The beast inside / Зверь внутри

      Эрвин налил себе чашку чая, присел за стол и начал ужинать с Майком и Глэдис. Джек ворочался в своей кровати, зыркая глазёнками по сторонам. Всё было тихо и спокойно, но Эрвин решил исправить это, объявив:       — Завтра иду на свидание с Бетти.       Майк подавился кусочком огурца и закашлял, Глэдис начала стукать его по спине рукой и поглядывала на Эрвина с недоумением.       — Серьёзно? — откашлявшись, Майк засомневался в реальности Бетти и подумал, что друг её выдумал, хотя весомых причин считать так не было.       — Да. Встречаемся завтра в полдень возле пекарни Мириам Коупленд.       — Понятно.       У Майка созрел план: пошпионить за другом, а заодно и посмотреть, кто такая Бетти Грант. Конечно, это было по-детски глупо, но Захариусу было скучно сидеть в четырёх стенах и слушать вопли маленького сына каждый день изо дня в день. Да и Глэдис, по правде говоря, немного раздражала своей ленью и равнодушием.       Ужин закончился. Все разошлись по комнатам. Джек посапывал, лёжа в своей колыбельке, и полночи проспал крепко, но потом проснулся и закричал. Этой ночью была очередь Майка подмывать сына, менять ему пелёнку и укладывать спать. Захариус в прямом смысле скатился с кровати прямо на пол и чуть не разбил нос. Поднимаясь на ноги, он зацепил плечом кувшин с водой и разбил его. Глэдис начала зажигать свечи и убирать с пола осколки, а Майк, не теряя времени, начал снимать с сына мокрую пелёнку, а когда прибежал на кухню, увидел, что Эрвин тоже проснулся и грел воду для Джека.       Утром все были опять разбитые, а Майк так храпел, что даже не стал завтракать. Эрвин же помог Глэдис с уборкой, опять помыл Джека, но уже делал это смелее и увереннее, а в полдень помчался на свидание, купив по дороге букет ромашек.       Бетти опоздала, правильнее будет сказать – задержалась, на пять минут. Она не была до конца уверена, что ей нужна сегодняшняя встреча, что она поступает правило и можно вообще доверять разведчику, с которым толком не знакома?       Отмахнувшись от всех предрассудков и правил, Бетти надела голубое платье с рукавами-фонариками, прямой юбкой расширяющейся к низу и небольшим бантиком на груди. Волосы были завиты в маленькие локоны и собраны наверх в хвостик, по обеим сторонам лица спускалась кудрявая чёлка. Бетти не подходила эта причёска. Лицо казалось квадратным, а щёки большими и некрасивыми.       — Это вам, — протянул цветы Эрвин. — Являться на свидание с пустыми руками – некрасиво.       — Не помню, чтобы вы назначали мне свидание, — взяв в руки цветы, Бетти понюхала их. — У нас была назначена только дружеская встреча, не более.       — Считайте это чем хотите, — хитро улыбнулся разведчик и повёл Бетти в кафе.

***

      Прошёл месяц. Эрвину и Майку пора было возвращаться в штаб. Глэдис помирилась с матерью, и они вместе работали в ателье и воспитывали Джека. Свадьба Бетти и Мелдрикса должна была состояться через три дня.       Весь этот месяц Эрвин и Бетти постоянно гуляли вместе, ходили в библиотеку и просто общались на разные темы. Грант открылась разведчику с разных сторон.       Вечером Эрвин отправился к Бетти на запланированную встречу с ней. Это должна была стать их последняя встреча. От этого становилось грустно и больно на сердце.       Бетти надела горчичное платье с белыми вставками, волосы были красиво уложены сзади. Эрвин же был в своей форме Разведкорпуса.       Они долго шли плечо к плечу, разговаривали ни о чём, стараясь оттянуть разговор, что это встреча последняя для них. А они даже не целовались, потому что это неприлично. Бетти последние две ночи задыхалась по ночам от слёз, Женевьер часто стояла у двери, слыша тихие всхлипы за дверью, а Ленайон проводил много времени в подвале, создавая очередной чарующие аромат на продажу.       — Ты умеешь ездить верхом? — неожиданно спросил Эрвин, проходя с Грант мимо конюшни.       — Да. Умею, — спокойно ответила Бетти, подойдя к одной из привязанных лошадей.       Погода испортилась за мгновение. На небе появились грозовые тучи из ниоткуда, а через секунду хлынул дождь.       Эрвин затащил Бетти в небольшой сарайчик, где располагалось сено. Дождь стучал по крыше, словно сумасшедший, а молодые люди успели намокнуть. Смит снял куртку, потом начал расстёгивать рубашку, Бетти стыдливо наблюдала за этим, краснея и дрожа от страха.       — Ты зам...       — Не смей! Я не разденусь! У меня через три дня свадьба, и я не хочу опозорить родителей! — рявкнула Бетти, грозя пальцем. Было очень холодно, да и на улице тоже сильно похолодало.       — Будет лучше, если ты свалишься с воспалением легких? — Эрвин положил свои руки на плечи девушки. Она молчала, тряслась и заметно нервничала.       Видя, что Бетти растерялась, он осторожно развязал спереди шнурок на её платье, которое мгновенно стало мешковатым, перекрутилось в области груди. Осторожно подхватывая юбку платья, Эрвин начал снимать его через голову Бетти, оставляя её в красивом нижнем белье кремового цвета. Потом разведчик накинул на девушку бордовый красный плед, лежавший на сене. Бетти стыдливо пыталась замотаться в плед, но он был слишком коротким и маленьким, вероятно, его обрезали напополам. Эрвин присел рядом с ней, был очень задумчивым и серьёзным.       — Я возвращаюсь на службу...       — А я выхожу замуж через три дня.       Они посмотрели друг на друга, как на предателей. Смит был поражён этими словами и почувствовал сильную обиду на девушку.       Такая же, как и все!       Бетти заплакала, рассказала про Кьюри, брак по расчёту и своё нежелание выходить за этого старикашку. Услышав это, Эрвин дёрнул девушку на себя, и она оказалась на его плече, не сообразив, что произошло.       — А за меня бы вышла?       — К чему эти вопросы, если такому никогда не бывать в реальности? — с недовольством спросила Бетти и покраснела.       — Почему не бывать? Я могу тебя украсть!       — Нет. Нет и ещё раз нет!       — Почему? Я тебе совсем не нравлюсь?       — Нравишься, но ты простой...       — … разведчик, который не сможет окружить тебя бриллиантами, служанками и дорогой одеждой? Это ты хочешь сказать?       — Нет. То есть да... Боже, — Бетти заметно растерялась. — Просто ты не сможешь обеспечить меня, нанять парочку служанок и... — она замолчала. — И... Поцелуй меня. Тогда я смогу представлять тебя, когда меня будет целовать он.       Эрвин поцеловал Бетти, но в щёчку. Слова Грант не то чтобы обидели его, просто оставили в сердце неприятный осадок. Бетти неуверенно обняла разведчика за шею и сама поцеловала его в губы, как однажды читала про это в книге. Грант до сих пор не знала, что значит целовать мужчину в губы. Эрвин обнял её и ответил на поцелуй смело и напористо. Он впивался в её губы своими, целуя их со страстью и обидой, что она назвала его недостойным для неё.       Бетти сама того не ожидая, села Эрвину на колени, а плед упал с её плеч, позволяя разведчику любоваться стройным телом девушки, которая ему так сильно нравилась, но в тоже время он был очень сильно обижен на неё.       Целовались они долго, хотя времени никто не засекал. Когда Бетти почувствовала в своём рту язык Эрвина, то вздрогнула, не зная, что делать и хотела разорвать поцелуй, но Смит запустил в её волосы руку, прижимая её голову к себе, не позволяя разрывать поцелуй, тогда Бетти замычала и заёрзала на его коленях, возбуждая разведчика сильнее и сильнее.       Он свободной рукой вытащил своей ремень из брюк, откидывая его куда-то в сторону, потом он начал расстёгивать ширинку на брюках, а Бетти задрожала, но уже не от холода или от страха, а от нарастающих в её теле ноток возбуждения, похоти, страсти... Она ненавидела себя в этот момент за животные инстинкты, но не могла с собой ничего поделать. Её тело жило отдельно от разума, это бесило и раздражало.       Эрвин рукой нащупал упавший с девушки плед и постелил его ей под спину. Бетти сдвинула ноги, плотно прижав колени друг к другу. Ей хотелось продолжения, учитывая романтическую обстановку вокруг: шум дождя, вспотевшие от животных инстинктов тела и странный запах, витающий в воздухе.       — Я хочу не только поцелуй, — покраснела Бетти, чувствуя, что сердце готово выпрыгнуть из груди, а живот скручивало от наваждения.       — Хорошо, если ты не будешь жалеть об этом и подумаешь над тем, чтобы сбежать со мной.       — Обещаю!       — Тогда... Сними с себя всё нижнее белье.       Бетти неуверенно расстегнула застёжку от лифчика, а потом сняла его и тут же закрыла грудь руками. Девушка была готова сгореть от стыда и не отказалась бы, если бы Женевьер хорошенько отпорола её ремнём за одни только порочные мысли.       — Не прикрывай!       Эрвин положил свои руки поверх рук Бетти, осторожно пытаясь приоткрыть девичью грудь.       Грант неуверенно убрала руки с груди и тяжело вздохнула. Эрвин тут же начал массировать грудь, отчего было очень приятно и хорошо. Бетти расслабилась, а потом взвизгнула, когда почувствовала на своём затвердевшем соске мужские губы. Прикрыв глаза, девушка просто начала отдаваться сладким ощущениям, не желая, чтобы эти ласки кончались.       Эрвин оставлял красные следы на шее, ключицах, груди, плечах и даже на животе Бетти, понимая, что они могут и не зажить за три дня, и в первую брачную ночь у господина Кьюри могут быть вопросы.       Бетти покусывала губы, иногда дёргала плечами, когда чувствовала, что скатывается с сена куда-то вниз. Эрвин целовал, покусывал до крови нежную девичью кожу, опять целовал и стягивал с себя остатки одежды.       Когда разведчик оказался полностью голым, Бетти испуганно посмотрела на его член и хотела уже прекращать всё это. Страхи опять ударили девушку куда-то между лопаток, вызвав боль во всей грудной клетке.       — Не бойся, расслабься, — целуя девушку в висок, плавно опускаясь к её губам, он с трудом стянул с неё трусики, откидывая их куда-то назад. — Если не хочешь, я могу прекратить.       — Н-нет, раз уж решили до конца, т-то до конца, — волосы Бетти были насквозь мокрыми, некоторые пряди прилипли ко лбу и к шее, некоторые запутались в соломе.       Грант неуверенно слегка раздвинула свои ноги, опять чувствуя стыд и позор. Она даже прикрыла рот рукой, чтобы не закричать в свою сторону что-то оскорбительное, а Эрвин уже устроился между ног девушки, разводя их в стороны пошире.       Бетти отвернула голову в сторону и задрожала, чувствуя, что ей в бедро уткнулось что-то горячее и твёрдое, потом это переместилось к её самому сокровенному месту. Уверенность почему-то быстро растворилась в воздухе, а колени начали дрожать. Хотелось встать и уйти, но было поздно давать заднюю и прекращать всё это. Потом Бетти почувствовала резкий толчок внутри себя и расползающуюся боль по всей нижней части тела. На секунду от боли перехватило дыхание, девушка запищала и заплакала, вся напряглась.       — Расслабься, — Эрвин поцеловал девушку в губы, делая пару медленных толчков. Бетти опять запищала, вцепилась в плечи Эрвина, вогнав в них свои ноготочки.       Разведчик начал неторопливо двигаться, целовал Бетти в губы, щёки, шею, грудь... Шептал ей на ушко нежные слова, посасывал мочку уха, чувствовал, что ещё чуть-чуть и он потеряет над собой контроль.       С губ Бетти сорвался стон, а сама она перестала плакать, чувствуя вместо боли что-то другое, отчего по телу пробегали муражки, хотелось кричать ещё громче...       Дождь стих. Бетти лежала в объятиях Эрвина, а он гладил её по голове, прижимая к себе и целуя в макушку. Вокруг была ночная тьма, но молодые люди привыкли к темноте и могли разглядеть очертания вилл, стоящих в углу, сёдел, висящих на стене и бочку, на которой валялись ржавые замки.       Бетти всерьёз задумалась о побеге с Эрвином и плевать ей было на всё. Именно в этот момент она вспомнила, что Ленайон ей никто, просто опекун. Да, благодаря ему она смогла стать образованной и воспитанной девушкой, а не покатиться по наклонной, как часто бывает с девушками из приюта Розалинды. Но это всё не значит, что теперь она должна выйти замуж за старика и принести себя в жертву.       — Знаешь, Эрвин, — прижавшись к нему поближе, Бетти нервно сглотнула. — Укради меня прямо со свадьбы!       

***

             Майк собрал два чемодана и составил их в коридоре. Вещей у него было немного, да и в разведке выдают форму. Глэдис держала на руках Джека, совала Захариусу в руки пирожки, что-то причитала и перекрестила раз пять в дорогу. Джек то плакал, то смеялся, то зевал, непонимания, что отец возвращается на работу, с которой может и не вернуться живым.       — Присесть нужно на дорожку! — Глэдис продолжила суетливо топтаться в коридоре.       — Ай, да ну тебя, — Майк взял сына на руки, рассматривая его, пытаясь запомнить его, чтобы потом удивиться, когда он подрастет.       Присев на диванчик в гостиной, молодая семья сидела молча. Глэдис хоть и не питала к Майку особых возвышенных чувств, всё равно не хотела, чтобы он уезжал и погибал, и заплакала, утирая слёзы платком.       — Ладно тебе, я отлично обращаюсь с приводом и чувствую гребаных тварей за версту! — Майк приобнял Глэдис, поцеловал её в висок, а потом и Джека чмокнул в лобик. — Ладно. Пора. Опоздаем с Эрвином – влетит от командира А я не хочу дежурств вне очереди. — Разведчик отдал сына Глэдис, поднялся с дивана, схватил чемоданы и оказался у двери. — Постараюсь навестить вас через пару месяцев. Письма буду писать раз в неделю и посылать деньги.       — Хорошо. Но ты же напишешь нам, как доберешься до штаба?       — Напишу, не волнуйся. — Майк ещё раз посмотрел на Глэдис и сына и выбежал из квартиры.       Эрвин уже закинул свои чемоданы в повозку, запряжённую двумя лошадями, потом помог Майку и замялся:       — Есть дело, но нужна твоя помощь.       Разведчики направлялись в часовню, не говоря друг другу ни слова. Майк хоть и отнёсся скептически к просьбе друга, но не стал отказывать ему.       Возле часовни собралось много народу. В основном гости Кьюри с моноклем на глазу и уже с шампанским в руках. Эрвин и Майк осторожно зашли за часовню, где был вход в комнату невесты, которую должны были привезти сюда ещё утром. Эрвин старался заглянуть в комнату сквозь витражные стёкла, но смог разглядеть лишь два размытых силуэта в комнате.       — Я пошёл, если что – подай знак, — сказал Эрвин открывая дверь. Майк кивнул и остался на шухере.       Эрвин осторожно зашёл в полутёмное помещение, где пахло ладаном и женскими духами. Он осторожно ступал по деревянному полу, который, к счастью, не скрипел. Проходя мимо подставок с цветами, Эрвин увидел перед собой ещё одну дверь, за которой был слышен чей-то шёпот и уговоры смириться. Голоса была женские, один из них принадлежал Бетти. Собравшись с мыслями, разведчик толкнул дверь и оказался в комнате невесты, где Грант плакала, а Женевьер её успокаивала.       — Вы кто?! Мне позвать полицию или мужа? — грубо, но не крича, спросила Женевьер.       Бетти поднялась с небольшого дивана, поправляя своё белоснежное красивое свадебное платье. Волосы были собраны в пучок, в который вставлялась заколка с фатой.       — Я забираю Бетти с собой, — заявил Эрвин, хотя ему не очень хотелось разборок. — Я люблю её и хочу жениться на ней.       У Женевьер задёргался глаз. Она посмотрела на Бетти, потом на Эрвина, пытаясь понять, как могло так случиться, а потом сняла с вешалки длинный плащ и накинула его на дочку, снимая с неё пышную фату.       Бетти с недоумением смотрела на мать, поправляя на себе плащ, а потом неуверенно, хромая, подошла к Эрвину, смотря на него мутными от слёз глазами.       — Уезжайте, раз любите друг друга. — Женевьер присела на диванчик, перебирая длинными пальцами камушки на заколке от фаты. — С Ленайоном я разберусь, не волнуйся, Бетти, — женщина стряхнула с лица слезинку. — Заедь домой и возьми в шкатулке в моей комнате денег. Думаю, вам они пригодятся на первое время.       — Спасибо, мам, — Бетти обняла мать и расплакалась, а потом подбежала к Эрвину, хватая его за руку.       — Будь счастлива, Бетти.       

***

             Эрвин и Бетти поженились через неделю. Смит поселил жену в красивом домике в пределах стены Марии, а сам вернулся на службу. Через год у пары родился сын Эрик, а через четыре года дочь Мия.       Привыкшая жить в достатке Бетти, начала давать частные уроки игры на пианино, учила местных детей читать и писать, девочек обучала хорошим манерам, но всегда старалась оставаться в стороне от их родителей. Эрвин проводил большую часть времени на работе, изредка навещая свою семью, а вот Майк мотался к Глэдис раз в месяц, после каждой вылазки и проводил много времени с Джеком, который обожал отца.       Вскоре Эрвин решил, что его семья должна жить в более безопасном месте, чем районы Марии и перевёз их в Стохес, купив им домик по соседству с Глэдис. Девушки подружились, даже слишком и много времени проводили вместе.       — Тебе, надеюсь, нравится дом? — спросил Эрвин и занёс в дом коробку с нотами жены, ставя на стул.       — Да, здесь больше людей моего круга, — Бетти натирала до блеска хрустальную вазу для конфет и бокалы, аккуратно всё расставляя в деревянный буфет.       — Ты до сих пор считаешь людей незнатного происхождения плебеями? — Эрвин присел на горчичный диван и посмотрел на жену, которая недовольно нахмурилась, услышав это.       — Ты... Наверное, кушать хочешь? Сейчас, я с утра готовила рагу, сейчас подогрею тебе, — Бетти решила сменить тему и прошла на кухню, поставив сковородку с едой разогреваться.       — Как обычно, меняешь тему. В этом вся ты, — он обнял её сзади и поцеловал в шею.       — Мам, я хочу собаку! Или кошку, или всё вместе, ну ма-ам! — на кухню прилетел шестилетний Эрик с мячиком в руке. — Мам, даже у Джека есть собака! Я тоже хочу!       У Эрика были каштановые волосы и голубые глаза. Его сестра Мия была блондинкой с сине-голубыми глазами. С отцом Эрик общался очень натянуто, так как не видел его месяцами, а вот Мия тянулась к отцу.       — Иди руки мой, будем кушать, — шикнула Бетти и Эрик убежал мыть руки, кидая грязный мячик на пол в гостиной.       — А я и не знал, что Эрик хочет собаку, — сказал Эрвин и сел за стол, ожидая обеда.       — А ты ещё реже появляйся дома, тогда вообще забудешь, что у тебя есть дети, — недовольно пробормотала Бетти.       — Не начинай! Ты же знаешь, что у меня много работы!       — А у тебя работа всегда на первом месте. Зачем тогда ты вообще семью заводил? Женился бы на работе, и никто тебе бы не мешал работать.       — Я же люблю тебя, Бет, — он опять подошёл к ней и обнял, зная, что если сейчас не сгладить этот острый угол, то жена заведётся часа на два и весь мозг вынесет, занесёт обратно и ещё раз вынесет.       — Всё, давай есть садись. Эрик, иди кушать!       — Мам, а если я всё съем, то ты мне купишь собаку? Я хочу большую и сильную! — Эрик забрался на стул и схватил в руки ложку.       — Оставь меня в покое со своей собакой! — начала злиться Бетти, понимая, что ей придётся самой ухаживать за животным.       Эрик обиженно надулся, а Эрвин пропустил мимо ушей просьбу сына, считая, что ему ещё рано заводить собаку.