Годелот

      Элиас спешился и погладил Химеру по её серой вытянутой морде. Солнце уже было в своем зените, когда он наконец смог добраться в одиночку до Вэйгархолла. Он выехал еще перед рассветом по тракту, а дальше через Врата Отчаянного на Северо-Восток, пару раз остановившись, чтобы напоить Химеру у ручья.         Вэйгархолл являл собой большой уродливый, но неприступный замок, который нависал над землёй серо-бурой каменной глыбой. Он был сделан из известняка и из разноцветного песчаника, иногда из мрамора, что свидетельствовало о том, что его отстраивали несколько поколений Вэйгаров в два века длиной. На стенах висели жёлтые знамена с серыми мечами, которые скрывали следы-сколы штурма. Элиас повёл свою кобылу за узды к небольшим воротам, у которых стояли караульные и пара кухарок в чепцах и с плетеными корзинами. – Велите выйти своим хозяевам! Я прибыл для аудиенции! – Вэйгархолл приветствует Вас! Назовите свое имя, милорд, мы тут же сообщим о Вашем визите. – Коренастый рыцарь с рыжими усами поклонился ему, но все ещё стоял на страже ворот своих господ. – В этом нет нужды, Рик, отведи лошадь принца в наши конюшни и хорошенько напои её. – Рядом стоял молодой мужчина в тонком плаще из серой парчи, который отбирал корнеплоды из корзин. У него были тёплые русые волосы и не один раз сломанный крупный нос, лицо его можно было назвать приветливым, если бы не тон, с которым он говорил. Это был тот человек, которого Элиас собирался искать в их замке. Логер Вэйгар. – Я как раз собирался назвать свое имя, милорд. Мне раньше не удавалось въезжать в замки совсем одному, без глашатаев, что за десять верст начинают трубить имя моей семьи. – Однако вы здесь, мой принц и приказываете нашим слугам. Даже увидев впервые, не понять кто вы – невозможно. – Путь был легче, чем я думал, дороги, ведущие к вашему дому и впрямь хороши. Мне опротивела мелкая галька столицы, которую нужно вычищать из подков моей кобылы. – Элиас передал поводья рыжему крупному Рику и подошёл к лорду Логеру, который все ещё стоял над корзинами с закатанными рукавами в окружении кухарок. Им ещё не пристало видеть королевских чад. – Этим пусть занимаются конюхи, а не принцы. – Логер Вэйгар наконец кивнул женщинам и подошёл к принцу, чтобы подарить ему свой поклон, после чего он стал сопровождать его при входе во внутренний двор. – Я не брал сюда конюхов, понадеюсь, что ваши люди управятся с моей упрямицей. – Они умелы, мой принц. Но боюсь, что у отца послеобеденный сон, если вы приехали к нему. Лекари говорят он необходим, ведь так лучше действуют лекарства, что же касается моего брата Джека... Он серьёзно болен и носит мантию черного цвета в приюте у храма Атронигора. Те, кто его видели недавно, сказали, что его руки почернели и он почти не может ими шевелить, а лицо... Лица Джек не показывает и я думаю, что едва ли смог бы его узнать сейчас. Что же касается Алана... – Я прибыл сюда ради вас, сир. Дайте своему почтенному отцу отдохнуть. Ваши братья здесь тоже ни к чему. Я бы попросил освободить залу всем, кроме нас двоих и это вовсе не приказ. Я уважаю хозяина этого дома. – Хозяин все ещё мой отец, ваше Высочество. А я лишь его четвёртый сын. – Логер склонил голову и исподлобья посмотрел на Элиаса, – Ваше Высочество, пройдёмте лучше в мои покои, не будем отвлекать наших людей от их нелёгкой работы. Я попрошу принести вина. В погребах есть сливовое из Лаиса и белое из Кеитов, не самое дорогое. Возможно, вам ни одно не придётся по вкусу – Я не избалован, пусть будет сливовое. С радостью разделю с вами один сосуд. Они поднялись в небольшую залу с длинными узкими окнами и простой деревянной кроватью с парой звериных шкур. На столе у одного из оконец стояли: перья, жухлая старая бумага и чернила, а также деревянная печать для сургуча с золотой ручкой. И много, много недописанных писем, смятых и раскиданных по полу. – Честно говоря, мой принц, в главной зале громкое эхо и мимо всегда проходит хотя бы несколько слуг. Я пригласил вас наверх не из-за неуважения, а, чтобы слова, которые вы произнесете, услышал только я. Ради вашего же блага. Прозвучал стук в дверь и в комнату, поклонившись, вошла старая носатая служанка с волосами, напоминающими стог сена. Она принесла бутыль вина и твёрдый нарезанный сыр, политый мёдом. – Позволите услужить Вам, господа? – голос этой женщины был тягучим и медленным, будто патока. – Спасибо, Ревна, дальше я сам. Уж вина я смогу налить. Ревна с интересом взглянула на молодого принца с серебряными волосами, на его ухоженные руки и на перстни с гранатами и жемчужинами. Он был похож на поминальную статую. Красивый и холодный, будто вечность стоит в сырости мрачной крипты. В конце концов женщина оставила их одних и Элиас присел у стола в дубовое кресло, обтянутое выкрашенной в коричневый цвет, телячьей кожей. Сир Логер нависал над ним и наполнил каждый кубок вином ровно до середины, после чего протянул один Элиасу. Это был обычный кубок, покрытый черненным серебром и тремя мечами их дома, без топазов и рубинов, без золота и камей, к которым принц привык в Стальном Роге. Вино было мутным и пахло кислятиной, а не знойной Ладоной и её ласковым сладким виноградом. Оно было пьянящим и злым, будто кровь. – Честно говоря, я пил вина гораздо лучше, однако наши погреба заметно опустели после некоторых событий. Данное вино больше подходит для клятв на мече, нежели, чтобы его распивали принцы, как Вы. – Довольно символично, учитывая, что мне и взаправду нужен ваш меч, также, как нужна Ваша верность. Лицо сира Логера помрачнело, когда он это услышал. – Так мне поклясться Вам в верности? При этом Вы, мой принц, не желаете видеть, ни моих братьев, ни моего отца. Я чту корону, что носит государь, но скажу лишь о том, что пришли вы сюда напрасно. Однажды я буду нести знамена своей семьи или командовать крепостью от лица одного из старших братьев. Даже если Джека скоро заберёт болезнь, есть ещё Алан и Ваймонд, который недавно женился. Вы смотрите на нас свысока, потому что Ваш отец – король, но Лейф Вэйгар долго служил и ему и вашему деду, он стойкий и сильный человек. А я.... Боюсь, что уже сказал это, мой принц, вы пришли сюда напрасно. Передайте королеве... – Королева не осведомлена о моем визите. И я бы предпочёл, чтобы вы сохранили его в секрете. – Элиас со скрытым отвращением осушил свой кубок и отодвинул его чуть дальше от себя. К сыру он так и не притронулся – Мне считать это честью? – Вы можете думать обо мне, как угодно, Ваша семья велика и знатна в Иорате, а Вы, как я слышал, человек весьма разумный. Если оставить церемонии и этикет, то что же Вы думаете о моем брате, сир? – Я слышал, что он весьма искусен в бою. Темпераментный молодой мужчина, которого любят лорды в Совете Властительных Домов. – О, бросьте, можете говорить честно, сир Логер! Кронпринц – полудурок, который только мечтает о войне, но не способен её вести. Ему кажется, что главное – это рубить врагов мечом, а не думать головой. Он насилует служанок, гуляет по кабакам и издевается над молодыми мальчиками, которые только недавно взяли в руки настоящие мечи. – Я слышал, что царевна Эдита была безумна. Повезёт, если принц не пошёл в свою мать. – Однако моего брата обожают Высокие Лорды, которые хотят взять бразды правления в свои руки. Разве Осгоду интересна чеканка монет, строительство кораблей и торговых путей, правовые притязания властительных домов на спорные земли? Он оставит это все совету, который соберет сам. А знаете ли, сир, мой старший брат не отличается вкусом в выборе друзей. Все они поголовно будут пьяницами и подлецами, вроде Армона Крюса, который отдал свой замок торговцу с Карманной улицы. И если так – то эта страна обречена. – Теффорд Вальд отправился покорять восстание в Гааке, а Алан уже хочет вернуться в Аршу, чтобы беречь покой нашего короля. Всю мою жизнь Иорат с кем-то воюет, а я не вижу плодов его побед. – Вы очень осторожны в своих словах. – горько усмехнулся Элиас, – Знаете ли Вы о королевском троне, сир Логер? – Лишь то, что он огромен и доставлен из проклятых руин. Извините, мой принц, но отец никогда не брал меня в Стальной Рог, чтобы я мог его увидеть. Уверен это величественное зрелище. – В «Воспоминаниях о былой весне» сказано, якобы боги даруют людям свои мёртвые тела и на земле, те обращаются в камень. Наш трон выкован и залит золотом под вечным огнём. Это рука мёртвого бога, что скитался по свету и переродился. Никто и никогда не увидит его подлинный вид даже если тонны золота жрецов расколоть, если убрать все заклинания на нем и прочитать тысячи молитв. Боги людям неведомы, однако Годелоты владеют своим троном, как когда-то одно из майцирских божеств творило своими пальцами чудеса. Вот что имеет наша семья – то, что весь мир утратил на века. Наш род не должен тратить силу, ибо великое небо ему благоволит, при этом первыми рождая под королевским гербом, уродцев, пьяниц и полоумных, недостойных нести бремя своей короны. Я намерен сей порочный круг прекратить и дать династии её новое время. Если однажды вы встанете перед сложным выбором, служить короне или служить своей стране, то помните, что есть клятвы, которые нужно нарушить, чтобы потомки восславили ваше имя.

***

      Когда смерклось Элиас уже находился в своих покоях Стального Рога, принимая у себя командующего Арута Вальда. – Нужен человек из высокого дома, что примкнет ко мне и соберёт свои знамена, дабы другие последовали его примеру. – Что насчёт меня? У меня есть и титул, и войско, и около восьми земельных наделов. А еще я уже до дрожи предан тебе. – О твоей стороне, думаю, известно всему Иорату, но как бы сказать, Арут... Этот выбор для посторонних имеет только личный характер, а мне нужно людей вдохновить. Сейчас такого человека нет. – А как же сын старого подонка Ролло, которого ты недавно судил? Уверен его ненавидит даже собственное чадо, так что он с радостью последует за человеком, который даровал ему статус лорда при живом отце. – Рихар Ойстейн не подходит. – отрезал Элиас. – Дай угадаю : он – идиот? – Арут Вальд усмехнулся и откинулся на шёлковые подушки. – Скотоложец, – процедил Элиас, – Иметь такого человека на своей стороне пагубно для репутации, которая, ты и сам знаешь, сейчас довольно хрупкая. Помимо подхалимов, я нажил ещё и весьма знатных врагов, когда судил взяточников и дезертиров. – Рихар – лорд Шелинских Садов, под его контролем выход к морю и проливу Авице, у него огромный порт и десять тысяч кораблей, носы которых направлены на Лаис. Я уже молчу про Кробро и Апельсиновый Остров. Он отличный союзник, но противник ещё более опасный. – Лорд Рихар не достанется Осгоду. Вместе с новым титулом к нему пришло ещё и предложение о браке с одной из фрейлин королевы, а это значит, что на брачную ночь ему всё же придётся оторваться от своих овец и попытаться сделать этой женщине ребёнка. Но знал ли ты, что леди Эйра очень предана моей матери? А ещё по слухам, в чреве своём она несёт яд. – Так, кто следующий после Рихара? Я не припомню у него младших братьев. – Агмунд Хилл, его дядя по матери. Он честный и добрый человек, который на суде защищал старого мудозвона, потому что, тот был его сюзереном. Если же слух о леди Эйре не правдив, то он возьмёт в жёны скорбящую вдову своего племянника, как того требует его честь. Если она всё же больна, то ей и вовсе нечего терять, а сир Агмунд предаст бренное тело леди земле. – Элиас вздохнул, – Эта бедная женщина сильно натерпелась от иоратских мужчин, ей было бы лучше оставаться на Коленях. Матушка говорила, что в её окружении есть девушка, которая держит рыцарский меч легче, чем шёлковый веер, кажется, она сама дала согласие на брак, чтобы услужить своей королеве за защиту. Да хранят её боги, леди Эйра и правда согласилась лечь с ним в постель. Арут Вальд удобнее устроился на перинах постели принца, пока Элиас снимал плащ и серебряные наручи. – Я был сегодня в Вэйгархолле. – Элиас внимательно посмотрел в его золотые глаза. – Мне удалось поговорить с их младшим господином. К счастью, я не встретил препятствий, которых так страшился. – Его лорд-отец – вот препятствие, Мальчишка ничего не решает. Ему даже вассалы на верность не присягнули. – Его отец стар в отличие от моего, да хранят боги нашего короля. – Ты заручился его поддержкой? Мальчика девятнадцати лет, у которого три старших брата? – Один из них прокажен, а двое других меня ненавидят.       Элиас, сняв все свое дневное одеяние, оставался только в нижней тунике. Он аккуратно лёг в свою постель и положил голову командующему на плечо. – Большинство лордов –  это первые сыновья первых сыновей, если Смеракдарес не решил другого. – Арут Вальд поцеловал его в макушку и стал крутить пальцами светлые волосы принца. Элиас поднял на него серые глаза и нахмурился. – Что ты мне предлагаешь? Сидеть на месте и ждать, когда матушка настроит против меня вообще всех мужчин в Иорате? Моя армия будет состоять из леди? Арут, я делаю, что могу. Если мне нужна поддержка этого лордёныша, то я её получу. В конце концов, что значит братоубийство, если даже его король готов пойти на такое? Осгод никогда не примет меня, он скорее посадит Мэри у подножия трона. И уж тем более меня не примет Совет Властительных Домов, если он останется жив. Я делаю всё это вовсе не из-за страха и жажды власти. Мой брат – кровожадный идиот, которому повезло, что он на свет появился раньше. Он разорит страну ещё до того, как придёт Голод. – Моя любовь боится новой Зимы? – Я боюсь повторения одной из старых историй нашей семьи. – Ты готов убить его? В самом деле? – А что мне остаётся, Арут?! Ждать, что он сам с готовностью преклонит колено и отдаст трон Дареса из-за неожиданно появившегося здравомыслия? Видят боги, этого никогда не случится, а если так, то единственный выход это устранить Осгода до смерти нашего отца. Он не пожалеет меня, если придёт к власти. Я думал, я много думал, как поступить иначе! Я ведь вырос с ним... Няня говорила, что он учил меня произносить его имя, что Осгод приносил мне игрушечных пехотинцев и деревянных драконов, которых делали для него кукольные мастера. Осгод – мой брат, каким бы он не был, но я не вижу другого выхода уже несколько лет. С каждым годом он становится всё хуже и хуже. И если уж я буду королём пусть это останется самой большой моей жертвой. – Принц силён, убить его не всем по силам. Элиас фыркнул. –Еще скажи, что я объявлю о дуэли с ним на весь Иорат. Просто однажды кронпринц сломает шею, падая с лошади или подавится вином в трактире. Надеюсь, матушка не разучилась варить канкалу, я бы не хотел, чтобы продавцу ядов стало известно о том, что к нему приходил человек из Стального Рога. – Каралис больше не найти в Иорате, король велел выжечь все его заросли, не оставив семян. Однако за южной границей у Донмора он цветёт, обвивая собою персиковые деревья кровавыми цветами. Я собрал пару соцветий и засушил, зная, насколько смертоносна моя любовь, что осталась в сером замке столицы. – Ты привёз каралис?! – Ждал твоих именин, не думал, что мы так открыто начнём говорить об убийстве кронпринца. Если его не прикончат в дороге, то ты успеешь взрастить цветы и выжать сок из лепестков. – Арут взял Элиаса за руки, – мой милостивый будущий государь, послушай меня и отдай семена принцессе, а лучше – пусть попадут они к ней случайно и растут в её покоях. Каралис безопасен пока не зацветет. –Она ещё маленькая девочка. – Принцесса не глупа и вопросы задавать не будет. Это не вызовет подозрений, если вдруг юная дева захочет цветов, когда лето почти ушло. Однако, если кто-то узнает, что ты выращиваешь каралис, то как быстро двор догадается для чего? Особенно, если твой брат скончается совсем молодым. У принцессы нет повода для его смерти, она женщина и права на трон не имеет. – А если Мэри узнает? Она наверняка узнает и это не даст мне покоя. – Уверен, что она будет молчать. – Но будет ли она, как прежде, любить меня? Получается, что я обману сестру. Мне плевать, что говорят ублюдки из Совета Властительных Домов, но я так боюсь потерять её доверие. – Так ты не хочешь убивать брата или не хочешь, чтобы принцесса догадалась, что это сделал ты? – Я бы предпочёл, чтобы он умер сам и я мог по нему искренне скорбеть. Но раз мне придётся сделать это, то я не желаю марать ещё и её руки. Однако, я понимаю, что это необходимо, так как я нахожусь на острие. Иорату нельзя переживать ещё одну гражданскую войну, достаточно мятежа в Гааке и того, что уже полвека происходит в Северном Приюте. А Юг... Юг всегда был сложным вопросом, который наш король сделал ещё сложнее. Хлипкий мир, заключённый моим дедом, рухнул, как только он посмертно закрыл глаза и отдал корону сопляку, который хотел воевать и трахать плененных принцесс. Я рад, что не похож на него. Быть может, со мной эта страна хоть поест досыта. – Элиас опустил глаза на их переплетенные пальцы, – Я расскажу Мэри, для чего мне нужен яд. Что живёт в Стальном Роге человек, чьей смерти я желаю для общего блага. Надеюсь, однажды она снова посмотрит на меня по-прежнему.