Мульти сделка

Вернёмся в настоящее. Хоррора и Даста вернули в Дримтейл.

Pov author

      Напарники престали перед гигантским замком с некоторым трепетом внутри. Аура босса всегда сказывалась на них не лучшим образом — становилось грустно, начинали навязываться ошибки прошлого, плохие воспоминания принимались пожирать их изнутри. И пусть они начали привыкать к «биополю» Найтмера, легче от этого не становилось. Возвращаться в это море негатива совсем не хотелось, поэтому они медлили.       На самом деле, присутствие Найтмера сложно заметить по его ауре. Монстрам и людям, которым к несчастью удалось попасть под её влияние, абсолютно естественно становится тяжко на душе, как это бывает с ними очень часто. Понять, что Кошмар рядом, можно лишь осознавая тот факт, что повода для грусти нет, а она назойливо не хочет отступать. Хотя даже с этим фактом такие депрессивные персоны, как участники банды Бед Гайсов, тащущие на спине огромный метафорический мешок грехов, могут ощущать приливы нескончаемой необоснованной печали и без участия босса.       Единственный, кто удачно прячется от ауры Бога Негатива, это, очевидно, Киллер. В большей мере он не боится своего начальника, поэтому игнорирует его недовольство и всё такое прочее. Пример его бесстрашия Даст и Хоррор могли наблюдать недавно — после того, как они услышали громкий грохот в тот злосчастный вечер и лицезрели окровавленное тело Киллера, который с довольным лицом пробежал мимо, как ни в чём небывало.       С самовнушением, а так же с предвкушением херового самочувствия, у знакомых нам двух скелетов всё было нормально. Приближаясь к гигантскому зданию, они уже ощущали, как на душе кошки скребутся, недовольно шагая в сторону дворца.       — Пиздец, в той вселенной хоть и было «не сахар», но даже там будто по приятнее, чем здесь, — сделал заключение скелетоподобный монстр в капюшоне.       — Ну уж нет. Ты проспал у меня на плече всё то дерьмо, через которое я прошёл. Эта морозилка ужасное местечко. Надеюсь, никогда не вернусь в подобное место, — поторопился оспорить ближнего дырявоголовый. — Но за те тёплые времена в лаборатории я бы душу продал. Не особо хотелось, чтобы они заканчивались… — дополнил он.       — Времяпровождение со мной ты называешь тёплыми временами? — из-под капюшона показались подтрунивающие глаза.       Хоррор засиял малиновым цветом, но чтобы хоть как-то это скрыть посмотрел в противоположную от приятеля сторону. Пусть Ужастик и понимал, что от этих глаз подобное не скроется никогда, попытки всё ещё не оставлял.       — Почему бы и нет, нам же было хорошо вместе? — немножко нервно спросил одноглазый, но почему-то не услышал ответа.       Он непонимающе посмотрел на Даста, который быстро перевёл тему, уже заинтересовано смотря на большие ворота — вход в здание.       — Давай пойдём и нормально перекусим. Мне надоело лапшой питаться.       Пыльный лениво вытащил руку из кармана и расслабленно, с глухим хлопком положил её на плечо старшего. В мгновение ока они оказались в кухне. Дырявоголовый из-за Андайн лишился способности перемещаться в пространстве, и за последующие 8 лет голода в его вселенной успел подзабыть, какого это пользоваться короткими путями. Но частая работа с Дастом, который на своих двух пять метров еле осиливал, успел отвыкнуть от бега и даже ходьбы.       Они уже успели привыкнуть к светлым тонам лаборатории в ледяной вселенной. Здесь о чём-то светлом и речи идти не могло. Мрачные стены замка веяли чем-то недоброжелательным и зловещим, что сказывалось на ощущениях обоих.       — Я от той морозилки не отошёл, раз по моим косточкам холодок пробегает, или это всё вина грёбанного Кошмарного Замка? — поёжившись, риторически спросил Даст.       Хоррор, проигнорировав нытьё ближнего, уже прильнул к шкафчику, в котором, как правило, обычно еда на долго не задерживалась, но сейчас, скорее всего, большая часть пищи могла затухнуть, пока они были хер знает где с неделю. Конечно, Киллер должен был чем-то питаться, но в одиночку он всё это не осилил бы.       — Есть вероятность, что часть уже успела испортиться, — предположил Хоррор, распахнув шкафчик.       В нос ударил характерный запах залежавшейся еды, срок годности которой уже истёк. (Арт к этому моменту: https://t.me/bobikcomic/232 ) Старшего смутило это, конечно, в голову сразу ударили неприятные воспоминания, но больше его потревожило то, что еда была не тронута. Она осталась точно такой же, в том же положении, как Хоррор оставил её перед тем, как Найт отправил их на задание в ту грёбанную морозилку. Киллер ничего не ел? Найтмер, весь из себя перфекционист, не менял запасы, срок которых истёк? И не добавлял ничего нового для подчинённых?       — Даст, здесь всё лежит на тех же местах, что и неделю назад…       Сначала Пыльный не понял, в чём собственно проблема, а после задумался.       — Думаешь, Найтмер прознал о проделках Киллера и убил его?       — Перед тем, как мы разошлись, в день, когда виделись в последний раз, Киллер сказал, что собирается идти к боссу. Он ушёл к нему, и через некоторое время нас переместили в ту чёртову вселенную. Вдруг после разговора с Найтмером, он не возвращался, раз всё стоит на своих местах?       — Да не, херня, Найтмер уже наказал его. Ты не помнишь, сколько крови на нем было? — возник оппонент Хоррора, но внезапно он изменил своё мнение. — Твою мать, а что если он не стал нас забирать из той вселенной, потому что принял нас за соучастников Киллера. Мы ведь покрыли его проделки, ничего не рассказав боссу. Может, он всё это время наблюдал за нами? Это реально было наказанием для нас троих?       Они нервно переглянулись. Это звучало до боли логично. Всё сходилось.       — Значит, если босс вернётся сюда, есть высокая вероятность, что он нас собственноручно прикончит, — говорящий нервно почесал свою дыру в черепе.       Души обоих ускорили частоту биения. Их, скорее всего, быстро убьют в скором времени. Даже если они не попадутся под горячую руку босса, то будут долго умирать от голода. И было совсем не понятно, что из этого хуже.       — Так, нам нельзя паниковать, иначе он найдёт нас быстрее. Нам нужно снова испытывать позитивные чувства, чтобы Дрим забрал нас отсюда.       — С чего ты взял, что он нас заберёт? Нахрен мы ему нужны? Да и какие позитивные чувства, блять, Киллер, скорее всего, мёртв… — Хоррор напряжённо прикрыл своё взволнованное, и даже траурное лицо ладонью.       Даст нервно поднялся, торопливо подходя к напарнику. Он взял его за скулы обеими руками, от чего Хорр невольно открыл своё лицо.       — Не паникуй, если не хочешь, чтобы он пришёл, — протянул Шизофреник, заключая напарника в поцелуй, лишь бы отвлечь их обоих поскорее.       Найтмер очень быстро реагирует на негативные эмоции. Притягивать к себе их потенциального убийцу ну вообще никак не хотелось. Они хоть и психи, но не настолько. Хоррор хотел отстраниться, ведь настроения подобным заниматься не было. Горькое осознание того, что их друг вероятно убит, заставляло его тонуть в печали и сожалении. Но он прекрасно понимал, что отвлечься просто необходимо. Сейчас испытывать негативные эмоции никак нельзя, поэтому он поддался, открыв рот и пропустив пассию. Обычно удовольствие такого типа упускать совсем не хочется, но сейчас он горько принимал ласки, стараясь игнорировать свои мысли. Ужастик очень сильно пытался переключаться на поцелуи. Происходящее обволакивало его душу скользкой неприязнью от наплывающего сожаления. Ведь если бы он тогда запретил ему соваться в тот чёртов зал, если бы он не позволил ему заниматься своими глупыми шалостями…       Пыльный сразу ощутил отстраненность его партнёра. Накатывало понимание того, что его пассия находится далеко не на стадии принятия. Он грубо обхватил его язык, активно посасывая. Ласки срабатывали с натяжкой. Ком в горле мешал Хоррору сосредоточиться, поэтому Даст взял инициативу в свои руки… Буквально. Его левая и правая нырнули под футболку Дырявоголового.        — Соберись, твою мать, — с нетерпением прошипел младший сразу же, как отстранился. — Ты что, хочешь, чтобы Кошмар пришёл? Внимание на меня, — он грубо оттянул его череп, схватившись за его трещину, чтобы их взгляды встретились.       Ужас проглотил ком сожалений и самообвинений, действительно переключаясь на возлюбленного, отвечая на поцелуй. Сначала приходилось заставлять себя, действуя чуть ли не против воли, но через несколько мгновений, отключив назойливые мысли и растаяв в руках напарника, он даже включился, заняв активную позицию. Душа беспокойно билась сначала от переживания, а теперь от налившего возбуждения.       Задачей Даста было успокоить его. И в большей степени он начал с этим справляться. Добившись нужного эффекта, он отстранился, но не ушёл далеко, точнее вообще не ушёл, всё еще прижимаясь торсом к торсу партнёра.       — Не переживай за него, — чарующим, томным голосом протянул Дасттейл Санс, заставляя тяжело дышащего напарника послушно впитывать всё сказанное, как губка. — Ты знаешь, этот придурок делал всё возможное, чтобы сдохнуть. Мы оба пытались отговорить его. Он не послушал, за что и поплатился.       Хоррор положил до этого прижатую к груди руку на плечо воздыхателя, заставляя себя успокоиться.       — Ты прав, но… чёрт возьми, мы год вместе отработали, а ты даже больше, как ты можешь так холодно к этому относиться…       Даст грубо отстранился, отходя в сторону, очень строго схмурив лицо.       — Какого хера ты осуждаешь меня? И какого хера ты позволяешь себе думать, что мне насрать на Киллера? Я видел, как мои родные сотни раз умирают, а с ними я прожил не блядский год, а всю свою жизнь. Я не могу реагировать на подобное иначе. Я привык к смертям, — его глаза загорелись не предвещающим ничего хорошего фиолетовым — он явно был обижен и оскорблён услышанным.       — Извини, я… не это имел ввиду… Ты прав… — тихо отозвался в ответ второй. — Я не… не хотел задеть за живое… Не подумал, прости…       Даст хотел огрызнуться и нагрубить, и в иной ситуации он обязательно бы сделал это, но сейчас им нужны позитивные чувства, или хотя бы избавление от негатива путём отвлечения от херовых мыслей, чтобы не привлекать к себе внимание Найтмера. Они оба это понимали, поэтому лишь продолжили начатое, игнорируя навязчивые мысли.       Их уста снова слились, превращаясь в очередной поцелуй. Хоррор целовал его активнее, чем ранее, будто бы пытаясь загладить этим свою вину. Горячие, скользкие языки касались, переплетались, образуя некий жаркий танец.       Даст агрессивно надавил ему на грудь, в несколько шагов достигая стены. Хоррор оказался зажатым в угол, но в данной ситуации эта позиция не являлась ничем плохим. Младший вдруг опустился ниже, проведя языком по шее Ужаса. Последний, не ожидав ничего подобного, шумно ахнул. Ему так и хотелось остановить напористого напарника, который, кажется, забыл, где находится, но в то же время… и не хотелось.       Последний отодвинул голову в сторону, пропуская его, и тем самым подставляя для поцелуев большую часть шеи, но он протестующе надавил на грудь супиранта, смущённо отводя взгляд. Эти действия были проигнорированы. Даст завёлся, желая закончить начатое, или, хотя бы, хорошо его растянуть, и, если честно, Хоррор тоже, но магия второго была капризной из-за королевы Андик, а потому ему было сложнее поддаваться возбуждению. Да и вообще, место, ситуация, происходящее, всё давило на него, мешая сосредоточиться. Уровень резни, очки пыток, умирающая мораль, которыми обладал Даст, совершенно не давали ему поводов для беспокойства. Он был намного хладнокровнее Хоррора, а потому мог продолжать с чистой совестью, чем, собственно, и занимался.       — Сука, — возбуждённо выругался старший сквозь обжигающие вздохи и удачно сдержанные стоны.       Как бы ему не хотелось продолжать, он всё же мягко отпихнул обеими рукам своего преследователя, не отпуская его плечи, точно так же, как Даст не отпускал его тазовые кости. Да, руки этого пошляка продолжали гулять под одеждой, пока не оказались в шортах пылающего малиновым цветом скелета.       Пыльный игриво поддался на робкое действие Хоррора, вызывающе не спуская с его глаз взгляда, но не на долго. Он не хотел отстраняться, и его палец демонстративно проник в одно из крестцовых отверстий пассии, а глаза пытливо прожигали его лицо, не на секунду не отвлекаясь, на что Ужас лишь судорожно вздохнул.       Даст снова вожделенно прильнул к желанному рту, снова и снова покрывая его лёгкими поцелуями. Всё это было в разы активнее и страстнее, чем в момент их первого поцелуя, а он, знаете ли, тоже не хромал.       — Эй… Давай… посмотрим… В его комнате, — с прерываниями от бесконечно осыпающих его поцелуев проговорил этот неугомонный противник происходящего.       Шизофреник лишь закатил глаза, в последний раз проводя по поясничному отделу позвоночника симпатичной ему персоны и, наконец, отстранился.       — И что мы там увидим? — недовольно, но терпеливо протянул Даст.       — Ну, если повезёт, его… Вдруг он просто снова лишился чувств, в том числе и чувства голода, и просто забыл поесть?       Даст вздохнул, и, взяв того за руку, снова телепортировал их, но в этот раз к комнате нужного им персонажа. Ветровка осыпалась складками, когда младший вознес руку, которая недавно лежала на плече приятеля, лишь бы не тревожить вторую, покоившуюся в тёплом кармане, и очень громко постучал в дверь. Удобно быть скелетом, даже не смотря на дикое возбуждение, ни естественной смазки, ни стояка без желания самого скелета «без спросу» не образовывалось. Это избавляло от многих неловкостей.       Помимо стука, который и создал Пыль, больше никаких звуков не послышалось.       — Открывай, долбоёб! Разговор есть, — не оставлял попытки достучаться до коллеги Пылька.       Но в ответ тишина. Предположение о том, что Киллера скорее всего убили, подтверждалось с каждой последующей секундой.       — Спит? — аккуратно предположил Дырявоголовый, как бы успокаивая себя.       Шизофреник подёргал дверную ручку, она поддалась. Препятствие в виде двери было оставлено позади.       — Это ещё че за… — послышалось от скелета в капюшоне.       Хоррор проследовал за его взглядом и, как только оглядел предмет, удививший младшего, пронзительно засмеялся.       На полу была нарисована кривая пентаграмма, свечи расставленные вокруг неё, как надо, а посередине стояла фотография Даста в аккуратной рамке.       — Блять, этот идиот прикалывается над нами. Он где-то прячется, а ты переживаешь. Ну и хуй на него. Пойдём уже, — Даст оскорблённый тем, что из-за третьего участника их команды были прерваны его ласки с пассией, так ещё и вот так необоснованно, пошагал на выход.       Радость от того, что этот идиот, вероятно, просто их разыгрывает, заставила Хоррора разразиться длительным не скончаемым смехом.       — Ты глянь, как с рисунком постарался, эй!.. — крикнул он в след уходящему.       Хоть Пыльный и был оскорблён, внутри он радовался вместе с Хоррором.       — Выходи, давай, было забавно! Киллер, прекращай эту хуйню! — крикнул скелет из-под своего капюшона куда-то вглубь замка.       Хоррор обратил внимание на случайно замеченную книгу на тумбочке, открытой на странице, на которой была изображена точно такая же (ну, по равнее, конечно) звезда. Он оглянул страницу, быстро пробегая по тексту глазами… Какое-то заклинание?       — Даст, мне кажется, Киллер что-то натворил…       — «Да, лишил меня секса», — промелькнула мысль в голове второго, но он решил её не озвучивать. — О чём ты? Он всегда что-то творит, — продолжил он, но уже вслух.       — Блять, а может босс и его тоже выкинул в другое АУ, по какой-то причине не забрал, как и нас?       Это предположение слегка успокоило Хоррора, потому что это давало надежду на предполагаемую сохранность их коллеги, но и заставляло переживать с новой силой. Вдруг его задание окажется в разы сложнее, чем их леденящее путешествие в морозной вселенной? Он осмотрел книженцию ещё раз, и сунул её в подмышку.       — Или где-то прячется, — фыркнул Пыль.       — Ладно, забей. Что теперь? Трахаться бесконечно, пока Найтмер сам не вернётся? — иронично протянул Хоррор, стирая с щеки отпечаток сказанного — румянец.       — Если вернётся, — поправил его Пыль. — И идея мне нравится, — бесстыдно усмехнулся он.       Ужастик прыснул смешком, хоть это больше было похоже на вздох, закатив единственный зрачок.       — Может с ними что-то случилось на задании… — продолжал паниковать Кровь. — А ещё у нас нет еды… — он осёкся, исправив сам себя. — ну, нормальной. Я не хочу снова поедать тухлятину.       Хоррор прибился к спине Даста, устало положив на его плечо отяжелевшую от переживаний голову.       — Может, может… — не понятно, поддерживающе, или поддразнивающе отозвался младший.       (Стоп? Младший? Они ведь одна и та же персона, да-да. Не будем забывать, что Даст и Киллер проходили через кучу сбросов, а Хоррор не переживал не одного. После того, как короля в Хоррортейле убили и игрок убрался восвояси, местный Санс и его родимое подземелье погрузилось в голод на восемь лет, если опираться на канон. Морально, может быть, возраст у них не отличается, но физически должен.)       Даст лениво поднял руку, аккуратненько терзая кончиками пальцев трещену на голове его напарника, доверенную только ему одному. Последний довольно прикрыл глаза, потеревшись о капюшон партнёра скулой.       — Я не знаю, что теперь. Пойдём поспим. Мысль о том, что Найтмер зол на нас вызывает у меня тремор. Хочу забыться. Да и вообще, прибавка нескольких очков здоровья лишней не будет.       — Очередная попытка затащить меня в койку? — язвительно усмехнулся Дырявоголовый.       — Не-а, это ты меня туда потащишь. Я совсем не помню, как ты меня нёс. Давай навёрстывать.       Кратко усмехнувшись, более физически укреплённый скелет подхватил пассию на спину, Дасту даже не пришлось ничего делать, ведь первый был достаточно силён, чтобы поднять его самостоятельно. Всё же перегонки с людьми в Хоррортейле оказались полезными ещё и в укреплении выносливости и силы, не только в наполнении желудка. Книга, которую недавно держал Дырявоголовый, оказалась в руках его приятеля, свои же ладони он быстро оплёл вокруг бёдер Пыльки, уже шагая в сторону своей комнаты.       — Тебе там ничего не упирается? — засмеялся Даст, но быстро сменил тон голоса. — Ничего я не мерзкий, Папирус.       Хоррор лишь оптимистично вздохнул в ответ на его странности — привык.

***

      — Сутки… Блядские… Сутки… — шипел сквозь зубы Даст, сидя на краю недавно присвоенной себе кровати Хоррора, прикрывая своё лицо руками.       Он поставил локти на колени, облокотив тяжёлую от стресса голову на ладони.        Да, от Найтмера и Киллера ни звука, ни духа ещё одни сутки. Как сквозь землю провалились. Оба присутствующих скелета перестали скрывать негативные эмоции, прекрасно осознавая, что Найтмеру, если он вообще жив, сейчас не до них. Сначала они нервно ожидали своей кончины от руки босса, а теперь они скучающе пялились в никуда, не зная, что теперь делать.       От переживаний и не хватки пищи в организме, эти двое долго мучались, не имея сил побороть бессонницу. Теперь у обоих под глазами образовались мешки.       — Я не хочу сдохнуть от голода, — в очередной раз напомнил Дырявоголовый, у которого пуще прежнего болела голова, ведь он не выбирался из напряжения уже много-много долгих часов, но внезапно он просветлел. — Ты помнишь? — спросил он, хлопнув поникшего напарника по спине. — Дрим должен придти сюда в скором времени, но если мы не будем испытывать положительных чувств, он не сможет этого сделать. Взбодрись.       — И как мне это сделать? Ты видишь здесь хоть что-то радостное? — фыркнул в ответ Разноглазый.       — Конец Кошмарной монархии. Помнишь, как нам было хорошо вместе? Если Дрим заберёт нас, под его защитой от Найта мы сможем хорошо устроиться и начать совместную, спокойную жизнь.       — Сам веришь в то, что ты несёшь? — рыкнул Даст, перечеркнув энтузиазм Ужаса. — О какой радостной и спокойной жизни у нас может быть речь? Мы никогда не повернём время вспять. У меня всё так же прах родных на теле, а у тебя всё так же гниёт вселенная изнутри. И ты тоже. Даже если мы захотим счастливо зажить, то никогда не сможем.       Хоррор прикусил язык, очень оскорблённо схмурившись.       — Я понимаю, что ты весь на нервах от происходящего, но это не повод мне грубить, особенно в момент, когда я открываюсь тебе в чувствах, — обиженно буркнул Пробитоголовый, быстрым строгим взглядом смерив Шизоида.       Последний, в свою очередь, никак не отреагировал, ни на секунду не меняя положение.       — Да понял я, помолчи, хоть на блядский миг! Я знаю, твою мать, надоел, — крикнул собеседник, и Хорр изначально подумал, что это относилось к нему, успев испугаться, но нет, адресат — обострившаяся галлюцинация его парня. — Извини, Папс… — опечаленно прохрипел Пыльный после своей несдержанной грубости. — То есть ты предлагаешь нам предать босса? — он вернулся к большому алому зрачку, наконец, открыв лицо.       — Было бы кого предавать, он исчез. Мы просто встанем на сторону Дрима… на время, — дополнил он, понимая, что Даст против их близости в подобном плане, он тяжко вздохнул и продолжил. — Просто чтобы не сдохнуть от голода, чёрт возьми.       — Боссу потом это будешь объяснять, значит. Ну, в надежде, что он не прировняет нас к Кроссу.       Обстановка была хуже некуда, настроение Даста, судя по его поведению, в глубокой заднице, а из-за этого расстраивался и Хоррор.       — Ну и отлично, если ты не можешь обрести положительные чувства в моём присутствии из-за праха на руках, не буду тебе мешать.       Сказав это, Кровь поднялся с кровати, подбирая неряшливо скинутую на пол куртку.       — И куда ты пойдёшь? Пускать слюни на тухлятину?       — Пытаться снова ощутить хорошие эмоции, уверен, вдали от тебя, мудила, у меня получится лучше, — с рыком выдал Хоррор, натягивая на привычное место свою верхнюю одежду.       Даст не отреагировал, лишь тихо хмыкнув что-то невнятное себе под носовое отверстие. Он обхватил свой шарф, не понятно с какой целью сильнее стягивая его на своей шее.       Ужасу совсем не хотелось ссориться в этот и без того тяжелый момент. Друг без друга они совсем не справятся. Но Шизофреник ясно дал понять, что ему эта совместная счастливая жизнь не сдалась, а потому, сжимая кулаки, и в них же свои негативные ощущения после этого разговора, Хоррор вышел из комнаты. Далеко он не уходил, буквально отошёл на пару метров, чтобы подышать и освежиться. Мужчина потряс своими руками из стороны в сторону, покачался немножко, и, поймав себя на том, что нервный срыв не за горами, а уже перед его лицом, и он даже почувствовал его запах, вобрав его полной грудью, и через мгновение ворвался обратно в комнату, набрасываясь на своего идиота.       Он схватил его за шиворот, жестко придавив к кровати, надавливая руками на его шею, а коленом на грудь. Он не намеривался его придушить, естественно. Намерением Блада было лишь обездвижить возлюбленного.       — Да я прекрасно понимаю, что ты очень хочешь этого, просто ты дегенерат, который винит себя в смерти близких. Ты не хочешь отношений платонического типа, потому что не хочешь привязываться. Но ты уже допустил эту фатальную ошибку, влюбившись в меня. Пусть ты не хочешь признавать этого, кусок дерьма, но от правды не убежишь! — на последнем слове Ужас рыкнул.       Пыльный нещадно оцарапал его скулу своими острыми костяшками и, поймав момент, когда старший отвлёкся на это, извернувшись, упёрся ступнёй в его грудь, сбрасывая с себя.       — Да пошёл ты, — оскалился в ответ Шизоид, смяв свой любимый шарф.       Все в команде знали о том, как быстро у Хоррор!Санса меняется настроение из-за его травмы. Он бывал очень внезапно вспыльчивый без какого-либо основания, но здесь основание было и ещё какое. Любовь Ужаса обесценили, причём, не из-за того, что она была безответной, отнюдь нет — из-за того что Даст был травмирован не меньше своего напарника. Но душевно, а не физически.       Лицо Дырявоголового раскраснелось от злости и обиды, он оторвался от пола, на который любезно был усажен своим долбанутым возлюбленным, в два шага достигнув приготовившегося для магической атаки скелета, но не начал размахивать кулаками. Он очень недовольно смерил его взглядом, и, может быть, если бы ещё несколько секунд смотрел в наглое лицо, точно бы его начистил, но ему помешали.       Под ними очень беспардонно образовался яркий-яркий портал, в который оба удачно провалились. Знакомая вспышка ослепила их, поэтому, когда они вновь оказались на земле, правда не аккуратно поставленными, а грубо припечатанными к ней, даже распахнув глазницы, они долго ничего не могли увидеть из-за мерцающих вспышек.       — А аккуратнее нельзя? — недовольно просипел от боли в рёбрах Даст после неудачного соприкосновения с землёй, глянув на Дри… — Киллер?!