Хранитель магии II: тайна чёрной шкатулки.

      Сначала из-за камня появилась макушка Йоффе, потом мальчишка полностью выпрямился, и стало видно его лицо. Дэрек явно был напуган и смущён, его щёки были залиты румянцем, он громко шмыгнул носом, уставив свой взгляд куда-то в сторону. Мракс опустил волшебную палочку и сделал несколько шагов к камню, за которым до сих пор стоял Йоффе.       — Я повторюсь, — сказал Вальтерис так тихо и зловеще, что даже Флинт передёрнул плечами, — как долго ты стоишь здесь? И много ли теперь тебе известно?       Йоффе посмотрел из-под лобья на Мракса, было видно, что Дэрек мысленно собирался с духом, чтобы начать говорить. Ральф и Марк, не опуская волшебных палочек, подошли к пуффендуйцу и, стоя от него на расстоянии двух шагов, окружили Дэрека.       — Я... Я — мальчишка заикался, он боялся смотреть в пылающие от злобы глаза Мракса, — Я давно знаю всё... Я пытался сказать тебе... Исчезновение Эрнеста стало тем моментом, когда я начал следить за вами практически каждый день... Единственная вещь, которая мне неизвестена до сих пор ... Тайная Комната... Но даже если и так... То... То я знаю, что за чудовище там находится...       Ярость Мракса было не остановить, он не справлялся со стихией, сидящей внутри него, Вальтерис был готов метнуть Круциатус в этого любопытного до чёртиков пуффендуйца, но еле сдерживал себя. Его порыв держался лишь на одной тонкой ниточке — на понимании того, что отчисление из школы не входило в его далеко идущие планы. Вновь вытянув перед собой волшебную палочку Волан-де-Морта, Мракс прохрипел:       — Эрнест мёртв! Да! Но была замена, чем же она плоха, Дэрек?       — Тем, что ты становишься подобием своего отца, — осмелел Йоффе, Флинт сделал полшага вперёд, но Мракс остановил его, отрицательно покачав головой.       — А тебе известны мотивы моих действий, известно ли тебе, ради чего я всё это делаю? Известно?! — Вальтерис издал нервный смешок.       — Я знаю лишь то, что твои родели были отрицательными героями того времени, когда Гарри Поттер скрывался от Пожирателей Смерти, — пробубнил Дэрек, желая провалиться сквозь землю или слиться воедино с камнем, за который он так крепко держался руками.       — Скудные знания не повод для обвинений! — рявкнул Мракс.       — Я ни разу не обвинил тебя, — продолжал защищаться пуффендуец, — более того, я долго держал всё в секрете. Если бы я был слаб и малодушен, то давно бы нажаловался на тебя МакГонагалл.       — Хорош врать! — подал голос Ральф, Мракс же одарил друга тяжёлым взглядом, Флинт умолк.       — Видимо, сегодня не твой день, и твоё расследование дало сбой, я не стану копаться в твоей голове в поисках правды, не стану марать свои руки, я лучше заведу тебя в Запретный лес, где голодные твари полакомятся тобой, — прошипел Вальтерис.       Мракс видел, как мелко задрожали руки Йоффе, видел, что он до смерти напуган, но, когда в разговор вмешался Бернар, в голове у Вальтериса что-то щёлкнуло, будто отключилось, и он понял лишь одно, злоба и ярость шла из глубин его души, и этого давления на пуффендуйца можно было бы избежать.       — Вальтерис, мне кажется, что он не врёт. Посуди сам, если бы он проболтался, то ты бы сейчас здесь не стоял, — протараторил на одном дыхании Марк, Флинт же громко хмыкнул, — Министерство Магии выслало бы уже отряд авроров, они бы прочесали лес. Нет, Йоффе делал это не из желания навредить.       "Я знаю, что ты прав, когтевранский миротворец ты наш! Я знаю!"       Бернар опустил волшебную палочку, Флинт выпучил глаза и посмотрел сначала на Марка, потом на Вальтериса, потом вновь на Марка, не понимая, как ему вести себя дальше.       — Он один, — продолжил Бернар, оголяя правду и заставляя Йоффе сначала бледнеть, а потом краснеть, — он искал защиту. Так было всегда, даже у Волан-де-Морта и его приверженцев. Грейнджер писала об этом, — услышав фамилию ненавистной грязнокровки, Флинт закатил глаза.       — К чему ты клонишь, Бернар? — спросил Мракс.       — Убийство невиновного — шаг назад, шаг в мир, где была война, — теперь и Флинт, и Мракс задумались, понимая, что Марк был прав.       — Что ты предлагаешь, лягушатник? — ухмыльнулся Флинт.       — Оставить всё, как есть!       — То есть принять в ряды ещё одного иностранца?! Мне достаточно тебя, француз! — взвыл от негодования и изумления Ральф. — Мракс! Не молчи! Ответь ему! Скажи хоть слово!       "Всё повторяется вновь! Всё повторяется!"       Слова Кровавого Барона никак не желали выходить у Вальтериса из головы, призрак был прав. Он был чертовски точен в своих расчётах, он всё знал наперёд, а выбор оставался за ним, за Вальтерисом Мраксом, сыном Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть! Равняться на своего отца Мракс не желал, он просто хотел защитить честь своей матери, втянутой в вереницу прошлого, грязного прошлого.       — Пускай живёт, — ответил Вальтерис.       Бернар засиял, как начищенный до блеска галеон, Флинт же наоборот стал мрачным, как те тучи, что ползли по небу.       — Я... — начал было оправдываться Йоффе, — я... — терпению Мракса пришёл конец, глаза его вновь полыхнули алым, Марк как всегда отвернулся, чтобы не видеть мощи той ярости, что готова была излиться на бедного пуффендуйца, а Ральф втянул голову в воротник мантии.       — Ты! — прорычал Вальтерис. — Ты сказал, что не видел лишь одного, не видел Тайную Комнату, что же, будь готов к тому, чтобы твоя мечта воплотилась в жизнь! — у всех троих глаза стали огромными, как блюдца. — Соня! — рявкнул Мракс, а затем послышался лёгкий хлопок аппарации.       Перед ребятами стоял обыкновенный домашний эльф, Соня дрожала от страха, так как по голосу хозяина чувствовала, что он взбешён. Она решила молча исполнить всё то, что он ей прикажет.       — Соня, отведи меня и этих господ в Тайную Комнату, — эльф еле заметно кивнула, она взяла за руки Вальтериса и рядом стоящего Флинта.       Бернар же стоял как вкопанный и ничего не соображал, поэтому Мракс грубо схватил его за локоть, Йоффе с испугу начал пятиться назад, но не тут-то было, Ральф вцепился в его мантию мёртвой хваткой, после этого сразу вся группа исчезла в вихре аппарации. Всех кидало и бросало из стороны в сторону, Мракс боялся, что не удержит Флинта, но тот был крепок, что нельзя было сказать о Бернаре. Марка трясло так, что он вопил, как мандрагора, которую только что достали из горшка с землёй. Всё закончилось так же резко, как и началось. При приземлении Флинта отбросило в сторону, он упал навзничь, рядом с ним завалился и Йоффе, Бернар хлопнулся прямо у ног Мракса и Сони. Сначала была слышна возня, это Ральф попытался встать на ноги, но у него ничего не получалось, так как его голова очень сильно кружилась. Марк еле уселся на холодный пол, держась обеими руками за голову. Вальтерис же стоял на ногах так, словно всё было в порядке, но он создавал лишь видимость, на самом деле его мутило, однако, если бы он выложил всё содержимое желудка наружу, то сидящий у ног Бернар долго бы отмывался от грязи. После всё смолкло, но лишь на пару мгновений. Вдали, там, где располагалась каменная голова Салазара Слизерина, что-то зашевелилось, послышался скрежет, а затем шипение переполошило всех, находящихся в помещении ребят, всех, кроме Мракса. Он даже не шелохнулся, стоя спиной к чудовищу, он знал, Василиск желает поприветствовать своих гостей.       — Хозяин приш-ш-шёл, — хрипел змей, а в это время Соня схватилась за уши и отскочила в сторону, ближе к стене, следом за ней поспешил сделать тоже самое и Бернар, он еле поднялся на ноги, но всё же успел отпрянуть подальше от центра до того момента, когда Василиск начал ползти прямо к Мраксу.       Флинт отполз подальше в темноту, схватив Йоффе за капюшон мантии и таща его вслед за собой.       — Хозяин... — повторил вновь Василиск.       Когда змей выполз на середину комнаты под тусклый свет факелов, то Вальтерис повернулся на сто восемьдесят градусов лицом к неизвестности, чтобы взглянуть на своего питомца. Как оказалось, глаза у Василиска были полуприкрыты.       — Твои глаза, — обратился к змею Мракс, — они не закрыты полнос-с-стью.       Василиск ничего не ответил, он лишь злобно прошипел и ринулся вперёд, чтобы напугать Вальтериса, который сделал несколько шагов назад.       — Не с-с-смей! — рявкнул Мракс, смотря на блестящую броню змея. — Не с-с-смей приближатьс-с-ся! Ты прекрас-с-сно знаеш-ш-шь, с-с-с кем имеш-ш-шь дело! — вновь послышался грозный рык из пасти чудовища, слова Вальтериса не остановили его. — Круцио! — яркий луч рассёк воздух и пролетел мимо змея, ударившись о стену и отрикошетив куда-то в темноту. — Круцио! — вторая попытка задержать необузданного фамильяра тоже не увенчалась успехом.       Глаза Мракса от ярости полыхнули багрово-красным цветом, скрежая зубами, он почувствовал прилив магии небывалой мощи. Змей был так близко, что промахнуться вновь было бы смешно, однако, по-видимому, Василиск уповал на защиту своих доспехов, поэтому бесстрашно и на большой скорости двигался прямо на Вальтериса.       — Круцио! — луч угодил змею прямо в голову.       В ту же секунду послышался страшный рёв, смешанный с болью и злобой, Василиск был во власти Мракса. Огромное тело змея сковало заклятие, а Вальтерис повторил:       — Круцио! Круцио! Круцио!       Боль обжигала Василиска, его стальные мышцы словно разрубали огромные острые клинки, змей извивался и хрипел. Флинт вжался в стену, боясь пошевелиться, он с диким ужасом наблюдал за страданиями Василиска, Йоффе зажал уши ладошками, боясь взглянуть на то, что творилось в Тайной Комнате, Бернар прокричал сквозь толщу тёмной магии:       — Мракс!!! Мракс, остановись!!!       Вальтерис слышал его мольбы, но сила, которая на тот момент руководила им, глушила в нём крохи сострадания и жалости.       — Как ты пос-с-смел ос-с-слушатьс-с-ся моего приказа?! — шипел Мракс Василиску. — Раз ты знаеш-ш-шь вс-с-сё, почему не повинуеш-ш-шься?       — Пощ-щ-щади... — хрипел змей.       — Мракс! Хватит!!! — вновь голос Марка взывал к пощаде.       Перед глазами Вальтериса вновь зарябило, и он знал, это было очередное видение, образ женщины в тёмном платье вторил словам Бернара:       — Остановись...       Неожиданно послышался хлопок, потом всё смолкло, Мракс покачнулся на ватных ногах, но ему удалось удержать равновесие и не упасть. Василиск заскулил от счастья, от понимания того, что боль ушла, оставив слабость после себя.       — Твои глаза должны быть закрыты... — прошептал Вальтерис, — ты слышишь? Твои глаза должны быть закрыты...       — Да-а, хозяин, — отозвался змей, отползая в угол комнаты.       Спустя чуть больше минуты, когда уже тишина давила на всех словно железобетонная стена, послышался голос Ральфа:       — Мракс, тебе удалось... Мра-акс!       Вальтерис опустился на колени и обхватил голову двумя руками.       "Мама... Мама! МАМА!!!"       Бернар был первым, кто подбежал к Мраксу, затем незамедлительно подошли Йоффе и Флинт, Соня на дрожащих от страха ногах оказалась последней возле своего господина.       — Всё будет хорошо, — продолжал лепетать Марк, поднимая друга с колен, — всё будет хорошо.       После этого инцидента в Тайной Комнате, Вальтерис ещё неделю ходил сам не свой, ребята боялись подойти к нему, боялись разрушить тонкую скорлупу защиты своей пустой болтовнёй. Мракс был доволен этим невмешательством в его личное пространство, поэтому сразу же после занятий он всегда уходил прочь, туда, где впервые почувствовал в себе присутствие посторонего, присутствие чужой магии и влияния. Подземелья хранили эту тайну. Мракс надеялся встретить там Кровавого Барона, но всё было тщетно, потому что привидение не появлялось, оно будто бы исчезало специально, не давая возможности выйти с ним на разговор тет-а-тет. Вальтерис пропустил соревнование по квиддичу, где команда факультета Слизерин обошла команду когтевранцев с разгромным счётом. Он не пошёл на очередное заседание клуба Слизней, он не выходил к Чёрному озеру, он сидел в глубине замка и чего-то ждал. Йоффе, ставший причиной или же последней каплей терпения Мракса, держался особняком, насмотревшись вдоволь на те ужасы в подземелье, он всё чаще и чаще до самого закрытия библиотеки сидел и читал книги. Пару раз он пересекался в коридорах с Флинтом и Бернаром, но никогда не разговаривал с ними, да и это было ни к чему, ведь среди них не было Вальтериса, а без него все разговоры бы сводились к обвинениям в адрес пуффендуйца.       Спустя неделю, на занятии по Защите от Тёмных Искусств профессор Бутмэн произнёс слова и, сам того не зная, оживил тем самым Мракса.       — Близится дата соревнований, вам следует отыскать подходящие кабинеты и закрепить их за своими группами, благо Хогвартс имеет обширную площадь для подобного рода занятий, — начал разговор профессор, слизеринцы оживлённо начали перешёптываться друг с другом, Флинт стоял рядом с Мраксом и молчал. — Среди вас есть те, кому уже исполнилось четырнадцать, именно о них и идёт сейчас речь, — в кабинете послышался гул, недовольных было слишком много, потому что практически всем исполнялось четырнадцать только после Рождества.       — Профессор, — обращавшийся к Бутмэну студент, заставил всю группу замолчать и уставиться на него, Мракс говорил ровным и спокойным голосом. — Что делать тем, кому исполнится четырнадцать только в ноябре? Смогут ли они попасть в ряды соревнующихся? — теперь Флинт вопросительно уставился на Вальтериса.       — Повторюсь, мистер Мракс, в соревновании участвуют те, кому до их начала исполнится четырнадцать, — в голосе профессора послышались нотки раздражения, на которые никто не обратил никакого внимания, в то время, как Вальтерис следил за каждым движением Адама Бутмэна.       — Я вас понял, сэр, — отозвался Мракс.       — Слава Мэрлину, ну, а мы с вами продолжим наше занятие.       И это занятие Ральф прослушал полностью, так как был увлечён разговором с Вальтерисом.       — Мракс, что я слышу! Так у тебя скоро день рождения? — Флинт это говорил очень тихим голосом, боясь быть подслушанным одногруппникам и соседствующими с ними гриффиндорцами. — Я не знал!       — Не знал, потому что не спрашивал, — вяло ответил ему Вальтерис, делая запись, касающуюся новой темы, в пергамент.       — Да и ты особо не болтлив в этом плане, — съехидничал Ральф.       — Ты прав, — буркнул Мракс, — хотя мне также известно, то ты не попадаешь под категорию тех, кто поедет в Америку, а теперь логическое умозаключение. Я не стал ничего тебе сообщать в силу того, что ты дико обидчив и эмоционален. Зачем мне мотать твои и свои нервы подобными мелочами.       — Мелочами? Мракс! Да я... Я! Нет, ну это уже совсем никуда не годно! — Флинт буквально захлёбывался от возмущения.       — Тренировки мы продолжим, но после вынуждены будем разделиться, поэтому Тайная Комната для занятий нам не подходит, нам необходимо найти что-нибудь другое, так как, когда я уеду, вам нужно будет где-то заниматься, — после этих слов Вальтериса Ральф задумался.       — Возможно ты и прав, Мракс, но я дико удивлён тому, что ты так уверен в своей победе. А если всё пойдёт иначе? — левая бровь Мракса поднялась вверх, на это жест Флинт поднял две руки вверх и продолжил. — Ладно, ладно, я понял! Бернар тоже пролетает по возрасту, как бы всё грустно это не звучало. Но нам необходим такой кабинет, где мы можем обустроить всё как полагается.       — А что насчёт Йоффе?       Последний вопрос был риторическим, так как Ральф промолчал, он не знал на него ответа, но его отношение к пуффендуйцу было довольно странным. Этот Дэрек ему вовсе не мешал, но его очкастая физиономия бесила лишь потому, что он шпионил за ними.       — Ну так что? Что с пуффендуйцем делать будем? Он слишком много знает. Он не глуп, однако я боюсь, что он будет путаться у нас под ногами. Может стоить взвалить на него поиск подходящего кабинета, — подобная идея Мракса заставила Флинта злорадно ухмыльнуться.       — Мракс, ты гений!       Вальтерис промолчал на подобный комплимент, ему было не до похвалы, перед глазами всегда стоял образ его матери, её худое тело обтянутое в чёрную ткань платья, её голос. Эпизод у окна повторялся во снах вновь и вновь, заставляя Мракса буквально тонуть в гнетущем одиночестве. Даже в те моменты, когда он слушал лекции, его разум и память много раз прокручивали плёнку.       "Мама! Мама..."       После занятий Флинт и Мракс поспешили разыскать Бернара, который как обычно торчал в Большом зале и жевал свой обед.       — Лягушатник опять жрёт, — пробухтел Ральф, приближаясь к столу, за которым сидел Марк, — ровняет рожу с задницей.       — А всо шлышу, Хлынт, — с набитым ртом отозвался Бернар. — Авыдуешь? Нэ авидуй, адь и ам ажри! — Ральф скривил рот в ухмылке, готовясь ответить обидчику, но Мракс опередил его.       — Прекратить немедленно! Марк, ждём тебя у входа в Большой зал! — сказав это, Вальтерис на каблуках развернулся и зашагал прочь, следом за ним пошёл Флинт, Бернар лишь кивнул, заталкивая в рот очередной кусок курицы и запивая всё это тыквенным соком.       Спустя некоторое время, все трое уже шагали в сторону библиотеки.       — К чему такая срочность? — поинтересовался Марк.       — Мы неустанно следим за твоим питанием, француз, поэтому решили совершить променад по Хогвартсу! — съязвил Флинт.       Бернар промолчал на этот очередной наезд, он ждал ответа Мракса, который шёл рядом.       — Нам необходимо найти пуффендуйца и заставить его отыскать идеальное место для тренировок, — ответил Вальтерис.       — Не понимаю! — Бернар даже остановился от удивления. — Это же как идти по лезвию ножа! Он может сдать нас!       — А ещё Когтевран считается факультетом самых умных! — воскликнул Ральф и хохотнул. — На том мы его и поймаем, если что. Это своего рода проверка на вшивость. Кто его знает, может он давно уже обо всём доложил МакГонагалл, а та в свою очередь ждёт удобного момента, чтобы поймать нас, но, когда он ей якобы представится, то мы будем уже к этому готовы.       На всё сказанное Флинтом, Бернар только хмыкнул.       — Я не вижу причин не верить ему, — неожиданно подал голос Вальтерис, и этой фразой он очень сильно удивил друзей.       — Тогда к чему весь этот цирк? — удивился Ральф.       — Ты меня не услышал в прошлый раз. Я надеюсь на победу, если мне удастся уехать, то вам будет необходимо проводить тренировки без меня, а спуститься в Тайную Комнату вы не сможете. Даже если парселтанг вам по силам, то Василиск — нет. Я не хочу рисковать, — монолог звучал тихо и зловеще, на него никто не решился хоть как-то среагировать, поэтому остальную часть пути до библиотеки они проделали в полной тишине.       Как и предполагал Мракс, Дэрек сидел за самым дальним столом и читал какой-то очень толстый фолиант. Подойдя вплотную к его столу, вся троица заметила, что страницы книги были целиком и полностью исписаны латынью, а рисунки указывали на то, что этот экземпляр книги был посвящён ботанике и травологии.       — Привет, Дэрек! — разговор начал первым именно Вальтерис, остальные предпочли промолчать.       — Привет, — шмыгнув носом, отозвался Йоффе, — судя по тому, что вы пришли ко мне сами, то у вас важный разговор.       Бернар и Флинт переглянулись, Мракс не нашёл в его ответе ничего удивительного, поэтому продолжил:       — Да, ты прав. Нам нужна твоя помощь, — теперь настал черёд удивляться Йоффе, его глаза стали большими, как бильярдные шары, но он решил не перебивать Вальтериса, а лишь еле заметно кивнул, — нам всем необходимо найти кабинет для тренировок, идей у нас никаких, поэтому я подумал, что ты сумеешь предложить что-нибудь дельное.       Дэрек нахмурился, он сначала посмотрел в глаза Мраксу, потом перевёл взор на Бернара, а уже потом бросил быстрый взгляд на Флинта.       — Любой ближайший кабинет от гостиной Пуффейнуя подойдёт? — ответ Йоффе заставил Флинта хохотнуть, Бернар же удивлённо посмотрел на Вальтериса. — Я... Я... Я логически подумал, что в подземельях будет неустанно следить за вами Бутмэн, ваш декан, гриффиндорцы являются для слизеринцев раздражителем, как красная тряпка — для быка, Когтевран тесно связан с Гриффиндором, ну, а Пуффендуй всю жизнь был отбросом, по идее всё тех же слизеринцев, поэтому там за вами никто следить не будет.       Флинт хмыкнул.       — Мда, вот тебе и тупоголовые пуффендуйцы, а, Мракс? Идея-то отличная! — огонёк озорства поселился во взгляде Ральфа.       — Отлично, договорились, значит встречаемся в субботу у гостиной Пуффендуя в девять утра, и ты, — Мракс кивнул в сторону Йоффе, — остаёшься на тренировку с нами.       — Если осилишь! — вновь из уст Ральфа послышался смешок.       — Тёмная магия мне известна, Флинт, — отозвался на ехидство Дэрек, — я знаю одно очень интересное заклинание...       — Ну-ка, ну-ка! — перебил его Флинт.       — Сектумсепра! Слышал о таком? — спросил Йоффе, понизив голос до шёпота, улыбка с лица Ральфа тут же исчезла. — Фирменное заклинание Принца-полукровки, того самого, которого все считали предателем. Северуса Снейпа, — теперь пуффендуйца троица слушала очень внимательно, — ещё я знаю, что Хагрид не досчитался одного чёрного петуха, но потом его мёртвое тело нашли на окраине Запретного леса. Лесничий в силу своего, скажем так, несильно развитого ума решил, что его попытался утащить какой-то зверь, но, когда я стоял на том самом месте, где Хагрид обнаружил тушку птицы, я не обнаружил ни одного следа хищника, там были только следы самого петуха. А судя по всем внешним данным, петух не был стар, видимо его что-то сильно напугало, он умер от испуга, и когда я всё сложил воедино, тогда я начал усиленно следить за вами.       — Шерлок Холмс прям! — присвистнул Вальтерис.       — Кто? — в один голос переспросили Бернар и Флинт.       — Не важно! — ответил им Мракс, потом он обратился к Дэреку. — Я понял тебя, Йоффе, и услышал. Только не могу взять в толк одну очень странную вещь, почему ты оказался на факультете Пуффендуй? — недоумевал Вальтерис.       — Просто я люблю растения, это было моим желанием, Распределяющая Шляпа позволила моей мечте сбыться, и да, я не считаю, что Пуффендуй — факультет слабых и недоразвитых кабачков, — пробубнил Дэрек.       — Ну, теперь так и не считаем мы, — прошептал Флинт.