Осколки любви

Приехав в университет, Максим побежал наверх, потому что время до начала пары уже практически истекло, а поскольку первой парой у него была «История России», то он был уверен, что если он опоздает, Константин Юрьевич его не пустит. Забежав в аудиторию, Панов увидел Павла, Андрея, и Олега. Поздоровавшись с каждым из них, он сел рядом с ними за первую парту. Почти сразу же за юношей, в аудиторию зашёл и сам преподаватель. — Добрый день, друзья. — поприветствовал мужчина аудиторию. — Благодарю вас, садитесь. Подойдя к компьютеру и включив его, Вечер обернулся на первую парту. — Максим Кириллович, неужели вас не учили, что куртки остаются в гардеробе, а не приносятся в аудиторию? — задал вопрос преподаватель. Разумеется, против верхней одежды в аудитории Константин Юрьевич ничего не имел, но он помнил о не очень приятном разговоре с отцом Панова. — Константин Юрьевич. Гардероб не работает. — нагло ответил Панов-младший. Он понимал, что в данной ситуации не правы оба, но признавать свою неправоту он не хотел. — Хорошо. На первый раз прощаю, но если ещё раз такое повторится — отправитесь сдавать верхнюю одежду в гардероб. — в ответ произнёс преподаватель, и заглянул в бумажку с лекциями. — Ну что ж, друзья мои, на прошлой встрече мы с вами остановились на том, как племена наших с вами предков, то есть славян, призвали к себе на правление трёх братьев: Рюрика, Синеуса и Трувора. Предлагаю с этого места и продолжить. Вечер читал лекцию также, как и вчера: бодрым голосом, с активной жестикуляцией, а также проводил аналогии, чтобы студенты лучше понимали и усваивали материал. Иногда на Максиме сказывалось то, что это первая пара, а за окном раннее утро, поэтому иногда его голова опускалась на руки, но спокойный тенор Вечера вмиг приводил его в чувства. — Максим Кириллович, вы же студент, и должны знать, что спать перед преподавателем — это невежливо. — в очередной раз укоризненно произнёс лектор. — Простите. — вновь ответил юноша и продолжил записывать рассказ о том, как князь Владимир крестил Киевскую Русь. Панов-младший пытался слово в слово записывать конспект, но иногда он засматривался в окно. Разумеется, Константин Юрьевич это замечал, и незамедлительно реагировал. — Максим Кириллович, за окном материалов по истории Киевской Руси вам вряд ли кто даст, так что, прошу вас, не отвлекайтесь. — Прошу прощения. — отвечал студент, вновь погружаясь в рассказы о далёком прошлом. — «Чёрт возьми, да он меня возненавидел! — подумал про себя уязвлённый парень. — другие вон тоже спят, причём довольно-таки демонстративно, а некоторые как будто вросли глазами в это окно, но нет, огребать за эту фигню буду только я!». От гнева Максим до хруста сжал кулак левой руки, а его лицо вмиг налилось пунцовой краской. И это было не смущение, а гнев, злость и ярость. Юноша был недалёк от истины: Вечер к нему действительно придирался, но он его не ненавидел. Константин Юрьевич глядел в глаза этого юноши и видел в них лицо его отца: наглого, заносчивого, и абсолютно безжалостного человека. Но преподаватель понимал, что конфликт двух теперь уже взрослых мужчин — это их личное дело, и больше ничьё, а Максим не был виноват в том, что у него такой отец. Он был ни при чём. После того, как пара закончилась, Вечер произнёс: — Максим Кириллович, можно вас на пару слов? Панов-младший, не зная, что хочет от него преподаватель, подошёл к нему. Убедившись, что в аудитории кроме них больше никого нет, Вечер тихо произнёс. — Я бы хотел перед вами извиниться за своё не очень педагогичное поведение: мне не нужно было вас одёргивать при всех, но и вы тоже, пожалуйста, проявляйте уважение к предмету и преподавателю. Сказав это, Константин Юрьевич протянул студенту руку в знак примирения, и Максим её пожал. Злость, что была на душе у юноши исчезла, но у него осталось непонимание, и после этого разговора Максим пошёл к расписанию для того, чтобы узнать, какая пара у них следующая. Идя по коридору, он погрузился в свои мысли: ему не давал покоя вопрос, почему преподаватель на него так ополчился. — Что же я вам такого сделал, Константин Юрьевич? За что вы меня так невзлюбили? Из раздумий его вывело соприкосновение с чем-то мягким. Опомнившись, парень увидел, что он столкнулся с очень красивой девушкой, которая была примерно его возраста. У неё были длинные, чуть ниже плеч русые волосы, спадающие лёгкими волнами, аккуратный носик и невероятно синие глаза, в которых можно было утонуть. Отойдя от первого шока, юноша протянул ей руку. — Прости. Я задумался и не увидел тебя. — произнёс Максим. — Ничего страшного. — улыбнувшись, ответила незнакомка, кладя свою ладонь в ладонь Панова. Ладонь была тёплой и нежной. Максим готов был поклясться, что это прикосновение вызвало в его теле разряд даже больше, чем 220 вольт. — Ты… ты не сильно ушиблась? — запинаясь и подбирая слова, произнёс юноша. — Да нет, всё в порядке. — улыбнувшись, ответила она. — Этот голос. Он похож на песню ангела. — подумал про себя Максим. — А я тебя знаю. Ты — Максим Панов. — с той же улыбкой произнесла девушка. — А мы, разве, знакомы? — смутившись, сказал Панов. — Неужели ты не помнишь меня? — искренне удивившись, ответила она. Студент повнимательней взглянул на свою собеседницу. Он несколько секунд изучал её черты лица, а потом его тело словно пронзило током. В его мозгу, как будто включился рубильник воспоминаний, который до этого момента не давал о себе знать. — Лена? Синичкина? — задыхаясь от собственных слов, произнёс юноша. — А я уж думала, ты совсем меня забыл, Максим. — произнесла Лена. — Ну что ж ты стоишь, обнимешь старую подругу? Ещё секунда — и молодые люди заключили друг друга в объятия. Максим Панов и Лена Синичкина знали друг друга очень давно: почти всегда сидели вместе, помогали друг другу во всем. Во дворе, где жили дети даже шушукались о том, что они точно будут мужем и женой. Вполне возможно, что встречаться они бы и начали, если бы перед самым поступлением в школу Максим с родителями не уехал в Москву, а незадолго до его возвращения в Новороссийск Лена с родителями не улетели в Петербург. — Как ты тут оказалась? — отойдя от первого шока, спросил Максим. — Да понимаешь, родителям предложили здесь хорошую работу за хорошую оплату, и поэтому мы вернулись. — улыбаясь, ответила Лена. — Да уж, как там говорится? Пути господни не исповедимы? — Исповедимы, да только не нам. Сказав это, они оба рассмеялись. — И мы с тобой… — начал юноша. — Да. В одной группе. — закончила девушка и снова улыбнулась. Между ними складывалось такое ощущение, что и не было этого долгого расставания. настолько легко и непринуждённо они общались между собой. — О, что, Ленок, уже успела подцепить себе лошка-зубрилу? — послышался прокуренный голос за спиной. Ребята обернулись и увидели, что к ним шёл парень примерно одного роста с Максимом: его рыжие волосы топорщились в разные стороны, а лицо было усеяно веснушками. На нём были серые рваные джинсы, красная футболка и чёрные берцы. Руки были забиты различными татуировками, а и из носа торчало кольцо. Его водянистого цвета глаза смотрели на всех с презрением, а кривой нос свидетельствовал о том, что парень за свои 19 лет очень часто бывал в драках. — Лёш, это всего-лишь мой старый друг детства. — начала оправдываться Синичкина, но Максим несильно сжал её руку, давая понять, что ей не нужно оправдываться, и он сам во всём разберётся. Как только парень подошёл, Максим оценивающе посмотрел на него. — Слушай, не знаю как тебя зовут… — начал Панов. — Лёха. — хамовито произнес парень. — Так вот, Лёша. По-моему, девушка сейчас не хочет с тобой общаться, поэтому будь другом, оставь её в покое. Хотя бы на сейчас. — спокойно, но твёрдо сказал Панов. — Ты сейчас послал меня, или мне показалось?! — набычился рыжеволосый. — Да нет, не показалось. — спокойно ответил ему Максим. Ещё секунда — и дело бы точно дошло до драки, но, по непонятным причинам рыжеволосый произёс. — Ну ладно, мажорик, потом с тобой поговорим. В другом месте. Проведя пальцем по горлу, юноша ушёл. После этого, Максим обернулся к Лене. — И кто это был? — спросил он, подходя ближе к старой подруге. — Да это Лёшка Сомов, главный тусовщик потока, по словам наших. С первого дня мне прохода не даёт. — ответила Синичкина, и посмотрела на часы. — Пойдём, а то следующая пара сейчас начнётся. — сказала она, несильно хлопнув по плечу парня. — А что у нас за пара? — спросил Панов. — Культура первобытного общества. — сказала Лена и направилась в аудиторию. Максим поспешил за ней. После того, как все пары закончились, вся компания из Лены, Максима, Паши, Олега и Андрея пошла к автобусной остановке. Они по пути разговаривали, шутили, смеялись. Было видно, что они уже все очень крепко сдружились. Дойдя до остановки, ребята уидели, что к ней подъехал 54 автобус. — О, это мой. До завтра, ребята. — пропела Синичкина и обняла каждого из парней. — Давай, до завтра. — произнесли они все, видя, как девушка запрыгнула в автобус, уносящий её от университета. Оставшись вчетвером, ребята начали наседать на Панова. — Макс, упустишь ведь, уведут девчонку. — серьёзно сказал Кречетов — Олег, да мы с ней просто друзья. — оправдывался Панов. — Ага, друзья, Макс, мы тут все не слепые. Мы видим, как ты смотришь на неё.- вступился за друга Парфёнов. — Паш. — попытался ответить Максим. — Ребята правы, Максим. Ты должен действовать. — подал голос Романов. — Андрей, а как мне это сделать? — задался вопросом парень. — Что как? Пригласи её в кафе, в кино, цветы подари. Не нам же тебя учить, как ухаживать за девушкой. — усмехнувшись, сказал Олег. — Спасибо, парни. Ладно, вам бежать уже нужно, а то автобус пропустите. — сказал Максим, видя, что подходит автобус друзей. — И правда. Давай, удачи, дружище. — произнесли они, пожимая руки юноше и обнимая его. Максим решил свернуть дворами до дома, поскольку так, как ему показалось, будет быстрее. Зайдя в очередной двор, он увидел двух здоровых амбалов, которые направлялись прямо к нему. Их вид был явно недружелюбен: у всех были квадратные лица, огромная масса, и пышущие злобой глаза — Это ты что ли Панов? — грубым голосом произнёс один из них. — Ну я, а вам-то что? — ответил парень, предчувствуя, что сейчас будет что-то нехорошее. — Да ничего. А ты в курсе, что чужих девчонок гулять нехорошо? — сказал второй. И тут Панов понял, откуда ноги растут, но решил не пасовать и нагло ответил: — Нет. — Ну сейчас мы тебе это популярно объясним — сказал первый, и они ускорили шаг. Следующее, что почувствовал Максим — это сильный удар чем-то по спине. Удар был настолько сильным, что парень рухнул на колени, после чего ему прилетел удар по лицу сапогом. Максим упал, успев прикрыть голову, а удары продолжали наноситься, и каждый был сильнее предыдущего. Он начал чувствовать, как его рёбра и кости начинают трещать, а всё тело буквально втаптывается в землю. Парень уже ощущал, что сознание его покидает, но перед тем, как отключиться, он услышал звуки ударов чем-то тяжёлым по избивающим его, их стоны боли, и гневный голос неожиданного спасителя, показавшийся ему очень знакомым: — Ну-ка отошли от него, бандиты малолетние!