка. Надеюсь, у этой пары всё сложится хорошо, они этого заслужили. •⫷⫸ Первый месяц лета, Новиград ⫷⫸• — Добрый день, Золтан! Не представляешь, что произошло со мной за этот год и кого я встретил! — с порога прокричал на весь зал менестрель. — Густав? Ты ли это? А я уже думал в кругосветное путешествие упорхнул, не попрощавшись. Ученик в учителя пошёл, — подошёл к парню рыжий низкорослый мужчина и пожал руку. — И кого ты там с собой привёл? Менестрель отошёл в сторону, давая наконец краснолюду нас рассмотреть. — Позволь представить, это… — Приветствую, Золтан. Извини, что без приглашения. — Мать честна́я! Эскель! Какими судьбами? — на этот раз Хивай подошёл ко мне и мы тоже обменялись рукопожатиями. — А это что за прелестная дама стоит рядом с тобой? Переглянувшись с валькирией, я усмехнулся, предчувствуя реакцию знакомого, и дал ей возможность самой произвести неизгладимое впечатление. — Благодарю вас за приятные слова. Меня зовут Нэйтари. Я боевой маг и жена этого замечательного ведьмака. Рада познакомиться, — улыбнулась супруга и протянула руку, наблюдая как непроизвольно округляются глаза у мужика и не верящий взгляд мечется между нами. — Собачья печёнка!.. То есть приятно познакомиться, сударыня, — опомнившись, бывший наёмник принял её ладошку в свою и мягко пожал, а затем смущённо почесал затылок. — И как только Волк мог скрывать от нас такое чудо? Это просто непростительно. — Ох, ну так получилось, — продолжала сиять любимая. Я решил, что пора сворачивать эти заигрывания на пустом месте, и перешёл к делу. — Золтан, это одна из причин почему мы здесь. Нам нужен Лютик, вернее нам надо связаться через его магическую штуку с Геральтом. — Так его нет, — нейтральным голосом оповестил состоявшийся предприниматель. Поначалу я подумал, что тот шутит или издевается, но затем он продолжил объяснять: — Уехал недели две назад в Туссент вместе с этой безделушкой. Сказал, что вернётся к концу лета. Княжна Анна Генриетта года четыре назад замуж вышла, так что Лютику теперь нечего бояться, вроде бы, вот Присцилла и уломала его на юг съездить. Не знаю, встретятся они с Белым Волком или нет. Сам знаешь, из-за его мегеры мало кто заезжает к нему на долго. Да и в любом случае, даже если бы он оставил эту свою финтифлюшку здесь, я всё равно не знаю, что с ней делать и как её вертеть. На какое-то время я впал в ступор и из него меня вывели ласковые прикосновения жены. Взглянув на её взволнованный взгляд, я фыркнул. Что ж, уехал и уехал, делать нечего. Нэйтари со мной, так что я ничего не потерял. Пусть потом братья сами не обижаются, если узнают о моей женитьбе через несколько лет, к тому времени, глядишь, у нас ещё и дети появятся и глядеть на их изумлённые лица будет ещё веселее. Подбодрённый такими мыслями я приобнял супругу и весело спросил: — А комнаты пустой у тебя не осталось, приютить двух путников? Я оплачу и места нам много не надо. — Позвольте предложить вам комнату в своём доме без каких-либо затрат, — перебил открывшего было рот Золтана менестрель. — У меня три комнаты, в одной из которых живёт пожилой низушек и присматривает за домом, когда меня нет. Места много, так что, уверяю, он вам не помешает. — Решайте, как хотите, у меня тоже в запасе есть неплохая комната. Но чтоб сегодня вечером были здесь. Это нужно отметить, — поставил точку в этом разговоре Хивай и сложил руки на груди. Я посмотрел на валькирию, без слов спрашивая, какой вариант она выберет, и, кажется, не я один ждал её ответа. — Никого не хочу обидеть, но, если это возможно, то я хотела бы поселиться в более тихом месте, — робко, но честно высказалась Нэй. На том и порешили. Устроившись в доме Густава, вечером мы уже сидели за отдалённым столом и угощались нежным хорошо прожаренным в специях кроликом. Я оглядел зал: красные бархатные портьеры, крепкая мебель и резная барная стойка, чистые скатерти, бронзовые подсвечники, сцена с занавесом. Лютик и Золтан, действительно, подняли это заведение с колен, хоть и не без помощи Геральта поначалу, и всё ещё продолжали держать планку. За кружкой эля и разговорами время летело быстро. — Густав, а может покажешь этим бренчалам, как надо играть, и споёшь что-нибудь нам, чтоб для души, — ударив себя кулаком в грудь, попросил молодого барда краснолюд. — А то Лютик с Присциллой сами всё реже и реже выступают. — Отчего не спеть, когда просят, — поднялся из-за стола друг и, прихватив с собой гитару, отправился к сцене. Быстро переговорив и перемигнувшись с музыкантами, он поздоровался со зрителями и пожелал приятного вечера. Многие радостно поприветствовали его в ответ, видимо, большинство здешних постояльцев были завсегдатаями и хорошо знали восходящего певца. Вот и сейчас многие внимательно уставились на помост, предвкушая качественное зрелище и разнообразные песни. — У меня для вас есть новая песня. Одна девушка написала её одному ведьмаку. Надеюсь, она проникнет в ваши сердца так же глубоко, как и в моё. После этой речи наш виртуоз поправил на плече лямку крепления и проникновенно запел: — На огонь летит в ночи мотылек, Зная — в пламени его погибель ждет. Но свою судьбу нельзя изменить, Что начертано, то должен совершить. Из глубин, самых дремучих лесов, Слышен вой заколдованных волков. Языки того ночного костра Согревают ладони Ведьмака. Тучи развеет, колдовство победит, А через час народом будет снова забыт. Во всех городах для людей он чужой, Окутанный сплетнями изгой. Загадочный странник с печальным лицом, Когда в последний раз ты видел собственный дом? Ты должен идти туда, где властвует мрак, Такая судьба твоя Ведьмак. — Ох, как выводит, — во время проигрыша успел восхищённо похвалить менестреля Золтан, вытирая невидимую слезу. Посетители завороженные игрой замерли словно восковые статуи и, мне хотелось надеяться, вдумывались в несомый ею смысл. — И опалив крыло, мотылек тот упал, Его Ведьмак руками бережно поднял. Заговором его боль исцелил, И на волю вновь с улыбкой отпустил. Чьи-то тени спрятались за спиной, Все сильней из леса слышен волчий вой. Силуэт летящего мотылька Станет символом бессмертия Ведьмака. Тучи развеет, колдовство победит, А через час народом будет снова забыт. Во всех городах для людей он чужой, Окутанный сплетнями изгой. Загадочный странник с печальным лицом, Когда в последний раз ты видел собственный дом? Ты должен идти туда, где властвует мрак, Такая судьба твоя Ведьмак. Ещё к середине песни я оглянулся на сидящую под боком Нэй, а к её концу был точно уверен в своих догадках. Я ещё не забыл того бражника, да и вряд ли когда-нибудь смогу. «— Дуралей. Знаешь же, что сгоришь, — сказал я, успев поднять упавшего совсем рядом с костром мотылька, до того как качнувшееся в сторону пламя успело навредить ему ещё больше. Спокойно сидя у меня на ладони, он оказался достаточно большим даже для своего вида. — Какой интересный, — придвинулась ко мне северянка. — Он сильно ранился? С ним всё будет хорошо? Подавив улыбку от её милого акцента, из-за которого она частенько смущалась, я кивнул. — Думаю, да. Крыло задето не сильно, так что если не полезет снова в огонь, то летать ещё сможет. — Узор на его спине напоминать мне череп, — она склонилась ещё ближе, слегка касаясь своим плечом моего. Чувствовать деву совсем рядом было очень приятно и волнительно. Незаметно вдохнул как можно глубже, заполняя лёгкие её запахом. — Да, его у нас называют «Мёртвая голова» или «бражник». Из-за рисунка и ночного образа жизни про них ходит множество дурных слухов и пугающих поверий. К примеру, что они едят мертвечину, что в дом, куда он залетает, придёт гибель, что человек, на которого он, не дай богам, сядет, смертельно заболевает от одного прикосновения. Конечно же это чушь. Они не приносят зараз и вообще не питаются мясом в каком бы то ни было виде, только ботвой на полях или мёдом у пчёл. Но даже так особого вреда растениям и людским урожаям они не наносят, поскольку большую часть времени живут и кормятся в одиночку. Хочешь его подержать? — Да, с удовольствием, — доверчиво заглянула мне в глаза Нэйтари и подставила аккуратно сложенные вместе ручки. Признаться, я думал, что она испугается и откажется. В момент соприкосновения наших пальцев, я мысленно просил бабочку перебираться, как можно медленнее. Девичья кожа была приятно прохладной и немного загрубевшей от постоянного обращения с оружием, но сами движения были плавными, нежными и одновременно чёткими — мне это нравилось. Я давно начал замечать, что меня многое в валькирии привлекает, и чем больше я узнавал её, тем длиннее становился этот список. — Ох, он такой большой. От этой фразы, сказанной с таким искренним удивлением, я не удержался и улыбнулся. Смотря на поглаживающую букашку наёмницу, я постарался выкинуть пошлые мысли, возникшие от случайно сказанных слов. Нэй, ведь не могла иметь ввиду ничего такого, к тому же мотылёк в её ладошках выглядел весьма внушительным. — Он пищать, — умилилась девушка, прислушиваясь к издающим бабочкой звукам. — Это их особенность. Забавно, правда? Кстати говоря, его гусеницы, в отличие от взрослых тёмных особей, весьма красивы. Они бывают самых разных оттенков жёлтого, зелёного и голубого цветов. Ты позволишь? — спросил я, держа длань навесу над её и бражником. — Конечно, — приподняв в лёгком удивлении брови, разрешила девушка. Кто бы знал, насколько этот шаг с её стороны, одно её позволение дотронуться, было для меня важным. Едва касаясь, накрыл её руку и одними губами зашептал. — Что это быть? Что ты ему сказал? — спросила девушка, как и я с полу улыбкой наблюдая за улетающим во тьму мотыльком. — Да так, небольшой старый наговор с пожеланием выздоровления. Учитель иногда заговаривал мои раны, когда я был ещё ребёнком. Но скорее это было самовнушение для нас, мокроносых волчат, и знак поддержки, чем настоящий эффект исцеления. Нэй сидела, внимая моим словам, и смотрела на меня немигающим и, мне даже показалось, нежным взглядом. Это была одна из её удивительных особенностей — быть хорошим слушателем. А ещё в свете костра её глаза сияли, как у маленькой девочки, так что хотелось прижать её в объятиях к себе и, поглаживая по мягким волосам, поцеловать в лоб, а потом щёчку и… Мои приятные размышления прервал раздавшийся во тьме вой. Волк был недалеко, так что я начинал слышать его учащённое поверхностное дыхание и шаги. Судя по хрипам и повизгиваниям, следовало предположить, что хищник болен бешенством. Нужно было с ним разобраться до того, как он подойдёт к нашей стоянке. — Там, в той стороне зверь без ума. Он мучиться от боли, хотеть отдать эту боль другим, — смотря в сторону, где по моим расчётам находился волк, сказала валькирия. Я не знал пришла ли она к этим выводам сама или в этом помогли её способности, как это происходит, но это было и не особо важно. В любом случае, я не позволю кому бы то ни было причинить ей боль или обидеть. — Подожди меня здесь, — то ли попросил, то ли приказал я, вставая с бревна и подхватывая ножны со стальным мечом, и отправился в чащу.» — Правда эта песня в исполнении Густава звучит великолепно? — чуть склонив голову и хитро глядя на меня, спросила моя любимая жена. Награждённый овациями бард продолжил своё выступление следующей какой-то нежно-лиричной песней. — Ты помнишь того мотылька, — не спросил, а констатировал я. Милая улыбнулась. — А разве это можно забыть? «Мёртвая голова» или «бражник». Я хорошая ученица. — Ты действительно написала её мне? Супруга смущённо опустила взор — на её личике проступил румянец — и ответила мне также на нордарском. — Ну, я написала её ещё до того, как окончательно осознала, что полюбила тебя. И вообще… Я не планировала её тебе показывать, а уж тем более петь лично. Но за год рядом с тобой я набралась смелости, а после твоего предложения и вовсе была на седьмом небе от счастья. И тогда решила показать свои каракули Густаву, я не ожидала, что они ему так сильно понравятся. А после его свадебного подарка я была так тронута, что переписала слова и разрешила петь её, но только анонимно или от своего имени. Так что, отвечая на твой вопрос сейчас, я скажу — да, эта песня про тебя и для тебя. — Как давно я говорил, что ты неповторимая женщина и что очень люблю тебя? — Мы стó‎им друг друга, мой необыкновенный муж, так что я чувствую всё, даже если ты мне этого не говоришь. Но я буду не против, если ты скажешь мне об этом ещё разочек, — сказала она с чарующей улыбкой на сладких губах. — Ты лучшее, что было и будет в моей жизни, — повторил я, переплетая под столом наши пальцы и глядя на кольца. Те, словно в подтверждение, блеснули в этот же момент. — А ты моя сбывшаяся мечта, — прошептала она на ухо и уткнулась в шею.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

В Новиграде мы задержались ещё на девять дней, а затем решили отправиться куда-нибудь отдохнуть к морю. Сумки были собраны, кони запряжены. Я ожидал, когда же из Хамелеона выйдет прощающаяся с друзьями любимая, когда за спиной раздался знакомый тихий голос. — Эскель? Обернувшись, заметил за оградой ярко-огненную рыжину. Ошибки быть не могло, это была Меригольд. Зелёное платье с приоткрытыми плечами очень шло её глазам, на шее висел извечный медальон, привлекая внимание к светлой коже, и талия всё такая же стройная. И глядя на всю эту красоту, ничегошеньки внутри меня не трепетало, как раньше. Я с детства гордился, тем что нас с Геральтом принимали за родных братьев, но сейчас был рад, что в некоторых вопросах мы не были схожи. Например, таких как любовь, чувства и верность, но не мне его судить. Если вспомнить, то в последний раз я с Трисс виделся аккурат на свадьбе Белого Волка. Тем временем, пока я погрузился в собственные мысли, чародейка обошла низенький заборчик и подошла совсем вплотную. — Доброго дня, Трисс, — поздоровался я и удивлённо раскрыл глаза, когда девушка неожиданно сжала меня в объятиях. Никогда раньше она не позволяла себе ничего подобного и я не нарушал её личных границ, памятуя о том, как она впервые отдёрнула от меня руку. Растерявшись, едва приобнял её в ответ и постарался поскорее отдалиться, дабы увидевшая это валькирия не поняла всё превратно. Подруга слегка отстранилась, но задержала ладонь на закрытом курткой предплечье. — Как живёшь, Эскель? Шесть лет прошло, тебя никто толком не видит. Ты так переменился за эти годы, в лучшую сторону. — Спасибо, а ты вот совсем не изменилась. Живу как? Да лучше всех, продолжаю Ведьмачий Путь и всё такое… То тут заказ подвернётся, то там. А как твои дела королевской советницы? Если память меня не подводит, сейчас в Ковире правит Эрнольд Тиссен? — из вежливости поинтересовался я, думая, как бы не слишком грубо стряхнуть её длань. К счастью, вскоре она сама её убрала. — Да. В двух словах всего не рассказать. Но в целом всё замечательно, молодой монарх хорошо относится к нелюдям, весьма рассудителен, умеет слышать и слушать, но конечное решение принимает сам. Очень богатый край, хотя мне иногда недостаёт солнца и тепла. Если ты не занят, то может зайдём внутрь, сядем и поговорим, как люди? — Извини, как-нибудь в следующий раз, мы здесь и так загостились. Планы намечены, сумки собраны, так что нам пора в дорогу. — Вам пора в дорогу? — удивлённо вскинула тонкие брови чародейка. — Да, я хотел тебя кое с кем познакомить перед отъездом. Словно услышав мои слова, в этот момент входная дверь скрипнула и на улицу вышла любимая. Нэйтари внимательно оглядела нас и, судя по незримо изменившемуся и слегка потемневшему взгляду, позволила валькирии увидеть всё своими глазами. Хорошо, ещё что она не вышла несколькими минутами ранее, иначе чародейка по собственному незнанию нажила бы себе врага. Я уже давно понял, что, вторая сущность Нэй является более раскрепощенной, дикой и эгоистичной. Так что эта размытая граница отношения и поведения Меригольд, мягко сказать, ей однозначно пришлась бы не по нраву. Подойдя к супруге, я обнял её за талию и тут же был прижат в ответ, показывая свою принадлежность. — Милая, хочу познакомить тебя со своим хорошим другом, Трисс Меригольд. Трисс, это Нэйтари — моя любимая жена. При этих словах моя благоверная приосанилась ещё больше и просто излучала изнутри уверенность и гордость. Подруга выглядела столь же царственно, но в глазах проскальзывали удивление, непонимание, растерянность и что-то ещё. Сейчас улыбка валькирии кому угодно могла показаться мягкой и дружелюбной, но я уже хорошо научился разбираться в каждом её действии и мимике. Так сладко бестия улыбалась кому-то, кто ей не нравился и она собиралась вот-вот его убить. Надеюсь, Нэй сможет её проконтролировать. — Очень рада знакомству, — сказала бестия, протягивая новой знакомой руку. От её голоса сквозило то ли морозным ветром, то ли, наоборот, дымом. — Взаимно, — кивнула девушка, подавая в ответ свою длань. Но едва коснувшись, вздрогнула и извинилась. — Прошу прощения, у тебя необычное магическое поле. Эти слова заставили меня слегка заволноваться. Я ещё не забыл наставления той чародейки из Ривии. «Она ведь у тебя не чародейка?.. Но всё равно излучает чистую первозданную энергию, как у… как у джиннов. И к тому же она совсем нечитаема. Не волнуйся, это не слишком заметно. Просто я специализируюсь на целительстве, а от этого чужую энергию начинаешь острее чувствовать. В общем, береги её». Если её аура стала заметнее это не к добру. Возможно, это из-за полного восполнения сил и взятия под не полный контроль тела валькирией. По крайней мере, я мог слабо надеяться, что подруга не разболтает об этом своим чёртовым коллегам. — Да ничего, я понимаю, — слегка прикрыла глаза бесовка, словно чувствовавшая своё превосходство, а от того спокойная, кошка. — О, Трисс, и ты здесь? Я смотрю, вы уже познакомились с Нэйтари. Вот это новость, да?! — пробасил, вышедший из кабаре в компании Густава, Золтан. — А Геральт и Ламберт знают? Они были на вашей свадьбе? — спросила Трисс и я уловил в её тоне некую скрытую обиду. — Нас венчала Нэннеке и обстоятельства сложились таким образом, что мне не удалось ни с кем связаться, так что народу было не много. Я хотел связаться с ними через Лютика, но того уже не было в городе. У тебя же есть мегаскоп? Можешь через Йеннифер и Кейру парням передать, что я женился и, если захотят со мной увидеться, то мы с радостью будем ждать их в Каэр Морхене. Тебя это приглашение тоже касается. У Цириллы я тоже прошу прощения, что не смог пригласить на свадьбу. Извини, что так скомкано, но нам правда пора. Попрощавшись со всеми ещё раз, мы взобрались на коней и направились прочь из города. Какое-то время жена ехала в задумчивом напряженном молчании. Некоторым мужчинам нравится, когда их женщины начинают обоснованно или ложно ревновать — я был не из таких. Вздохнув поглубже, решил прервать это тягостное молчание. — Ты злишься? — Злюсь, но не на тебя. Я же не полоумная истеричка, чтобы злиться на тебя за то, чего нет. Но вот её эмоции мне не понравились. Она сама не до конца понимает чего от тебя хочет и что испытывает, — коротко бросила Нэй, устремляя суровый взор куда-то вдаль, а затем пронзительно взглянула на меня. — Извини, Эскель, я знаю, что она твой друг, и не буду пресекать ваше общение, если оно не будет выходить за рамки дозволенного, но для меня она будет, пожалуй, самым нежеланным гостем. Говорю сразу и честно, потому что я тебе доверяю. Удивлённый словами супруги, я нахмурился. Рыжеволосая магичка никогда не видела во мне никого, кроме друга, а если даже и видела, то… Не в обиду Трисс будет сказано, но я не хотел идти по стопам Геральта и просто быть заменой тому, кого в ближайшие годы чародейка точно не сможет забыть. Пусть я был самонадеянным идиотом и полным грёз эгоистом, но для понравившейся мне девушки я хотел быть таким же особенным, а не просто запасным. Хотя, казалось бы, с чего это у безызвестного и безродного ведьмака такие заскоки? Пожалуй, это был чуть ли не единственный случай, когда негласное и незыблемое правило «Пользуйся любой возможностью» не пересилило чувство собственного достоинства. И сейчас я не пожалел, что поступил именно так — пусть я и пробыл все эти годы практически один, зато нашёл гораздо более, чем мог надеяться за всю жизнь. — Хорошо, я тебя понял. Думаю, она не задержится у нас — должность королевской советницы весьма ответственная и занимает слишком много времени. Но, если она всё-таки явится в Каэр Морхен на денёк, надеюсь, вы с валькирией не свернёте ей шею, если я отвернусь на минуту? — усмехнувшись, спросил я. — Ну вообще-то валькирия предложила вырвать ей сердце, а тело испепелить в прах и развеять по ветру, — как ни в чем не бывало, ответила жёнушка. И у меня практически не возникло сомнений, что со стороны бестии это звучало, как серьёзное деловое предложение. Я нервно улыбнулся — нужно было срочно сворачивать тему. — И как я могу заставить вас передумать? — Есть много разных способов, я тебе потом покажу, — уверила меня дьяволица и до чёртиков соблазнительно улыбнулась. — Первый и самый главный это наше чутьё, а всё остальное в твоих руках.