Имбирный пряник

      Кроули устало развалился на небольшом кожаном диване, потертом от времени и усердий таких же ленивых прохвостов, как и он сам, свесив свои длинные ноги с подлокотника. Обед подходил к концу, и до его окончания оставалось не больше десяти минут – офисные работники уже начали заполнять здание, хлопая бесконечными дверьми.       На кухне было тихо. Откровенно говоря, назвать это помещение кухней было не совсем верно, как и столовой – здесь стоял старенький холодильник прямиком из нулевых, микроволновая печь, что была ненамного моложе своего собрата, и достаточно длинный стол, чтобы уместилось шесть-восемь человек. А ещё, что было самым прекрасным, – старый кожаный диван и кулер с водой. У дивана находился видавший виды кофейный столик, на котором стояла кружка из-под кофе, подаренная коллегами на какой-то праздник. Кружка была и правда классная – раскрашенная под факультет Слизерина с ручкой в виде змеи. Кроули посчитал её достаточно стильной, чтобы пить из неё кофе, а не выкинуть в мусорное ведро, что он часто совершал с подарками от коллег.       Кухня использовалась очень редко. Она осталась здесь ещё со времён, когда зданием управляла другая фирма, а Вельз не стала тратиться на ремонт мало используемого помещения – как-то в их коллективе проводить много времени в одном месте было не принято. Коллектив, к слову, был довольно мерзким. Не то чтобы он прям… в общем, когда занимаешься подобной работой, рассчитывать на приятных людей не проходится. Кроули и сам был малоприятным типом, если подумать.       Дверь на кухню открылась, и в помещение вошла начальница в своем строгом чёрном костюме. Кажется, из всех своих работников только она слышала о деловом стиле одежды, это было бы похвально, не будь этот стиль не деловым, а почти что повседневным. Впрочем, Энтони было грех жаловаться – сам он терпеть не мог стиль «офисный планктон» и вырядился бы во что-то такое только на похоронах, да и то в лучшем случае.       Вельз держала в руке книгу в мягком переплёте и, заметив Кроули, кинула ему её на живот. Угол книги пришёлся точно по прессу, и мужчина скривился, тихо прошипев. - Я прочла, можешь забрать, - хмыкнула женщина, подставляя чёрную кружку под кулер с горячей водой. - Снова не обедаешь? – поинтересовался Кроули, который хотел свалить в небольшой ресторанчик, стоило часам сместиться к отметке «13:00». - Вот только не надо твоей заботы, - скривилась начальница. – За собой смотри.       Энтони усмехнулся. Они часто переругивались с мисс Баал, как переругиваются закадычные друзья или старые супруги. Вельз была трудоголиком и частенько забывала поесть, сам же Кроули не особо ценил пищу, а потому относился к ней как владельцы машин относятся к бензину – досадная необходимость, без которой далеко не уехать. Не то чтобы Энтони не нравилась вся пища, у него были любимые блюда, но фанатом любой национальной кухни он не был. На самом деле причина такого отношения к пище заключалась в подростковом возрасте – он мало ел и в основном перехватывал, что придётся. Тут уж не до разборчивости. Семья у него была не из богатых.       Про семью мужчина вспоминать не любил, там он всегда ощущал себя как в клетке. И дело было вовсе не в строгости родителей, как случалось с большинством подростков, просто так вышло, что он был не самым желанным ребёнком – матери едва хватало денег на самое необходимое, а отец бросил её ещё до его рождения. Только долгие разговоры с психологами не позволили ей сделать аборт или сдать ребёнка в детский дом. Так или иначе, Кроули не любил эту часть истории про свою жизнь – она была мрачной, тяжелой и во многом болезненной. Он был благодарен лишь урокам, какие преподнесла эта самая жизнь, что она научила его вертеться и вертеть другими, чем он пользовался до сих пор.       Фирма «Hell hound» специализировалась на скупке и перекупке довольно редких товаров, которые зачастую было не так уж просто достать. Иногда это был антиквариат, но бывали и откровенно жуткие заказы, которые сотрудники всё равно выполняли, так как клиенты не имели привычки мелочиться. Часто фирма использовала не самые честные ходы, но в этом и была вся суть – честным путём нельзя было бы достать и половину тех вещиц, что проходили через руки сотрудников, и Кроули в частности. Ничего совсем уж противозаконного – никаких наркотиков и прочей дряни, но к редкому алкоголю, сигаретам и произведениям искусств у таможенной службы порой было не меньше вопросов.       Кроули знал, что формально их деятельность законна, но было очень много мелочей, в которые все, кому была дорога голова на плечах, предпочитали не вникать. Ничего криминального, но и ничего такого, что могло бы легко попасть в руки фирмы. Во многом именно такое шаткое положение было причиной тесного сотрудничества между Энтони и Вельз. Если уж тонуть, так всем, иначе зачем вообще всё это затевать? - Что, совсем убого? – поинтересовался Кроули, взяв книгу в руки, на обложке которой был нарисован стильный рыжий мужчина с волосами до плеч. - Удивительно, но нет, - хмыкнула начальница, сгоняя распластавшегося коллегу с дивана и садясь рядом. – Прилично написано. - Не думал, что тебе нравятся женские романы, Вельз. Что следующее? Рыбные палочки с заварным кремом?       Ваал смерила Энтони гневным взглядом, раздумывая о том, не было бы слишком жестоким вылить на рыжеволосую голову горячий кофе - разумеется, жестоко по отношению к прекрасному напитку. Кроули заметил этот взгляд и, нагло ухмыльнувшись, отодвинулся, на случай, если ценность кофе покажется боссу преувеличенной. - Он не женский, идиот, - проворчала она. – Научись сначала читать, а потом раскрывай рот. - Я читал в школе, - отмахнулся Энтони. - И как? – хмыкнула Вельз, чьё настроение постепенно улучшалось. - Ну, я не понял какое отношение какие-то там идиотские графы и прочая ерунда имеет ко мне, - честно ответил Кроули, ослепительно улыбаясь. - Почитай это, - кивнула она на книгу. – Считай, что про тебя, но при условии, что у тебя были бы мозги.       Энтони что-то прошипел, явно выражая сомнения по этому поводу. Он действительно не любил литературу. Не влекло его. И дело было вовсе не в отсутствии воображения, оно-то, как раз у него было, иначе не быть ему самым вертким и лучшим сотрудником, давно прозванным за глаза и, чего греха таить, прямо в лицо, – змеем. Кроули нравился кинематограф, с ним не было никаких проблем. Если фильм дрянь – то видно сразу, а по книге порой не понять. Да и не любил мужчина, когда на пятой странице герой описывается, как молодой человек с темными волосами и карими глазами, а на странице сто тридцать пять вдруг оказывается, что у него есть борода, которую он любит почесывать и прочее. - А мне консультант сказал, что книга дрянь, - хмыкнул Энтони, заметив, что выливать кофе на него не собираются. - Мне всё равно, что там сказал какой-то консультант, - отмахнулась женщина. – Неплохо. Удивительно, что ты вообще её нашёл. Точнее, запомнил, что искать. - Я же говорил, повезло, - пожал плечами Энтони. Ему и самому не особо хотелось гоняться по городу и искать боссу подарки, но он умудрился накосячить, а потому стоило хоть как-то задобрить рассерженную женщину. Правда в тот день, когда Кроули торжественно преподнёс сие творение, книга едва не прилетела ему в лоб, но интерес Ваал пересилил. - Чего она тебе вообще сдалась? – поинтересовался Энтони. - Да мудак этот с издательства все мозги проел, - хмыкнула Вельз. – Он как-то пронюхал, что я знакома с Томасом Коучем. Помнишь его? - Это… который режиссёр? – напрягая память, пробормотал Кроули. - Да. Тот придурок, которому для съемок потребовалась целая похоронная процессия. Ты тогда довёл до истерики консультантов из трёх похоронных бюро.       Вельз не улыбнулась, но по её тону было понятно, что такое поведение она, если не одобряет, то никак не порицает, и вообще ей весело. Кроули тоже довольно, почти по-кошачьи сожмурил глаза, вспоминая тот безумный денёк. Ну и тип им попался, один из тех психов, которые сжигают целые дома, если в сценарии прописан пожар, и используют только настоящий реквизит, чудом находя на всё это деньги из бюджета фильма. Тогда пришлось искать хороший гроб, который точно подходил под описание, а ещё специальные чёрные кресты… Энтони бы не удивился, если бы узнал, что после его посещения хотя бы один консультант вызвал экзорциста. - Ну и? - Кто-то из прихвостней пижона сказал, что, если книга получила такой отклик, стоит протолкнуть идею в кино. - Серьёзно? – удивился Кроули.       Вельз кивнула. О том, чтобы думать об экранизации книги, пусть она хоть триста раз хороша, было рано. Критики всё ещё спорили была ли новелла действительно хороша, она вызывала много споров. Но фильм, тут женщина и сама понимала, мог бы получиться неплохим. Кровлей был прописан отлично, что удивило её. Не то чтобы начальница «Hell hound» часто проводила время за книгой, но вкус у неё определенно был. Но так быстро это всё не делается. Обычно проходят годы. Она честно пыталась объяснить это Эншенту, но идея пахла прибылью, а прибыль Гавриил любил. - Чёрт. А штука правда стоящая? – поинтересовался Кроули, более внимательно разглядывая книгу. - Возможно, - ответила Баал. – Стоило бы попытаться. Но через годик-два. Публика должна это оценить. - А он, типа, хочет здесь и сейчас? – понимающе кивнул Энтони. - Да чёрт его знает, этого придурка, что он вообще хочет! – вспылила директор, сжав в руках кружку. – Обед закончился.       Директор вышла из кухни, почти моментально переключаясь на работу. Кроули последовал её примеру. Работа ему нравилась. Ничем не хуже многой другой, если честно, а некоторые плюшки сильно украшали его жизнь. Взять хотя бы Бентли. Нужно быть либо скупщиком, либо миллионером, чтобы заиметь такую красавицу. Машина сразу покорила его, как только он её увидел. Конечно, пришлось чуть ли не наизнанку вывернуться и нарушить немало корпоративных соглашений, но Бентли того стоила. Да чёрт возьми, за неё можно было бы продать всю фирму.       Захватив с собой книгу, что теперь казалась ему интересной, Кроули двинулся к своему рабочему месту, заново наполнив кружку кофе. Он уже давно измерял свои силы и возможности кружками кофе, таким же чёрным, как нефть. Напиток был его условной единицей желания жить и способностью не умирать за столом, а если уж умирать, то стильно. +++       Азария с тяжёлым вздохом откинулся на спинку мягкого плюшевого кресла, прикрывая глаза. Он пытался написать хоть что-нибудь стоящее целую неделю, но ничего не получалось. С момента выхода книги про Кровли прошло три месяца, и что-то словно переломилось в писателе после этого. Он не мог больше писать.       Гавриил не нагонял, довольный тем, что новый роман получил высокую оценку и признание публики, но мистер Фелл был глубоко подавлен. Образ написанного ирландца не умирал и не давал творить дальше. Азарии казалось, что рыжеволосый мужчина стоит за его спиной и с осуждением смотрит на него.       Писатель пытался сменить тему. Получился всего лишь небольшой рассказ, который нельзя было выпустить отдельно, только если сшить с другими небольшими заметками, которые со временем могли бы стать сборником, а могли не стать.       Машинка величественно сверкала при свете настольной лампы, и в этом сиянии отполированного металла, покрытого чёрной краской, было что-то осуждающее. Идея не рождалась в голове – а какое произведение без идеи? Кровли за спиной ухмыльнулся. - Пожалуйста, я не знаю, о чём писать, - пробормотал писатель в пустоту, не надеясь на ответ. Он правда хотел писать – это было жизненно необходимо. Но о чём? Ему хотелось продолжить историю Двэйна Кровли, но это был слишком дурной тон.       Азария вспомнил про свои первоначальные идеи – мафия, демоны, император – всё это было не его амплуа. Хотя попытаться зарисоваться что-то на историческую тематику стоило, Фелл действительно любил историю. Но разве это была хорошая идея? Он так любил документальные фильмы, сериалы и публикации, что вполне мог увлечься и сделать текст слишком уж научно-популярным, отогнав свою аудиторию от книги. Попытка, не пытка, но что делать с Кровли? Не может же он написать про то, как ирландец непостижимым образом оказался в Римской империи времён правления императора Калигулы. Всё это было слишком безумно.       Перед глазами встал образ Кровли в чёрной (почему-то именно чёрной) тоге с золотым терновым венцом в коротких рыжих волосах. Образ понравился Азарии, даже заставил смутиться, ведь его воображение живо позволило представить, как чёрная ткань с золотым узором оттеняет загоревшую под римским солнцем кожу, как сквозь одежду видно крепкую грудь молодого патриция, как плетёные сандалии плотно фиксируются на крепких икрах.       Идея была рискованная. Его муза была слишком приметной, но быть может… небольшие изменения во внешности помогут преодолеть эти препятствия. Ведь он ничего не теряет, если просто попробует. Но как же быть с Кровли. Сделать его курчавым брюнетом? Да, это подходит для Рима. Характер. Характер пусть будет тот же, но несколько подкорректированный под социальные условия. Но идея. Какой посыл должно принести существование этого патриция?       Тут мистер Фелл задумался. Когда-то давно у него была одна идея, тогда он проходил расширенный курс истории и кое-что зацепило его. Во-первых, стоит допустить большие вольности и сделать историю альтернативной, сохранив пару ключевых моментов. Во-вторых, почему бы не показать, как разрушительна власть и вседозволенность? Пусть его Кровлей будет нагл, груб, разбалован, пусть он будет наивен в вопросах жизни, а история пусть учит его иной жизни.       Что-то в голове писателя закрутилось, и он решил, что стоит попробовать поработать в этом направлении. Вреда от этого не будет. Но всё же… лучше посоветоваться с Мишель, только сначала надо продумать детали.       Через неделю общая картина произведения была готова. Фелл до сих пор не был уверен, что он поступил правильно. Новое имя Двэйна Кровлея превратилось в Антония Асписа – весьма удачное, как считал мистер Фелл, если закрыть глаза на маленькую деталь. Как он помнил, настоящее имя мистера Кроули было Энтони, которое, как не трудно догадаться, произошло от имени Антоний. Но в книге внешность мужчины была несколько изменена, а значит шанс есть.       Мишель долго спорила по поводу нового сюжета. Она не любила историю, да и вообще исторические романы – это направленность Уриэль, так что ему стоит поговорить с ней. Азария не сдавался. Он сумел объяснить, что действия новеллы происходят в альтернативной вселенной, где знание истории Римской Империи не играет слишком большой роли, кроме того, основная идея произведения лежит в глубоко нравственном аспекте. Уайт долго не соглашалась, но почему-то сдалась.       Гавриила идея тоже не вдохновила, он знал, что исторические романы слабо продаются, а потому выбил из писателя обещание написать ещё что-то столь же грандиозное, как в прошлый раз, чтобы утереть нос остальным издательствам. Мистер Фелл согласился. Он ценил «Heaven» за многие качества, и ему не хотелось связываться с другим издательством, чтобы выпустить новую книгу, если она, конечно, получится.       Несколько раз Уайт настаивала на том, чтобы писатель забыл про Рим и написал то же самое, но в условиях современности, указывая на то, что вышла бы отличная история, рассчитанная на подростковую аудиторию, но Азария уже уцепился за свою идею и не готов был так быстро сдать позиции. Кто сказал, что подростковая литература обязаны быть про двадцать первый век? Да и разве это не здорово – попробовать себя в другом направлении? Кроме того, он ведь пишет об альтернативном мире, в котором можно допустить несколько вольностей, ориентируя книгу на современных читателей. Мишель сдалась.       Писать новую книгу было намного тяжелее. Кровлей был обижен тем, что Азария так сурово поступил с ним, и подолгу отказывался натягивать на себя чёрную тогу, предпочитая врываться в сознание писателя в образе кинозвезды. Тем более, сам мистер Фелл никак не мог привыкнуть к новому имени своего подопечного, хотя фамилия Аспис ему подходила почти идеально.       Новая книга обросла мифологическими элементами, настолько сильно, что молодой патриций Аспис оказался втянут в происки Богов и история стала приобретать новые детали – лёгкий юмор, философию и что-то отдающее лёгким магическим реализмом. И всё же, Азария ощущал, что поступает как-то неправильно. Ему нравился образ Двэйна и ему казалось, что он лепит на него другое лицо, что вызывало внутренне отторжение. Чтобы хоть как-то избавиться от напряжения писатель стал чаще выбираться на прогулку в парк, тем более погода была просто прекрасная.       Азария всё чаще вспоминал про Кроули. Этот человек подарил ему образ Двэйна и, быть может, если ему удастся увидеть его, поговорить пару минут, то Фелл поймет, что делать. +++ - Ты серьёзно? – раздраженно произнёс Кроули, сверля распечатанную с интернета фотографию потёртой от времени книги. - Ты тут единственный шут, - недовольно поморщился Хастур, прожигая коллегу едким, словно сигаретный дым, взглядом. - Да их, мать вашу, миллион. Где я вообще найду эту? - Твои проблемы, - раздраженно бросил светловолосый мужчина, уходя вместе с кружкой кофе из кабинета Энтони.       Кроули недовольно посмотрел на распечатку. Чёрт возьми, почему самые сложные клиенты всегда достаются ему? Он что, похож на служителя Британского Музея? Подобные мысли всегда одолевали Энтони, когда ему предстояло достать редкий, можно сказать эксклюзивный, экземпляр чего угодно. Ему пришлось научиться более-менее разбираться в живописи, чтобы не лажать с картинами! Он по цвету патины стал узнавать возраст меди! Да он все фирмы пишущих машинок наизусть знает! И теперь ему снова дают заказ, который совершенно не входит в его компетенцию. Книги предсказаний! Да какому идиоту нужны эти чёртовы книги предсказаний, и чтобы обязательно оригинал, а если не оригинал, то непременно первые издания. Ну что ж, книга-то была всего одна, но она оказалась настолько непростой, что Кроули захотелось взвыть. Он нигде не мог найти «Прекрасные и точные пророчества Агнессы Псих», потратив на её поиски почти весь рабочий день. Её не было в музеях, в национальной библиотеке, на антикварных выставках. Казалось, её вообще нигде не было, просто не существовало! Вельз посоветовала прозвонить частникам –антикварам, но все более-менее надежные лица также признались, что не имеют никакого представления о ней. В очередной раз Энтони захотелось уволиться. Что ж, тут Ваал пошла ему на встречу и пообещала, что если он не достанет чёртову книгу хоть из-под земли, то его желание исполнится моментально.       Обстановку накаляли Хастур Грин и Лигур Лизард– сработавшаяся парочка, ведущая дела вместе. Обычно грязной работой занимался Лигур, а Хастур его страховал – что ж, следовало признать, эти двое обладали способностями, но воображения им явно не хватало. То, что Кроули терпеть не могли в фирме, было что-то вроде закона и негласного правила, но эти двое не просто ненавидели его, они только и ждали, как бы посильнее насолить зазнавшемуся змею, чего без воображения сделать нельзя. Так что змей оставался зарвавшимся, а они постоянно кидали на него раздраженные взгляды. Не во всех коллективах может быть мир – коллективу «Hell hound» он даже не снился, но все почему-то были довольны. Не считая эту парочку, здесь все работали в одиночку. - Придётся повертеться, а, Кроули? – едко спросил блондин, стоя в курилке.       Чаще всего Энтони сталкивался с Грином именно в курилке. Хастур любил дымить своими отвратительными толстыми сигаретами, Кроули же курил тонкие, которые часто ассоциируются с женщинами, из-за чего коллега демонстративно морщился. У Энтони было много черт, которые консервативное общество приписывало дамам, но змей клал известный орган на это самое мнение и делал, что хотел, не боясь показать эти черты. - Кто-то же должен работать здесь головой, - сострил Энтони, ехидно усмехаясь. - О да, - довольно зажмурился Хастур, - так работать головой можно поручить только тебе. Всех остальных вывернет.       Грин усмехнулся, смотря с вызовом в лицо Кроули. То, что в фирме не происходили стычки с кровавыми драками, обуславливалось не тем, что коллектив состоял из взрослых состоятельных мужчин, знавших цену своему труду и словам, а то, что за подобные выходки начальница сама бы устроила им такую драку, что всему отделу пришлось бы выйти на больничный. Кто сказал, что взрослые люди – это взрослые люди, а не просто очень высокие дети с непростым багажом всякого дерьма, названного жизненным опытом? - Голова не задница, да Хастур? – оскалился Кроули. – Каждый работает так, как у него лучше получается.       Грин нервно затушил сигарету и впился взглядом в Энтони. Между ними часто происходили словесные битвы, которые были что-то вроде зарядки для ума, позволяющей держать остроту языка и оставаться в моральном тонусе. Но когда у одного из спорщиков (а ещё хуже - двоих) всё шло через известное место, обстановка между ними накалялась так, что впору вызывать пожарных. - Что тут происходит? – неожиданно грянул голос Вельз, заставляя спорщиков тут же отвернуться друг от друга. Работая в непростом коллективе, Ваал научилась тонко чувствовать моменты, когда ей следовало появиться и задавить своим авторитетом начинающийся конфликт (скорее разгоревшийся, потому что конфликты тут не прекращались). - Ничего, - буркнул Хастур, покидая курилку. - Будешь? – спросил Энтони, похлопав себя по карманам с сигаретами, директор покачала головой. Вид у неё был достаточно измученным. Кроули никогда не интересовался её делами за пределами работы, конечно, но что-то в ней было неправильно, и это напрягало. - Ищи свою книгу в Сохо, - устало сказала Ваал, недовольно посмотрев на Энтони. – Один достоверный источник уверял меня, что она там есть.       Кроули тут же вспомнился книжный магазин того странного типа в белом костюме. Да, определенно такая штука могла заваляться только у него. Наверняка Ваал узнала у Гавриила, а тот знал по какой-то другой причине, он же начальник того «ангела». Возможно, там есть какая-то своя история. То, что Вельз позвонила мудаку из издательства, было не удивительным. От провала Кроули пострадала бы честь фирмы, а потому, когда у одного что-то не получалось, коллектив принудительно подключался к поискам вещи. Координированная работа была, конечно, не их конёк, но гончие умели искать то, что нужно.       Затушив сигарету, Энтони направился в кабинет. Часть офисной работы заканчивалась и начиналась полевая. Забрав ключи, документы и портмоне, Кроули вышел из здания офиса, поправляя очки перед тем, как выйти на залитую солнцем улицу. Его малышка стояла на парковке для работников, призывно поблескивая своими отполированными боками. Она была прекрасна. Иногда Энтони не мог перестать любоваться своей машиной, нет, он никогда не пожалеет о том, что вляпался в ту авантюру и едва не лишился работы. Она стоило того.       Сняв свою детку с сигнализации и заводя мотор, Кроули напряг память, вспоминая на какой улице находился книжный магазин. Кажется, там напротив был ресторан китайской кухни, а рядом был магазин интимных товаров. Прикинув расположение книжной лавки, Энтони сорвался с места, ощущая себя более спокойно.       Магазинчик «A.Z. Fell and Co» нашёлся быстро. Остановившись возле старого здания с высокими витринами, Энтони только сейчас приметил, что магазин выглядит действительно забавно. Чем-то он походил на типичную лавочку из Поттерианы – какой-нибудь «Флориш и Блоттс». Поттериана нравилась Энтони – без фанатизма, конечно. Он увидел фильм про мальчика-волшебника в далёком две тысячи первом году, когда его подростковый возраст давно закончился, но что-то недобитое и отвечающее за любовь к рок-музыке и мультфильмам (это был секрет скупщика) всё ещё жило.       В магазине Кроули встретили два консультанта. Молодой человек лет двадцати пяти, похожий на вечного студента – растрепанные светлые волосы, круглые очки, как у Гарри Поттера, рубашка и брюки, отдающие школьной формой. Энтони даже пришла забавная мысль, что на парня можно было бы накинуть мантию и он сошёл бы за горе-волшебника. Девушка же была темноволосая, с короткой стрижкой и светлыми глазами. Она производила вид отличницы, но не всезнайки. Пока юноша расставлял книги, она заметила нового покупателя и тут же подлетела к нему, явно горя желанием помочь. - Вам помочь? – приятно улыбнулась она и взгляд Энтони упал на бэйджик с именем «Джейн Клейтон». - Я ищу владельца, - произнёс Кроули, приятно улыбнувшись. - Ох, конечно, - расстроенно произнесла она и окликнула своего напарника: - Джон, позови мистера Фелла, это к нему.       Парень положил книги на полку и скрылся где-то, видимо в подсобном помещении. Через пару минут он вернулся вместе с растрепанным блондином, решительно вышагивающим вперёд. Кроули как-то запоздало подумал, что, судя по виду, его приняли за кого-то малоприятного для покупки книг и деловых разговоров. Так-то оно так, если подумать. - О, это Вы! – с долей облегчения воскликнул хозяин книжного, подходя к Энтони. – Прошу прощения за неподобающий вид, - тут же добавил он, стряхивая с себя вполне видимую пыль. - Я по делу, - несколько напряжено произнёс Кроули. Что-то подсказывало ему, что мистер Фелл был не из тех, кто охотно расстаётся со своей драгоценной коллекцией. Таких людей Энтони научился определять давно – работа скупщика этому способствовала. Были на земле коллекционеры, готовы продать последнюю рубашку за какую-то совершенно бесполезную, но очень нравящуюся им вещь. Попадались они и среди держателей книг, особенно среди них. - Вы не против, если мы пройдем в подсобку? – поинтересовался Азария, любезно улыбнувшись, на что гость кивнул.       Мистер Фелл пригласил Кроули в свою обитель, где занимался регистрацией книг, заполнением отчётности и порой писал. Иногда вдохновение накатывало на него лавиной в любом месте, поэтому на поверхности секретера всегда лежали черновики для творчества. - Чай, кофе? – поинтересовался хозяин книжного, разглядывая Энтони. - Нет, спасибо. - Тогда садитесь.       Азария указал на видавший виды диван, но Энтони безропотно сел на него, ощущая удивительную мягкость, которую было невозможно заподозрить в столь старой и наверняка продавленной вещи. - Мне сообщили, что Вы можете помочь, - доверительным тоном сообщил Кроули, помня основные правила разговоров с коллекционерами. - Ох, всё что угодно, дорогой, - закивал Азария, ласково улыбаясь.       Подобная открытость напрягала Энтони, тем более, он понимал, что, когда книжник узнает цель его визита, эта мягкая улыбка сползёт с его лица. Почему-то расстраивать этого человека не хотелось, но это была работа Кроули, так что ничего личного. - Один очень влиятельный человек заказал у нашей фирмы достать книгу. Мне сообщили, что эта книга у Вас есть, и мне хотелось бы знать, можете ли Вы дать мне касательно неё пару ответов или даже советов. Азария действительно нахмурился. Он не любил продавать свои книги, и что-то подсказывало ему, что Кроули просит, как раз о такой книге, с которой мистер Фелл не мог бы расстаться. - Я попробую, - уклончиво ответил Азария. - Это книга предсказаний или что-то вроде того, - начал Энтони, стараясь не выказать слишком сильное рвение. – Очень старая, семнадцатого века. - О, «Прекрасные и точные пророчества Агнессы Псих»? – произнёс Азария, и Кроули едва не поморщился. - Именно она, - кивнул он. - Не продаётся, - устало ответил Азария. – Меня часто просят о ней, но нет, я никому не буду её продавать. Она находится у меня на реставрации, после чего вернётся к законному владельцу. - Законному владельцу? - удивленно повторил Энтони. - Именно. Моя давняя подруга дала мне книгу для реставрации. Это её семейное наследие, а потому договариваться нужно с ней.       Азария выглядел серьёзно. На самом деле он слегка приврал. Книга и правда принадлежала Анафеме, но та не испытывала в ней такой уж необходимости. Женщина обратилась к товарищу из университета, когда заметила, что переезд повредил переплёт, а доверить ценную антикварную вещь кому попало она не могла. Лукавство же состояло в том, что владельцем книги был мистер Фелл – Анафема подарила ему издание, зная, что Азария если не душу продал, то что-то очень ценное точно бы отдал за такую вещь. Да и знала Гаджет, ныне Пульцифер, эту книженцию наизусть. - Что ж, - кивнул Кроули. – Мне сказали, что владелец Вы. Прошу прощения. Я могу взять у Вас номер владелицы? Азария прикусил губу. Если он даст номер Анафемы, она скажет, что книгу подарила, а если не даст, то будет казаться грубияном. Но ведь это его подруга – нельзя раскидываться номерами друзей и родни, даже если просит такой обаятельный человек. - Думаю, я не совсем могу Вам помочь. Понимаете, эта книга очень редкая и многие… Кроули кивнул, понимая о чём речь. Скупщики редко останавливались перед словом нет, а если вещь того стоила, то их вообще мало что останавливало. - Я мог бы хотя бы узнать что-то об этой книге? – кисло поинтересовался Энтони, думая о том, как поступить. Проваливаться он был не намерен. - Ох, конечно, - кивнул Азария. – Но не могли бы мы поговорить о ней немного позже? Я на работе и… - Как на счёт вечером в кафе? – предложил Энтони, быстро прикидывая, чем мог бы подкупить книжника. - Ох, я право не знаю, - растерянно пробормотал Азария.       Мистер Фелл действительно хотел согласиться и провести ещё один вечер с этим человеком. Он был уверен, что упрямое вдохновение вернётся и он сможет писать о Кровлее дальше. Но с другой стороны, Азария не был дураком и понимал, что вряд ли такой интерес к книге предсказаний кончится простым разговором, после которого Кроули выскажет глубочайшую признательность и пообещает больше никогда не предлагать продать её. Как сказал один великий человек, если ты ангел, то это не означает, что ты ещё и идиот. Азария ангелом не был, а идиотом - тем более. - Это ни к чему не обязывает, - поспешил заверить Кроули, очаровательно улыбаясь, помня о правилах. - Пожалуй, - наконец согласился букинист, и Энтони мысленно победно усмехнулся. - Тогда я заеду в..? - Семь, - быстро сказал писатель. - В семь, - согласился Кроули. Что ж, придётся помучиться, но кто сказал, что это того не стоит?       Покинув книжную лавку, Энтони отправился домой, думая о том, какими методами ему придётся убеждать букиниста.