4 глава
23 ноября 2019 г., 21:30
Облака-барашки пушистой грядой наплывают на бледный пятнистый диск луны, погружая его в свою молочную пучину. Золотые капельки звёзд вкраплениями втискиваются в их разрозненные края, пробиваясь своим холодным мерцание сквозь эту синеватую небесную вату.
Дазай сильнее кутается в пёстрое одеяло, заглушая по-дивичьи тонкий писк, переворачивается на спину, с глупой улыбкой дотрагиваясь до всё ещё горящих губ.
— "А ведь надо мной посмеялись тогда, разве это не расценивается, как отрицательный ответ?" — Осаму вытягивает руки в разные стороны, отталкиваясь от шершавой стены, оказывается опасно близко к краю металлической кровати.
— "Но Накахара-сан поцеловал меня.... Значит.... я его интересую....? " — шатен беспокойно ворочается, скомкивая тонкий плед, старается вытрясти все тягостные раздумия, пока не сваливается на ледяной, окутанный нечёткими ночными силуэтами пол.
— Уф! — Дазай потирает ушибленное место, вглядываясь в мелькающие на потолке отблески проезжающих мимо дома гудящих машин.
***
Убегающие вдаль провода лихо покачиваются под резкими порывами иссушающего уличного воздуха. Давно потухшие фонари отбрасывают вытянутые тени на раскалённую дорожку, танцуя и извиваясь, они плавают по уставшим лицам, искажая их привычные черты. Обмахиваясь мятой белой кепкой, Осаму идёт вдоль мощённого тротуара, слышит знакомые голоса за резким поворотом. — Какие лю-ю-юди. Накахара-кун, тут твой любимка. — ехидно улыбнувшись, Широ выглядывает из-за угла расплывающегося в рыжеватом мариве здания, поворачивая крашенную голову на опирающегося о кирпичную стену раздражённого Чую. Обречённо вздохнув, барабанщик отталкивает плечом бесячего друга, подходя ближе к теребящему козырёк измызганной бейсболки шатену. — Привет, малой, не хотел бы ты поехать с нами на рок-фестиваль? — Здравствуйте, хотел бы. — Ага-а-а, сможешь найти мой профиль? — Могу поискать сейчас. — вытаскивая смартфон из заднего кармана клетчатых шорт, Дазай разблокирует и находит нужную иконку на рабочем столе. — Хорошо. Ищи по моим имени и фамилии. Осаму вбивает нужную информацию в соответствующее поле для поиска, находит верную страничку, добавляясь в друзья. — Как мы определимся с местом и временем, я тебе напишу. Кареглазый кивает, не отрываясь от экрана телефона, листает чужие фотографии в альбоме.***
Через открывающуюся стальную дверь в коридор проникает лёгкий холодок, разливаясь по слабоосвещённым комнатам. — С возвращением. — мать шатена закрывает толстую книгу с бордовой твёрдой обложкой, откладывая её на журнальный столик с причудливыми фигурными ножками. — Как прошёл день? — Хорошо. — Как с завоёвыванием сердец? — Мам. — Осаму обиженно складывает руки на груди, недовольно поглядывая на хихикающую, прижав ко рту руку, женщину. — Я же пошутила, прекрати дуться. Заходя в полутёмный зал, кареглазый плюхается на узорчатый диван с большими рыхлыми подушками, немного щурясь от яркого света напольной лампы, стоящей у одного из жёстких подлокотников, ближе к маме. — Меня пригласили на фестиваль, я могу поехать? — Куда? С кем? На сколько? Дазай задумчиво разглядывает актёра очередного дешёвого сериала, которому наверняка платят крошками от утренних бутербродов. — "И вправду: куда? На сколько? Вообще не думал, когда соглашался." — Ну? — Я не спросил.... — Дай угадаю, кто тебя пригласил... Накахара? — Да... Неудивительно? — Неудивительно. Дай мне пообщаться с ним. — Что? — набиравший до этого длинное сообщение с вопросом шатен так и застывает с занесённым пальцем над значком "отправить". — Я должна знать, куда ты хочешь поехать. А там посмотрим, каким будет мой ответ. — Ладно. — Осаму делает звонок из приложения, отдавая смартфон в нежные руки матери. Та, приняв новомодный гаджет, прислоняет его к уху, вслушиваясь в монотонные гудки. Кареглазый откидывается на высокую спинку софы, прикрыв глаза, напряжённо ждёт, пока на другом конце не раздаётся тихое "Да?". — Привет, Накахара-кун, это мама Осаму, можешь подробнее рассказать о поездке? — Здравствуйте, конечно могу. До города, в котором проведётся мероприятие, добираться примерно... часа четыре. Мы собираемся пробыть там трое суток, ночевать в палатках. Интересует что-нибудь ещё? — А что за фестиваль? — Рок-фестиваль, на нём выступят занесённые в программу музыкальные группы. Ещё много всякой всячины будут продавать в лавках, расставленых на пути к сцене. — Ммм, понятно, спасибо большое, Накахара-кун, за то, что уделил время на уточнение. Отдаю сына под твою ответственность. — Думаю, услежу. У Вас больше нет вопросов ко мне? — Нет, ещё раз спасибо. — Пожалуйста, до свидания. — Пока. Возвращая телефон его владельцу, женщина подбирает под себя ноги, закинув их на мягкое сиденье. — Хорошо, едь. Помочь собраться? — Мам, я уже взрослый, мне не нужна помощь. Суетливо роясь в ящиках, шатен переворачивает все аккуратно сложенные стопки одежды, после чего, расположив все нужные вещи на кровати, он тщательно проверяет, ничего ли не забыл. — Держи. — кареглазый ловко ловит шелестящую золотистую упаковку с чем-то круглым внутри. — Ты издеваешься?! — смутившись, Осаму изумлённо смотрит на пожимающую плечами мать. — Ты же уже взрослый. — хитро улыбается женщина. — Ты издеваешься. — Возьми, вдруг что. — Всмысле, вдруг что?! Ты ведь шутишь?! — возмущения Дазая прерывает оповещение, вибрацией пришедшее на смартфон, лежащий на дубовой тумбе. Взяв устройство с гладкой поверхности, кареглазый просматривает сообщение с местом и временем в диалоге с Чуей. — Завтра в девять утра нужно быть у клуба, разбудишь меня? — Разбужу.***
Тихая аллея перед стареньким зданием выглядит большим благоухающим зелёным пятном на сером полотне города. С высаженных вдоль этой тенистой улочки деревьев слетают маленькие белые цветочки, пахнущие вишней. Трепыхаясь в кружащемся танце, они опадают на пустые скамейки, спрятанные от жаркого солнца под огромными кронами маленького леска, раскинувшегося на окраине бурной жизни населения бетонных многоэтажек. Шатен перекладывает тканевую чёрную сумку из одной руки в другую, наступая на нежные розоватые лепестки, которыми усыпана вся каменная дорожка. Заметив рыжую шевелюру у железного забора с выгнутыми прутьями, Осаму ускоряет шаг, всполошив носками бежевых кроссовок вишнёвый ворох. — Здравствуйте. — Привет, ребята подойдут к половине десятого. — А зачем мы здесь так рано, что-то случилось? — Нет, ничего. Просто подумал, что ты растеряешься в незнакомой компании, если будешь здесь раньше меня. — С чего бы я растерялся? — Дазай оттопыривает нижнюю обветренную губу, поглядывая на Накахару из-под пушистой чёлки. — Ну, не обижайся, я хотел как лучше. — барабанщик укладывает одну из шершавых ладоней на тонкое плечо кареглазого, оглаживая молочную шейку, цепляет остренький подбородок, приподнимая напрягшееся лицо, роется в кармане рваных джинс, пока шатен, зажмурившись, вцепился в запястье держащей его руки. Выудив гигиеническую помаду, рыжик откручивает светло-зелёную крышку, белым стержнем проводит по потрескавшейся коже.
