Play On (Продолжение игры)

      Сэм хотел бы, чтобы все было так просто: уничтожить музыкальную шкатулку, и тогда крысолов дудочник исчезнет. Почти час назад Калеб оставил младшего Винчестера около здания, а сам вошел внутрь. Они должны были выяснить, жила ли здесь девочка из видения. Сэм написал ему об уничтоженной музыкальной шкатулке. Когда Сэм прочитал ответ Калеба его охватило беспокойство.       — Урок окончен. Она уже в пути.       Сэм позвонил Дину.       — С девочкой все в порядке. Музыкальная шкатулка не влияет ни на что. Я прослежу за Нэнси.       — Когда доберешься до следующего пункта назначения, дай мне знать, и я встречусь с тобой.       Калеб послал еще одно сообщение:       «Подтверждаю, что это девочка из моего видения. Собираюсь остаться немного дольше, потом догоню Нэнси».       Сэму нравилось вести слежку, когда вокруг было много людей, можно было смешаться с толпой, и не быть замеченным. Здесь, среди всего этого народа, он не был тем, кто пил демонскую кровь, и кто должен был стать сосудом Люцифера. Он знал, что его брат был полной его противоположностью, и мог затеряться у всех на виду.       Сэм вместе толпой спустился по лестнице на станцию метро, следя за своей целью. Он мысленно похвалил себя за то, что купил билет на метро за двадцать долларов, чтобы пережить время, проведенное в Нью-Йорке. В поезде он схватил газету, чтобы спрятаться, но к счастью, с каждой остановкой шел постоянный поток людей, которые входили и все реже выходили из вагона. Поезд выехал из Манхэттена и въехал в Бруклин еще до того. Вскоре Нэнси вышла, и Сэм шел в нескольких шагах позади. Она вошла в здание, и когда не появилась спустя какое-то время, младший охотник проверил имена на почтовых ящиках, найдя один с именем «Н.Пихлер».       Он позвонил брату и сообщил адрес, затем написал то же самое сообщение Калебу и ждал их прибытия. Сэм заскочил в пиццерию, купив несколько ломтиков, чтобы продержаться до приезда Дина и Калеба. Он стоял на другой стороне улицы, напротив дома Нэнси, когда подъехал Дин на Импале.       — Я только что разговаривал с Калебом. Он остался с девочкой, думает, что Нэнси нападет сегодня вечером, и хочет быть рядом, чтобы защитить ребенка. Так что остались только мы с тобой.       — Приятно иметь мужскую силу, чтобы охватить все углы, — сказал Сэм. Он с радостью забрался в Импалу, в салоне было уютнее, чем в каком-нибудь неприметном уголке около здания.       Они играли в карты, чтобы скоротать время, пока Сэм окончательно не сдался в пользу короткого сна. Наблюдение было скучным занятием, но он был в компании своего брата, в отличие от Калеба, который оставался в окрестностях жилого дома один и продолжал посылать им сообщения. Потом Дин спал, пока Сэм следил за домом Нэнси.       День перешел в вечер, и желудок Сэма начал протестовал против съеденной пиццы. Он насторожился, когда под покровом темноты увидел знакомую фигуру, появившуюся из жилого дома. Он шлепнул брата по руке.       — Дин!       Дин открыл глаза и сразу потянулся к замку зажигания.       — Черт возьми, она направляется к метро.       Сэм открыл дверцу машины.       — Я буду держать тебя в курсе, куда она направляется.       — Я проеду через мост, — ответил Дин, говоря о Бруклинском мосте, который должен был привести обратно в Манхэттен. — Ты дашь мне знать, как только поймешь, куда она направляется, она может направиться к Калебу и девочке.       Из-за того, что в этот поздний час было меньше народу, Сэму было трудно держаться так близко к Нэнси незамеченным. Он сгорбился, стараясь уменьшиться в размерах и слиться с окружающей обстановкой. Они переправлялись через Ист-Ривер. Сэм смотрел на проносящиеся мимо остановки, и тут его осенило. Он открыл свой телефон, как только метро оказалось над землей, и был благодарен, когда Дин ответил после первого гудка.       — Мы направляемся в Центральный парк. Я в этом уверен.       — Она собирается проверить детей. Они сказали, что тусовались там. — Сэм услышал, как его брат ударил рукой по рулю. — Ладно, я позвоню Калебу и дам ему знать. Встретимся у «Земляничных полей».       Через несколько остановок Сэм похвалил интуицию Дина, когда Нэнси вышла из поезда в центральной части парка, ближе к Линкольн-центру.       — Значит, «Земляничные поля», — пробормотал младший Винчестер, стараясь держать свою цель в поле зрения, не подвергая себя риску быть обнаруженным. Он испытывал искушение связаться с Калебом, но чувствовал, что не готов использовать свои способности, даже если это касалось охоты.       Нэнси двигалась с неестественной скоростью. Тени деревьев танцевали в Центральном парке, когда поднялся ветер. Сэм огляделся, когда странный звук привлек его внимание, но не увидел ничего необычного. Нэнси прошла мимо «Земляничных полей», и Сэм выискивал своего брата, поскольку они отходили от места, в котором он договорился, встретится с Дином. Он не спускал с Нэнси глаз, пока она мчалась на север мимо фонтана к огромной бронзовой скульптуре. Сэм не был уверен, что было более сюрреалистичным — персонажи статуи «Алисы в Стране Чудес» или женщины, которая вскарабкалась на металлический гриб, чтобы встать перед Алисой.       Младший Винчестер нашел укромное место и присел рядом с большим деревом. Он вздрогнул, когда Дин незаметно подошел к нему вплотную. Он не видел и не слышал брата, и на мгновение задумался, не поставил ли тот на него какой-нибудь жучок. Но не мог ничего спросить, так как оба брата загипнотизировано смотрели, как Нэнси стояла, высоко подняв руки, среди Шляпника, зайца, кота и кролика.       — Прекрати, — прошептал Сэм, когда Дин несколько раз ткнул его локтем в бок.       — Сам прекрати, — огрызнулся Дин и тут же отпрянул назад, увидев, что перед ними падает крыса.       Сэм медленно повернул голову и сглотнул. По их телам сновали крысы. Он прикрыл рот рукой, и Дин с недоумением посмотрел на него.       — Ты, должно быть, шутишь! — сказал старший Винчестер с дрожью, но остался на месте, как и Сэм.       Крысы заполнили все пространство вокруг статуи, но оставался маленький островок земли, которого они избегали. Не поднимая рук, Нэнси начала петь, и показались дети, образовав круг вокруг статуи, на вершине которой стояла Пихлер. Сэм повернулся к брату.       — Я вижу детей, — одними губами произнес он. Дин показал ему большой палец.       Что бы Джим ни сделал в начале, чтобы убедить, Дина взяться за это дело и показать, что он был Стражем, все прошло, и теперь Сэм мог ясно видеть детей и без заклинания Джошуа. Но победа была недолгой. Крыса взобралась на плечо Нэнси и та нахмурилась, но благодарно погладила грызуна.       — Мне сказали, что у нас гости, которым здесь не место. Выходите.       Дин посмотрел на Сэма, когда в парке воцарилась тишина. Дети повернулись, чтобы выяснить, что имела в виду Нэнси.       — Чувак, — сплюнул Дин, — она либо говорит о нас, либо Калеб добрался сюда быстрее, чем я думал.       — Что же нам делать? — спросил Сэм, пытаясь отодвинуться назад.       — Следуй за мной, — сказал Дин и встал. — Похоже, нас вызвали на дуэль.       Сэм тоже поднялся, отряхиваясь и стараясь, избавиться от ощущения ползающих по нему крыс. Он помахал рукой Нэнси. Среди тех детей, которых они встретили, раздался шепот, достаточно громкий, чтобы Сэм услышал, а Дин вздрогнул и привлек внимание злодейки.       Нэнси возвышалась над всеми, как королева над подданными. Братья двинулись вперед, дети у дерева расступились перед ними, а крысы разбежались в разные стороны. Сэм смотрел прямо перед собой, стараясь не смотреть на знакомых детей.       — Что вы наделали? — Нэнси повернулась к ребятам, и те в испуге попятились.       — Леди, разве не мы должны задать вам этот вопрос? — Дин держал руки вытянутыми по бокам, но Сэм заметил, что у него за поясом был клинок.       Крысы придвинулись поближе к Нэнси, чтобы защитить ее. Теперь она театрально размахивала руками, а на плечах у нее сидели грызуны.       — Он проклял меня на это с Реквиемом. Он знал, что это был его конец, его песня, но он не думал обо мне.       — Подожди. Ты говоришь о Моцарте? — спросил Сэм, пытался понять, о чем говорила женщина.       — Мой муж, — простонала она. — Жаль, что это были его похороны, а не мои. Мне нужна была моя собственная песня. Но у него не были для меня никакой песни. У детей нет песни для меня… — Она с отвращением посмотрела на детей. — Все эти обещания и ни одной песни для меня.       — Ты убиваешь их за музыкальные способности? — Сэм судорожно сглотнул. Он делал то же самое с людьми, одержимыми демонами, но вместо свободы и силы он получил клетку своего собственного творения.       — Мне нужна песня, чтобы двигаться дальше, а до тех пор они мои. — Рядом с ее ухом шмыгнула крыса.       — Ну что ж, милая, я помогу тебе двигаться дальше, а Сэмми будет мурлыкать себе под нос песенку для тебя. — Дин вытащил клинок из-за пояса.       Сэм взял из Импалы клинок поменьше, который можно было спрятать под курткой. Большой нож тяжело было спрятать в Нью-Йоркском транспорте. Они попытались подойти к Нэнси, но она слетела вниз, приняв облик их матери: светлые волосы, белая ночная рубашка и мягкие умоляющие глаза.       И Сэм, словно снова оказался в агонии детоксикации. Снова он видел мать, которая говорила ему, что он был прав: Дин был слаб. Нэнси хотела загипнотизировать его, но семья, которая была важна для него, стояла рядом с ним.       — Ты не моя мать!       Его крик, казалось, заставил ее превратиться в свою истинную форму, и она полетела обратно на свой насест. Крысы сомкнули ряды вокруг нее. Дети закричали, и Нэнси завыла, как будто пела оперу. Звук был не музыкальным, а резким, и Сэма отбросило назад на несколько ярдов, он упал на спину и заскользил по гравию. Дети съежились от страха. Дин наклонился вперед и воткнул клинок в землю, используя его, чтобы дотянуться до одного из бронзовых грибов.       Голос Нэнси сдувал их назад своей какофонией. Крысы увидели, что делает охотник, и стали отбиваться. Дин не мог сбросить их с себя, потому что одной рукой держался за гриб, в другой у него был клинок. Сэм с трудом поднялся, сражаясь с собственными грызунами. Он послал мысленный крик помощи Калебу, отчаянно надеясь, что их друг был рядом. Он поморщился от применения редко используемой связи.       Раньше дети ежились от страха, но теперь они собрали всю свою храбрость и сложили руки вместе в прямой атаке на крыс. В ответ Нэнси изменилась, превратившись в серую нечеловеческую фигуру.       Калеб бросился вперед, пока Сэм изо всех сил пытался встать. Внимание Рыцаря было приковано к попытке Дина добраться до Пихлер.       — Двойка!       Однако, увидев, как Сэм сражается с крысиной стаей, Ривз изменил направление атаки. Он рубил грызунов, одновременно поднимая Сэма на ноги. Младший охотник поднял свой собственный клинок, готовый помочь брату. Но Дин уже выпрямился, заскочил на верхушку гриба, а затем прыгнул.       В этом прыжке Сэм увидел все образы и ожидания, которые он имел к своему брату, не только то, что Калеб ожидал от Дина, но и другие охотники Братства. Оружие Нэнси состояло в том, чтобы принять облик всеобщей матери, но это была иллюзия. Дин был Стражем, и люди видели в нем то, чего даже сам Дин не видел. Сэм удержал Калеба, не давая ему броситься вперед. Они не успеют вовремя прийти на помощь. Дину придется убить Пихлер в одиночку.       Старший Винчестер высоко поднял меч и отрубил Нэнси голову. Это не было изящной посадкой, ему пришлось прыгнуть на бронзовые карманные часы, которые держал кролик, но он сделал это. Дин посмотрел на присутствующих с облегчением. Внимание Сэма привлекло распадающееся тело Нэнси.       — Дети куда-то исчезают, — сказал Калеб, похлопав Сэма по спине.       Дин спрыгнул вниз, подходя к брату и другу, не сводя глаз с детей, которые с тихим шепотом исчезали в ярком свете.       — А где Мэтти? — спросил Сэм.       Оставшиеся дети расступились перед мальчиком из Мэна, одетым в кепку «Red Sox». Он махнул Дину рукой, затем повернулся к мальчику, что стоял рядом с ним, и Сэм понял, что это Билли, потом ребята исчезли.       — Очень жаль, что эти вещи тоже не исчезают, — проворчал Калеб, отбрасывая ногой крысиную тушу.       Сэм подтолкнул носком ботинка окровавленных крыс, которых они убили. Оставшись без своего лидера выжившие грызуны, поспешили скрыться в канализации Нью-Йорка. В тени статуи «Алисы в Стране Чудес» посреди Центрального парка остались было всего трое: Дин, Сэм и Калеб.       Младший Винчестер улыбнулся:       — Спасать людей, охотиться на нечисть.       — Я думаю, что выражение «один за всех и все за одного» уже занято, — прокомментировал Калеб.       — И это не оригинально, — ответил Дин. — А разве ты не хочешь стать самой лучшей Триадой в истории?       Сэм согласно кивнул. Дин принял свою роль Хранителя. В его спокойной позе не было и намека на протест, что было редкостью в последнее время. Это также придавало Сэму уверенности, что они превзойдут все ожидания, даже их собственные.