Ослепленные тьмой

Вэй Ину не спалось. Сознание окутывала дымка усталости, но глаза не закрывались, заставляя пребывать в сознании тогда, когда больше всего хотелось укрыться тонким одеялом и провалиться в небытие, оставляя навалившиеся проблемы где-то позади, хотя бы на эту ночь. Который уже день он бьется над тем, чтобы вернуть разум Вэнь Нину. Глупо. Безумно. Совершенно невозможно. Он сделает это. Слишком много клятвенных обещаний дал его сестре Вэнь Цин, вселил надежду, которую просто не имеет права разрушить. Что-то крутилось среди бесконечных мыслей, возникало в голове, чтобы тут же исчезнуть, оставляя после себя глухое раздражение и побуждая искать дальше. Он определенно упускает какую-то очень важную мелочь, не в силах уцепиться за неё. Устало сжав переносицу, Вэй Ин тяжело вздохнул, бросая взгляд на опутанного печатями мертвеца. Он близок к своей цели и в той же мере непомерно далек. Вэнь Нину просто не хватает чего-то. Толчка, который позволил бы сознанию раскрыться, прогоняя сухую покорность воскресившей его тьме. Вот только, как его подтолкнуть — непонятно. Вэй Ин бездумно водил кисточкой по листу, вырисовывая символы печати, почти не задумываясь, повторяя давно приевшиеся движения. Это поможет удержать мертвеца, но не более того. — Ну конечно, будто все может быть просто. Уронив голову на руки, которые мгновение назад он вытянул вперед, стремясь то ли размять затекшие мышцы, то ли достать до противоположной стены, Вэй Ин прикрыл глаза в бессмысленной попытке почувствовать, как проваливается в уже родную темноту. Насколько проще было когда-то в Облачных Глубинах. Ему хватало всего-то пары разделов бесконечных правил ордена, и вот уже сонливость одерживала верх над попытками не уснуть, и Вэй Ин с удовольствием поддавался ей, раздражая своим поведением второго господина Лань. Лань Чжань, интересно, чем он сейчас занимается? В голове тут же возникло воспоминание о том далеком времени, когда о войне никто не думал. Когда огонь еще не коснулся Облачных Глубин. Когда Пристань Лотоса не пала, окрашиваясь кровью своих воспитанников. Мимолетно, но ярко улыбнувшись пришедшему воспоминанию, Вэй Ин наконец смог задремать, согнувшись в неудобной позе, и чутко реагируя на любой шорох. Чтобы тут же подскочить на месте, ощущая колебания тёмной энергии, опоясывающей гору. Талисман, связанный с барьером, ограждающим поселение от незваных гостей и излишек тьмы, нагрелся, едва не прожигая нижние одежды. Вытащив его на свет Вэй Ин недовольно фыркнул. Вот уж, посреди ночи еще никто не набирался храбрости, чтобы прийти на гору, кишащую всевозможной нечистью, и «покарать» Старейшину Илин. И что им дома не спится? Окутавшая было его сонливость вновь исчезла без следа, оставляя после себя лишь бесконечную усталость и желание поскорее разобраться с нежданными гостями. Подхватив лежащую рядом флейту и заткнув её за пояс, Вэй Ин активировал недавно нарисованный талисман, укрепляя печати. Удовлетворенно оглядев свою работу, он, стараясь сильно не шуметь, вышел из пещеры, направляясь к тропе, извивающейся среди привычной взгляду пустоши вплоть до самого подножия, где на удивление буйно разросся шалфей. * * * Мычание взбудораженных свежей кровью мертвецов он услышал загодя, еще до того, как вышел из-за поворота, чтобы увидеть безнадежное сражение одного человека против десятка мертвых, окруживших его со всех сторон. Точные движения и едва заметный блеск меча в лунном свете столь заворожили Вэй Ина, что долгие несколько мгновений он просто наблюдал, ловя каждый быстрый взмах клинка, и только после этого осознал, что больше тут и правда никого нет. Из живых. Не было ни криков, призывающих уничтожить засевшее на горе зло, ни горящих талисманов, летящих со всех сторон, лишь бы застать врасплох наконец явившегося на их боевой клич Старейшину Илин. Словом, все было так, как никогда не было и это несоответствие заставило замереть на месте, не спеша вмешиваться. Что-то было не так с этим заклинателем, отчаянно сражающимся за свою жизнь. Словно, что-то мешало ему биться в полную силу, вынуждая следить за каждым движением. И это «что-то» было столь очевидно, что, когда Вэй Ин наконец разглядел окровавленную повязку на глазах, все, что ему осталось это хлопнуть себя по лбу и вытащить наконец Чэньцин. Первые звуки флейты нарушили размеренный ритм битвы, прерывая его порывистыми нотами мелодии. Тьма заструилась вокруг, оплетая Старейшину Илин, расползаясь вокруг ядовитым облаком, перехватывая контроль над ордой, охраняющей барьер. Заклинатель, отражая позу самого Вэй Ина, остановился, повернув голову в его сторону. Отступив на шаг назад он крепче ухватился за свой меч, вынуждая последовать за собой. Мелодия Чэньцин стала спокойнее, уводя мертвецов прочь, успокаивая их жажду и запрещая приближаться к этому месту. К моменту, когда была сыграна последняя нота, а воздух покинул легкие, они приблизились к краю крутого обрыва, ведущего прямо к подножию, на острые камни. — Осторожнее! Метнувшись вперед, Вэй Ин едва успел обхватить запястье, крепко стискивая на нём пальцы, чтобы в следующий момент резко рвануть на себя, уберегая от падения. Не удержав равновесие от свалившегося на него тела, он завалился на спину, больно ударяясь затылком о камень. Недовольно фыркнув, Вэй Ин наконец отпустил чужую руку, краем сознания отмечая красные следы на светлой коже, которые чуть позже наверняка обернутся синяками. — Ну, пожалуй, хватит отдыхать, — насмешливо хмыкнув, он ткнул пальцем в плечо все еще неподвижного незнакомца, — мы не так близко знакомы, и я уверен, что ты еще не отправил три положенных письма? Ответа не было, и Вэй Ин осторожно завозился под навалившейся тяжестью, аккуратно отодвигая заклинателя в сторону, чтобы наконец встать с промерзшей земли. Склонив голову к плечу, он внимательно осмотрел неожиданного гостя. Повязка на его глазах стала почти бордовой, и лишь её белые края говорили о том, что когда-то она была такой полностью, а на ханьфу яркими пятнами выделялись грязно-бурые следы, отстирать которые будет практически невыполнимой задачей. Все-таки белый — крайне непрактичный цвет. Последнее, что осознал Вэй Ин, это то, что незнакомец был без сознания, и судя по всему вряд ли очнется в ближайшее время, слишком уж говорящей была рана на боку, виднеющаяся из-под разодранной одежды. — И что ты будешь тут делать? Задав риторический вопрос в пустоту, Вэй Ин вновь фыркнул, уже привычным жестом потирая появившуюся между бровей складку. Единственный возможный выход ему крайне не нравился. Пускать кого-то чужого на гору не хотелось, да и было попросту опасно. Но если оставить заклинателя здесь, мертвецы вернутся, едва Вэй Ин уйдет, и закончат свое дело, не оставляя и кусочка живой плоти. Как ни крути, везде плохо. Судьба любит давать затейливые виражи, заводя на глухие тропы, где история в миг меняет свой ход, давая новую развилку. Любое решение имеет последствия и у этого они несомненно будут. Вопрос лишь в том, сможет ли он с ними справиться? Заткнув, все еще зажатую в левой руке, флейту обратно за пояс, Вэй Ин критически оглядел будущую дорогу вверх по горе. Усталый туман сдавил виски, окутывая сознание столь желанной недавно сонливостью. Казалось, закрой он сейчас глаза и провалится в глубокий сон до самого полудня. Вот уж точно рок и насмешка свыше. Недовольно покачав головой, пытаясь прогнать застилавшую взгляд пелену, Вэй Ин негромко рассмеялся, делая шаг вперед и опускаясь на колени рядом с заклинателем. Осторожно, стараясь не задеть открытых ран, он приподнял незнакомца, закидывая его руки себе на плечи, чтобы в следующее мгновение резко подняться на ноги и тут же пошатнуться на месте, едва не теряя равновесие. В воздухе витал аромат секвойи и недавно пролившейся крови. Неуловимо улыбнувшись, Вэй Ин двинулся было в сторону поселения, но, сделав пару шагов, остановился и тут же развернулся обратно, подходя к обрыву и поднимая с земли меч, украшенный снежными узорами. * * * К моменту, когда Вэй Ин добрался до первых хлипких лачуг, с которых началась их жизнь на Луаньцзан, небо посветлело и из-за облаков показалась луна, освещая дорогу холодным светом.  — И где, позволь узнать, тебя носит посреди ночи?! Голос Вэнь Цин прозвучал оглушительным рокотом в установившей тишине, заставив Вэй Ина покаянно опустить голову и сразу после этого ослепительно улыбнуться, стараясь сгладить впечатление. — Я… — договорить ему не дали, взмахом руки прервав начавшийся было поток оправданий. — Да, ты, — девушка сделала шаг вперед, выступая из тени, отбрасываемой домиком, и сердито глядя на Вэй Ина, сосредотачиваясь на его лице и не замечая ноши. — Обещал, что будешь спать ночью. А не доводить себя до истощения. Ты нужен нам здоровым и… кто это? — наконец обратив внимание на белые края рукавов ханьфу и руки, покоящиеся на плечах Вэй Ина, Вэнь Цин замолчала, ожидая ответа. — Причина моих ночных прогулок под луной среди лютых мертвецов, — широко улыбнувшись, он рассмеялся, тут же прикрыв рот рукой, чтобы сильно не шуметь. — Поможешь? Я немного опоздал, и не успел остановить их, и теперь вот, что из этого вышло. Вэй Ин дернул плечами, жестом намекая на свою ношу. Тяжело вздохнув, Вэнь Цин вновь махнула рукой, на этот раз призывая следовать за собой и направилась к более-менее крепкому домику, возведенному прямо рядом с обиталищем самого Вэй Ина. — Положи здесь. Закрыв за собой дверь, девушка кивнула на прикрытую одеялом соломенную подстилку в углу комнаты и отошла в сторону, чтобы взять несколько склянок со стола рядом. Вэй Ин сделал несколько шагов вперед, вставая боком, и осторожно опустил заклинателя на подстилку, стараясь не потревожить его раны. — А теперь выметайся отсюда и иди спать, — Вэнь Цин раздраженно цокнула, ставя точку в разговоре, всем своим видом показывая, что лучше ему сейчас не спорить, а послушно исполнить приказ. Весело фыркнув, Вэй Ин только покачал головой, уходя прочь из домика. В пещеру, досыпать. И едва ли найдется хоть что-то, что разбудит его раньше полудня. Нет уж, все остальное может подождать.