Мульти сделка

Pov Author

      Даже легкий ветерок умудрялся вызывать большие волны на бесконечных золотых морях из пшеницы. Зелёные деревья были далеко-далеко за горизонтом, настолько, что их совсем не было видно, из-за чего казалось, что кроме этого поля дальше ничего нет. Было ощущение — стоит тебе дойти до конца этого, кажется, бескрайнего блекло-оранжевого полотна, ты провалишься в неизвестность. Линия горизонта почти не выслеживалась из-за заката — небо точно так же как и земля играло жёлтыми красками. Они сливались в одно — словно ширма, только не понятно, от кого она укрывала эту часть мира, и в частности, скелета, одиноко стоящего по среди зернового поля.       Хоррор и Даст телепортировали себя в Фармтейл, но из-за расхождении в мыслях, появились они в разных местах. Стоит явиться любой ассоциации или конкретной вещи в голове — туда монстров, которым подвластна магия телепортации, обычно и переносило. Где он находится Хоррор не знал и знать не хотел. Даст точно так же не торопился к нему наведываться.       Дырявоголовый часто посещал Фармтейл, проводя время с здешним Сансом. Но сейчас ему хотелось побыть одному, успокоиться, прийти в себя. Не хотелось волновать Фарма своей печальной миной.       Когда Хоррор впервые увидел это огромное поле, когда Фермер впервые привёл его сюда, по всем костям прошлась сильная дрожь. Травмированный никогда не видел столько еды в одном месте, вообще, в принципе, золотая земля для него была в новинку. Это место показалось ему самым настоящим богатством, более ценным, чем алмазы и сапфиры. Этим пшеном можно было накормить весь Хоррортейл без исключения.       В какой бы раз он здесь не оказывался, восхищение не обходит его стороной. Это место было волшебнее барьера, удерживающего монстров под землёй. Благодаря вечерней прохладе и ветру, Хоррору очень легко дышалось. Он действительно успокаивался. Умиротворение, царившее в этой вселенной, просто прекрасно.       Люди и монстры здесь живут в мире и процветании. Здесь нет закона «убей или будешь убит». Хоррор обожает это место.       Но безмятежность эта была тяжёлой. После ссоры с Дастом, после звенящего в черепе недосыпа, после пережитых впечатлений, всё, что ему хотелось, это вернуться домой и затихнуть на некоторое время, чтобы никто о нём не слышал, и он ни о ком.       Для того, чтобы исполнить своё желание, нужно найти пищи. А значит, нужно пойти к другу Фермеру.

***

      Даст уже был там. Это место действительно было замечательным, но он совсем не приветствовал это нескончаемое милое времяпровождение Хоррора с Фармом. Слишком уж у них всё спокойно и приятно. Но не смотря на свои не очень приятные чувства, Пыльный ни разу не возникал препятствием между ними и никогда не упрекал Блода в его желании общаться с хорошими личностями. Только вот после небольшого раздора в их отношениях ему совсем не казалась потребность Ужаса в встрече с здешним Сансом обычным желанием поговорить. Их встреча была прямой угрозой для Даста. В общем-то, это главная причина, почему Прах вызвался помогать пассии с добычей еды. И нет, он не ревнует!       Пыльный скрывался за пышными кустарниками малины и смородины. Ягод было очень много — под тяжестью ярких гроздьев ветки почти прилегали к земле. Кажется, здешний Санс слишком ленив, чтобы собрать их для будущего варенья или джема.       Взгляд упорно не сходил с мирно отлынивающей от работы фигуры — Фарм, вальяжно закинув руки за голову, преспокойно дремал на кресле-качалке, пожёвывая соломинку.       Но Даста кое-что волновало. Где Хоррор? Он метался глазами по забитому зеленью огороду, по росткам морковки и лианам из огурцов в теплицах, по саженцам вишни и сливы, но высмотреть знакомый силуэт напарника просто не мог. И как по сигналу он ни свет ни заря бесшумно оказался рядом с фермером. Последний вовсе этого не заметил, даже не шевельнувшись. Ужастику стало жалко будить трудягу, поэтому он, немного постояв над лежачим, отшагнул в сторону, тяжело водрузившись на ступеньки лестницы, ведущей на крыльцо. Послышался неприятно громкий скрип не зафиксированной ступеньки, не обратить на который внимание было тяжело. Хоррор, зажмурив один глаз, стыдливо посмотрел на фермера. Они неловко переглянулись.       — Ты до сих пор не починил лестницу, — заключил Санс с дырой в черепе, на что Фарм лишь усмехнулся.       — Как видишь, — он поднялся с кресла и, сняв свою рабочую красную перчатку, протянул руку Ужастику для крепкого рукопожатия.       Фермерский домик скелебратьев был намного меньше, чем их амбар, что, в общем-то, логично, но его всё ещё нельзя было назвать маленьким. Тяжёлые листвяжные брусья, держащие эту конструкцию, громоздкая крыша и широкое крыльцо ни на грамм не уменьшали уюта жилища.       — Пойдем в дом, налью тебе чай. Он свежий, Азгор буквально вчера принёс нам корзинку листьев золотого цветка со своей плантации, я даже не успел его засушить, — Фарм подтянул к себе Хоррора, помогая встать. — Могу добавить мяту, если хочешь. Ужастик только кивнул — не пробовал мяту, но был не против поэкспериментировать.       Фарму он доверял больше, чем себе. Этот хороший парень был простым и открытым. Его откровенность и не сходящая с лица довольная от жизни улыбка очень даже внушала доверие.       Даст хотел показаться им обоим, чтобы и его пригласили внутрь, ведь сквозь деревянные брёвна скелеты смотреть ещё не научились, но ему очень не хотелось до конца портить день Хоррора. Очевидно, Пыльный будет третьим лишним. Ужас желает отдохнуть от него. Но чёрт возьми, не в присутствии же Фарма! Кости шизофреника сводило от подозрений — совсем не хотелось допускать между ними ничего, что могло бы отнять то, что принадлежит ему.       Ужас даже не оглянулся в поисках Даста. Это вызвало в груди шизофреника ещё большее недовольство, он, оцарапав ствол дерева костяшками, уселся на землю. Мокрый из-за непредвиденной возможности искупаться, расстроенный из-за отсутствия под крылышком своего объекта увлечения и забытый, он оскалился. Сейчас ему приходилось бороться с двумя чувствами — позволить Хоррору выпустить пар и разнести хижину позади к чёртовой матери. Но скелеты, скрывшиеся за толстой дубовой дверью, не услышали скрежета его зубов.       — Давненько тебя не было, — посетовал фермер, снимая вторую перчатку, соломенную шляпу и резиновые сапоги.       — Есть такое, — смущённо кивнул Ужас, стягивая с себя меховую куртку.       Избавившись от ненужных вещей, Хоррор прошёл в уже давно знакомое помещение. Типичный фермерский домик. Крупная деревянная мебель занимала много пространства, при этом не мешая ходьбе. Потолок состоял из тоненьких досок, под которыми свисали очень крупные балки — крепления самой крыши. К ним были привязаны корзинки с всякой всячиной. Вокруг стояли торшеры, кресла, шкафы и тумбы. Здесь царило очень странное сплетение из беспорядка и попыток всё это синхронизировать, причем, довольно похвальных. Оба прошли в кухню. Буфеты доверху забиты глиняной посудой, на стене висят крупные деревянные ложки, скорее, использующиеся как декорации, нежели как часть посуды для приема пищи. На столе лежал выглаженный платок с рюшечками и узорами по краям, придавленный коричневой вазой с полевыми цветами.       — Фриск насобирали, — Фарм указал на пронизанные взглядом красного любопытного зрачка разноцветные цветочки. — С Ториэль приходили вчера вечером, она обещалась принести тыквенный пирог. Возможно, ты очень даже во время.       Вокруг стоял запах чего-то елового, древесного, смешанного с засушенными домашними специями, пучки которых были раскиданы по столешницам и тумбам. Через каких-то парочку минут кипения воды к этим запахам добавился ещё один — свежезаваренного чая.       В стекло небольшого окна стучались не срезанные ветки какого-то дерева. Солнце стремительно падало за горизонт, отчего небо окрасилось в оттенки нежных фиолетово-оранжевых цветов. Чудесная атмосфера. Но даже она не могла заглушить волнение Ужаса.       Он старался вести себя спокойно, но получалось как-то слишком — даже отрешённо. Слова он слышал сквозь пелену моральной усталости. То есть, отдалённо.       — Эй, дружище, — на плечо негодующего упала крупная, пострадавшая от многочисленной работы рука. — Что случилось? — плечо очень медленно огладили. Хоррор с каким-то отчаянием глянул на ладонь с осознанием, что ему очень не хватает ласки. Там, в Хотленде, в той самой злосчастной вселенной, они сидели один на один с Дастом, сокрушая друг друга объятиями и поцелуями, а не гневными репликами в адрес друг друга. Он правда нуждался в этом, но не мог даже намекнуть на это. Некому, да и как это сделать? Видимо, его лицо сказало всё за него — Фарм не убрал руку, а огладил ей плечи друга повторно.       — Ладно, можешь не рассказывать, раз считаешь нужным поступить так, но знай, чтобы с тобой не произошло, не давай этому отягощать тебя. Ты сильный, мы оба это знаем, — Фермер улыбнулся, кивнув на чашку перед носом Хоррора — последний так задумался, что не заметил, как приятель её поставил. — Я добавил мёда вместо сахара, надеюсь, ты не против.       — Нет, спасибо, — Дырявоголовый горько усмехнулся. — Ничего в общем не случилось, я просто не спал сегодня всю ночь.       Фарм оглянул пришельца из другого мира, будто пытаясь уличить того в обмане, хоть по его лицу нельзя этого сказать. Всё тоже безбурное выражение лица, только слегка обеспокоенное.       — О, ясно… — последовал краткий понятливый кивок. — Тогда пойдём, я провожу тебя в спальню, а сам пока наберу тебе урожая. Ты рановато, ещё не сезон, но что уж есть… — он улыбнулся извиняясь.       Работяга был посвящён в происходящее в альтернативной вселенной странника, но лишь в общих чертах. Всех ужасов он не знал, да что там — догадываться о них не мог, но даже с этим условием вызвался быть поставщиком провизии в Хоррортейл за спасибо. Возможно, если бы он только знал о всех грехах, которые совершил Хорр, вряд ли согласился даже смотреть на него, не то, чтобы помогать. Тем не менее, душа у этого монстра была широкая — скорее всего он бы понял, простил и всё равно бы помог.       Исходя из сезонных особенностей еда была донельзя разнообразная, под стать времени года. Лето было самым насыщенным — можно было получить всё что угодно, от ягод, грибов и фруктов, до овощей, круп и мяса. Весной и осенью всё было менее густо, в ход шла в основном рыба, а вот зимой голодающим монстрам перепадали закрутки и всё в этом роде.       Работы у бедняги было не просто невероятно много — объем был ужасающе огромным. Да, этот Санс всё ещё был ленивее здешнего Папируса, но в сравнении с оригинальным Сансом его лень просто не идёт. Даже на одну тысячную долю. Хоррор часто в свободное время приходил сюда, чтобы помочь ему преодолевать трудности с работой. В конце концов, Фарм взял на себя намного больше необходимого труда. Раз в десять, если не больше. Управляться со всем было тяжко. Благо они оба знали, как это важно, а потому не сдавались.       — Хорошо, я только допью чай, — Ужас демонстративно схватился за кружку с толстыми стенками, делая небольшой глоток. — Вкусно.       Из-за летнего зноя было довольно жарко, согревающий чай подливал масло в огонь, но это того стоило. Хорр не пробовал ничего подобного.       Обычно Ужастик начал бы протестовать подобному предложению, мол, как я могу спать, пока ты работаешь. Но сегодня он согласился не раздумывая, что говорило о его упадническом настроении.       — Мак-гугсу моего брата стали намного лучше прежнего, представляешь? — сменил тему Фермер, усевшись на старинный дубовый стул прямо напротив друга, пронзая его томно-расслабленным взглядом. — Думаю, ещё немного, и он станет лучшим мак-джитсу во всем мире. (Арт к этому моменту: https://t.me/bobikcomic/584 )       Фарм много говорил, чтобы разбавить атмосферу, Хоррор в основном слушал, попивая чай из золотого цветка. И напиток, и медлительная речь собеседника действовали на него убаюкивающим способом. По чаще бы проводить время таким образом друг с другом.       Отставив пустую кружку в сторону, Хоррор взглянул на друга. Он хотел что-то сказать, но медлил, подбирая слова. Фермер терпеливо ожидал, когда собеседник соберётся с мыслями.       — Послушай, эм… Мне, как бы, кое-кто вызвался помочь, но он где-то задерживается… — Хорр неловко улыбнулся, ведь ему хотелось сказать, мол, помощи он не просил и эта «личность» откровенно к нему навязалась, увы, приходилось не озвучивать это, незачем такие подробности. — Если в кратце, мне не особо хотелось бы с ним пересекаться. Мне нужно отдохнуть, правда. Не мог бы ты… — просить о подобном было до ужаса тяжело.       Сансы в большинстве своем не любили втягиваться в подобные заварушки, они до боли ленивы и ужасно любят спокойствие. Но это правило отменяется, когда их близкому тяжело на душе. Поэтому, Фарм понял с полу слова. И без выдавленной речи Блода прекрасно видно, что он расстроен.       — Ох уж эти фанаты, иногда они слишком назойливы, да? — Фарм подмигнул и, поймав усмешку Хоррора, продолжил. — Ладно, я посмотрю, что можно сделать.       Скелет, огладив края своей дыры в черепе, благодарно кивнул.       — Пойдём, дружище, — расслабленная распластавшаяся по стулу поза изменилась — Фермер начал нерадиво подниматься, дабы показать Ужастику свою комнату. — Сон это важно, уж я-то знаю.

***

      Только упав на жёсткий матрас, Хоррор почти сразу выключился. Его не отвлекало даже мычание коров где-то вдали и кряканье уток. Атмосфера в этом месте, в этом доме, в этой деревушке, была до боли успокаивающая. А мысли, заставляющие и без того пробитую черепушку трещать по швам тяжким грузом прибивали к хлопковой простыне и набитой гусиными перьями подушке, не позволяя подвигаться. Думы эти были будто бы якорь, который, вцепившись в дно моря, не позволял кораблю сдвинуться с места.       Помимо ругани с Дастом были более глобальные проблемы, угнетающие Хоррора до глубины души. Билл Сайфер. В его руках огромная сила и никто не знает о его намерениях. Есть риск потерять друзей из Хоррортейла, Брата, Фарма с его милой и отзывчивой семьёй… Учитывая то, что Шифр без зазрения совести бесстрашно издевался над Страхом Всей Мультивселенной, неприятно и подумать, с кем они имеют дело. Но на «подумать» у Ужаса не было времени. Он благополучно уснул.       Фермер с грустной улыбкой глянул на вымотанного Азгор весть чем друга, после чего поспешил на выход из комнаты. Санс постарался максимально аккуратно прижать тяжеленную дубовую дверь без щелчка створок — очень уж не хотелось ему тревожить приятеля.       Снова преодолев лестницу, не забывая про перешагивание скрипучей ступеньки, Огородник прильнул к своей обыденной соломенной шляпе и красным резиновым перчаткам. Отдых был неплохим, но пора за работу, снова.       Распахнув входную дверь, зеленоглазый еле-еле сдержал себя, чтобы не вздрогнуть. На него смотрели два очень недружелюбных зрачка, даже обвиняющих в чём-то.       — Вау, у тебя взгляд такой, будто… — Фарма перебили.       — Какой? — вызывающе спросил Пыльный, не сводя с объявившегося перед ним скелета.       Фермер отвёл большие глаза в сторону, словно вычисляя, откуда пришёл этот парень, но быстро вернулся.       — Будто я должен тебе сотку, — он шутливо улыбнулся. — Месяца три…       В глазках Фермера играл не скрытый задор, но вот Пыльного его слова не позабавили.       — Где он? — церемониться Прах явно не собирался.       — Ты про…       — Хоррора.       Скелет поправил свою шляпу, будто бы пытаясь что-то вспомнить.       — Это тот, который в такой же куртке, как у тебя? — вопрос шёл за вопросом. — Только у него нет шарфа, — Даст выжидающе наблюдал за открывающимися устами, всё ещё выжидающе косясь в глаза Работяги. — О, а ещё у него дыра в черепе?       После самого тяжелого вздоха, который только можно слышать, Шизоид ответил.       — Да.       Фарм снова сделал вид, будто пытается что-то вспомнить.       — Не, не знаю такого, — заключив это, Фермер обогнул Даста, не забывая закрыть увесистую дверь.       До угроз, которые встали в горле Пыльного, к счастью, не дошло. Огородник быстро ответил.       — Шучу, он спит. Попросил его не тревожить, — на маньяка был направлен очень выразительный взгляд. — А также он упомянул персону, которая вызвалась помочь. Полагаю, он имел ввиду тебя. Ну что? Готов отдуваться за этого лежебоку? Даст был слегка удивлён. Вместо того, чтобы набирать еду для своих сожителей, Хоррор уснул? На него это совершенно не похоже. Кажется, что-то очень сильно его утомило. Сделать работу за Ужастика — прямой путь к их примирению, Пыль не мог упустить такую возможность. Какой Санс не будет рад, если с него снимут какое-то дельце. Более того, Прах прекрасно понимал, как это важно для его напарника. Поэтому, кратко кивнув, он приблизился к очередному встреченному на своём веку Сансу.       — Вечер, солнце уже начало садиться, но снять верх я тебё всё-таки советую.       — Нет, — рубанул Даст, деликатничать он не планировал тоже.       — Спаришься, — настаивал Фермер, но, не получив никакой реакции, отступил. — Как хочешь, хозяин барин, — его руки поднялись, как бы подтверждая, что он сдался.       — В чём заключается работа? — нетерпеливо спрашивал второй, явно не питая симпатии к своему на какое-то время соработнику.       Ответа не последовало, вместо него Фарм начал шагать вглубь палисадника, пропуская мимо глаз маленький, аккуратный, белый заборчик и клумбы с цветами, зато от взора Даста не укрывалось ничего. Он видел подобные домики когда-то очень давно на поверхности во время какого-то из сбросов. На вылазках Найтмера ему не удавалось встретить такой миленький домик, они пробирались в лишь те места, где очень много людей, то есть, города. Там можно было лицезреть лишь вышки, иногда небоскрёбы и всё в этом роде. В Мегаполисах очень много людей, именно поэтому они становились целью их босса. Там проще всего вызвать массовый негатив.       Цветочки через некоторое время сменились саженцами и росточками будущих продуктов питания. Их было… Кошмарно много.       — Итак, — начал Фарм, но запнулся.       Он метался от грядки к грядке, пытаясь придумать такую работу, чтобы с ней справился самый последний тюфяк, ничего не знающий в том, как вести огородные работы.       — Что такое? Думаешь, я не осилю работу с какими-то растениями? — хмуро спросил Даст, глядя на замешательство «напарника».       — Как тебе сказать, ты ведь новичок, а в этой работе есть свои особенности. Год назад, когда я сказал Хоррору прополоть морковку, он, незнаючи, очистил всю грядку и лишил нас урожая, которого хватило бы на год, — со скорбным вздохом озвучил Фарм — эти воспоминания приносили ему боль.       Даст правда старался держать своё хладнокровие, но слова Фермера вызвали у него красноречивый смешок.       — Ладно, может быть доля забавного в этом есть, — с улыбкой проговорил Работяга. — В любом случае, я пытаюсь найти тебе такое задание, где мне не придётся наблюдать за тобой. У меня много другой работы, понимаешь? Нужно глянуть на выводок цыплят и уток, покормить живьё и всё в этом роде, — он переметнул соломинку с одной части челюсти на другую. — О, придумал. Тебе даже перчатки не понадобятся, пойдём.       Через парочку шагов, огибая реально большое множество аккуратно посаженых растений, они подобрались к алым овощам.       — Любишь кетчуп? — вопрос был в большей степени риторическим, но Пыль всё равно ответил.       — Не особо, то есть, уже давно его не пил.       — Откуда вы вдвоём такие взялись? — покачал головой Огородник, как бы говоря прямо: «Не порядок!».       Комично цокнув, он продолжил говорить почти сразу. Ему нравилось, что он смог завлечь Даста по просьбе Хоррора — казалось, всё будет намного труднее.       — В любом случае, попробуй собрать вот этих малышей, — вокруг было грандиозное количества томатов. — Они не слишком хрупкие, но расплющить их как два пальца… Ну, ты понял. Аккуратнее с ними, в общем, — Фарм опустился на одно колено, не жалея своих штанов в цветочек, и, демонстративно сорвав один, показал Дасту. — Собирай только ярко красные. Зелёные не трогай.

***

      Хоррор проснулся от знакомого томатного запаха. Глаза еле разлепились. Сколько он спал? Настенные часы говорили, что около четырёх часов, в то время как он планировал подремать около часа, чтобы просто отдохнуть. Чёрт, Фарм, кажется, работал в одиночку всё это время.       После сна Ужасу во всех смыслах полегчало, даже не смотря на то, что его сон не выглядел спокойным: простыня выбилась из-под матраса, одеяло на полу, а сам он сполз с подушки почти на середину крупной кровати.       Торопливо, слегка небрежно заправив ложе, Ужас вышел из комнаты, спускаясь вниз. Ноги заплетались спросонья, зевки наполняли пространство, причём, не только его. Фарм тоже уморился после работы, да и время уже десять вечера. На газовой плите стояла внушительных размеров кастрюля, явно больше среднестатистической раза в четыре. Шипение газа, танцы синего огонька, а так же бульканье варева из помидоров захватили внимание Ужаса.       — Пахнет кетчупом, — предположил Ужастик, почувствовав наплыв голода.       — О-хох, не, приятель, до кетчупа нам ещё далеко, это томатная паста. Можно, конечно, сварить кетчуп, но я к этому морально не готов. Специи настаивать придётся… Лишняя морока, но если ты хочешь…       — Нет, не парься, — смущенно помотал головой Хоррор.       — Я решил сделать её для вкусовой добавки к блюдам, ваш Гриллби разберётся, да? — Фарм аккуратно помешивал массу. — Аккуратнее, сильно брызгает. Можешь ошпариться.       Хоррор подошёл ближе, чтобы рассмотреть это по чётче, проигнорировав озабоченный шепелявый из-за «тростинки» в зубах голос. От мыслей про кетчуп и невероятно знакомого запаха в его животе заурчало. Фарм усмехнулся.       — Помнишь, я говорил про пирог? Ты проспал приход Ториэль. Он стоит на столе, отрезай сколько нужно. И дружку своему отнеси, — Фермер отошёл в сторону, чтобы взять крышку от кастрюли, отчего ленточки на его фартуке забавно дёрнулись. — Ты говорил задержать его, но я, кажется, перестарался. Теперь его за уши не оттянешь. Прильнув к буфету, Фарм достал несколько белых в красную клеточку салфеток, протянув Хоррору.       — Завернёшь в них пирог, чтобы рук не пачкать. С тарелками на улице будет не удобно, — он заботливо подал Хоррору кухонный нож. — Приятного.       Конечно, Праху было выгодно вырасти в глазах Хоррора. Но в большей степени ему правда понравилось ухаживать за растениями. Такая не замысловатая, но увлекательная работа весьма успокаивала его. Ужас разделил бы это мнение с ним, если бы мог читать мысли. Помимо сборки помидоров, Пыльный помог и с огурцами, и с морковкой, даже до кукурузы добрался. Всего по немногу. Набиралось лишь то, что он с Хоррором сможет унести. В итоге получилось четыре мешка продовольствия. Отрезав два куска красиво оформленного блюда и обернув их в салфетки, Блод поспешил на выход из дома. Преодолев знакомые кустарники, усыпанные уже закрытыми от мира на ночь бутонами цветов и обрамлённые чёрным металлом фонари, Хорр проследовал в большой огород, выискивая взглядом напарника. Его красный шарф, очень выделяющийся на фоне зелени, нельзя было не заметить даже в медленно накрывающей мир летней поздней тьмы. Даст мирно поливал ростки из лейки.       С глубоким подталкивающим самого себя на контакт вздохом, Ужас прибился к соратнику. Даст до последнего не замечал его, погрузившись в действия с головой. А может быть, в свои мысли.       — Фарм передал, — выдал Хоррор, протягивая кусочек свежеиспечённого пирога, говоря этим, что его инициативы не было и быть не могло.       Шизофреник аккуратно выглянул из-под ткани куртки, заметив лишь пирог — было не очень-то видно из-за натянутого капюшона. Да и он будто бы стеснялся поднять на него самого глаза.       Приняв сладкий подгончик, перед этим отставив лейку в сторону, Даст последовал к притягивающей беседке, окружённой обстриженными кустами. Прах заметно, сильно вспотел, ведь до этого из упрямости отказался снимать свои вещи. Даже когда он расстегнул куртку менее жарко не стало. Оба скелета вскоре оказались в маленьком укрытии. Ночная прохлада окутала местность. Легче дышалось. Пирог ел один Хоррор. Кусочек оказался очень вкусным, чего ещё ожидать от выпечки Ториэль. Через мгновение Ужас оценивающе глянул на целых четыре мешка еды, случайно примеченные вдали, собранной его партнёром, впечатлёно распахнув глаза.       — Первая ссора, а ты уже у другого в кровати, — фыркнул Даст, не понятно, шутливо или обижено.       Хорр вспыхнул смущением, сведя брови к переносице. Опять начинается.       — Я только хотел похвалить тебя.       — Так почему передумал? Ты у нас слишком изменчив? — укор прослеживался даже сквозь шутку.       — Пошёл ты, Даст, — разочаровано насупился второй, поднявшись со скамьи беседки и удаляясь.       — Хоррор, — примирительно протянул Даст, но ответа не последовало.       Он положил пирог под скамью беседки, протянув со вздохом: «Я не готов к такой ответственности.» Сразу после быстрым шагом достиг обиженного.       — Давай я помогу тебе донести их.       — Поможешь? Кажется, ты пришёл сюда не для помощи, а из-за своей тупорылой ревности. Спасибо, очень приятно, — голова Хоррора снова начала болеть из-за пылающего внутри недовольства.       — Но я собрал продовольствие, — Даст заметался, их конфликт снова начал раздуваться, причём из-за его длинного языка и сложного характера.       — Вот видишь? Ты уже достаточно помог.       — Хоррор, — Пыльный почти перешёл на мольбу.       Обоим было очень трудно показывать свои слабости и признаваться в чувствах. Ужас понимал это, он хотел понять и простить, но не мог. Это всё, вся эта язвительность, необоснованные обвинения, срывы и обострения неоднократно повторятся, ему не нужны эти качели. Итак проблем достаточно.       — Сначала разберись в своей больной башке, — твёрдо начал Блод, наконец, обернувшись на Даста, смотря прямо в его глаза. — Потом обсудим что-то большее.       На этом им пришлось расстаться. Ужас с горечью в сердце ушёл в свою вселенную, даже не попрощавшись с Фармом. Нужно раздать еду, к чёрту всё остальное.