Kiss on the neck

У Чонгука глаза ярким пламенем горят, а в груди оглушительно пестрые фейерверки взрываются, когда он сотый раз проигрывает видео и тысячный переводит дыхание – его хен просто прекрасен. Изумителен. Великолепен. У Чона младшего еще коленки немного подрагивают и пальцы под ритм постукивают по столу: песня въелась синими чернилами ему в душу и…черт возьми, он просто обязан в эту же секунду позвонить Хосоку и высказать ему все-все-все. Чонгук постукивает по своим коленкам и карманам куртки, в попытках найти свой телефон, но со страхом осознает, что в карманах курки и джинсах их нет. - Неужели в его студии забыл? – Чонгук буквально несколько часов посещал студию Хосока, чтобы забрать оттуда его вещи в стирку, но задержался там немного больше. Он заранее позвонил Намджуну, чтобы поставить его в известность, что он взял их фургон и прибудет в общежитие не раньше одиннадцати ночи; неловким движение руки бросил ключи от студии Хосока на тумбочку и с разбегу завалился на потрепанный временем бежевый диван. В студии Хосока всегда пахло как-то…по особенному: в симфонии запахов смешан кондиционер для одежды с запахом морозной вишни и еще не выветрившийся (что очень удивительно) его одурманивающий парфюм с еле уловимыми нотками мускуса и мандаринов. Довольно –таки специфичный запах, но младший Чон не жалуется – вдыхает родной запах до легкого покалывания в легких и счастливо валится с плюшевой игрушкой на бок и признается, что безумно скучает по хену, по его улыбке и теплым объятиям. - Забыл, придурок, забыл, - шипит на себя раздраженно и хватает обратно ключ от машины, чтобы вновь выдвинуться в студию Хосока.

***

- …да-а-а, на съемочной площадке было очень много неловких ситуаций: к примеру, на одном из движений я умудрился оторвать от куртки замок. - Воодушевленно придается воспоминаниям танцор, попутно читая комментарии поклонников. – Поддерживал ли ты общение во время поездки с другими мемберами…? Да, на самом деле со мной должен был поехать Чонгук-и, но в силу сложившихся обстоятельств, ничего не получилось, - огорченно произносит Хоуп. – Если хотите, я могу позвонить ему на громкой связи, но только тсс… никто не должен знать, что я приехал на два дня раньше положенного, - танцор посылает хитренькую улыбочку в камеру и набирает номер макне. Гудок…второй…третий. Неожиданно слева раздается вибрация, и Хосок удивленно всплескивает руками, роняя свою излюбленную кружку на пол. - Что за…? – какого было его удивление, когда он понимает, что это и есть тот самый телефон. Хосок берет его в руки и лучезарно улыбается, когда вместо привычного «Хоби-хен» высвечивается «Любимый хен». – Ребята, оказывается что телефон Чонгука у меня и…смотрите, -показывает в камеру экран телефона, - …какой милый Чонгуки. За дверью послышалось неожиданные поспешные шаги, которые постепенно замедлялись, а потом вовсе прекратились, как только неизвестный остановился возле его студии. Но главный танцор этого, естественно, не заметил, продолжая дружелюбно болтать с поклонниками о съемках и всякой всячине, но от проворных глаз фанатов не ушла подозрительная страшная тень позади спины Хосока. «Обернись, Хоби, сзади тебя кто-то есть» «Кто стоит прямо позади него? Хосок, будь осторожен!» Подобные сообщения вмиг заполнили чат, заставляя владельца студии содрогнуться в непонимании и страхе. - Ребята, вы, наверное, шутите…- он разворачивается на стуле и с замиранием сердца наблюдает, как дверная ручка медленно открывается и в проеме появляется темная макушка. Хосок выпускает удивленный возглас и хватает попавшиеся запасные ключи в руку, собираясь защищаться от врага. - Кто здесь?! Как вы сюда попали что вы здесь делаете?– слышится так же удивленный возглас другой стороны и «некто» резко заходи в голову и теряет дар речи, когда видит перед собой, настоящего, невредимого и до ужаса испуганного хена, который вмиг облегченно выдыхает и заливисто смеется, прикрывая рот ладонью. Он совсем по-другому представлял их встречу. - Хоби-хен?! – Чонгук спотыкается и чуть ли не падает на мягкий ковер, но все же удерживает равновесие и буквально летит в сторону Хосока, сгребая того в медвежьи объятия. – Хен, ты сильно испугал меня, но я так рад тебя видеть, Хоби-хен! – вновь не сдерживается Чонгук и утыкается носом в теплую толстовку старшего, вдыхая совершенно новый для него аромат. - Господи, Чонгук-и ты так испугал старого хена, - смеется Хосок, но все также смеется и обнимает мускулистую тушку в ответ, поглаживая ласковыми движениями широкую спину. – А я вот, сюрприз тебе хотел сделать, пораньше приехать, - Хосок взлохмачивает темные волосы на затылке и вовсе забывает о прямом эфире, где фанаты просто взрываются от переизбытка эмоций. Он вновь вглядывается в родные карие глаза напротив и понимает: тот действительно безумно скучал: младший ни на секунду от него не отлипает и доверчиво жмется ближе. - Ты хотел сделать сюрприз…мне? – Чонгук удивленно поднимает глаза на хена, а щеки заливаются еле заметным румянцем. - Да, тебе, ты видимо ждал моего возвращения больше всех. Макне косит взгляд в бок и мило улыбается, все еще отказываясь отходить от танцора хоть на пару сантиметров. Про трансляцию они вспоминаю через добрых минут десять, когда изобилие разных сердечек и смайликов притянуло к себе взгляды обоих Чонов. На протяжении полутора часа они болтают с поклонниками, рассказывают друг другу о произошедшем за эту неделю, успевают немного подаблчониться и растопить сердца тысяч фанатов лишь одной милой сценой: Хосок сидел на стуле и зачитывал в слух очередной вопросы, обращенный к ним обоим, младшенький же пристроился сзади него и незаметно (как думали оба) посылал маленькие поцелуйчики вдоль шейных позвонков, щекотливо дыша ему в загривок. - Гук, тут нас спрашивают, что обозначают наши с тобой поцелуи в шею, - не без смущения произносит Хосок, расцветает улыбкой и малиновым румянцем, плавно переходящим на мраморную кожу шеи. Младшего ни разу не смущало проявление нежности к его хену, поэтому он вновь посылает оголенной шее поцелуй и без зазрения совести отвечает на вопрос: - Поцелуи в шею стали для нас с хеном чем-то личным и сокровенным . Таким образом мы несем друг другу ту заботу, нежность и…любовь, которую испытываем друг к другу. Такая речь младшего вызвала такой диссонанс у публики, что даже эльфийские ушки Хосока заалели. Являются ли слова младшего наигранными перед тысячью фанатами, либо они были произнесены от сердца, исходили из глубин души и носили в себе далеко не отношения братского характера? - Не переживай так, я чувствую твое напряжение, хен, - выдыхает в ухо младший и собственнически обнимает сильными руками хрупкую талию (слава богу, в объектив камеры это не попадает) и придвигает тело к себе ближе, - еще несколько минут и можно закончить трансляцию и мы можем нормально поговорить. Кое-как с поломанной улыбкой на губах и полной растерянностью в глазах танцор заканчивает на позитивной ноте трансляцию и протяжно выдыхает – было совсем нелегко терпеть щекочущее дыхание на ухо и маленькие чересчур настойчивые поцелуи в шею; он до последней секунды обезнадеживающее давил из себя солнечную улыбку и убеждал себя, что так было раньше, это просто проявление братской любви и вообще, гормоны до сих пор бушуют в ребенке. - Хен, с тобой все в порядке? – совсем кстати произносит Чонгук и обеспокоенно всматривается в темную радужку глаз. Танцор сказал бы правду, что нет, блять, все не в порядке вещей еще давно, но он слишком хороший, добрый, и самый-самый, чтобы беспокоить золотого макне своими душевными терзаниями. - Да, Гуки, все просто замечательно. В горле першит и старший открывает бутылку воды и, поднося к губам, краем глаза наблюдает с какой жадностью и похотью смотрит на него младший, но вмиг трясет головой, осознавая, какой он озабоченный ублюдок, раз позволяет думать себе о таком. Младший малой еще да и слишком по-ангельски невинен, чтобы так поступать…верно? Чонгук кивает сам себе еле заметно, будто что-то про себя подмечая, и пододвигается ближе (куда-уж-то-блять-ближе) аккуратно проводит теплыми губами по ушной раковине и выдыхает то, что выбивает последний воздух из легких старшего: - Поцелуи в шею всегда означает только одно: я хочу большего, хен...