never mind

flashback

Чимин захлопывает дверь, закрывая на ключ. Расслабив конечности, он застывает на месте, держит ее ручку, прислоняется лбом к ее поверхности и прикрыв веки, устало выдыхает. Ему сложно. От осознания этого слезы норовят стекать по щекам, но он заглатывает их, глушит свои эмоции. Если он сдастся и перестанет усердствовать, у него отберут квартиру, а идти совершенно некуда. Чимин попросту лишится надежды и веры хоть в какое-то будущее, затем вконец решит оборвать свою собственную жизнь. - До самоубийства уже недалеко, - бормочет он под нос и горько усмехается. Даже если Чимин и произносит такие слова, все же не может представить себя держащего у запястья лезвие или стоящего на краю крыши какого-нибудь высокого здания, с намерениями покончить со страданиями навечно. Он думает, что еще не может произойти такого, что доведет до последней капли. По дороге беспрерывно несутся автомобили, время суток косит под ночь. Это самый край Сеула. Чимин подходит ко входу неплохой по популярности закусочной, судя по тому, как часто здесь проводят мероприятия. Это одна из его подработок. Сегодня вечером снова внутри кафе гремит очередная вечеринка, в организации которой определенно участвует молодежь. Этот вывод можно сделать по громкости музыки, так и бьющей по ушам. Омега понимая, что опоздал, старается незаметно пробраться в подсобку для персонала и быстро одеть форменную рубашку. Его тут же подхватывают за локоть, когда тот выходит на свое рабочее место. Чимин опасаясь, что это начальник, медленно поворачивает голову к нарушителю личного пространства. Это оказывается какой-то пьяный посетитель, один из подростков находящихся в кафе. Лицо у него смазливое и выглядит словно у ребенка, чего не скажешь о его телосложении - из его кожанки так и выпирают мышцы крепких рук. От этого парня просто прет аурой альфы. Но юноша совсем не выглядит размякшим, даже при том, что принял достаточное количество алкоголя, чтобы разум как следует затуманился. А то, что он набрал много, видно по куче опустошенных бокалов на барной стойке. Сразу можно сказать одно, ему несомненно нужно дать звание "профессионал по выпивке". Ну или же он обычный тип пьяниц, которые тратят оставшиеся гроши на любимый алкоголь, однако этот парень не выглядит тем, кто относится к социальной лестнице "простолюдинов", его волосы красиво уложены, но в тоже время творчески взлохмачены, а на запястьях красуется вовсе немало стоящий швейцарский ролекс. Чимину потребовалось несколько секунд, чтобы получить должное первое впечатление о нем. От таких испорченных его воротит. Если снять эти дорогие часы и оттряхнуть все относящиеся к богачам знаки то, он окажется таким же жалким как и все, даже хуже. Парень растягивает на лице нахальную улыбку и с каким-то непонятным умыслом не отрывает взгляда от Чимина. От его черных словно мрак глаз омегу бросает в мелкую дрожь. В него сразу же поселяется страх, он вырывает свою руку из его мертвой хватки, преодолевает толпу танцующих пьяных тел и выбегает из заведения. Наконец вдохнув свежий воздух, Чимин отрезвляет рассудок, погруженный в панику. Его ухмылка и взгляд чертовски пугают. На следующий вечер Чимин снова видит его, сидящего в том же месте. Паку становится известно, что это один самых богатых особ города, а имя его Чон Чонгук. Всю чиминову смену этот Чонгук сверлит его взглядом, не опуская ту высокомерную ухмылку с лица. Омегу впервые изрядно охватывает боязнь за свою жизнь. Что этому зазнавшемуся нужно от Чимина? Когда омега отворив дверь, собирается покидать кафешку, прямо перед ним буквально вырастает Чонгук. - Эй, малыш, не хочешь довезу до дома? - бесцеремонно выдает он, демонстративно крутя на пальце ключи от машины. - Обойдусь, - отворачивается Пак и быстрым ходом избегает его. В понедельник история повторяется и на этот раз, когда альфа сокращает донельзя большое расстояние между ними, Чимину ничего не остается кроме как оттолкнуть его от себя. А Чонгук на это свирепо на него глядя, выдает «ты пожалеешь», Чимин же, в испуге торопится исчезнуть из его поля зрения и дойти до порога своего дома. Когда он наконец дошагивает до подъезда, из угла его подхватывает какой-то мужчина лет тридцати и зажимает ему рот ладонью. Чимин в истерике пытается вырваться, когда воздух окончательно покидает легкие, он со всей дури пинает незнакомца в ногу. Тот злобно шипит, затем зажав руку в кулак, целится им в Чимина и попадает по ребру. Омега падает на холодный пол, корчится от душераздирающей боли, сжимает челюсть, пытаясь не закричать во всю глотку. Он прикладывает все усилия, чтобы разомкнуть веки и видит как тот мужчина развернувшись к стене, держится за свою ушибленную ногу и неразборчиво материт Чимина всем своим словарным запасом. А Пак, воспользовавшись моментом, едва тихо встав, бросается в бег. Он прячется на стоянке, за первой попавшейся машиной. Омега так и сидит, обняв свои колени, уткнувшись в них и стараясь хотя бы на секунду не думать об ужасном мире, в котором он появился и который сам же его губит, уничтожает. Этого человека несомненно послал Чонгук, дабы он насолил или еще что похуже сделал Чимину. Пак поднимает голову и приковывает взор на уже ночном небе. Его глаза отражают яркую, красивую луну и блестят от слез. Дует ветер, его холод пронизывает тело аж до костей. Сейчас теплое время года, но для Чимина в этом мире даже поток воздуха кажется ужасно ледяным. Он видит как в десяти метрах от него останавливается какой-то байк. Мотоциклист спускается с него, оставляет шлем на сидении и, не заглушив двигатель, торопливо исчезает за дверями жилого дома, видимо, собирается вернуться. Чимина совершенно не волнуют дальнейшие последствия того, что он, сейчас встав с места, подходит к чужому мотоциклу и садится за него. Плевать он хотел на законы и прочую ахинею. Его охватывает желание просто забыться, уехать на нем туда, откуда нет обратной дороги. Вся жизнь катилась к черту, с каждым днем теряя свои яркие краски и срывая с Чимина все больше кусочков души, топча его, а теперь самое время покончить с нею. «До самоубийства уже недалеко» говорил он, «не будет последней капли» думал он. А ведь, в этот момент Чимина от смерти разделяют разве что только пару минут. Неизвестно сколько времени он едет, но довольно уже долго. Все, что разлеглось перед взором, это только пустое шоссе, старые постройки, ночь, пропитанная тьмой, светом луны, и не единой души. Чимин даже не знает где он, однако это совсем не тревожит его безрассудный разум, переполненный печалью и усталостью от всего. Рык мотоцикла заменяется секундным оглушающим визгом тормозов среди глухой ночи. Байк теряет равновесие и слетает на обочину дороги. В глазах темнеет, шлем разбит, а изо лба струится алая кровь. Юноша, которого при резком повороте откинуло на твердый асфальт не может издать и звука, а затем и вовсе проваливается во мрак, теряя сознание.

end flashback

Чимин стоит возле кафе, возле его старой подработки. Почему он здесь? Ах да, у Сокджина вскочила температура и он попросил Чимина купить лучший чачжанмен со сладким бобовым соусом в городе, а тот в свою очередь, в интернете нашел лишь это заведение в самом краю мегаполиса. Он просто пялится на вывеску и перекручивает в голове все эти моменты его жизни снова и снова, осознавая, что приехав в Сеул, амнезия начинает постепенно лечиться, в сознание само по себе рвется прошлое, уничтоженное беспамятством. Тогда ему было.. семнадцать? Он и вправду хотел умереть, хотел покончить с этой прекрасной жизнью, в которой еще много чего удивительного и грандиозного? Но почему до сих пор не умер? Черт, как же хочется плакать. У Чимина и не получается сдерживаться, уже спустя несколько секунд ему приходится вытирать рукавом соленые капельки, а остановиться выходит никак. В округе, как и тогда, ночь. И Чимин подняв заплаканный взгляд, видит прекрасные звезды. Но в этот раз не на небе, а прямо в глазах напротив, в глазах Юнги. - Я Мин Юнги. Никогда не забывай это имя.