The beast inside / Зверь внутри

      У Эбигейл с утра было плохое предчувствие: был день 57-й экспедиции за стену. В последнее время все планы Смита были окутаны завесами тайн и мрака, а от Леви никогда ничего не выпытаешь: тайны Эрвина для него святое. Даже под смертными пытками ничего не скажет, да Эбигейл и не собиралась его пытать, а видела его всего лишь три раза за месяц и то, можно сказать, мельком. Не больше пятнадцати минут.       Сесиль с утра успела разбить вазу, весело усмехнувшись, что это на счастье — экспедиция будет успешной. Эбигейл в приметы не верила. Если разбилась ваза — значит, кто-то рукожоп, раз свалил её, но спорить с подругой не стала. На счастье — так на счастье.       Наконец-то они оказались за стенами, разделяясь по отрядам, разбегаясь по сторонам. Сесиль вдруг пожаловалась на сильную боль где-то под ребром. Эбигейл немного выбежала вперёд, а потом и вовсе выбилась из положенного строя из-за беспорядков, царящих внутри.       Что за?.. Почему все перемешались, перепутались и скачут, где попало?       Эбигейл насторожилась, да и Сесиль из виду потеряла, но надеялась, что с ней всё будет хорошо. А сзади загорались сигнальные ракеты, вылетая в воздух столбом разноцветного дыма. Эбигейл почему-то закашляла, а пыль попала в глаза и рот, заставляя остановиться, чтобы прокашляться. Вокруг не было ни души, но топот копыт было слышно, а потом вдруг начала дрожать земля, и титаны начали лезть со всех сторон, зажимая целые отряды в кольца, поедая разведчиков, разрывая их на части.       Эбигейл пришпорила лошадь, убегая вперёд. Она не видела смысла геройствовать, зная, что десятерых титанов она не убьёт, потому что не так хороша в искусстве управления приводом. Манёвры до сих пор давались трудно; особенно были проблемы с концентрацией и внимательностью. С двумя, максимум, гигантами девушка ещё могла справиться, предугадывая, куда они ударят и как увернуться, но больше — нет. Для Эбигейл это самоубийство.       Ускоряя лошадь всё дальше и дальше, Эбигейл молилась, чтобы эта вылазка побыстрее кончилась, потому что на душе было очень тревожно и неспокойно.       Трава была молоденькая и мягкая. Эбигейл вдруг почувствовала сильную дрожь, а потом кусок земли под ней «взлетел» в воздух, и она упала лицом в эту траву, а мимо пронёсся аномальный титан, внося в строи панику и хаос.       Лошадь Фоули громко «игогокала», поднимаясь на ноги. Эбигейл с трудом смогла встать с земли, чувствуя, что неслабо приложилась плечом. Мимо пробежали Бертольт и Имир, остановившись:       — Вам нужна помощь? — спросил парень из вежливости.       — Нет, — буркнула Эбигейл, перекидывая ногу через седло, дёргая лошадь за узду на себя, снова продолжая путь вперёд, но уже с двумя спутниками.       — И что нам дальше делать? — спросила Имир с ноткой недовольства в голосе.       — Продолжать путь, — спокойно ответила Фоули, пришпорив лошадь, чтобы оторваться от этих двоих, но они тоже ускорились, не отлепляясь от неё.       Назойливые мухи! Чего увязались именно за мной?       Эбигейл покачала головой, осознав, что перед глазами у неё всё двоится, а иногда проскакивает темнота. Как раз сотрясения ей сейчас и не хватало.       Аномальный титан, или же женская особь, был где-то впереди. Эбигейл не нравилось это всё, но в то же время она радовалась, что титанша впереди. Только… Что мешало женской особи развернуться? Ничего.       — Вы едете… налево, — неуверенно сказала Эбигейл, когда они приблизились к лесу.       Имир и Бертольт наконец-то отстали, а Эбигейл помчалась по центральной, зная, что туда поскачет весь элитный бомонд Разведкорпуса, а где элитный бомонд, там и шанс выжить, за спинами товарищей.       — Эй, Фоули, ты почему не в своём строю? — неожиданно оказался рядом с девушкой Майк.       — Все погибли там. Я не знала, куда именно скакать, — ответила Эбигейл. Майора она ненавидела просто так. Слишком грубым, дотошным и настойчивым он бывал.       В тени деревьев было хорошо, прохладно, пахло сыростью и мхом. Эбигейл услышала залп из пушек, а потом увидела, что женскую особь загарпунили на сотню гарпунов. Зрелище было очень мощное, и врага можно было рассмотреть детальнее и тщательнее.       Взлетев с помощью привода на одну из веток, Эбигейл пошатнулась: в глазах опять задвоилось. Однако говорить кому-то о возможном сотрясении девушка не торопилась.       Женская особь, понимая, что ей сейчас сделают вскрытие без анестезии, громко заорала, словно дикий зверь. Эбигейл в этот момент схватилась за дерево, едва не свалившись с ветки. Голова кружилась, в глазах двоилось, в руках была слабость, а титаншу начали пожирать других титаны, налетевшие из ниоткуда.       — Отступаем! — скомандовал Эрвин.       Эбигейл с радостью помчалась к лошади, едва на упав с неё при попытке забраться. Голова начала болеть, но Фоули смогла кое-как взять себя в руки, чтобы выглядеть так, как обычно на всех вылазках. Она шла почти за Эрвином след в след, а он болтал с Ханджи о чём-то.       Как моя сестрёнка могла связать свою жизнь с этой свиньёй, которая её ни во что не ставит? Да и к Эрику он относится отвратительно. Херовый ты отец, Эрвин. Будь у меня больше смелости, я бы тебе всё это высказала в лицо.       — Ты не заметила ничего странного? — спросил Эрвин у Эбигейл. Он тоже не слишком хорошо относился к девушке, зная, что она родная сестра его жены, считая Эбигейл такой же истеричкой, как и Бетти.       — Что? — отвлекаясь от своих мыслей, спросила Фоули.       — Он спросил, не видела ли ты ничего подозрительного сегодня? — спросил Майк, поравнявшись с девушкой.       — Нет… только, этот титан, которого вы поймали. — Эбигейл снова опустила голову и прикрыла глаза. Тревожность немного отступила, хотелось выпить горячего чая и поспать, но путь предстоял ещё долгий и длинный.       — Не поймали, — поправил девушку Майк, не собираясь отъезжать от неё подальше, да и было некуда. Вокруг лес, впереди разведчики, сзади разведчики.       Наконец-то — выход из леса. Такой долгожданный и родной. Воздух перед лесом был совсем другим, да и температура чуть выше. Сесиль сунула в руки Эбигейл бутерброд и фляжку с водой. Эрвин ходил мимо, что-то говорил, но ни одного его слова Фоули не могла расслышать, даже когда он проходил рядом с ней. Да и нытьё Сесиль Эбигейл тоже почти не слышала. Головная боль утихла, но в глазах продолжало двоиться. Хорошо, что через пару часов она сможет поспать и отдохнуть.       — Вам нужна медицинская помощь? — спросила Криста, подойдя к подругам, сидящим на длинном бревне.       — Чего? — спросила Эбигейл, кинув слегка недобрый взгляд на Кристу.       — Вы не ранены? Возможно, нужна какая-то помощь? — переспросила Ленц, держа в руках кожаную сумку с бинтами и всем необходимым для оказания первой помощи.       — Успокоительное, — буркнула Эбигейл, а Криста добродушно протянула ей флакончик с таблетками.       — Ой, только не говори, что ты головой приложилась! — заволновалась Сесиль, дотрагиваясь до лба подруги, а потом осматривая её голову на предмет травм или ран, но нашла небольшую ссадину в волосах и несколько травинок, застрявших там же.       — Всё нормально. У меня лёгкое сотрясение. К вечеру буду как новая! — слегка разнервничалась Фоули, глотая таблетку.       — Сотрясение, говоришь? — спросил Майк, появившись словно ниоткуда. Он подошёл к девушке и осмотрел её голову, — Поедешь в повозке для раненых.       — Я в норме, майор. Не стоит так рьяно заботится обо мне. Лучше своими делами займитесь, — вспылила Фоули, поднимаясь с бревна.       — Враг до сих пор может быть среди нас, — говорил Эрвин Леви, поглядывая на всех остальных солдатов.       — К-командир! Можно вас? — нервно сглотнув, сказал Армин.       — Позже. Чуть позже, — прошёл мимо него Смит.       Все собрались уезжать, седлая лошадей. Майк сделал пару попыток, чтобы уложить Эбигейл в повозку к раненым, но тщетно; девушка поехала верхом на своей лошади почти нога в ногу с Сесиль.       Потерь было много, потом ещё и титаны догнали, зато Эрен был в разведке, валяясь в одной из повозок. Микаса не отходила от него ни на секунду, а он был без сознания. Эбигейл толком не знала, что случилось в лесу, да и спрашивать было не время.       Самым нелюбимым в вылазках для Эбигейл было возвращение с вылазок. Как обычно, люди выстроились в шеренгу, встречая разведку нелестными словами, а день медленно умирал. Солнышко плавно скрылось за горизонтом, покраснев. Эбигейл поспала полтора часа, а потом Леви притащил её к остальным, где они обсуждали план. Армин выдвинул теорию, кем может быть женская особь.       Эбигейл понравился Армин, пожалуй, больше всех из сто четвёртого. Он много думал, анализировал и был приятен в общении, а так же обладал небольшой физической силой, как и Эбигейл. Остальные для Фоули были менее приятны, особенно — Микаса и Криста. Было для Эбигейл в них что-то отталкивающее и неприятное. А вот Эрен… Эбигейл его, честно сказать, побаивалась. Всё-таки она впервые видела парня так близко, зная о его необычной способности.       — Значит, завтра едем за Энни в Стохес? — спросила Микаса.       — Поверить не могу, что она способна на такое! — растерянно произнёс Эрен, смотря в кружку с чаем.       — Всё, можете отдыхать. Подъём в семь! — сказал Леви и ушёл.       Ребята засуетились, убирая со стола кружки из-под чая и тарелки из-под бутербродов с маслом. Эрен был задумчивым, хмурился, вспоминая Энни. Нет, не могла она быть таким зверем, убившим огромное количество солдат! Нет! Энни не может! Не может она быть женской особью. Армин ошибся. Все ошибаются, верно?       Эрена мучали сомнения. Он полночи просидел за столом не в силах уйти в кровать, но под утро ему всё-таки удалось уснуть прямо за столом, облокотившись на свои руки головой. Он вздрагивал во сне; кошмары одолевали бедного Йегера, как и нежелание мириться с сущностью подруги.       Если бы я… Я мог быть… Я был бы внимателен к Энни, то смог бы разглядеть в ней зверя, хотя… Я сам такой же, как она! Я тоже могу превращаться в титана и… Я тоже монстр.       Эрен поёжился, открыл глаза и увидел перед собой деревянный, чуть шершавый стол. В комнате было серо и тускло. Утро не было пасмурным, просто небольшое окошко под потолком подвала выходило не на солнечную сторону замка-штаба, где обосновалась разведка. Так серо и тускло было сейчас и внутри Йегера. Он встал со стула, отодвинув его назад, отправился к умывальнику, набрал в ладони побольше прохладной воды и мылся, мылся, мылся, будто хотел содрать свою кожу. Дыхание сбилось, а внутри всё смешалось в одну кучу: воспоминания, женская особь, трупы… товарищей. А потом восхищённые глаза мальчишки, смотрящего на разведчиков, вернувшихся с 57-й экспедиции. Эрен вспомнил, как и сам был таким же мальчишкой с такими же блестящими глазами, полными восторга и надежды.       Эрен заплакал, опускаясь на пол.       Да как же так… Почему всё так?       Вытирая слёзы с щёк, парнишка был растерян. Слишком много навалилось на него, не позволяя даже передохнуть от событий, летящих со скоростью света. Эрен всхлипнул ещё раз, ощущая себя маленьким ребёнком, собирающим хворост для печи. Умывшись ещё раз, Эрен переоделся, накинул зелёную накидку и подошёл к своей лошади.       — Все поняли план? — спросил Эрвин.       Разведчики закивали, прыгая на лошадей, направляясь в Стохес.       

***

             В Стохесе уже кипела жизнь. На рынок вылезли торгаши, раскладывая товар, по улицам бегали дети, а в церковной школе был сегодня выходной. Бетти с детьми и Женевьер вышли из дома, чтобы сходить в пекарню к Мириам Коупленд и выпить с женщиной чаю. Глэдис шила в ателье шторы для одного клиента, а Джек помогал матери, отдавал клиентам заказы, складывал деньги в кассу.       Жизнь шла своим чередом, всё было как обычно. Энни проснулась, надела форму и поняла, что проспала. Выбежав в коридор, наткнулась на отряд рекрутов, стараясь избегать с ними перебранок.       — Смотрите-ка, спящая красавица проснулась. Ты так сладко слюнявила подушку, что я не решилась будить тебя, — захихикала Хитч.       — А ну-ка заткнулись! — рявкнул офицер, проходя мимо. От полицейского стоял немного запах перегара, но новички прижались к стене, не решаясь огрызнуться. — Короче, вот ваше задание, а у меня дела, — он сунул в руки Марло листы с заданием и смылся к своим друзьям в один из кабинетов, а новички отправились на улицу сопровождать разведчиков до Митры.       Тишина. В городе было тихо, хоть жизнь кипела, как обычно. Где-то загавкали собаки, вероятно, залезли в один мусорный бак и теперь дерутся из-за найденных объедков. Энни шла позади всех, чувствуя сильнейшую усталость во всём теле. В какой-то момент она отстала от других рекрутов, чтобы чуть передохнуть.       — Энни, — послышался голос Армина с переулка.       Леонхарт свернула, но сразу почувствовала что-то неладное, будто оставлять вчера Армина в живых и подходить к нему так близко было ошибкой. Большой ошибкой, из-за которой всё может пойти прахом.       Энни догадывалась, что Армин поймет, что она — женская особь. Этот хиленький блондинчик слишком умный и наблюдательный, но Энни не смогла убить его. Вероятно, какая-то часть души считала его другом. Возможно, если бы в кадетке они смогли найти с Армином общий язык, общаться больше и откровеннее, то сейчас бы всё было по-другому.       — Ничего по-другому быть не может, Армин! — словно противореча самой себе, своей сущности, Энни превратилась в титана.       Женская особь возникла в Стохесе — восточном районе самой безопасной стены Сины. Что происходит?       Местные жители мгновенно запаниковали, приняв женскую особь за колоссального титана. Все начали бегать, кричать, вводя округу в панику. По дорогам засуетились люди, большинство из которых не понимали, что происходит, что за вспышка молнии была только что?       Эрен, оказавшись заваленным камнями, из-за превращения Энни, лежал весь в крови и плакал.       Это не Энни, это не Энни! Она не может быть такой!       — Эрен… Превращайся в титана… — чуть растерянно пробормотал Армин, понимая, что план пошёл по пизде.       — Опять с этим ублюдком проблемы, — пытаясь разозлить Эрена, дабы привести его в чувства, Жан приземлился рядом с Йегером. — Ты че не лезешь в гребаного титана? Эта мразь сейчас весь город здесь разрушит! Неужели ты хочешь, чтобы невиновные люди погибли, кусок ты дерьма? — прорычал Кирштейн.       — Нет! Не хочу!       Полиция задрожала, заметив титана. Что делать дальше, никто не знал, и все просто стояли на крыше, сжимая дрожащими руками винтовку. Большинство из них молились, чтобы женская особь не достала их, а титанша бежала к стене, пока Эрен разлёгся под обломками и жевал свои сопли.       Эрик выскочил из пекарни, перебежал на соседнюю улицу, открыл рот и начал с восторгом смотреть на женскую особь, приближающуюся к нему. Сесиль, Эбигейл и отряд Ханджи приготовились стрелять из гарпунов в титаншу, которая приближалась к ним. Вдруг Фоули увидела мальчика, бегущего к титанше и почувствовала, как её перетрусило.       — Там ребёнок! Мальчик, — растерянно пробормотала Эбигейл, занервничав.       За считанные секунды Эбигейл помчалась по крыше, начала опускаться, хватая Эрика и падая на одну из крыш вместе с ним. Падение было неудачным, и Фоули ударилась головой, упав без сознания на крышу. Эрик ударился коленом, но тотчас поднялся, провожая взглядом женскую особь, пробежавшую рядом.       Бетти и Мия выскочили из пекарни, не понимая, что происходит. Женевьер выбежала за ним.       — Эрик! Сынок! Эрик! Ты где? — Бетти, дёргая за руку дочь, судорожно оглядываясь, пытаясь найти сына, но его нигде не было, и женщина помчалась вперёд, а потом услышала выстрелы и громкий звук: женскую особь пригвоздили к земле.       Ханджи была рада, ходила вокруг головы титанши, заглядывая в её глаза, сказав:       — Всё кончено! Сейчас мы достанем тебя из…       Энни ногой снесла все гарпуны, закричала и подскочила на ноги.       Леонхарт охватила безнадёга, что её раскрыли. Она побежала вперёд, пытаясь добежать до стены, чтобы перелезть через неё и…       … домой… Я хочу вернуться домой…       Маленькая девочка, никогда не умеющая открыть никому душу, поговорить о наболевшем… Всегда отрешённая и отстранённая… А нужно было это? Сейчас всё равно больно, ещё и сильная усталость от частых трансформаций. Энни будто бы устала от всего этого, противореча самой себе, своей сущности, в какой-то момент даже отвергая миссию, доверенную ей.       Энни так и не поняла, какого это — быть подругой, сближаться с людьми? Неужели всё кончится вот так?       Эрен в форме титана догнал Энни. Парнем обуяла такая ярость и злость, что он потерял контроль над самим собой, начал бить женскую особь с такой яростью, что вокруг ломались дома, умирали люди, попавшие под осколки.       А Энни, побитая и испуганная, смогла устремиться в сторону стены и начать карабкаться по ней вверх. И ей бы это удалось, если бы не Микаса, обрубившая ей пальцы, и Энни упала вниз, а вместе с ней упали и все её надежды.       Эрен мгновенно среагировал, вгрызся в затылок женской особи, осторожно вытаскивая оттуда Леонхарт.       И вот, Эрвин, почти что арестованный, но одержимый желанием допросить женскую особь, был почти так близок к победе. Казалось, протяни он руку вперёд — ответ о внешнем мире будет дан. Наконец-то он узнает то, что желал знать все эти годы, но…       — Че за херня?       Энни, чтобы не сказать врагам ни слова, собственноручно кристаллизировала себя. Армину в этот момент стало жаль Энни. Он вспоминал её кадетские года, вечно усталый и потерянный взгляд, и будто бы понимал её. Если ли у него не было Эрена и Микасы, возможно, Армин был таким же отрешённым.       Ей просто нужен был друг.       — Вот сука, а! — возмущался Жан, видя в Энни только плохое и ни капли хорошего. Он ударил ногой по кристаллу, но ничего не случилось. — Какой прочный, собака!       Леви вырезал Эрена из титана. Йегер до сих пор был в каком-то смятении, смотрел на Энни, пытаясь понять, что не так с этим миром? Когда он успел прогнить насквозь в глазах молодого парня?       Эбигейл с трудом поднялась на ноги. Дотронувшись до затылка, почувствовала, что там мокро, как и под носом.       — Ой, у тебя кровь! — пропищал Эрик, всматриваясь в бой двух титанов. — Спусти меня к отцу! Хочу к отцу! Он там сражается!       Знал бы Эрик, что Эрвин знал, что его семья может пострадать от разборок двух титанов и ничего не сделал, то вряд ли бы сейчас был окрылён настолько сильно.       Эбигейл позволила Эрику забраться себе на спину и, используя привод, направилась туда, где бой затих. Голова болела, сильно тошнило, шатало из стороны в сторону. Она с трудом опустилась на землю, а Эрик помчался к титанам, которые испарялись. Леви посмотрел на Эрика, а потом на Эрвина, которого сейчас волновала не семья, а то, что Энни нельзя допросить.       — Круто! Титан! Настоящий титан! — восторженно говорил Эрик, бегая вокруг.       Эбигейл ещё раз пошатнулась и рухнула на землю вниз лицом. Она опять упала в обморок, и Леви кинулся к ней, переворачивая на спину.       — Врача!       Эбигейл доставили в местный госпиталь, как и многих пострадавших от битвы. Остальные пересчитывали погибших, доставая из-под обломков домов трупы. Эрвина вызвали на ковёр, говоря, что все сегодняшние жертвы на его совести.       Бетти долго искала сына, не отпуская руку Мии. Она была в ужасе, что Эрвин даже не попытался спасти их, будто жена и дети для Смита ничего не значили.       Если с головы нашего сына упал хоть один волосок, я никогда не прощу тебя!       Бетти заплакала, не видя нигде сына. На глаза попадались разводы крови, останки людей и… Женевьер, лежащая под вывеской цветочного магазина. Женщина пошла искать Эрика, и вывеска разрубила её почти напополам. Бетти упала на колени, прижала к себе дочь и горько заплакала.       — Мамочка, не плачь! Мы найдём братика и папочку! — улыбалась Мия, гладя мать по голове.       Эрик в сопровождении Майка, который спешил удостовериться, что с Джеком всё в порядке, нашёл ревущую Бетти. Ему стало жалко её, а потом он увидел мёртвую Женевьер, взял Мию на руки, помог Бетти подняться и повёл их домой.