Лето нашей мечты

      — Что это вообще такое — Игры горцев?       Рон первым вышел за калитку, и теперь стоял, облокотившись о забор и наблюдая, как остальные выходят следом. Снейп пропустил вперед Минерву и притворил калитку. Судя по мрачному выражению лица он был не особо в восторге от перспективы провести весь день в городе среди маглов. Но профессор МакГонагалл была неумолима, считая, что «немного проветриться и повеселиться им не повредит».       — Это традиционный фестиваль шотландской культуры, — Минерва поправила небольшую сумочку на плече и легонько подтолкнула своего студента. — Этой традиции много веков. Раньше шотландцы, прежде всего из Хайленда, собирались на так называемых собраниях горцев, чтобы помериться силой. Во время таких собраний вожди кланов набирали себе личную охрану из самых крепких и выносливых горцев. Участники должны были продемонстрировать не только свою силу, ловкость и быстроту, но и показать своё умение в обращении с разными видами оружия. Конечно, сейчас всё уже не так серьезно. Современные Игры горцев — это скорее способ познакомить окружающих с традициями и культурой Шотландии. Обычно в играх участвуют оркестры волынщиков, демонстрируют этнические танцы, проводят спортивные состязания, ну и различные мероприятия, связанные с другими аспектами шотландской и гэльской культур.       — Разве это две разные культуры? — вскинула брови Гермиона.       — Исторически — да, — кивнула Минерва. Чем ближе они подходили к центру города, тем громче звучали мотивы шотландской волынки. — Гэлами или хайлендэрами называли горцев, жителей Шотландского нагорья, которое в наши дни так и зовется — Хайлэнд. Также они населяли северо-запад современной Шотландии. Между прочим, Борги тоже находится на территории исторической родины шотландских гэлов. Южнее же жили так называемые лоулендеры, по своей культуре больше походившие на англичан, в основном фермеры. Клановая культура зародилась именно в Хайленде, но после поражения шотландцев в 1746 году во время второго якобитского восстания, клановой системе практически пришел конец. Ее начали восстанавливать гораздо позже. Разумеется, это в большей степени затронул маглов. У шотландцев-волшебников кланы существовали всегда.       — Значит, у вас тоже есть клан? — слушавший до этого объяснения своей преподавательницы в пол уха, Рон, похоже, тоже заинтересовался. — Я имею ввиду, ну, клан МакГонагалл.       Минерва чуть улыбнулась.       — Не совсем, — немного помедлив, проговорила они. — Мой отец происходил из магловского рода лоулендеров, — заметив разочарование на лице студента, она коротко усмехнулась. — Но род моей матери-волшебницы достаточно древний. Клан Росс впервые упоминается в исторических хрониках маглов в 1160 году. Так что да, можно сказать, я тоже принадлежу к одному из старинных шотландских кланов горцев.       Идущий позади всех Северус едва заметно вздохнул. Теперь понятно, почему Минерва с таким воодушевлением тащила их всех на фестиваль — зов крови.       — А Вы, профессор, знаете историю своих предков? — с любопытством обернулась к зельевару Гермиона.       — Они из Ирландии, — коротко бросил Снейп, взглядом давая понять, что не собирается откровенничать также, как декан Гриффиндора.       — Это многое объясняет, — пряча улыбку, как можно серьезнее проговорила МакГонагалл. На немой вопрос коллеги они лишь пожала плечами. — Говорят, сарказм и любовь спорить — национальные черты характера ирландцев.       Рон и Гарри тихо засмеялись, пытаясь спрятаться друг за другом, чтобы скрыться от тяжелого взгляда профессора зельеварения. Гермиона усиленно делала вид, что рассматривает окружающий пейзаж, но уголки ее губ предательски подрагивали.       — Равно как шотландская упертость, полагаю, — хмыкнул Северус.       Глаза МакГонагалл воинственно блеснули, но в этот момент они, наконец, вышли на главную улицу города, по которой как раз проходил настоящий костюмированный парад. Женщины в ярких платьях и с цветами в волосах, мужчины в клетчатых килтах всевозможных расцветок, музыканты, жонглеры — кого здесь только не было. Стоящие по краям улицы зрители приветливо махали им, что-то выкрикивая на гэльском.       Процессия неторопливо двигалась в сторону главной площади, где уже были установлены шатры с угощениями и организованы места для соревнований.       — А это что? — снова задал вопрос Рон, указывая на сложенные в кучу холщовые мешки и сноп вил рядом.       — Шиф тосс, одно из соревнований, — Минерва указала на установленную чуть поодаль перекладину, напоминающую снаряд для прыжков в высоту с шестом. — Нужно поддеть вилами набитый соломой мешок и перебросить его через вон ту перекладину. Вес мешка равен приблизительно 16 фунтам. Каждому участнику дается по три попытки. Если все справляются с заданием, перекладину приподнимают и всё начинается с начала.       Северус лишь незаметно покачала головой. Более глупого развлечения он в своей жизни не видел. И ведь ладно бы дети этим баловались, так нет, взрослые мужчины в юбках.       После визита в дом Харперов две недели назад, Минерва несколько поумерила свой пыл, и последние дни прошли относительно спокойно. Во всяком случае никто пока больше не просил Снейпа изображать любящего мужа или, что было бы еще ужаснее, отца. Либо МакГонагалл была довольна тем, как он вел себя у Харперов. Либо была зла на него за поцелуй. Ее вообще бывает трудно понять. Но что-то подсказывало Северусу, что тот поцелуй ее смутил. Весь следующий день она была подозрительно тихой и избегала смотреть на Снейпа, даже когда он к ней обращался с каким-нибудь вопросом. Через некоторое время всё вроде бы вернулось на круги своя, но просьб о том, чтобы снова исполнить свою роль, больше не поступало… До вчерашнего дня.       Келли МакДугал теперь частенько заглядывала к ним в сад, и Минерва, впрочем, как и Поттер с друзьями, с удовольствием с ней болтали. Но Северуса девочка, кажется, немного побаивалась, потому что всякий раз при его появлении умолкала и пряталась за спины остальных. Минерва даже как-то раз заметила, что удивительно, как все эти годы он умудрялся преподавать в школе полной детей.       В один из дней Келли принесла с собой листовку с объявлением о проведении в городе ежегодного фестиваля шотландкой культуры. Будучи шотландкой до мозга костей, МакГонагалл, естественно, не могла пропустить такое мероприятие. Их ученики, похоже, тоже были не прочь развеяться. Северуса, естественно, даже никто не додумался спросить. Лишь Минерва накануне после ужина намекнула, что на фестивале соберется много народу, и было бы неплохо, если бы он, Северус, вел себя чуть менее мрачно, чем обычно.       Странно. Прежде она ему ультиматумы заявляла.       Уизли, похоже, заинтересовался состязание с перекидыванием тюка соломы, и друзья остались с ним понаблюдать за началом. Нельзя сказать, что Снейпу нравилась идея оставлять Поттера без присмотра, но Минерва решительно повела его дальше.       Погуляв немного по ярмарке и, купив по стаканчику лимонада, они, наконец, устроились на одной из скамеек в тени раскидистого клёна. Отсюда открывался отличный вид на всю площадь, и Северус невольно усмехнулся. МакГонагалл выбрала хорошую точку обзора. В числе прочего им отлично была видна троица их подопечных, увлеченно наблюдающая за начавшимся состязанием.       — Вы не думали, что пока мы здесь в более неформальной обстановке, Вы могли бы попытаться наладить отношения с Поттером?       Северус удивленно приподнял брови. Откинувшись на спинку скамейки, Минерва разглядывала снующую вокруг них толпу, попивая свой лимонад. На Снейпа она даже не взглянула.       — С чего мне это делать?       — Он Ваш ученик.       — Он Ваш ученик тоже.       — У меня с ним проблем нет.       — Да неужели?       Минерва кисло поморщилась. Два дня назад она самолично отчитала Гарри за вспыльчивый нрав и нежелание услышать чужую точку зрения. В тот день речь случайно зашла о Сириусе Блэке и отце Гарри. Естественно Снейп не удержался от колкого замечания, что и послужило началом очередного конфликта. Надо признать, замечание было правдивым. Как бы Минерва не любила своих учеников, даже бывших, она не могла игнорировать того факта, что в школьные годы поведение Поттера и Блэка было, скажем так, далеко от идеального.       — Его можно понять, — примиряющего проговорила она. — Мальчик потерял последнего члена семьи, кто относился к нему с любовью. Он до сих пор переживает смерть Блэка.       — Я тогда сказал правду, — хмыкнул Северус.       — Правду не всегда нужно озвучивать в слух, — наставительно проговорила МакГонагалл, наконец, поворачивая к сидящему рядом коллеге свое лицо. В эту минуту она выглядела гораздо мягче, чем обычно. — Знаю, Ваши отношения с Джеймсом и Сириусом в школьные годы были далеки от идеальных, но Гарри не должен за это расплачиваться. Он похож на отца, с этим трудно спорить, — она осторожно накрыла руку Снейпа своей. — Но еще он похож на мать.       Северус невольно опустил глаза, разглядывая женскую ладонь. Изящные пальцы, кожа нежная и удивительно гладкая. Он вдруг почувствовал острое желание сжать тонкое запястье, не дать ей отнять руку, чтобы не потерять то тепло, что концентрировалось сейчас точно под ее ладонью. Приятные ощущения. Абсолютно ему незнакомые, но кажется, будто именно этого ему и не хватало всю жизнь. Близости другого человека. Странно, его настолько увлекло касание ее руки, что он не сразу среагировал на упоминание о Лили.       — Привет!       Звонкий детский голосок ворвался в окутанное негой сознание, возвращая в шумную реальность. Вынырнувшая из толпы Келли МакДугал радостно помахала рукой, переводя счастливый взгляд с Северуса на Минерву и заставляя последнюю всё же убрать руку. В эту минуту Снейп как никогда хотел, чтобы девчонка не появлялась.       — Здравствуй, милая, — улыбнулась МакГонагалл, но почти сразу же нахмурилась. — Ты здесь одна? — она поискала взглядом Генри, но, кажется, отца Келли поблизости не было.       — Он покупает мне сладкую вату, — беспечно махнула рукой Келли, сразу догадавшись кого ищет ее соседка. — Я выиграла в гонке в мешках, — гордо добавила она. Очевидно, сладкая вата должна была стать для нее призом. — А вы где участвовали?       — О, мы пока только присматриваемся, — Минерва бросила на сидящего рядом Снейпа лукавый взгляд. — Или, быть может, ты хочешь принять участие в каком-нибудь из состязаний? Метание молота или перетягивание каната, к примеру.       — Я за интеллектуальные соревнования, — без тени улыбки проговорил Северус.       Даже в самых безумных кошмарах он не мог представить себя в килте, метающим молот или перебрасывающим мешок с соломой.       — А вот и я.       К ним подошел мистер МакДугал. В одной руке он держал стакан содовой, а во второй огромный сноп розовой сладкой ваты, который он тут же и вручил дочери. Счастью Келли не было предела, а ее саму едва можно было разглядеть за огромным сладким шаром.       Неподалеку заиграла волынка, и к ней тут же присоединились веселые звуки вистла и пары скрипок. Играли одну из популярных шотландских мелодий, и очень быстро перед музыкантами образовалось пространство, заполненное танцующими людьми.       — Мэгги, Вы танцуете Хайланд? — вдруг спросил Генри.       На мгновение Минерва растерялась. Развернувшись к ней вполоборота, Северус многозначительно приподнял брови в ожидании ответа. Под его насмешливым взглядом, явно не сулившим ей ничего хорошего, если она скажет «да», ей сделалось не по себе. Он обязательно будет подначивать ее, как минимум, следующие несколько дней.       — Я давно этого не делала, — уклончиво проговорила она.       — О, это как езда не велосипеде, — весело рассмеялся МакДугал. — Нужно только начать, тело само вспомнит нужные движения, — отдав стакан с содовой дочери, он протянул Минерве руку. — Разумеется, если Ваш муж не против.       МакГонагалл бросила на Снейпа неуверенный взгляд. Но тот лишь пожал плечами. Расценив его жест, как согласие, Генри взял Минерву за руку и повел к группе танцующих.       Он никогда прежде не видел, как она танцует. И хотя шотландские национальные танцы, как он уже успел заметить, были весьма своеобразными, нося оттенки грубой культуры горцев, Минерва смотрелась очень гармонично и изящно. Каждое ее движение было легким и грациозным. Ритм танца оказался довольно быстрым, и чтобы не ошибиться в движениях, ей приходилось слегка придерживать подол платья, давая возможность окружающим любоваться видом ее стройных ног. К собственному неудовольствию, Северус заметил, как некоторые из наблюдавших за танцующими мужчин бросают на его жену недвусмысленные взгляды.       Он сам удивился собственной мысли — назвал МакГонагалл своей женой? Снейп невольно тряхнул головой. Что за глупости!       — Она такая красивая! — воскликнула наблюдавшая за танцующими Келли. Кажется, она даже забыла про свою сладкую вату, сконцентрировав внимание исключительно на танцполе. — Вам так повезло.       Северус не ответил, молча наблюдая за коллегой, чувствуя, как всякий раз, когда Генри МакДугал касается ее в танце, в груди поднимается давно забытое чувство ревности.       Прежде он ревновал лишь одну женщину.       Когда соревнования по перекидыванию соломы пошли на свой третий круг, Гарри понял, что больше не выдержит. Стоящая по другую сторону от Рона Гермиона, судя по всему, испытывала схожие чувства. И только Рон не отрываясь следил за состязанием, не переставая восхищаться силой и выносливостью участников. У него даже появился фаворит, за которого он теперь отчаянно болел.       — Привет Гарри Дэниэл, — вдруг послышалось откуда-то из толпы.       Едва не подпрыгнув от удивления, он резко обернулся, завертев головой. Гарриет он увидел почти сразу. Девушка из супермаркета, как окрестила ее Гермиона. С той памятной встречи они больше не виделись, хотя Гарри не раз под любыми предлогами бывал в городе, а тот магазин изучил едва ли не досконально.       — Привет, — он вдруг понял, что его губах играет глупая улыбка, и попытался придать лицу более серьезное выражение. — Рад снова тебя видеть.       — Я тебя тоже.       Гарриет мило рассмеялась, не спуская с парня внимательного взгляда. Она чуть склонила голову набок, как если бы ждала от него чего-то. Гарри невольно растерялся, все более менее дельные мысли резко улетучились из головы. Он совершенно не знал, что еще сказать.       — Вижу, ты не один, — ее взгляд скользнул по Рону и задержался немного дольше на Гермионе. — Что ж, не буду вам мешать.       — Нет, постой!       Кажется, он выкрикнул это громче, чем следовало. Несколько человек вокруг удивленно на него обернулись. Собравшаяся было уйти, Гарриет остановилась.       Гарри обернулся к друзьям. Рон многозначительно ему подмигнул, ясно давая понять, что полностью поддерживает друга. А вот у Гермионы было столь умоляющее лицо, что Гарри сразу понял — перспектива остаться с Роном наблюдать за соревнованиями далеко не ее предел мечтаний.       — Вы тут справитесь без меня? — он сомневался лишь долю секунды.       — Конечно, — махнул Рон, опережая Гермиону на какие-то доли секунды. — Идите, развлекайтесь.       — Ты не против? — с замиранием сердца спросил Гарри.       Гарриет молча улыбнулась.       — Так ты Гарри или Дэниэл?       Ловким броском она отправила пустой стаканчик из-под фруктового льда в ближайшую урну и внимательно посмотрела на своего спутника. Гарри мысленно вздохнул. За последний час они с Гарриет обошли почти всю центральную часть города, то и дело возвращаясь на площадь, где их тут же захватывала людская масса. Давно ему не было так легко и весело. Они с Гарриет почти не знали друг друга, но с ней было так просто и интересно, что казалось, будто они знакомы всю жизнь. Она казалась Гарри веселой, остроумной и смелой. Во всяком случае в последнем ее качестве он убедился, когда она легко согласилась поучаствовать в цирковом номере по метанию ножей, заняв место у деревянного стенда с ананасом на голове. В тот момент, когда фрукт проткнул длинный острый кинжал, у Гарри чуть душа не ушла в пятки, но Гарриет лишь скромно улыбнулась, помахав разрывающейся от оваций толпе.       После они купили по мороженому, и теперь просто прогуливались по площади, болтая на самые разнообразные темы.       — Гарри — мое второе имя. А вообще я Дэниэл.       Не то чтобы ему было приятно ей врать, но он дал слово, что будет соблюдать установленные профессором Дамблдором правила. Да и не хотелось вызывать недовольство у МакГонагалл и Снейпа. И хотя мнение последнего Гарри заботило меньше всего, давать мастеру зелий повод для очередной колкости он был не намерен.       — А мне нравится имя Гарри. Похоже на мое. Можно я буду звать тебя Гарри?       Она так мило на него смотрела.       — Пожалуй, не стоит, — он все же нашел в себе силы отказать. — Во всяком случае в присутствии родителей.       Это было странно, называть профессора МакГонагалл матерью. Несколько раз за последние недели ему приходилось это делать на глазах у посторонних, но привыкнуть к этому он всё еще не мог. Впрочем, новая внешность декана Гриффиндора всё же немного помогала. Гарри казалось, что став моложе, профессор МакГонагалл также стала и более мягкой. Впрочем, всё дело могло быть в том, что сейчас они были вне Хогвартса, и ей не нужно было исполнять обязанности декана львиного факультета, преподавателя и заместителя директора. В конце концов, у нее тоже каникулы.       Сложнее всего было с профессором зельеварения. Одно лишь появление Снейпа в комнате заставляло Гарри вскипать от ненависти. И хотя Гермиона продолжала настаивать на том, что Снейп вовсе не пытается спровоцировать Гарри, последнему постоянно казалось, что мастер зелий только и ждет подходящего момента, чтобы уязвить его за что-нибудь.       — Вы с родителями живете втроем?       Гарриет почти не расспрашивала его жизни до переезда в Борги, и Гарри не сразу нашелся, что ответить. Он ни разу не вспоминал их «легенду» с тех пор, как профессор МакГонагалл впервые ее озвучила.       — Да.       — А та девушка, Гермиона, кажется?       — Она мой друг. Мы учились вместе в школе. Раньше мы проводили часть летних каникул в доме Рона, но в этом году поменялись местами — теперь они с Гермионой гостят у нас.       Кажется, Гарриет немного расслабилась и даже повеселела, что не укрылось от внимания Гарри. Он почувствовал, как где-то в груди словно бутон давно дремавшего цветка, являя миру свою красоту, вдруг распустилось незнакомое приятное чувство.       Между тем они вновь оказались у фургончиков с развлечениями. В прошлый раз Гарриет уговорила Гарри попытать удачу в тире, но попасть из водяного пистолета по движущимся фигуркам-мишеням оказалось не так просто. Сейчас там толпилась группа ребят, громко смеясь и подбадривая своего товарища, решившего попытать удачу и продемонстрировать свое мастерство. Он довольно ловко управлялся с игрушечным оружием и, судя по всему, имел все шансы выиграть приз. Один из ребят, хлопнув друга по плечу, когда тот поразил очередную мишень, громко засмеялся, при этом его взгляд скользнул по толпе вокруг и остановился на наблюдавшим за ним Гарри. Парень тут же нахмурился и, что-то негромко шепнув друзьям, направился в сторону гуляющей парочки. Кое-кто из его дружков тоже, очевидно, потеряли интерес к забаве, и теперь молча наблюдали за ним.       — Привет, Гарриет, — без тени улыбки проговорил парень. Вблизи он оказался хоть и одного роста с Гарри, но гораздо шире в плечах. — Я думал, ты не придешь.       — Планы изменились, — как можно более беззаботно проговорила девушка. — Я искала тебя, но встретила Дэниэля. Он с семьей недавно переехал в Борги, я как раз рассказывала ему о нашем городе.        Гарри протянул парню руку в знак приветствия, но тот лишь презрительно посмотрел на нее и снова отвернулся к Гарриен.       — Ты уже рассказала ему о наших правилах поведения? — спросил он, делая вид, словно Гарри тут вовсе нет.       — О каких?       Гарриет тоже нахмурилась. Было видно, что ситуация ей неприятна, и она явно волнуется, хоть и пытается этого не показывать.       — Например, что у нас не принято увиваться за чужими девушками, — пожал плечами здоровяк.       Гарриет закатила глаза.       — Камиш, перестань.       — Я ни за кем не увиваюсь, — только сейчас Гарри начал понимать, что происходит. Он совершенно не ожидал подобного развития событий. Черт, ему и в голову-то не приходило, что Гарриет может с кем-то встречаться.       — Да неужели, — скривил губы Камиш. — Думаешь, я не видел, как ты на нее смотришь? — он вышел вперед, выпятив грудь, чем сильно напомнил взъерепенившегося петуха. — Держись от нее подальше, понял? Она моя девушка.       — Кто тебе это сказал? — теперь уже Гарриет начала раздражаться. Девушка гордо вскинула подбородок, независимо взглянув на кипящего от негодования парня.       — Все это знают, — выкрикнул он, схватив ее за руку и перетаскивая на свою сторону. Гарриет попыталась вырваться, но мальчишеские пальцы крепко держали ее за запястье.        — Убери от нее руки! — Прежде чем он сообразил, что делает, Гарри схватил парня за руку, заставляя ослабить хватку. — Она не твоя собственность, и может гулять с кем хочет.       Глаза Камиша гневно блеснули. Отпустив руку своей девушки, он схватил Гарри за грудки. Гарри сделал тоже самое. Ни один не собирался отступать, готовый довести спор до конца. Гарриет пыталась их образумить, но ее уже никто не слушал. Друзья Камиша, до того наблюдавшие со стороны, стали медленно приближаться. Ситуация стремительно накалялась.       — Что здесь происходит? — раздался вдруг холодный уверенный голос.       Гарри не заметил, откуда появился Снейп. Его худощавая фигура возвышалась над обоими парнями, словно скала. Ледяной взгляд черных глаз пронзил Камеша, и тот невольно разжал руки, отпуская Гарри. Он еще пытался выглядеть уверенно, но под тяжелым взглядом Снейпа бравада его быстро улетучивалась.       — Ничего, — процедил он сквозь зубы, испепеляя Гарри яростным взглядом. — Просто беседуем.       — У меня сложилось иное впечатление, — лишенным эмоций голосом проговорил Снейп. И хотя говорил он тихо, голос его звучал весьма устрашающе.       Камиш еще раз зыркнул на Гарри, а потом взял Гарриет за руку и повел назад к палатке с тиром.       — Еще раз увижу тебя со своей девушкой, — донеслось до Гарри его предостережение, — пинай на себя. И тогда уж папочка тебя не спасет.       Гарри дернулся было догнать его, но рука мастера зелий опустилась на его плечо, цепко впиваясь в кожу и лишая возможности двигаться.       — Даже не думайте, Поттер, — тихо прошипел Снейп.       Гарри резко развернулся, намереваясь обрушить на зельевара гневную тираду, но заметил, как сквозь толпу к ним уже пробиралась встревоженная профессор МакГонагалл. С другой стороны спешили не менее встревоженные Рон и Гермиона. Прекрасно, он снова оказался в центре внимания, и на этот раз ситуация была явно не в его пользу. Но больше всего раздражало то, что участником событий оказался Снейп.       — Никто не просил Вас вмешиваться, — с плохо скрываемой обидой проговорил Гарри, недовольно косясь на Снейпа.       По губам зельевара скользнула презрительная ухмылка.       — К моему великому сожалению, я обещал директору вернуть Вас в Хогвартс в целости и сохранности. Так что нравится Вам или нет, но до конца лета буду вмешиваться во все Ваши дела, Поттер. Запомните это.       И отчего-то Гарри знал, Снейп сдержит слово.       Во время ужина за столом царила немногословная атмосфера. Гермиона то и дело бросала осторожные взгляды на уткнувшегося в свою тарелку друга. С тех пор, как они вернулись с фестиваля, Гарри не произнес и десяти слов, большую часть времени просидев в их с Роном комнате, в то время как Гермиона помогала профессору МакГонагалл на кухне. Снейп не вылезал из своей лаборатории, экспериментируя с ингредиентами, спустившись лишь после того, как его позвала Минерва. Пару раз из-за двери слышались приглушенные хлопки явно неудавшегося эксперимента, из чего можно было сделать вывод, что он тоже пребывает не в самом приятном расположении духа.       — Завтра мне нужно будет отлучиться на несколько часов, — проговорила профессор МакГонагалл, чтобы хоть как-то развеять гнетущую атмосферу. — Элен пригласила меня поучаствовать в их женском клубе. Я решила не отказываться.       — А что вы будете там делать? — тут же спросила Гермиона, разгадав план своего декана.       — Судя по всему простая женская болтовня за чашкой чая.       Минерва никогда не была поклонницей подобного способа времяпрепровождения, считая его пустой тратой времени. Но в Борги это было традицией, а раз уж они решили влиться в местное общество, придется вести образ жизни соответственно местным правилам. К тому же она рассчитывала узнать чуть больше о семье МакДугалов. Трагедия, произошедшая с матерью Келли, отчего-то не выходила у нее из головы.       — Может, мы тоже пойдем? — прочавкал Рон. Никакие дрязги не могли отбить у него аппетит. Заметив удивленный взгляд МакГонагалл, парень торопливо проглотил кусок отбивной. — Я имел ввиду, мы могли бы заглянуть в тот развлекательный клуб в торговом центре. Может там будет Гарриета, — уже тише добавил он, поглядывая на друга.       Гарри тут же встрепенулся, и на его лице появилось воинственное выражение.       — Да, мы пойдем, — решительно проговорил он.       — Ты думаешь, это правильно, — осторожно проговорила Гермиона, — продолжать общение с ней, если ее парень против?       — Мне нет до него никакого дела, — отрезал Гарри, демонстративно протыкая свою порцию отбивной.       — Как это типично, — негромко хмыкнул Снейп, наливая себе стакан сока.       Минерва бросила на него предостерегающий взгляд, но Северус его проигнорировал, даже не взглянув в ее сторону.       — Что Вы хотите этим сказать? — голос Гарри прозвучал угрожающе.       — Неуважение к окружающим всегда было отличительной чертой Вашего отца, — как ни в чем не бывало проговорил Снейп. — Очевидно, она передалась и Вам.       — Это не правда! Мой отец был не таким!       Минерва мысленно вздохнула, откладывая вилку в сторону. Ну, начинается.       — Откуда Вам знать, — Северус, наконец, поднял на Поттера взгляд, и его губы исказила презрительная ухмылка. — Вы его даже не помните.       — Северус… — неодобрительно начала было МакГонагалл.       — Да как вы смеете! — Гарри еще пытался сдержать гнев. — Мой отец был…       — Ваш отец был надменным, эгоистичным и жестоким, — жестко произнес Снейп, и в его всегда холодных черных глазах мелькнула давняя обида.       Слова декана Слизерина стали последней каплей. Весь гнев, что накопился в нем за прошедший день, выплеснулся наружу. Гермиона тихо охнула, когда Гарри резко подскочил, намереваясь кинуться на Снейпа с кулаками.       — Довольно! — неожиданно крикнула профессор МакГонагалл, так саданув по столу, что тарелки звякнули. — Гарри, сядьте и успокойтесь. Ничто не дает Вам права так себя вести.       Нахмуренные брови и строгий голос его декана подействовали на Гарри отрезвляюще.       — Спасибо, я уже сыт, — холодно проговорил он и стремительно вышел из кухни. Дверь с громким стуком закрылась за ним, погрузив комнату в гробовую тишину.       — Сидеть, — безапелляционно приказала Минерва, когда Рон и Гермиона хотели последовать за другом. — Пойдете, когда доедите, — она вытерла губы салфеткой и встала. — Поздравляю, Северус, — негромко проговорила она, проходя мимо коллеги, — ваши чувство такта и умение разговаривать с подростками просто поражают. Надеюсь, Вы понимаете, что в данной ситуации это полностью Ваша вина, — она говорила с ним так, будто перед ней сидел еще один провинившийся школьник. — Подумайте об этом, пока будете мыть посуду.       Дверь, ведущая из кухни, хлопнула во второй раз.       Вечерний воздух приятно холодил кожу, принося из леса аромат трав и приглушенное уханье совы. Гарри сидел на ступенях крыльца, чувствуя, как его всё еще потряхивает от пережитого гнева. Он был готов ударить Снейпа. Он был готов напасть на собственного преподавателя.       Случись это в Хогвартсе, его бы непременно исключили. Снейп наверняка только бы порадовался. Гарри не понимал столь лютой ненависти декана Слизерина к его отцу или Сириусу, или Люпину. Он ее не понимал. И, наверное, не желал понимать. Снейпа нельзя было назвать приятным человеком во всех смыслах этого слова. Всё, начиная от внешности и заканчивая отношением к окружающим, в нем раздражало. Мрачные цвета в одежде, холодность взгляда, надменность, равнодушие и полное отсутствие проявления хоть каких-то эмоций кроме сарказма и пренебрежения. Как можно любить такого человека?       Погруженный в собственные мысли, Гарри не услышал тихий скрип двери и шелест шагов по половицам. Профессор МакГонагалл осторожно опустилась на ступеньку рядом с ним. Какое-то время оба молчали. Сейчас, когда туман гнева, наконец, стал рассеиваться, он чувствовал стыд перед этой женщиной за свое поведение. Он не жалел, что хотел расквитаться со Снейпом, но ему было неудобно, что профессор МакГонагалл стала свидетельницей этой сцены. Порой он побаивался ее, но еще он безгранично ее уважал.       — Простите, профессор, — пробормотал юноша. — Я не должен был…       — Да, не должен, — перебила его Минерва, и Гарри удивленно посмотрел на нее — так неестественно мягко прозвучал ее голос. — Но я понимаю. Порой, высказывая собственное мнение, профессор Снейп не осознает, как сильно его слова могут кого-нибудь ранить.       — Значит, вы тоже считаете, что он неправ?       В воздухе повисла тишина. Минерва молчала, разглаживая на платье невидимую складку. Ветерок играл с выбившейся из пучка прядью, и она заправила ее за ухо, машинально приглаживая волосы.       — Твой отец был хорошим человеком, — задумчиво произнесла она, глядя куда-то вдаль сквозь сгущающиеся сумерки. — Но порой он вел себя слишком высокомерно, — она, наконец, обернулась к сидящему рядом юноше. — Ты должен понять, Гарри, только хороших или только плохих людей не бывает. В каждом из нас есть и черное, и белое. Джеймс Поттер был выдающимся волшебником, красивым юношей, удача часто улыбалась ему. И это кружило ему голову. Твоя мать и профессор Снейп были хорошими друзьями в первые годы их учебы в Хогвартсе. Но когда Лили стала встречаться с Джеймсом, ее отношения с другом детства стали угасать. Твоему отцу Северус никогда не нравился, с первого дня появления в Хогвартсе он постоянно к нему цеплялся, издевался, за что частенько получал наказания от меня и профессора Слизнорта, который в то время был деканом факультета Слизерин. Думаю, причина их взаимной неприязни крылась в том, что оба они видели друг в друге соперников в борьбе за сердце твоей матери. Но какие бы мотивы не двигали твоим отцом, ему не стоило так себя вести по отношению к другому человеку, кем бы тот ни был.       На лице Гарри отразилось неподдельное удивление.       — Я этого не знал, — тихо проговорил он. — Значит, моя мама и Снейп были друзьями?       — Профессор Снейп, — поправила его Минерва. — Да, это так.       Столь неожиданная новость совершенно сбила его с толку. Пожалуй, он не знал, как на это реагировать.       — Не вини профессора Снейпа в предвзятом отношении, Гарри. У него были на то причины, — мягко проговорила профессор МакГонагалл. — Но в одном Северус не прав совершенно точно — он не должен проецировать свои обиды к Джеймсу на тебя. Однако, думаю, ты знаешь, как порой непросто перебороть себя, — по ее губам скользнула тень улыбки. — Возможно, ему было бы легче на это решиться, если бы ты, Гарри, сделал первый шаг. Ты очень похож на отца, но в тебе много и от матери. А Лили всегда была добра ко всем, даже к тем, кто поступал неправильно.       Она нежно, по-матерински, потрепала парня по плечу и поднялась на ноги.       — Подумай об этом, Гарри. Может пора положить конец вражде?       Гарри молчал. Он еще долго сидел там, на крыльце, размышляя над тем, что сказала ему профессор МакГонагалл, пока опустившаяся на город ночь совсем не скрыла его своим покровом.       Было раннее утро, когда Минерва вошла на кухню. К ее собственному удивлению, она была там не одна. Северус, стоя к ней спиной, колдовал над заварочным чайником. Вокруг были разложены разные травы, а по кухне разносился приятный аромат заварки, смешанной с… Минерва смогла распознать лишь мяту, кардамон и лимон, но ингредиентов явно было больше.       — Вы рано поднялись, — не оборачиваясь, произнес Снейп, заливая в заварочный чайник кипяток.       — Не спалось, — Минерва невольно зевнула, усаживаясь за стол. — Под окном полночи кот орал. Я так и не смогла толком заснуть.       — Поклонник? — самым серьезным тоном спросил Северус и поставил перед ней чашку с ароматным чаем.       Минерва взглядом дала понять, что шутку не оценила, но чай всё же попробовала.       — Северус, вы волшебник, — искренне проговорила она. Вкус напитка был просто божественный.       Снейп приподнял брови, как бы говоря «да неужели?». В этот момент на лестнице послышались шаги, в кухню вошел Поттер. Кажется, он также не ожидал увидеть здесь кого-то в столь ранний час.       — Видимо, не вам одной кот мешал спать, — избегая смотреть на мальчишку, Северус вновь отвернулся к плите.       Гарри совершенно не понял, о каком коте идет речь, но переспрашивать не стал. Он проворочался в кровати всю ночь, но так и не смог сомкнуть глаз. Из головы не выходил рассказ Минервы о школьных годах его отца. И чем больше Гарри думал об этом, тем больше понимал, что его декан, возможно, права. Он никогда не интересовался причинами ненависти Снейпа к его отцу, воспринимая ее, как данность, вызов, на который он обязательно должен ответить столь же сильной ненавистью. Но может он изначально повел себя неправильно, принимая в штыки любые выпады со стороны профессора зельеварения? Что если всё было бы иначе, если бы он попытался понять его?       — Профессор, — нужно было сделать это, пока решимость не улетучилась. МакГонагалл права, переступить через себя бывает очень непросто. — Я должен извиниться за свое поведение вчера за ужином.       Снейп медленно обернулся, и Гарри успел заметить изумление, мелькнувшее на его всегда спокойном лице.       — Приношу свои извинения.       Минерва затаила дыхание, так и не донеся чашку с чаем до рта. Она даже и не предполагала, что ее слова возымеют столь действенный эффект.       — Я тоже, — после небольшой паузы сдавленно проговорил Снейп, словно это были самые труднопроизносимые слова в мире.       Гарри молча кивнул и, больше не говоря ни слова, вышел на задний двор. Через окно Минерва видела, как он сел на качели, о чем-то крепко задумавшись.       — Полагаю, это ваших рук дело?       Снейп смотрел на нее с плохо скрываемым подозрением. Минерва пожала плечами, пряча улыбку за чашкой с чаем.       — Я всего лишь дала мальчику пищу для размышлений, — как можно более равнодушно проговорила она, но по тому каким весельем светились ее глаза, она явно была довольна происходящим.       Прекрасное начало дня.