Ослепленные тьмой

Ненависть абсолютна. Она не приемлет полумер. Течет по венам вместе с кровью. Окрашивает каждую мысль в алые тона, заставляя думать, думать, думать. До бесконечности лелеять свою месть, вспоминая то, что было. Люди глупы. Они не способны жить свободно, без контроля. Им нужен кнут, который стегал бы по спине за малейшую провинность, чтобы не повадно было повторять. Стадо, следующее друг за другом в святой уверенности, что это их решение. Они отвергли направляющую к истине длань над собой, и теперь радостно пируют, празднуя величайшее в истории падение. Глупцы, не имеющие права на жизнь. Они должны быть уничтожены, развеяны по ветру, отданы на поругание тьме. Только такой участи и заслужили. И он подарит им её, восстанавливая утраченную справедливость. Гора тоскливо взывает, требуя новых жертв. И те идут, наивно веря, что, если не подниматься к вершине, с ними ничего не случится. Жадные. И самонадеянные. Ходят слишком близко, чтобы можно было отпустить. Чтобы можно было простить совершенные перед небом прегрешения. Так нужно. Так правильно. Они это заслужили. Он ступает тихо. Крадется, скрывая свое присутствие. Рано. Нужно подойти ближе. Мужчина встревожен. Он чувствует, как за ним следят. Такую жажду крови сложно не ощутить, но он продолжает идти вперед, совсем не оборачиваясь, внимательно глядя себе под ноги в поисках нужной ему травы. Мужчина убеждает себя, что это только воображение, еще чуть-чуть и он вернется домой к любимой жене и брату. Он обещал, что с ним ничего не случится. И этого не произойдет, нужно только набрать немного соломоцвета, пока солнце ярко светит. Он рядом. Стоит позади, оглядывая склонившийся к земле затылок. Меч крепко зажат в руке и его острота не подведет. Как не подводила раньше. Пора. Он замахнулся клинком, чтобы в следующее мгновение полоснуть по шее, наконец повернувшегося, мужчины. В глазах напротив застыло удивление, не успевшее обернуться страхом перед неизбежным концом. Кровь пропитала землю, оставаясь небольшой, смердящей металлом лужицей среди травы. Он раздраженно фыркнул, вытирая лезвие об одежду мужчины. Смерть пришла слишком быстро, и он не доволен. Ненависть в крови по-прежнему бурлит, неудовлетворенная жертвой. Ничего, люди все еще глупы, и кто-нибудь обязательно придет снова. Найти ли убийцу или собрать трав, это не важно, пока он может их убивать, оберегая живых и успокаивая павших, непрестанно стенающих о несправедливости. Взвалив тело на плечо, он поморщился, укладывая труп так, чтобы не запачкать одежду. Нужно отнести тело ближе к вершине, и мертвецы закончат начатое, уничтожая любые следы. * * * Сяо Синчэнь остановился, едва почувствовав, как прохладу пещеры сменил легкий ветерок и солнце, ласково коснувшееся своими лучами затылка. Все так стремительно менялось, что у него никак не получалось толком это обдумать. С Вэй Ином легко говорить. Он словно забирает тревоги, заставляя их схорониться очень глубоко. Делает это так просто, что ты не успеваешь заметить, как отвечаешь ему с той же легкостью. Возможно, это неправильно, и Сяо Синчэнь сам себя обманывает, но он решил отбросить все, что слышал. Не мучать себя сомнениями и противоречиями. Просто принять, что и мир может ошибаться в своих суждениях, обвиняя во всех своих бедах одного человека. По крайней мере до тех пор, пока не будет доказательств обратного. За все время, пока заклинатель был здесь, Вэй Ин не сделал ничего из того, что приписывала ему молва, скорее даже наоборот. А значит и в остальном люди могут ошибаться. Руку, некрепко сжавшую плечо, Сяо Синчэнь едва не пропустил, потерявшись в своих мыслях. — Идем? — Вэй Ин обошел его, замирая неподалеку, так, чтобы заклинатель точно понимал, где он. — Да, — крепче сжав ножны Шуанхуа, Сяо Синчэнь последовал за ним. Меч чуть подрагивал в руке, реагируя на окружающую его тьму, и в особенности на Старейшину Илин, буквального объятого темной энергией. В одиночку на вершине заклинателю бы пришлось непросто. Там, где обитает нечисть, нельзя верить тому, что видишь и слышишь, потому что она только этого и ждет, чтобы поймать свою жертву, заманив в свои когти. Только чутье способно подсказать, где правда. Но как на него полагаться, когда вокруг слишком много всего? Решение Вэй Ина помочь, пожалуй, было единственным шансом добиться хоть какого-то успеха и найти следы пропавших. * * * Тропа, огибающая склон, была извилистой. Она то шла вниз, то вновь поднималась к вершине, добираясь почти до самого пика. Воздух тут был легче и как будто чище, не смотря на вонь, доносящуюся от редких мертвецов, встречающихся на пути. Те оборачивались, завидев живых, но не делали и шага, отходя в сторону, огибая по большой дуге. Сяо Синчэнь ясно их чувствовал и крепче сжимал меч, запрятанный в ножны. Инстинкты требовали не оставлять мертвых бродить по свету, разум говорил о том, что это бесполезно. На горе неисчислимое число падших душ. И как бы ни хотелось, всем им помочь нельзя. Остается искать живых, наивно надеясь, что может быть еще не поздно. — Так значит ты заклинатель? — Вэй Ин шел рядом. Так, что Сяо Синчэнь ясно чувствовал его и мог ступать по тропе, заботясь лишь о том, чтобы не споткнуться, а не направлении. — Разве не сложно продолжать идти этой дорогой? Почему бы не осесть где-нибудь? Доверие сложная вещь, но Вэй Ину он верил подсознательно, не ожидая от него подвоха или ловушки. В конце концов, зачем иначе ему было бы спасать жизнь? В вопросах не было желания задеть, только ничем не скованное любопытство. Это Сяо Синчэнь понимал четко, за время своих странствий научившись распознавать яд в чужих словах. — Да, — заклинатель мимолетно улыбнулся, не сбавляя шага и не поворачивая голову в сторону собеседника. — Я не могу остановиться тогда, когда силы идти еще есть. Лучше один день быть человеком, чем тысячу дней быть тенью. Так говорила наставница, когда обучала меня. — И правда, — Вэй Ин ушел вперед, обгоняя своего спутника на несколько шагов, — мудрые слова. И где такому учат, Сяо Синчэнь? — выделив имя, он фыркнул, останавливаясь, чтобы дождаться заклинателя. — Моя наставница — Баошань саньжэнь, — едва не задев застывшего на месте Вэй Ина, Сяо Синчэнь так же остановился, удивляясь наступившему молчанию. — Что-то случилось? — Да! То есть нет, — Вэй Ин наконец отмер, неосознанно касаясь кончиками пальцев Чэньцин в попытке успокоиться и с трудом удерживая охватившее его нетерпение, которое требовало немедленно задать множество вопросов. — Ты сказал Баошань саньжэнь, значит ли это, что ты знал Цансэ саньжэнь? Она… — он замолчал, прикрывая на мгновение глаза, — моя мать. — Мне жаль. Я действительно её ученик, но пришел к ней довольно поздно, — Сяо Синчэнь старался говорить мягче, подбирая слова и воскрешая в памяти образ наставницы. — Я знаю только, что Цансэ саньжэнь была ученицей, которой учитель гордилась. Но сам я её никогда не видел, — он опустил голову в знак сожаления. — Наставница часто говорила, что более непоседливой ученицы у неё никогда не было. — Ясно, — Вэй Ин кивнул, принимая слова своего спутника, радуясь даже тем крохам, которые он дал. — Да, это похоже на правду. Из того, что я помню, — на пару мгновений мысленно вернувшись в далекое прошлое, когда родители еще были живы, он рассмеялся, вспоминая теплую ладонь матери у себя на макушке и её ласковое «А-Ин». Большего в памяти не осталось за давностью лет. — Мы примерно одного возраста, но если подумать и посчитать, то ты мой шишу? Сяо Синчэнь позволил себе улыбнуться. Просто слово, констатация факта, но он рад встретить кого-то, кто тоже связан с Баошань саньжэнь. Пускай зыбко, и пусть за этой связью нет ничего, кроме воспоминаний о счастливых временах, заклинатель все равно будет это ценить. — Наставница часто вспоминала Цансэ саньжэнь. Думаю, если бы ваши пути пересеклись, она была бы рада встрече. — Это было бы здорово. В любом случае, я рад, что мы встретились, шишу, — последнее слово Вэй Ин произнес иначе, словно пробуя его на вкус и понимая, что оно ему нравится. Мимоходом коснувшись плеча Сяо Синчэня, он пошел вперед, следуя дальше по тропе. * * * — Подожди, — Вэй Ин нахмурился, вытаскивая из-за пояса флейту, — дай мне секунду. Тут что-то не так. С десяток мертвецов толпились в одном месте, стеная и протягивая руки куда-то в сторону скал, будто пытаясь до чего-то добраться. Мелодия флейты нарушила тишину как раз тогда, когда лютые мертвецы заметили живых, отвлекаясь от своего занятия. Нехотя подчиняясь тьме, следующей за каждой нотой, они отступали, уходили прочь от того, что их привлекло. Чувствовать потоки темной энергии, обступающей со всех сторон, но не пытающейся причинить вред, для Сяо Синчэня было странно. И только вера в действия Вэй Усяня не позволила обнажить меч. Семеро впереди. Двое на скале. — Всё, идем. Мелодия оборвалась так же внезапно, как и началась. Вэй Ин, не теряя времени, пошел туда, где совсем недавно были мертвецы. — Странно, — заметив, что заклинатель стоит рядом, он обернулся, растерянно оглядывая кустарники, — тут ведь ничего нет. То есть совсем ничего. Что их привлекло? — Пахнет кровью, — для Луаньцзан запах старой крови, давно пропитавшей эти земли, не был чем-то необычным. Это Сяо Синчэнь понял еще когда только пришел к горе. Но сейчас в воздухе стоял не отдающий землей и гнилью смрад. Нет, это был запах недавно пролитой крови, оттого более резкий, буквально забивающийся в нос. — Там. Сам того не видя, Сяо Синчэнь указал на тоненький, почти незаметный под тенью деревьев, багровый ручеек, стекающей по скалам вплоть до самых кустов, теряясь в них. Подняв голову вверх, Вэй Ин заметил откуда течет кровь. Растерзанное тело застряло среди камней. Мужчина был изуродован, и даже на расстоянии несложно было заметить, как кожа неровными лоскутами расходилась на руках и груди. Словно кто-то активно её терзал, голыми руками выдирая куски плоти. Неприятное зрелище, даже для того, кто привык к куда более ужасающим трупам за время войны. Осторожно приблизившись, Вэй Ин понял, почему тело не долетело до земли. Неустойчивая каменная насыпь удерживала крупный булыжник, на котором и лежал мертвец, не давая ему дальше скользить. Вся конструкция держалась на паре камней, упирающихся в скалу. Руками тут не справиться, а забраться не выйдет — скала отвесная. Можно было бы подлететь на мече, но ни один из них сейчас на это не способен. Больше мороки, чем пользы. — Сможешь помочь? — дождавшись согласного кивка, Вэй Ин вернулся к Сяо Синчэню, — мне нужно, чтобы ты выбил пару мелких камней. Думаю, они крепко засели, но меч должен справиться, — взяв чужую руку в свою, он направил её в сторону камней, — прямо там. Обнажив Шуанхуа, Сяо Синчэнь отправил его в указанном направлении. — Поправь меня, если я промахнусь. Лезвие вошло в землю рядом с целью, из-за удара насыпь лавиной покатилась вниз. Один из камней, служащий опорой, выпал, позволяя булыжнику с громким грохотом упасть в кусты вместе с телом. — Я это представлял не совсем так, но тоже неплохо, — Вэй Ин озадаченно хмыкнул, наблюдая за действом. Перевернув труп на спину, он присел рядом, внимательно осматривая его раны. Мужчину определенно терзали мертвецы. Но почему? Обычно они равнодушны к тому, в ком больше не теплится жизнь. Зачем им понадобилось уродовать тело? — Нашел что-то? — опустившись с другой стороны, Сяо Синчэнь обхватил запястье мертвеца, прощупывая возможный пульс. Тишина. Только мертвенный холод. Впрочем, было бы глупо ожидать иного. — Да, возьми, — Вэй Ин передал своему спутнику талисман, который недавно был прикреплен к внутренней стороне рубахи мужчины. — Чувствуешь что-нибудь? — Смутно, это похоже на защитный талисман. Только какой-то искаженный? — Он привлекает нечисть. Влечет, как мотыльков пламя, — продолжая осматривать рваную плоть, Вэй Ин нахмурился, — я создал его, такой талисман не купишь на рынке. Откуда он тут взялся? Это объясняет, почему мертвецы так хотели достать тело. Но не объясняет, почему талисман вообще тут оказался. Те, что были в надзорных пунктах Вэней, давно должны были выгореть, а новых он не рисовал. Война окончилась, и в прежней жестокости больше не было смысла. Кто вообще мог о них прознать? Вряд ли Лань Чжань и Цзян Чэн стали бы распространяться о том, как исказить повсеместно используемый талисман, предназначенный для защиты, а не убийства. — Он холодный, — осторожно, стараясь не задеть ничего лишнего, Сяо Синчэнь попытался согнуть руку, проверяя подвижность мышц, — тело закоченело, но не разложилось. Думаю, он тут уже несколько дней, — ощупывая пальцами неестественно повернутую шею и подбородок, он замер. — Что это? — нащупав ровную линию разреза и рубцы старого шрама, идущего от горла до губ, заклинатель поднял голову в сторону Вэй Ина. — Похоже на то, что его полоснули мечом. Кажется, наши мертвые друзья далеко не основная причина его гибели, — дернув голову мертвеца вверх так, чтобы открыть взгляду шею, Вэй Ин поморщился от хруста сместившихся позвонков. — Этому парню крупно досталось. Но тот шрам, что повыше, не выглядит свежим, я бы сказал даже наоборот, — перестав вертеть мертвеца, он отряхнул руки, задумчиво глядя на талисман, — ты говорил, что про пропавших тебе рассказали в деревне? — дождавшись, когда Сяо Синчэнь обратит на него внимание, он продолжил, — сможешь вспомнить, кто именно это был? — Думаю да. Придется поискать, но торговцы редко меняют место, — отступив от тела, заклинатель поднялся на ноги, — ты что-то понял? — Нет, но хочу исключить самые очевидные варианты. Да и насчет того, откуда взялся талисман было бы неплохо узнать. Сомневаюсь, что он сам на себя его нацепил, — кивнув в сторону убитого, Вэй Ин фыркнул, — но кто знает. — Деревня в нескольких часах отсюда, быстро обернуться не выйдет. — Не страшно. Мне необходима передышка, — окинув быстрым взглядом яркое светило, медленно клонящееся к горизонту, Вэй Ин устало выдохнул. Ему и правда стоит отвлечься, может эта прогулка поможет собраться с мыслями и поймать, наконец, ускользающую от него мысль насчет Вэнь Нина. — К вечеру доберемся, а с утра пройдемся в поисках твоего торговца. Кивнув в ответ, Сяо Синчэнь удобней перехватил ножны меча. — Нужно его упокоить. — Бесполезно, — покачав головой, Вэй Ин печально улыбнулся, — скорее всего, душу этого человека уже разорвали на части. Но похоронить его и правда стоит. Копать могилу в подобном месте, все равно, что оставить вовсе без погребения. Гора не отпустит то, что к ней попало. А значит, остается только один вариант. Вытащив один из талисманов, спрятанных в рукавах ханьфу, Сяо Синчэнь активировал его, позволяя огню поглотить то, что осталось от мужчины. — Идем, не стоит терять время. Большего мы сделать все равно не сможем. Взяв за локоть застывшего заклинателя, Вэй Ин настойчиво потянул его на себя. Уводя дальше от жара пламени, в котором сгорала пустая, израненная оболочка.