God will never miss you

I'm friends with the monster that's under my bed Get along with the voices inside of my head You're trying to save me, stop holding your breath…

      Фрэнк привез Джерарда домой к половине пятого вечера. Он припарковался на углу пустынной улицы, погруженной в густой сумрак, и постучал руками по рулю.       — Ну, провожать я тебя не пойду, сам понимаешь, — Фрэнк мягко улыбнулся, глядя на смущенного спутника. Джи осторожно кивнул и заправил за ухо непослушную русую прядь, сомневаясь, что нужно делать дальше.       — Да, конечно. Ну… Я пойду?       — Даже не попрощаешься как следует? — в тусклом свете уличных фонарей, проникавшем в салон машины, ухмылка Айеро казалась еще таинственней и мрачнее, словно он был героем фильма с непонятным даже для автора концом. Он сидел, расслабленно облокотившись на дверь и запрокинув голову назад, неотрывно глядя на свою жертву, которая со страхом смотрела на него. Пауза затянулась, и никто не торопился её прервать. Наконец Фрэнк властно махнул татуированной кистью руки в свою сторону. Джи с сомнением озирался по сторонам, глядя на неприветливые соседские окна, в которых горел свет, — ну же, Джерард, не трусь, — подбодрил Фрэнк. Тот неуклюже перегнулся через коробку передач, чем вызвал тихий смешок парня напротив. Джи практически лег на последнего, чтобы дотянуться до манящих обветренных губ.       — Не смейся, — буркнул Джер, пытаясь поцеловать Фрэнка, который совершенно не хотел помогать и просто наблюдал за тщетными попытками.       — Я не смеюсь, ты просто очень милый, — наконец Айеро обхватил музыкальными пальцами подбородок Джи и сам поцеловал его, — и сладкий, — добавил он, отстранившись. Щечки Джи покраснели, и он опустил взгляд, — напиши, отпустят ли тебя завтра ко мне, хорошо?       — Да, хорошо. До завтра?       — До завтра, — Джи покинул черный BMW, вдыхая свежий осенний воздух. Он слышал, как Фрэнк снова завел машину и уехал в неизвестном направлении. Мальчик медленно побрел к своему дому, снова чувствуя себя до боли одиноким и еле сдерживая подступающие слезы. Он обхватил себя руками, словно пытался защититься от грешного мира, его губы горели от порочных поцелуев и дрожали от почти не сдержанных рыданий. Все его тело разрывала боль, сердце грозилось сломать хрупкие ребра. Он тихо всхлипывал. Джи было страшно, он словно падал в бездну, где внизу стояли огненные пики Ада, расставленные Фрэнком. Он не хотел стать разочарованием для своих родителей, не хотел быть наказанным за все то, что делает сейчас, но и не хотел останавливаться. Джер мечтал стать ближе к Фрэнку, и казалось, у него получается. Они ведут беседы, целуются, Айеро проявляет свою заботу, но… Джи кое-что чувствует. Колющий холод, ледяное равнодушие, абсолютное спокойствие и уверенность в себе. Человек не может быть таким спокойным рядом с тем, кто ему нравится, не может быть таким уверенным. Но Джи и не хотел становиться его… парнем? Это звучит, как что-то постоянное, что-то, за что его могут избить до полусмерти, что-то слишком аморальное. Что-то серьезное. Но с другой стороны он хотел быть рядом с Фрэнком. Он хотел продолжать целовать его, продолжать проводить с ним время. Джерард чувствовал, будто ломается изнутри, но на самом деле рушился мир вокруг него, рушилась иллюзия. Он переставал быть таким невинным и наивным, он становился таким же запятнанным, как Фрэнк. Каждым своим касанием Айеро пачкал его ангельские крылья угольно-черной сажей, с каждым его поцелуем трескался золотой нимб.       Наконец Джи взял себя в руки. Ему нельзя так показываться на глаза родителям. Когда он перешагнул порог дома, его состояние выдавали только покрасневшие глаза. Но благо родители не обращали на это внимания, они считали это неважным. Сразу после семейного ужина Джерард решился спросить:       — Отец, можно я пойду завтра в гости к Питу? С ночевкой? Он пригласил меня, — Джи заламывал руки, волнуясь.       — Что будете делать? — спросил отец строго.       — Работу в парах по математике. Ты же знаешь, что у меня с ней некие проблемы. А с ночевкой, чтобы не идти одному поздно вечером. Это небезопасно…       — Хорошо, но, — Дональд прищурился, — Майки пойдет с тобой.       — Зачем?! — Джи не удержался от восклицания. Неужели ему здесь не доверяют?..       — Потому что я так сказал. Или может, тебе есть что скрывать?       — Нет, отец. Прости, — Джерард пошел наверх, а Майки направился за ним следом. Младший зашел в комнату брата, чувствуя на себе удивленный взгляд.       — Ты же не к Питу собрался, да? — Джи напрягся. Неужели это так очевидно? И какова же цена его лжи? Он размышлял, можно ли рассказывать брату о Фрэнке, обо всем, — не волнуйся, я не сдам тебя родителям, — мальчик только опустил голову, пытаясь взвесить все «за» и «против» — к кому ты хотел идти, Джерард?       — К… к Фрэнку Айеро, — тихо произнес мальчик, зажмуриваясь от страха. Побежит ли братик рассказывать все отцу?       — Я так и думал, — отозвался младший, — что ж, хорошо, мы пойдем к нему, — Джи удивленно посмотрел на Майки, в его глазах сияли искорки счастья и легкого недоверия.       — Правда?!       — Да, если хочешь. Но… — Майки немного колебался. Он был одним из тех, о ком раньше говорил Фрэнк. Он лишь притворялся хорошим перед родителями, учителями, но на деле был не таким уж невинным и гораздо лучше разбирался в жизни и в людях, чем его старший брат, — вы же не друзья, да?       — Мы наладили отношения, — радостно отозвался Джи, — мы теперь хорошо общаемся! Мы даже…       — Ты не понял вопрос, — перебил Майки, — вы больше, чем друзья? — ответом было молчание и потупленный взгляд мальчика.       — Майки, пожалуйста, не думай обо мне плохо... Черт, мне нет прощения и не будет, я знаю, но все же... как ты узнал?       — Нетрудно догадаться. Я знаю про Дерека, и я видел, как ты смотришь на Фрэнка. Нужно было просто сложить два и два. Но знаешь, что самое плохое во всем этом? Фрэнк тоже знает о твоих чувствах. Я не хочу быть плохим братом, но не думаю, что они взаимны.       — Он заботится обо мне! — яро убеждал Джи больше себя, чем Майки, — он… он отдал мне свое пальто, чтобы я не замерз, он отвез меня на пикник! Он правда мне нравится, ради него я готов наступить на некоторые принципы!       — Джерард, не злись. Но поверь, это все — ничто для него. Пикник? У него достаточно денег, чтобы кто-то сделал все за него и красиво оформил. Пальто? Очнись, Джерард! Он игрок, и выигранный приз ему важнее комфорта, он ведет игру, наслаждаясь адреналином и собственным превосходством, игру, в которой главный приз — ты.       — Я сам разберусь, — вдруг резко ответил Джи.       — Хорошо, я в любом случае поддержу тебя, — ответил Майк мягко, не желая ругаться.       — Он просто… запутался. Я хочу помочь ему, показать, что жизнь не такая ужасная.       — А ты уверен, что сам не пострадаешь в ходе этого спасения? — Джер молчал, — ты можешь пытаться спасти утопающего, но ты должен остановиться, когда он потянет тебя на дно за собой. Его груз достаточно тяжел, чтобы заставить тебя захлебнуться в считанные секунды.       — Я напишу Фрэнку. Нужно сказать, что со мной будешь ты. Надеюсь, он не против, — отозвался старший, совершенно игнорируя предыдущую реплику.

***

      На следующий день Джи и Майки оба пошли в школу и после шести нудных, честно отсиженных уроков ждали, когда за ними приедет Фрэнк, который снова не счел нужным посещать занятия. Когда же у ворот показался знакомый BMW, Джер толкнул брата и направился к машине. Он обнял Фрэнка, на несколько секунд прижавшись к нему, и сел на пассажирское сидение. Айеро остался стоять у машины и задумчиво курить, наслаждаясь медленным ядом. Майки неуверенно подошел к нему, все же немного побаиваясь.       — Извини, что так получилось, я не хотел вас стеснять. Это все родители. Я Майки Уэй, — он протянул Фрэнку руку.       — Бывает, — спокойно отозвался тот и пожал протянутую руку, — Фрэнк Айеро, но думаю, ты в курсе. Слушай, я не собираюсь ходить вокруг да около, ты парень взрослый, сам должен понимать. Мы сейчас едем ко мне, смотрим фильм. Где-то на середине ты уйдешь в магазин и будешь выбирать, что купить, так долго, как сможешь. Когда вернешься, Говард покажет тебе комнату, в которой ты будешь ночевать. Вот деньги, — Айеро протянул младшему несколько купюр, — купишь себе что-нибудь. Нам с твоим братом нужно время наедине.       — Точнее, это нужно тебе, — неожиданно дерзко отозвался Майки. Он чертовски волновался за брата. Фрэнк в ответ лишь заливисто засмеялся.       — Думать, какой я плохой и нехороший, это что-то вроде фишки в семье Уэй? Майки, я не насильник. Поверь, твоему брату это нужно не меньше, чем мне. Думаю, я даже ему снился. Единственная разница между нами в том, что он борется с собой, а я нет.       — Разница между вами в том, что у него есть к тебе чувства, для него это близость. А для тебя это просто ебля, не значащая ничего, кроме собственного удовольствия, — Фрэнк затушил сигарету, ухмыляясь.       — А тебя мама не учила, что материться — плохо, Майки блядский Уэй? Садись в машину и не возникай. Мне тоже не нравится, что ты здесь.       Фрэнк сел за руль, пристегиваясь и тепло улыбаясь Джерарду. Последнему было неловко от присутствия младшего брата, а чувство вины грызло еще сильнее. Айеро заметил напряжение мальчика и протянул руку, гладя его по мягкой щеке. Он наклонился и с холодной нежностью поцеловал Джи в прямой носик.       — Все в порядке?       — Да, все хорошо. О чем с Майки разговаривали?       — Знакомились, — Фрэнк даже не посмотрел назад, где сидел младший Уэй, — у тебя классный брат, он умен не по годам, — парень склонился к уху Джи и горячо прошептал ему на ухо, — но ты мне нравишься гораздо больше.       Майки демонстративно покашлял, напоминая о своем присутствии. Фрэнк улыбнулся и отстранился от Джерарда, переключая передачу и выезжая из школьного двора. Он снова ехал медленно, размышляя только над одним: послушает ли его Майки и уйдет ли из дома. Братья переговаривались о чем-то своем, смеясь, а Фрэнк не мешал им, краем уха слушая смех Джи, который показался ему поистине прекрасным. Айеро покосился на своего спутника, который откинулся на спинку кресла, запрокинув голову и обнажая бледную длинную шею. Он еще даже не осознавал своей сексуальности и тем более не умел ею пользоваться. В этом был свой сильный шарм, аромат невинности, сводивший музыканта с ума. Фрэнк сильнее сжал руль в руках, скользя взглядом по телу мальчика. Нет, если Майки не уйдет, то Айеро просто травмирует подростку психику и возьмет Джерарда прямо при нем. Но что-то подсказывало парню, что младший Уэй не посмеет его ослушаться.       Они приехали к красивому дому с классическим, далеко не вычурным дизайном. Фрэнк быстро сказал, что поставит машину в гараж, а братья вышли и теперь неловко стояли в центре чужого двора с ухоженным газоном. Деревянная дверь открылась и на пороге показался рослый мужчина средних лет, одетый в черную рубашку и того же цвета брюки. Он чем-то отдаленно напоминал Фрэнка, но на его лице уже залегли первые неглубокие морщины. Он басистым голосом позвал мальчиков внутрь, говоря, что Айеро-младший скоро придет.       — Я Говард Айеро, — представился мужчина, проводив Уэев на кухню, — приятно познакомиться с друзьями Фрэнка. Вы хотите есть?       — Да, — тут же отозвался Майки, решив брать от этой ситуации все самое выгодное.       — Отлично, — Говард достал из холодильника салаты и уже приготовленную пасту, — сейчас разогрею. А ты, я так понимаю, Джерард, — он посмотрел на старшего, — точнее, нет. Я надеюсь, что Джерард из вас двоих именно ты. В ориентации Фрэнка нет ничего плохого, но вот если у него есть склонность к педофилии, я поведу его к психологу, так что, пожалуйста, скажи, что ты — Джерард.       — Да, я Джерард. Джерард Уэй, — губы мальчика тронула легкая улыбка, — это мой брат, Майки. А вы — дядя Фрэнка?       — Ага. Он про тебя много рассказывал, Джерард. Садитесь, еда готова.       Братья сели за стол, взяв в руки столовые приборы, приступая к трапезе. Вдруг Джи вздрогнул, чувствуя, как на его плечи легли сильные руки, и обернулся. Фрэнк стоял за его спиной, осторожно гладя по плечам.       — Приятного аппетита, — Айеро поднял голову, — тебе тоже, Майк.       — Спасибо, — отозвались они хором, — я не заметил, как ты пришел, — Джер через плечо смотрел на парня.       — Бывает. Я пойду наверх, приготовлю все.       — Я тебе помогу, — вдруг вызвался Говард, наблюдавший за этой сценой. Двое Айеро отправились наверх, оставляя братьев на кухне доедать горячий обед. Фрэнк зашел в свою комнату, поправляя плед на кровати и подключая к огромному телевизору ноутбук, — да он без ума от тебя.       — Я знаю, — спокойно отозвался Фрэнк, — не он первый, не он последний.       — Я кое-что заметил, — неожиданно продолжил дядя, — кое-что в твоем поведении. Ты ни за кем так не ходил, Фрэнк. Ты стремишься проводить с ним больше времени. И, похоже, не чтобы затащить в постель. Тебе нравится с ним общаться. Он сам тебе нравится.       — Нравится, — согласился тот, — но не настолько, чтобы начать что-то серьезное. Это просто очередной секс, Говард. Просто очередной попутчик на неделю.       — Ты даже сам еще этого не понял, — ухмылка дяди была копией ухмылки Фрэнка, — помяни мое слово. Не упускай свой счастливый шанс, не гаси свою человечность, хоть раз послушай свое сердце, оно того стоит. У вас может что-то получиться, он хороший парень, — Фрэнк пошел обратно на кухню, но по пути остановился в сантиметре от Говарда, его взгляд был колючим и холодным.       — Какое сердце, Говард? Какое сердце?..

***

      Трое парней смотрели ужастик, поедая попкорн, заранее купленный Фрэнком. Джи вцепился в руку парню, зажмурив глаза, а Майки сидел и с опаской поглядывал на парня, совершенно не думая о фильме. Он догадался, что Фрэнк должен подать какой-то знак, но все еще не был уверен. Когда маньяк в кино разделывал труп очередной девушки, Джи снова закрыл глаза, прижимаясь теснее к Айеро. Тот неожиданно начал:       — Черт, я забыл купить безалкогольные напитки. Майки, можешь сходить? Тут магазин недалеко, — послышался тяжелый вздох.       — Ладно, — Майк встал и направился к двери из комнаты. Фрэнк вслушивался в тишину дома, ожидая хлопок входной двери. Когда тот наконец раздался, он приобнял испуганного мальчика за плечи и прижал ближе к себе. Прошло всего пять минут после ухода Майки, и Айеро склонился к виску Джи, оставляя на нем поцелуй.       — Хочешь выключу? — Фрэнк гладил ногу мальчика, утыкаясь носом в его волосы.       — Да, выключи, — согласился тот. Айеро нажал кнопку на пульте и комната погрузилась в тишину, прерываемую лишь тяжелым дыханием обоих. Парень включил торшер, ведь солнце давно зашло, а бледного лунного света было недостаточно. Фрэнк переплел их с Джи пальцы и склонил голову, страстно целуя того в приоткрытые губы, сразу проникая языком внутрь влажного рта. Они лениво целовались, сидя на кровати, но вскоре Фрэнку это надоело, и он медленно навис над Джерардом сверху, подминая его под себя. Он возобновил жаркий, голодный поцелуй, изучая кончиком языка нёбо и десны мальчика, который не знал, куда ему деть руки, куда деть себя. Айеро перехватил его запястья и прижал к матрасу по разным сторонам от головы. Обжигающие мелкие поцелуи спустились к шее Джи, Фрэнк легко прикусывал её и тут же зализывал след.       — Фрэнки, — тихо прошептал Джер, запрокидывая голову и обнажая бледную шею еще больше.       — Я хочу тебя, Джерард, — Айеро несдержанно шептал ему на ухо, целуя и кусая мочку. Он прижимался всем телом к телу Джи, подтираясь об него; в комнате становилось все жарче, раздавались громкие звуки поцелуев.       — Фрэнки, не надо… — Джерард прервал поцелуй, в его глазах плескался страх. Он понимал, что если сейчас они зайдут дальше, он больше не сможет оправдывать себя ничем. Это уже серьезно. Это уже непростительно и слишком грешно.       — Джер, не борись с собой. Тебе же нравится, — Фрэнк шептал это на ушко Уэя, словно змей-искуситель, игриво касаясь мокрым языком ушной раковины. Он поставил одно колено между ног Джи и слегка надавил, выбивая из мальчика тихий возбужденный стон, — я чувствую, что ты возбужден, я знаю, что ты хочешь меня, — говорил он в перерывах между поцелуями, — ты действительно никогда не касался себя там?       Джи покачал головой, и снова его губы были накрыты губами Фрэнка. Последний отпустил его тонкие запястья, и одна из рук легла на ширинку мальчика, легонько поглаживая. Джерард тихо стонал в раскрытые губы Фрэнка, инстинктивно подбрасывая бедра навстречу руке, желая более близкого контакта.       — А говорил не хочешь, — усмехнулся Айеро, гладя уже ощутимый бугорок на школьных брюках Джера и наслаждаясь его расфокусированным взглядом.       — А если Майки вернется?       — Он еще долго не вернется, он все понимает.       — А Говард?       — У Говарда ночная смена. Черт, я так тебя хочу, я сейчас просто сойду с ума. Не бойся, Джер, просто расслабься, — Джерард неуверенно положил руки на плечи Фрэнку, цепляясь за них пальцами, — вот так. Раздвинь ножки, котенок, мне неудобно.       Мальчик покраснел и медленно развел перед Айеро ноги, отводя взгляд. Фрэнк видел, как ему неловко, но еще он видел его возбуждение. Каким бы набожным и правильным он не был, он всего лишь подросток, которому в голову бьют гормоны, и он просто не смог устоять. Фрэнк видел его плохо скрытое желание, и это пробуждало в парне зверя. Он не просто хотел, чтобы сквозь свой стыд тот стонал под ним, он хотел заставить мальчика кричать его имя, в исступлении умолять о большем. Чтобы завтра он каждый раз заливался краской, вспоминая, как просил его не останавливаться. Фрэнка чертовски возбуждало ощущение власти над Джи, вообще ощущение власти как факт. Поэтому он рывком стянул с себя футболку, ловя восхищенный взгляд своего любовника. Уэй протянул руки к его торсу, но остановился, взглядом спрашивая разрешение. Айеро кивнул, и Джи кончиками пальцев начал обводить контуры татуировок, спускаясь к кубикам пресса и выпирающим тазовым костям. Фрэнк смотрел на его затуманенный взгляд и чувствовал, что скоро у него не хватит силы воли, чтобы нежничать. Уэй робко коснулся губами ключиц Айеро, вдыхая его запах. Но парень не собирался растягивать прелюдию и делать все похожим на занятие любовью. Он убрал от себя руки мальчика и расстегнул ширинку его брюк, стягивая их и отбрасывая в сторону. Джер попытался сдвинуть ноги, но ему не позволили, раздвигая их еще шире. Фрэнк прокладывал дорожку рваных поцелуев от колена до промежности по внутренней стороне бедер. Джи отворачивал голову, пряча лицо в подушках и глуша ими стоны, которые считал позорными и слишком пошлыми. Айеро его действия забавляли и возбуждали одновременно. Он расстегнул рубашку и начал исследовать руками живот и бока Джи, поглаживая их.       — Не трогай меня там, — тихо попросил мальчик.       — Почему? — Фрэнк коснулся губами низа живота, — тебе больно?       — Нет, мне просто, — он замолчал и продолжил шепотом, — как тебе не отвратительно касаться меня там? У меня не плоский живот, не стройные ноги… — он поджал губы. Айеро удивленно посмотрел на него и снова вернул руки на те же места.       — Глупости, ты прекрасен, детка, — он прикусил кожу на животе, — мне все нравится.       Фрэнк окончательно стянул с Джи рубашку, гладя его руки и плечи. Его губы нашли местечко на шее, где бьется пульс, и начали целовать его, играя языком. Татуированные пальцы спустились к возбужденному органу и сжали его, выбивая из опухших от поцелуев губ распутный стон. Айеро продолжал неторопливо ласкать член своего любовника, получая в награду сбивчивые вздохи, стоны, которые становились все чаще и громче. Джи цеплялся пальчиками за спину парня, пытаясь прижать его ближе.       — Хочешь, чтобы я продолжил? — Джер колебался. В нем говорила совесть, но он был уже слишком возбужден, чтобы отказаться.       — Да, Фрэнки… — протяжный стон разрезал тишину, ведь движения руки стали быстрее.       — Проси, Джерард.       — Фрэнк, я… — он захлебывался в стонах, которые уже успели превратиться в умоляющий скулеж, — возьми меня, Фрэнки, пожалуйста…       Одним резким движением Фрэнк стянул с него боксеры, прошептав, что «стринги смотрелись бы лучше», и заставив Джи снова покраснеть. Одним резким движением, он перевернул любовника на живот, поднимая на четвереньки. Джи пытался выше подняться на руках, хоть как-то сгорбиться, чтобы не быть настолько открытым, настолько голым, однако Фрэнк не позволил. Он надавил на его поясницу руками, заставляя выгнуться и отставить задницу. Джер был готов провалиться скозь землю от стыда и осознания того, что он делает. Еще неделю назад он называл это мерзким и противоестественным, а сейчас он совершенно естественно подставляет задницу другому парню. Он стоял на кровати Айеро на четвереньках, прогнув спину. И все бы ничего, но ему это слишком нравилось, ноющий от возбуждения и жажды разрядки член был тому подтверждением. А Фрэнк просто буквально потерял голову. Его пьянило все это не хуже наркотивков и алкоголя. Он знал, как бы Джи не стеснялся, он сделает все, что ему будет приказано делать, и эта покорность сводила с ума. Он замер сзади мальчика, рассматривая его и чувствуя, как он скоро сорвется.       — Повиляй хвостиком, — вдруг произнес Фрэнк. Джерард робко посмотрел на него через плечо и, повесив голову, покорно вильнул бедрами. Айеро упивался своей властью и видом заалевших щек мальчика. Джи старался не поднимать головы, ибо Фрэнк видимо не собирался прекращать этот позор. Однако Джер никогда не признается, что ему это чертовски нравится. Новая волна возбуждения накрыла его, когда пришло осознание, в каком виде он представал перед Фрэнком. Звук резкого шлепка разрезал тишину, и мальчик тихонько взвизгнул от неожиданности, — ладно, хватит с тебя на первый раз, — послышался звук расстегивающейся ширинки. Джи еще сильнее сжал ноги, пугаясь, что теперь все серьезно, действительно серьезно. Вдруг он весь покрылся мурашками от нежного прикосновения сухих губ Фрэнка к нижней части позвоночника. Тот ласково гладил его бока и ягодицы, целуя в спинку, — не бойся, Джерард, я не причиню тебе боли, я буду осторожен, а ты расслабься. Договорились? Разведи ножки шире, иначе будет неприятно.       Джи коротко кивнул и послушно раздвинул колени. Он услышал сзади звук рвущегося пакетика и почувствовал, как что-то холодное и склизкое потекло между его ягодиц. Он слегка дернулся и вопросительно посмотрел на Фрэнка, который осторожно провел пальцами по его входу.       — Ты даже примерно не в курсе, как происходит секс между двумя парнями? — Айеро поднял бровь и получил в ответ отрицательный кивок головы. Он закатил глаза, пока его партнер не видит, вспоминая, почему именно не любит секс с девственниками, — ладно, просто доверься мне, я сам все сделаю. Это смазка. Ты же не хочешь, чтобы я тебе насухую засадил и порвал? — снова отрицательный кивок, — вот и умничка.       Джи пытался расслабиться, но пока он чувствовал, как Айеро гладил его меж ягодиц, это было проблематично. Его шеи коснулись губы Фрэнка, успокаивающе целуя, он почувствовал, как внутрь скользнул палец, и снова сжался. Парень обхватил его свободной рукой за животик, прижимая спиной к своей покрытой татуировками груди. Палец размеренно двигался внутри мальчика, тяжело дышавшего в ухо Фрэнка. Было немного некомфортно, но не больно. Парень медленно добавил второй. Больно. Очень больно. Джерард чувствовал, как Фрэнк крутит пальцами внутри, сгибая их под разными углами. Мальчик уже успел пожалеть, что согласился, видимо, в сексе действительно нет ничего хорошего, и грех не так уж и красив. Вдруг Айеро в очередной раз согнул пальцы, и по всему телу Джера словно прошел ток. Он резко выгнулся в спине, запрокидывая голову, и простонал, забывая все свое стеснение. Губы Фрэнка тронула улыбка, и он снова прошелся пальцами по тому же местечку, заставляя Джи скулить.       — Я нашел, не так ли? — пальцы покинули тело Джера, и он глянул за спину. Фрэнк увидел в его глазах плохо скрытую мольбу и решил воспользоваться ситуацией, — ты знаешь, что тебе нужно делать.       — Фрэнки, пожалуйста, сделай так снова, прошу, — Фрэнк продолжал гладить комочек нервов, но Джи было мало. Он закусил губу, пытаясь сдержать скулеж, даже не понимая, как это сексуально выглядит, — войди в меня, пожалуйста.       — Умничка, — Айеро зубами разорвал упаковку презерватива и раскатал по своему члену. Он резко вошел в горячее нутро мальчика, точно попадая по простате, заставляя того вскрикнуть от боли и удовольствия. Он начал двигаться в жестком ритме, заставляя Джи выгибать спинку и вскрикивать от каждого толчка, — ты такой громкий, оказывается, — произнес парень, сдерживая собственные стоны. Он навалился на мальчика, быстро втрахивая его в постель. Айеро с самого начала не собирался быть осторожным, он заботился о собственном удовольствии, как и всегда, — будь у тебя поменьше тараканов в голове, ты был бы такой шлюшкой, Джерард, — рыкнул парень ему на ухо. Джи уже не слышал то, что говорил Фрэнк, удовольствие накрыло его с головой. Он кричал так, что слышно было во всем доме, не волнуясь о том, что Майки мог давно вернуться. Джер откинул голову на напряженное, влажное от пота плечо Фрэнка, губки мальчика сформировали идеальную букву «О», голос уже был сорван. Он пытался еще шире раздвинуть ноги перед парнем, подаваясь навстречу бедрами.       Фрэнк чувствовал, что уже балансирует на грани, и зверски вцепился зубами в белоснежную шею Джи. Он протянул руку под живот своего любовника и обхватил пальцами его истекающий смазкой член. Джерард в беспамятстве повторял его имя, словно это было единственным словом, которое он помнил. Спустя еще пару движений, он снова выкрикнул имя своего любовника, кончая на белоснежные простыни. Его конечности отказывались удерживать тело, и Айеро прекрасно это знал. Он прижал мальчика к себе, продолжая жестко в нем двигаться. С глухим стоном он излился в презерватив и вышел из такого тугого и жаркого тела. Он откинулся на подушки и поманил уставшего, буквально затраханного, Джерарда к себе. Тот осторожно подвинулся к парню и прилег на его плечо, приобнимая за талию.       — Мне стыдно, — сказал он тихо, но не настолько, чтобы Фрэнк не услышал.       — Почему?       — Из-за того, чем мы только что занимались, — Джи спрятал лицо в изгиб шеи Фрэнка.       — Из-за того, чем занимались, или из-за того, как сильно тебе это понравилось? — Фрэнк ухмыльнулся, — спи спокойно, Джерард. Не порти себе ночь, ты и так устал.       Джи снова уловил в этом тоне заботу и, прижавшись ближе, погрузился в сон. Мальчик действительно устал. Он не знал, что они с Фрэнком будут делать дальше, но сейчас был просто счастлив.

***

      В офисе раздался звук входящего сообщения. Говард Айеро взял со стола телефон, легко ударяя себя по щекам, чтобы проснуться. Он вздохнул, вспоминая, что еще год назад мог проработать всю неделю в ночную смену и все еще чувствовать себя бодрым. Он открыл сообщение и закатил глаза, ухмыляясь, вспоминая себя и своего покойного брата много лет назад. Яблочко от яблоньки, как говорится. К сообщению была прикреплена фотография, на которой Фрэнк корчил рожицу, а на его плече мирно спал явно обнаженный Джерард.

Входящее сообщение: Фрэнк. Готовь 200 баксов;) XO