Inside my head

      Как Бан Чан и разглядел, это действительно была аллея, ведущая в центральный парк, рядом с которым была крутая детская площадка. Правда, «крутой» она была лишь тогда, когда на ней резвились дети, а не когда та пустовала и слегка поржавевшие карусели скрипели из-за порывов ветра. Как и сейчас, в момент беглого осмотра местности, взгляд зацепился на раскачивающейся в разные стороны цепной качели. На одной из которых сидел человек.       При лёгком освещение от всё тех же фонарных столбов, его можно было разглядеть, но лучше бы им тут не задерживаться, так как черноволосый парень поднялся и положил руку на рукоять катаны, висящей на ремне штанов. Одет молодой человек был совершенно не так, как светловолосый юноша, а кардинально наоборот, и если тот был во всём белом, то этот, полностью противоположно, в чёрном. Берцы с массивной подошвой, странные мешковатые штаны с молниями-фальшивками в разнообразных местах, великоватая футболка, длинная кожаная перчатка на правой руке и множество браслетов из разных материалов на левой, также на шее висела цепочка с кольцом, что несомненно наталкивало на самые разнообразные мысли.       Поскольку новоиспечённый жнец не вызывал у Чонина доверия, то проводник предложил вновь бежать, но что-то Чана останавливало. Он видел в этот парне своего друга, будто много лет был с ним знаком… Это напрягало сильнее фактора приближения незнакомца к парням. Продолжая упёрто стоять на месте, Бан встретился взглядами с жнецом, что усмехнулся и предпочёл диалог драке.       — Давайте без глупостей: кто из вас душа, а кто проводник? — неожиданно начал черноволосый, а Яна, как в первый раз, вновь осенило: он ведь каждый раз выглядит по-новому и жнецы каждый раз новые, значит, их можно немного обмануть.       — Я душа, — отозвался блондин, а Чан перевёл на него непонимающий взгляд.       — Вообще-то, я, — проводник глянул на парня своими холодными глазами, от чего по телу мурашки прошли.       — Эм, — жнец насупил брови и водил глазами по двум парням перед собой, уже намереваясь достать катану. — Так, я не хочу потерять баллы, убив проводника, скажите честно, кто это?       — Сначала скажи, кто ты, — Ян решил выразить человеческое любопытство, доказывая, что не он проводник.       — Со Чанбин, третий курс академии жнецов категории «Блэк», — решил таки представиться именуемый Чанбином жнец.       — А тот, которого мы видели раньше? Во всём белом, — поддержал идею расспроса Чан, собираясь ввести черноволосого в сомнения.       — А не многовато ли ты хочешь? — Со засветил сантиметр лезвия своей катаны, достав чуть-чуть из ножен.       — Ты скажешь мне это, а я скажу, кто из нас человек, — вздохнув, Чанбин убрал ненадолго руку с катаны.       — Ли Феликс, второй курс академии жнецов категории «Вайт». Раньше мы были друзьями, а потом нас разделило распределение по разным академиям, — парень ещё раз вздохнул. Даже у жнецов есть своя личная жизнь. — Так, быстро говори, кто из вас душа. Я не хочу здесь торчать всю ночь.       — Мы тоже, но, — Чонин схватил брюнета за руку, срываясь с места, — видимо, придётся!       — Ты что делаешь? — в промежутках между секундой поглядывания на стоящего в шоке Бина и на дорогу перед ними спросил Бан, стараясь не споткнуться.       — А на что похоже? Убегаю от проблем!       — Это я понял. Но куда мы бежим-то? — уже чуть запыхавшись, поинтересовался художник, понимая, что только что они выбежали с парка, возвращаясь на проезжую часть, где, естественно, нет ни одной машины.       — Неважно! Лишь бы подальше отсюда, — подытожил Ян, вновь заворачивая за один из углов дома, оказываясь у входа в какой-то из «жилых» домов.       Само собой, ни в одном окне свет не горит, всюду тьма, но Чонину, кажется, всё равно, ведь он усердно бежит в каком-то направлении, будто прекрасно видит в темноте или же наизусть знает местность. А Чану ничего не остаётся, кроме как бежать следом, пробегая пару кварталов. И в одно мгновенье, когда Ян заворачивает за очередной угол, то резко тормозит, от чего брюнет едва не врезается в проводника.       — Тихо, — шепнул голубоглазый, указывая куда-то вдаль. — Смотри, кто там.       Приглядевшись, Бан смог различить именованного Феликсом жнеца в белом одеянии, что зашёл в один из подъездов. На вопрос Чана «И что?», блондин закатил глаза, а после пошёл дальше, утягивая и художника, всё ещё держась за холодную руку. Убедившись, что Ликс вошёл в лифт, проводник прошёл мимо крыльца, намереваясь позже объяснить, зачем он так сделал. Через минуту, Ян стоял за домом, в который вошёл Ли, и аккуратно выглядывал, размышляя, в какую сторону сейчас придётся бежать.       — Видишь? — брюнет обратил свой взор на край крыши, куда встал Феликс, высматривая что-то внизу. — Он ищет нас.       — Отлично, — вздохнув произнёс тот, а после опустил глаза на двор, в котором вход в этот самый подъезд, и одёрнул проводника, указывая на Чанбина, идущего туда же.       — Но… Они же враги, им нельзя говорить друг с другом, — растерялся блондин.       — Этот Чанбин упомянул, что они были друзьями. И тем более, кто сейчас их видит, кроме нас?       — И то верно, — кивнул Ян, а буквально через полминуты, стал тыкать парня в плечо, чтобы он заметил отвлечённого Ликса, что перевёл взгляд на прибывшего на крышу Бина.       Чан вновь сорвался на бег, едва поспевая за Чонином, что почему-то отпустил руку художника на этот раз. Стало даже как-то обидно, что ли. Но это сейчас было не так важно, как то, что разворачивалось на крыше, куда старался заглянуть любознательный Бан Чан. А там сейчас Со мешал некогда другу работать, желая немного поговорить о том, кого лишился вместе с Ликсом…       — Ну, как там Сынмин? — тихо поинтересовался Чанбин, усевшись на край крыши, а после свесил ноги вниз к дороге.       — Отлично. Учится прилежно, в отличии от тех дней, пока ты был рядом.       — Хах, да… Тогда я вытягивал его гулять в Лимб очень часто, — парень водил взглядом по дороге, где неизменно бродили десятки черных силуэтов. — Он что-то говорил обо мне?       — Да, сказал, что никогда не простит тебя за испорченную репутацию.       — Правда?.. — Бин чуть замялся, вспоминая ужасный момент с начала первого курса.       — Нет, только просил передать, что скучает, — Ли усмехнулся уголком губ.       — Поиздеваться любишь…       — А-то, — Феликс решил присесть рядом, дабы немного побеседовать. Никуда же эта душа не денется. Верно? — А… Джисон?       — Он в полном порядке. Говорил, что ненавидит того, кто ответственен за составление очереди, ведь он захотел поиздеваться над Ханом, и именно поэтому сегодня в Лимб с тобой пошёл я. А он идёт следующим.       — Да уж, с годами он не меняется, — Ли положил одну руку на лоб, таким образом прикрывая глаза.       — Знаю. А ещё, он говорил, что ему жаль, что не успел сделать кое-что, но я, в принципе, могу с этим помочь, — улыбнулся Бин, притягивая парня за лицо руками.       — Ты ненормальный? — уже едва сдерживая смех, спросил Феликс, отталкивая черноволосого от себя, что тот чуть не падает вниз с девятого этажа.       — Кто тут ещё ненормальный, Ликси? — удержавшись на месте, Со вернул взгляд на улицу, что была перед домом, на который они забрались, и начал: — Давай ты осмотришь все дома отсюда к востоку, а я к западу. Посмотрим, кому повезёт и кто заберёт душу в свою академию.       — Ну давай. Ты, между прочим, не выяснил, кто проводник? Этот чёрт каждый раз слишком хорошо адаптируется.       — Это да… Но нет, не выяснил. Если что, ставлю на брюнета.       — Тогда я на блондина, — они пожали руки, чуть погодя направились к лифту, дабы спуститься и начать осмотр территорий.       — А на что спорим? — чисто из любопытства спросил Бин, заходя в кабину лифта.       — На организацию встречи с тем, с кем больше не получится встретиться, — усмехнулся Ликс, желая встретить Джисона, чтобы хотя бы обнять. Просто сжать в своих руках в последний раз.       — С чего ты взял, что сможешь такое организовать? — Со был крайне уверен в своей победе.       — А с чего ты взял, что выиграешь спор? — в плечо Ли прилетает слабо сжатый кулак Чанбина, а затем следует лёгкая усмешка.       — С того, что я не проигрываю, — после этой фразы и фирменной улыбки Бина двери лифта разъезжаются в стороны, позволяя охотникам за душами выйти и приступить к заданию.