Возможность роста

      Иголку свою, вопреки принятым представлениям о невозможности двойной трансфигурации предметов, я превратила в зонтик, аккуратный и любимого зеленого оттенка, как молодая листва, омытая дождем. Испытала его в первый же выходной в Хогсмиде, дождь шел стеной, но зонтик, непромокаемая одежда и обувь, собственноручно зачарованные или снабженные рунами, создали меланхолический настрой, очень редкий для меня. И я гуляла почти до темноты, уйдя за окраины деревеньки, дорога была гравийной, обувь крепкой и удобной. При наступлении темноты рискнула аппарировать к "Трем метлам" и быстро пошла в замок, сиявший от множества огней как рождественская елка. Последний год – и прощай, спокойная жизнь, мне придется строить дом и работать. Это вовсе не пугало меня, но до совершеннолетия останется еще год, а события в Англии ожидаются неприятные, как же уговорить мастера Киделл-Дагворта уехать на этот год из страны, ведь почти все магазины Косой аллеи будут разрушены. А старый мастер – не из тех, кто спокойно снесет обиду.       Аппарация получилась в первый же раз легко, после одного пробного прыжка в классе аппарации. Ежедневно в течение недели прыгала по классу, а сегодня рискнула на прыжок вне видимости цели, паб мадам Розмерты я видела из окна гостиницы два лета подряд, запомнила до мелочей.       Анимагией занималась в выручай-комнате, постепенно, по книге, поочередно то частично трансформируя лапы, то выращивая хвостик-морковку.       Остальное изучала по книгам из Запретной секции, декан дала разрешение; копировала незаметно, тетрадей наделала много, ведь пергамент сравнительно недорого стоил, а кроме того, можно использовать исписанный – залежи двадцатилетней давности я обнаружила в заброшенном классе на том же восьмом этаже, в трех огромных шкафах, пыльных и скрипучих. Кстати, посчитала количество эссе по одному предмету, трансфигурации, пересчитала фамилии, выписывая их в отдельный список, и поняла, что в то время училось в три раза больше студентов. Были там и фамилии Малфой и Блэк, с именами Люциус и Нарцисса, то есть биологических родителей моего тела. Почерк Нарциссы Блэк был один-в-один мой, вот как проявляется наследственность. Ее, родительские пергаменты я и использовала для создания гримуара, это считалось усилением вещи; несмотря на то, что от рода Малфой меня отсекли, от Блэков-то нет. Пока что гобелен тщательно не изучают, да и имя мое, Диана Редфокс, им неизвестно, надеюсь. Сквибов такие упертые аристократы не поддерживали, в отличие от некоторых фамилий; например, те же Дагворты, как рассказывал мастер, помогали получать образование и не теряли из вида, но то крепкие ремесленные семьи. Родной брат мастера, сквиб, работал по его заказам, живя при этом в маггловской части Лондона, наносил руны и варил некоторые несложные зелья для обработки материала. Да, он не мог зачаровывать, но скрупулезность и педантичность в полной мере заменяла способность колдовать, потому и мастер, и его брат не теряли друг друга из вида, помогая друг другу во всем.       Темные искусства меня не интересовали, но я изучала их все равно, для общего развития. А вот про запрещенную в Англии магию крови книг было хоть и немного, но я их все скопировала и зачаровала на нечитаемость не мной, выучу, слишком большие возможности открываются, в том числе снятие родовых проклятий. Пусть я теперь и Блэк по крови, но они все были с сумасшедшинкой, не хотелось бы в один прекрасный момент обезуметь. И так гормоны пошаливают, только железный самоконтроль спасает, но он не панацея, а у меня кровь теперь чисто блэковская, холодность Малфоев её не разбавляет. ***       Драко малфоевская наследственность не совсем помогает, видимо ритуал отсечения меня, его двойняшки, ударил и по нему, горячность чисто блэковская, хотя внешностью в отца. На зимних каникулах мы столкнулись в коридоре, он изображал Инспектора отряда Амбридж, язык не поворачивается называть ее профессором. Получила презрительное "грязнокровка" и взгляд, полный отвращения. Сочувственно посмотрела на него, он что-то почувствовал и взбеленился. Горяч парень, вспыхивает, как порох. Проорался, выпустил пар и пошел себе дальше. Ему-то память качественно почистили, если и вспоминал меня в детстве, то сейчас уверен, что всегда рос один. ***       Как и собиралась, на рождественских каникулах посетила мастера, декан дала разрешение, едва увидела портключ. Прыгнула из гостиницы, специально сняла номер на один день. Мой гримуар мастер Киделл-Дагворт чуть не обнюхивал, но не нашел, к чему придраться. Книга эта была у меня в карманном формате, страницы добавлялись сами по мере надобности, текст и рисунки при копировании из книг большего размера самостоятельно масштабировались. Помог зачаровать на нечитаемость при попадании в другие руки и возврат при потере. Естественно, привязка была моей кровью. ***       Все свои копии запрещенных книг, и незапрещенных тоже, я переносила в гримуар два дня. В отличие от копирования, где нужно было каждый разворот листа зачаровывать, гримуар переносил к себе добуквенно и дорисуночно, только поместишь нужные материалы под его обложку – и за считанные мгновения все скопировано. Стоило и повозиться, а для удобства чтения он увеличивался и уменьшался по моему желанию. Теперь выручай-комната мне не нужна, в Хогвартсе стало опасно находиться вне своих гостиных, Драко Малфой не простил моего сочувствия и открыл сезон охоты. Хорошо еще, что Гарри Поттера и его друзей он ненавидел больше меня. ***       СОВ сдавали министерской комиссии, получила двенадцать превосходно, результаты пришли уже в гостиницу, пяти- и семикурсникам после сдачи экзаменов разрешалось покидать Хогвартс сразу же и самостоятельно добираться до дома. Но семикурсники ждали в замке, ведь выпускной был только для них, и до перрона Хогсмида добирались на лодках, спустя семь лет после первого такого же заплыва, только в обратную сторону. Этот символизм был всем понятен. А пятикурсники большей частью продолжали учебу и их никто не считал выпускниками. Изо всех магглорожденных нашего факультета я одна не буду доучиваться, да и со всего курса наверняка тоже. ***       После получения результата СОВ я осталась в последний раз поработать в теплицах, хотя декан знала, что учиться на шестом курсе я не буду, а попытаюсь сдать ЖАБА на следующий год, работая у мастера Киделл-Дагворта неполный день и снимая комнату у него же. Приятная супруга мастера ко мне относилась хорошо и все пыталась подкармливать, несмотря на мой цветущий вид. Мастер ждал меня в середине августа, а мне не хотелось расставаться с детством, вот и продлила его на полтора месяца. Работала одна, у Невилла что-то не срослось в этом году. Зато и денег заработала сто галеонов, декан высоко оценила мой труд, и это не подачка. Приходила я с восходом, уходила на закате, делая один получасовой перерыв на обед, без выходных. Еще в прошлой жизни подобная работоспособность лишала меня семьи два раза, карьеру предпочитала мужьям, детей воспитывала до трех лет и сдавала бабушке и дедушке, своим родителям, но любви их не потеряла, в отличии от мужей. Дети ведь все прекрасно понимают, если их не настраивать против. А мужей их мамы настраивали, поэтому второе разочарование в замужестве отвратило меня напрочь от романтики и флирта; я заработала репутацию биоробота и болячку, что в итоге и свела меня в могилу. Работала ведь на не очень полезном для здоровья предприятии оборонного комплекса, содержала, и очень неплохо, свою семью. Здесь же, в магическом мире, болезни не грозили, потому-то и выкладывалась на полную, что в учебе, что в работе, при утомлении курсы зелий возвращали здоровье полностью. Маги живут в два, а иногда и в три раза дольше магглов, а некоторые уникумы, типа Фламеля, и счет прожитым годам теряют. ***       Пообещала мадам Спраут, что обязательно буду писать и не теряться. Она настаивала, чтобы я звала ее Помона, но я слишком ее уважала и не могла решиться на такую фамильярность, хотя ее мужа преспокойно на второй день знакомства назвала Петером. Поэтому решили, что звать буду мадам Спраут, может, когда совсем повзрослею, то перейду на имя. Также пообещала навещать на Рождество, может, встречусь с кем-нибудь из ее детей, хотелось бы. На прощание продемонстрировала себя-рысь, она посоветовала пока не регистрировать анимагию, всегда успею. ***       Работаю и учусь, учусь и работаю, это последний сравнительно спокойный год магической Англии. Сражение в Министерстве Магии было описано во всех газетах, а уж слухов ходило еще больше. Возрождение Воландеморта теперь все осознали, может, и удастся уговорить мастера покинуть Англию. Денег в сейфе все прибавляется, скоро наберется заплатить за ЖАБА, это для студентов Хогвартса они бесплатны, но обучение на шестом и седьмом курсах стоит в разы больше. До июня, поры экзаменов, успею заработать остальное. А учеба в Академии Гербологии бесплатна, нужны только двенадцать "превосходно" по ЖАБА. Хочу слышать родную речь и хочу увезти мастера и его жену с собой. Исподволь соблазняю изучать славянские обереги и вышивки и учу его и Фелицию, его жену, русскому языку.       Хочу жить по своим правилам и сберечь хороших людей; мадам Спраут не пострадает в битве за Хогвартс, а вот насчёт мастера Киделл-Дагворта не уверена, знаю, что мастер Олливандер будет вытащен из своей лавочки сворой УПСов, избит и взят в плен, а магазинчик его разрушен. Да, мастер Олливандер останется жив, но ведь не про всех мама Ро написала. Надо подстраховаться, как с Седриком Диггори.