Глава 8. Обет.
9 декабря 2019 г., 21:49
Он еще не ветер.
Аканэ уходил почти каждую ночь, оставляя свою Избранницу. Одну наедине с ожиданием. С ожиданием его возвращения, ожиданием утра. Ночью Илири чувствовала себя абсолютно беззащитной и беспокойство подкрадывалось незаметно, накрывая ожиданием с головой. Она ждала чего-то неотвратимого, тяжелого, и даже самой себе она боялась признаться в том, что ждала новых видений. Эдельвир и Аканэ были уверены в том, что видения больше не вернуться. Но как перестать ждать того, что было с ней всегда? Когда ждать становилось невыносимо, Илири поднималась туда, где могла бы остаться навсегда - на холм прямо перед домом. Стоило первым лучам солнца коснуться земли, Илири уже стояла на небольшой возвышенности, вглядываясь вдаль. Она хотела встретить грядущее лицом к лицу, хотя бы попытаться отвести беду от того, кто стал для нее всем. Аканэ не спрашивал, почему она проводила целый день на холме, и девушка была безумно благодарна. Она не могла объяснить словами, что беспокоило её, лишь вглядывалась вдаль. На границе между мирами почти никого не было. Лишь редкие путники бросали взгляд на старое деревянное здание или девушку, неподвижно стоящую на холме. Этим утром всё было иначе. Илири отчётливо увидела девушку, одетую в черное, ещё по ту сторону Кистдры. Та уверенной походкой направлялась к Винтарьи, легко переступила грань между другой и этой сторонами. Ещё чуть-чуть и Илири узнала девушку. Как такое возможно? Эдэльвир сказал, что врата в Иефу закрыты навсегда, и никто не сможет отыскать ее в Таин. Тогда почему соседка по этажу шла прямо к ней? Сердце учащенно забилось, бисеринки пота выступили на лбу. С каждым чужим шагом кольцо беспокойство сжимало грудь, не давая вдохнуть. Короткая кожаная юбка не мешала незваной гостье быстрым шагом идти к Илири. Грудь была видна из-под тонкой ткани черной блузки. Темно русые волосы и каре-зеленые глаза. Идеальность образа почти во всем. Илири не могла пошевелиться. Девица добралась до вершины холма и встала рядом, достала сигарету и зажигалку из маленькой чёрной сумочки, закурила и, выпустив дым изо рта, спросила: - Всё стоишь? В ответ Илири осела на землю, побелев как полотно. Девица усмехнулась, и ее тело охватило странное свечение. Она менялась на глазах, принимая истинный облик. Черные локоны с бликами седых прядей струились до земли. Черные глаза с узкими белыми зрачками прорезающие очи, словно острые кинжалы. Губы искривились в усмешке. Сигарета в пальцах превратилась в тонкую раскаленную иглу. Странное создание в темных развевающихся одеждах наклонилось над Илири. - Хм... Я и не ожидала... Цепко ухватив за подбородок, она заставила посмотреть на себя. - Кажется, он теряет хватку, - продолжала странная гостья, вертя лицо Илири, рассматривая как диковинную игрушку. - И что он в тебе нашел? Ты ведь такая же, как мы... Оцепенение поглотило разум. Девушка парализовало больше от страха, нежели от осознания, кто это. Нельзя было не узнать в фигуре с черными узорами на коже и огромными демоническими крыльями за спиной владычицу Велиата. От её фигуры разлилось синее мертвенное сияние, поглотившее собой целый холм. Илири не понимала, что вейлу нужно от неё. Та приблизила горячую иглу к лицу девушки, продолжая: - Знаешь, что я вижу в тебе? Пустоту. А за ней тьму. Такую, как во мне, как и в нем. Пусть это мягкая и тёплая Тьма, - демоница усмехнулась, – но Тьма! Чтобы бы быть его Избранницей, одной Тьмы недостаточно. Я видела всех его,... - она осеклась с таким показным удовольствием, как будто продолжение этой фразы могло пролить свет на что-то очень важное для Илири. - Что можешь дать ему ты? Надежду на то, что свет существует?! Надежда призрачна и слаба, что мой сын пройдёт насквозь, ничего и не заметив. Вейлу с некоторым усилием рассмеялась. - Тебе, чужачка, своим визитом оказала честь Мирра Энэрос, владыка клана Энэрос. Мать, того, кого ты называешь Аканэ. - На последнем слове совершенное лицо искривилось, будто имя было чем-то презрительным и брезгливым. - Мать, как никто другой, знает своих детей. Мой единственный сын прячется в забытых землях, окружая такими вот однодневками! Силы моих предков и клана тратятся неизвестно на что,... теряются навсегда. - В голосе звучало горе и выстраданная безнадежность. – Такие, как ты... Избранницы... Он променял власть, могущественные знание на тусклую искорку, которая потухнет до того, как он сумеет дотянуться до неё. Она отбросила маленькое орудие пытки, прикоснулась к щеке Илири разгоряченными пальцами, оставляя саженный след. - Тебе стоит сказать одно слово.. - Интонация ее голоса менялась от высокомерия до растерянности и обратно. – Один маленький шажок,.. выбери Велиат, и я одарю тебя покровительством. Я дам твоей тьме столько жертв, сколько нужно, чтобы насытить её. Это твой единственный шанс выдержать его гнев, однодневка. Мирра Энэрос снова рассмеялась: - Одно его касание, и ты исчезнешь… Не страшно? - Отчего ей должно быть страшно? Вейлу резко развернулась на голос. Её длинные волосы плавно, словно змеи, последовали за телом в движении, легли на грудь. В десяти шагах от них стоял Аканэ. В его взгляде не найти даже намека на радость или удивление этой встрече сына с матерью. Позади Аканэ на землю опустилась еще одна вейлу. Поменьше ростом, чем Мирра, но очень похожая на владычицу клана. Соблазнительная и грациозная, как любая вейлу, она с любопытством наблюдала за всем происходящим. Её блестящие волосы, свободно расправленные крылья явились полной противоположность напряженности Танцующего-со-звёздами. И всё же было в этих двоих что-то неуловимое, делающее их очень близкими друг другу независимо от их желания. Один и тот же наклон головы, одно и тоже отточенная четкость позы и движений, один и тот же взгляд. - Спасибо, Волчи, ты быстро справилась. - Да, мама. Сияющая улыбка и звенящий голос Волчи были неуместны сию минуту, но она была именно такой, дочь Мирры Энэрос – её невозможно было вписать в какие-либо рамки. Мирра отошла от Илири на пару шагов. Она успела увидеть бешенство в глазах Аканэ, прежде чем тот начал действовать. - Сын мой,... - черные омуты глаз поедали юношескую фигуру. Демоница поддалась вперед, забыв о том, что вновь оказалась в опасной близости к Илири. - Что тебе нужно, Мирра? - Танцующий-со-звёздами намеренно четко произнес имя. Так и было: сын ни разу не назвал ее матерью, с тех пор как ощутил в себе отцовскую мощь. Когда проклятые ветра узнали в нем своего, он отказался от нее и наследия клана. Она стиснула зубы и сильнее выпрямилась: - Невежливо вмешиваться в чужой разговор. - Вежливости не будет, если являться там, где тебя, Владычица, не ждут. - Если ребёнок отказывается от матери, это не значит, что мать откажется от с ребёнка, - вейлу улыбнулась так мягко, что сама удивилась своей выдержке. - Я узнала, что ты вновь не один. Мне захотелось увидеться с новой Избранницей, - скользнула взглядом по Илири. - Нам есть что обсудить, не так ли Видящая? - Ей нечего с тобой обсуждать! - Я посчитала своим долгом предостеречь её. - Казалось, Мирра говорила о чем-то своем, и смысл был другим, нежели слышалось девушке. - Если может угрожать опасность... - Ей никогда не будет угрожать опасность. - Аканэ резанул воздух словами. - Ты самонадеян, как всегда. - А ты стерва, как всегда. Мирра не смогла сдержать искреннего смеха: - Ты опоздал, я успела поделиться с ней кое-какими секретами. К тому же, она быстро овладевает своим даром. - Мирра продолжала хохотать, - Я уже представляю себе! Посмотри не нее, ты же размажешь ее как тлю... Лита не была лучшей, но была сильнее! Забывшись, она пропустила, как Аканэ обратился к своей возлюбленной: - Илири. Но та не слышала его. - Илири. Он позвал еще раз, но не дождавшись ответа, уверенно подошел к ней. Мирра выпрямилась и перестала смеяться. Вейлу инстинктивно подобралась, по-боевому расправляя крылья. Аканэ поднял с колен свою Избранницу, обнимая одной рукой. Безвольное тело девушки послушно поднялось, голова упала на его плечо. Он аккуратно и твердо удерживал ее. В глазах, глядящих на вейлу, было бешенство, безумное и очень хорошо контролируемое. - Не смей появляться здесь, тем более, рядом с Илири. Порыв холодного жгучего ветра ударил в лицо вейлу, появившись из ниоткуда и мгновенно исчез. Это Аканэ дал почувствовать меру своего бешенства. - Я выбрал свой путь. И никто не может мне помешать. Мирра молчала. Страх сжал ее горло, лишая голоса. - В твоём отказе от Велиата она может найти свою смерть, - выдавила она, когда самообладание вернулось к ней. – Вспомни мои слова, сын мой, когда от её души ничего не останется. Волчи. Маленькая детская фигурка подалась вперед и бесшумно встала рядом с взрослой вейлу. Все это время она внимательно наблюдала за всем, что сейчас происходило на холме. Она поочередно пожирала взглядом то Аканэ, то Илири. Теперь, когда она стояла совсем близко, можно было распознать яркий румянец на бледных щеках. Черные глаза блестели от возбуждения, пухлые губки приоткрылись в странной полуулыбке. - Волчи, - вновь позвала Мирра, пытаясь переключить внимание дочери на себя, - попрощайся со своим братом и его Избранницей. Юная вейлу послушно шагнула к Аканэ, не скрывая своего пристального интереса к бледной безвольной девушке. - Братишка…- голос Волчи был высок и красив. Он звучал рассеяно, от чего вейлу казалась еще более юной. Под конец слов голос сошел на шепот. - Она такая хрупкая... Она не видела, как вздрогнул брюнет, как Мирра приготовилась к атаке, и продолжала: - Она настолько особенная, что мне тоже захотелось, - и не успела договорить, как отлетела назад. Это Аканэ размахнулся свободной рукой и молча, не говоря ни слова, отвесил тяжелую, как горный обвал пощечину. Мать успела лишь подставить крыло, чтобы смягчить удар. Тишина кричала и билась в агонии от развернувшегося противостояния. Рассеивая собственное демоничество, Волчи болезненно и одновременно томно вздохнула. Не торопясь, она приподнялась с колен и посмотрела на кровного брата. Из уголка приоткрытых губ сочилась кровь. Она поднесла руку ко рту и, подхватив падающую на землю каплю крови, слизнула с пальцев. Не удивление выразилось в её приподнятых бровях, а огромнейшее ликующее любопытство во влажном взгляде. Юная вейлу наслаждалась болью как подарком, но Танцующий-со-звёздами не собирался ждать продолжения тошнотворной пьесы. - Убирайтесь прочь. - Голос дрожал, он еле сдерживал себя. – Убирайтесь отсюда, пока я могу контролировать себя. Он поднял Илири на руки, развернулся и направился к дому. Танцующий-со-звёздами не отходил от своей Избранницы целый день. Та ничего не говорила, не ела, держалась за его одежды так цепко, будто отпустив их, упадёт замертво. Ночь приближалась и, прежде чем уйти, Аканэ накрыл каждое окно, каждый дверной проем защитным словом и призвал Ветер Южной Ночи. Этот ветер был одним из самых верных спутников Танцующего-со-звёздами. Прозрачный, с еле заметным оттенком заката, ветер обвил Винтарью несколькими кольцами своего хвоста и увенчал крышу косматой головой. Когда от присутствия Аканэ не осталось и следа, Илири отпустила свое сердце и разрешила ему биться. Неужели это была мать Аканэ? Она не верила своим ощущениям и эмоциям, которые владели в тот миг её возлюбленным. Вместе с плачем сквозь стены Виндарии Ветер-Охранитель слышал, как Илири кричала: - Нет-нет-нет, это неправда! Этого не случится, никогда. Аканэ не позволит. Только ветер знал, какими горькими были слезы, каким призрачным казалась её дар, с котором невозможно защитить даже себя. Илири лежала без сна и боялась закрыть глаза. Она боялась встретить под закрытыми веками ту самую тьму, которую пророчила ей Мирра Энэрос.
