Лето нашей мечты

      - Минерва, вы там уже двадцать минут.       Северус недовольно вздохнул, в очередной раз поглядывая на часы. И почему женщины так много времени уделяют выбору гардероба? И еще тому, чтобы привести себя в порядок. Или готовке. Или походу по магазинам. Или... список можно продолжать бесконечно. Женщины вообще на все тратят слишком много времени.       После завтрака, оставив Поттера и остальных заниматься уборкой дома, МакГонагалл уговорила Северуса отправиться с ней по магазинам. Размер списка покупок оказался внушительным, из чего Снейп сделал вывод, что где-то в этой просьбе кроется подвох. Естественно, он оказался прав.       - У мальчика завтра день рождения, - наставительно говорила Минерва, пока они шли по улице. - Его семья никогда не устраивала ему праздника.       - Вот и не стоит нарушать традиции, - хмыкнул Снейп, за что тут же заработал недовольный взгляд коллеги.       - Он и так многое пережил за последнее время. Пусть порадуется, - безапелляционно заявила МакГонагалл, ясно давая понять, что дальнейшие споры бесполезны - она так решила, значит, так и будет.       Вот ведь упрямая шотландка!       В результате последние несколько часов они провели в походах по магазинам, выбирая украшения для дома и продукты к праздничному столу. Однако, как и любая женщина, Минерва не смогла пройти мимо магазины одежды, при этом отчего-то она решила, что обновки нужны не ей, а именно Снейпу. Странно, потому что последние двадцать минут именно он стоял у примерочной в ожидании, когда она, наконец, решит что из выбранных нарядов ей больше нравится.       - Как они это носят? - послышалось из кабинки, и прежде чем Северус успел что-либо ответить, шторка резко распахнулась.       Снейп невольно замер, в изумлении глядя на стоящую перед зеркалом женщину. В Хогвартсе он привык видеть коллегу в неизменной изумрудной мантии; здесь, в Борги, она носила простые магловские платья чуть ниже колен, но сейчас...       - Кажется, они называют это джинсы, - пробормотала Минерва, с явным интересом осматривая себя в зеркало.       Плотная ткань небесно-голубого цвета обтягивала длинные стройные ноги, словно вторая кожа, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб женского тела. Свободная футболка, заправленная за пояс, добавляла объема, создавая ощущение легкой изящной небрежности. Картину дополняли летние босоножки на тонком каблуке, внося в повседневный стиль недостающую крупицу изысканности. Минерва крутанулась на мысках и вновь придирчиво осмотрела себя в зеркале.       - Что думаете, Северус? Не слишком... по-магловски? - Она посмотрела на глядящего в изумлении коллегу, и ее щеки покрыл смущенный румянец. - Да, пожалуй, это действительно слишком, - быстро проговорила она, собираясь задернуть шторку. - Дайте мне пару минут, я переоденусь.       - Нет, - пожалуй, слишком поспешно выпалил Снейп, заставив коллегу приподнять тонкие брови. - В смысле, Вам очень идет, - добавил он уже спокойнее.       - Думаете? - с подозрением сощурилась МакГонагалл.       Северус утвердительно кивнул, надеясь в душе, что не выглядит сейчас как полный идиот. Хваленая выдержка в этот раз подвела.       На лице Минервы зажглась радостная улыбка. Как ребенок, ей богу.       - Вообще-то я предпочитаю платья, - она словно оправдывалась, когда пятнадцать минут спустя они с Северусом выходили из магазина. - Но многие из магловских женщин здесь одеваются именно так. Вот я и подумала...       - Что не стоит выделяться, - закончил за нее уже знакомую фразу Снейп. Она не уставала повторять ее с первого дня их появления в городе. - Да, я помню. Только не вздумайте надевать это на уроки в Хогвартсе, - заметив удивленный женский взгляд, он коротко усмехнулся. - Студенты вряд ли усвоят урок, если будут поглощены разглядыванием своего учителя.       - Не беспокойтесь, - успокоила его Минерва. - В Хогвартсе я уж точно такое не надену. В школе мне это будет уже не по возрасту.       Снейп бросил на идущую рядом женщину короткий взгляд. Он уже так привык видеть ее молодой, что мысль о ее истинном возрасте перестала приходить ему в голову. Он вдруг понял, что не хочет, чтобы Минерва менялась. Она нравилась ему такой. Молодой, жизнерадостной, порой, пожалуй, чересчур энергичной . Здесь она не была скована рамками школьной жизни. Здесь она была самой собой, постепенно раскрываясь перед ним. И такая Минерва МакГонагалл нравилась Снейпу всё больше. Рядом с ней он и сам менялся. Сумрак одинокого существования рассеивался, уступая место домашнему теплу и семейному уюту, создаваемому этой женщиной. Ему нравились их совместные ужины, походы по магазинам или прогулки по городу. По вечерам, когда Гарри, Рон и Гермиона уходили наверх в свои комнаты, они с Минервой по долгу засиживались в гостиной: он просматривал последние новости в газете, она читала книгу, уютно устроившись в кресле у окна, а свет уличного фонаря освещал ее лицо без единой морщинки, отчего казалось, будто оно светится изнутри.       Прежде ему не был знаком домашний уют, тепло семейного очага. Его жизнь проходила в убогом доме с отцом-алкоголиком, избивающим сына и жену. Но отчего-то Северус знал, если бы всё было иначе, его жизнь была бы похожа на эту, пусть временную и по сути своей ненастоящую, но от этого не становящуюся менее реальной. Чем глубже он погружался в созданную Дамблдором легенду, тем меньше ему хотелось возвращаться к своей прежней жизни.       - А как насчет Вас, Северус?       - В каком смысле? - не сразу понял Снейп.       Минерва окинула небольшой пакет с логотипом магазина, что он нес в руке, оценивающим взглядом.       - Вы постоянно носите черное. Это очень мрачно.       Северус демонстративно закатил глаза.       - Мне подходит, - отрезал он, надеясь тем самым закрыть тему.       Но переубедить МакГонагалл было невозможно. В результате они потратили еще около часа на выбор одежды для Северуса, и в результате он стал обладателем новенькой пары светло-бежевых брюк. Джинсы он отказался покупать наотрез.

***

      - Ты уверена, что делаешь всё правильно?       Рон с сомнением заглянул в кастрюлю, где булькало странного вида варево. В густом желтоватом бульоне он, кажется, различил кусочки моркови, картофель, а белесая разварившаяся субстанция, очевидно, некогда была репчатым луком.       - Я все делала по рецепту, - проговорила Гермиона, однако, былой уверенности в её голосе уже было.       После уборки, порученной им профессором МакГонагалл, Гермиона так воодушевилась, что решила приготовить и обед. До этого она всегда помогала Минерве на кухне и была уверена, что справится. Однако, сейчас сей факт находился под большим сомнением.       - Чем так ужасно пахнет?       В кухню заглянул Гарри. Перехватив предостерегающий взгляд друга, он быстро умолк. Гермиона в негодование отшвырнула деревянную ложку, которой до того помешивала суп.       - Я все делала правильно, - в очередной раз заявила она. - Должно быть, ошибка в рецепте.       - Наверняка, - попытался поддержать подругу Гарри.       Он вообще не предполагал, что Гермиона умеет готовить.       В этот момент со стороны входной двери послышался стук. Троица переглянулась. У МакГонагалл и Снейпа был свой ключ, а гости к ним почти не ходили.       - Должно быть, Келли, - попытался предположить Рон.       - Келли пользуется другим способом попасть к нам в дом, - покачала головой Гермиона, намекая на дыру в заборе, разделявшем их участки. Заметив, что Гарри собирается пойти открыть дверь,она придержала друга за руку. - Лучше я сама.       Встав в дверях и тем самым перегородив проход на кухню, Рон наблюдал, как Гермиона вышла в прихожую. Оставшийся в кухне, Гарри пытался разглядеть хоть что-то за широкой спиной друга. Надо было узнать у МакГонагалл, куда они со Снейпом убрали их волшебные палочки. Сейчас бы они могли пригодиться.       Гермиона тихонько отодвинула занавеску бокового окошка слева от входной двери и выглянула наружу. На лице девушки отразилось неподдельное удивление.       - Кажется, это к тебе, Гарри, - проговорила она, открывая дверь.       - Гарриет! - воскликнул парень.       Гостья смущенно переступила порог, оглядывая небольшую прихожую и коридор.       - Привет. Надеюсь, я не помешала?       - Вовсе нет, - Гарри отодвинул замешкавшегося в проходе Рона в сторону и вышел в коридор. - Как ты меня нашла?       - Это было нетрудно, - улыбнулась Гарриет. - У нас редко появляются новоселы. Так что вычислить дом новичков не представляет особых сложностей, - ее лицо вдруг сделалось серьезным. - Мы можем поговорить, Дэниэль? - она бросила быстрый взгляд на Рона и Гермиону. - Наедине.       Учитывая, что обед ему сегодня вряд ли светил, Гарри решил, что его отсутствие не сыграет особой роли, и предложил Гарриет прогуляться.       - Я должна перед тобой извиниться, - проговорила она, когда несколько минут спустя они вместе неторопливо брели вниз по улице.       - За что?       - За тот случай на Играх горцев. Камишу не следовало так вести себя, но порой он бывает чересчур вспыльчив.       - Любой бы вспылил, если бы увидел свою девушку с другим, - как можно более равнодушно проговорил Гарри.       Встретить бы этого Камиша еще разок...       - Я не его девушка, - сверкнула глазами Гарриет, но тут же сбавила тон. - В смысле, не совсем.       - Как это, не совсем?       Гарриет на мгновение задумалась, подбирая слова. Она совершенно не знала что ей делать: Дэниэл ей нравился, действительно нравился, но Камиш...       - Мы знаем друг друга всю жизнь, - наконец, проговорила она. - Всегда были вместе, сколько себя помню. Вот оно как-то само собой и получилось, что все считают нас парой.       - И ты не пыталась переубедить окружающих? - удивился Гарри.       Гарриет отрицательно покачала головой.       - Камиш очень хороший, - словно в попытке оправдаться, проговорила она.       Гарри молча кивнул. Что тут сделаешь? Раз она не стремится прояснить ситуацию, ей нравится, что их с этим шотландским детиной считают парой. Скорее всего она и сама так думает, только боится признаться в этом самой себе.       - Во всяком случае, я думала так до недавнего времени, - чуть помедлив добавила Гарриет, заметив, как помрачнело лицо ее нового знакомого.       - И что же изменилось? - не слишком заботясь об ответе, спросил Гарри.       - Я встретила тебя, - тихо промолвила девушка.       - А где Поттер?       Профессор МакГонагалл обвела комнату придирчивым взглядом, отчего двое подростков неуютно поежились. Удивительно, как их декан так легко умела пробудить в человеке чувство вины, даже если он ничего плохого не сделал.       - Они гуляют.       - Они? - нахмурилась Минерва.       - С Гарриет, - уже тише добавила Гермиона, переглянувшись с Роном.       Их деканы сделали тоже самое. Минерва неодобрительно покачала головой. Поттер явно проявляет интерес к этой девушке. Это нормально в его возрасте. Но что он станет делать, когда через месяц ему придется покинуть Борги навсегда?       - Что ж, надеюсь мистер Поттер знает, что делает, - вздохнула Минерва, забирая у Снейпа пакет с продуктами и скрываясь за дверью кухни. - Великий Мерлин, что это еще за зелье? - послышался оттуда удивленный возглас.       - Это не зелье, - Гермиона кинулась следом за своей преподавательницей, - это картофельный суп. Я всё делала по рецепту из поваренной книги.       Несколько минут спустя вернувшаяся в гостиную профессор МакГонагалл попросила Рона позвонить и заказать еду из местного ресторана. Видимо она полностью разделяла опасения Уизли относительно приготовленного Гермионой обеда.       - Думаете, это разумно? - тихо спросил Снейп, когда Уизли и Грейнджер, споря о составе заказа, ушли звонить в ресторан.       - Мы не можем всюду ходить за ним, не позволяя остаться одному, - мягко проговорила Минерва. - Ему нужно дать хоть немного свободы, - она хитро улыбнулась. - Или ее видимость.       С этими словами она показала Снейпу маленькие карманные часы с тремя стрелками. Цифры на циферблате отсутствовали, но имелись надписи: «дом», «гуляет», и, кроме того, «потерялся», «больница», «тюрьма», а на том месте, где положено быть двенадцати часам, — «смертельная опасность». Северус невольно приподнял брови. Ловко! Наверняка еще одна идея Дамблдора.       - Хочется верить, что вы не за всеми так следите.       - Боитесь, что я узнаю какую-нибудь из Ваших тайн? - усмехнулась Минерва, пряча часы назад в карман. - Не волнуйтесь, Северус, - примиряющего проговорила она, похлопав коллегу по плечу. - Уверена, с Гарри всё будет в порядке.       - Идём, ну же.       Гарриет оглянулась на своего спутника и призывно махнула рукой. Гуляя по извилистым улочками Борги, они, в конце концов, вышли на окраину городка откуда рукой было подать до лесной опушки.       Лес окружал Борги со всех сторон, из-за чего местные жители часто шутили, что отрезаны от остального мира. Естественно, это было не так: в город вела широкая асфальтированная дорога и поблизости располагалась железнодорожная станция. Но местный лес все равно был предметом местной гордости и городских легенд.       - Думаешь, это хорошая идея? - Гарри с сомнением смотрел на густой подлесок. - Я слышал, тут живут волки.       Без палочки он чувствовал себя неуютно, должно быть сказывались впечатления от Запретного леса в Хогвартсе.       - Их уже давно нет, - отмахнулась Гарриет. - Говорят, живёт один, но я в это не верю. Если бы он действительно существовал, то уже давно украшал бы стену кабинета мистера Харпера.       Гарри медлил. Несмотря на свою красоту, лес не вызывал у него положительных эмоций, но Гарриет так на него смотрела. Не хотелось уронить себя в её глазах. Особенно после того, что она сказала сегодня.       - Ладно, идём.       Под сенью деревьев было сумрачно и тихо. Где-то недалеко негромко журчал ручеек. Высоко в ветвях пели птицы. Гарриет уверенно шла вперёд, рассказывая о своём детстве, как они с друзьями пряталась в лесу от родителей.       - Однажды мы даже построили здесь шалаш, собирались провести в нем все летние каникулы. Помню, родители были в ужасе, - она весело рассмеялась, вспоминая те, без сомнения, счастливые дни.       Слушая её рассказы, Гарри невольно представлял, каким было бы его детство, останься родители в живых. Настоящий домашний уют он чувствовал лишь в доме семейства Уизли.       И ещё здесь.       Когда он впервые услышал план Дамблдора, то решил, что его просто продержат взаперти остаток лета. Но жизнь в Борги оказалась не так плоха. И даже присутствие Снейпа уже не так сильно раздражало.       - Вот тут мы его и построили, - голос Гарриет вырвал его из плена размышлений.       Она привела его к тому самому ручью, чьё журчание он слышал прежде. Пологий берег покрывали густые заросли, но в нескольких местах пространство было расчищено, открывая доступ к воде.       - Сюда животные приходят на водопой, - объяснила Гарриет.       Подобно мосту, через ручей было перекинуто поваленное дерево, и ребята присели на одну из его широких высушенных временем ветвей. Было приятно просто сидеть вот так в тишине, наслаждаясь звуками леса.       - Знаешь, я рада, что ты переехал сюда, - вдруг приговорила Гарриет.       - Я тоже.       Это была правда. Но не вся. Только сейчас Гарри осознал, что эта их жизнь ведь не настоящая. Ему было приятно внимание Гарриет. Она ему нравится. Но существует одно "но". Через месяц он уедет, и они никогда больше не увидятся.       Он не мог сказать ей об этом прямо. Но может ему удастся хотя бы намекнуть?       Он уже собирался заговорить, когда Гарриет вдруг схватили его за руку и приложила палец к губам. Сквозь тихий шум воды до них донесся совсем другой звук. Рык, низкий и приглушенный.       Кусты на противоположном берегу ручья шевельнулись, и в просвете на мгновение мелькнул покрытый шерстью звериный бок.       Гарриет тихо ахнула, сильнее сжимая руку друга. Её пальцы вдруг сделались нестерпимо холодными. Гарри медленно поднялся, увлекая девушку за собой. Его взгляд неотступно следил за тем местом, где мгновение назад они видели зверя. Шум повторился, на этот раз правее. Угрожающее рычание стало громче.       - Уходим, - прошептал Гарри. - Только медленно. Резкие движения его спровоцируют.       Гарриет покорно следовала за ним. Её губы предательски дрожали, но она сдерживалась изо всех сил, чтобы не запаниковать.       Ведя подругу прочь от злополучного ручья, Гарри то и дело оглядывался, чтобы убедиться в отсутствии погони. Несколько раз ему казалось, будто он видит пропитанные голодной яростью жёлтые глаза в листве кустарников, но затем впереди послышались звуки города, и страх отступил, а вместе с ним и видение желтых глаз.       До его дома они почти бежали. В глазах Гарриет все ещё читались отголоски пережитого ужаса, когда они опустились на ступени его крыльца.       - Ты в порядке?       Гарриет ответила не сразу.       - Не думала, что волк действительно существует, - наконец, проговорила она. - В жизни больше в этот лес не пойду, - она перевела взгляд на друга. - Это ведь был волк?       - Думаю, да, - задумчиво пожал плечами Гарри. - Видимо, мы зашли на его территорию, и он хотел нас прогнать.       - Ему это удалось.       В этот момент входная дверь распахнулась, и на пороге появилась профессор МакГонагалл. Вид у неё был встревоженный.       - Все в порядке? - коротко спросила она, внимательно вглядываясь в лицо своего ученика.       Гарри молча кивнул, бросив на Гарриет быстрый взгляд. Но, похоже, девушка также не хотела рассказывать о произошедшем.       - Тогда закругляйтесь, - строго проговорила Минерва. - Ты пропустил обед.       С этими словами она скрылась в доме. Гарриет молча поднялась на ноги.       - Я провожу тебя, - тут же предложил Гарри, но девушка лишь мягко улыбнулась.       - Не стоит. Тут моя территория, и волков можно не бояться.       Простившись, она вышла за калитку и вскоре скрылась из виду.       - Что произошло? - накинулась на Гарри профессор МакГонагалл, стоило ему войти в дом.       - Я же сказал, ничего, - как можно более уверенно проговорил Гарри. - Мы просто гуляли... и снова встретили Камиша.       Профессор МакГонагалл недовольно поджала губы, но ничего не сказала. Кажется, она поверила.       - Голоден? - спросила она, заходя на кухню.       Гарри молча кивнул и последовал за ней. Ему не хотелось обманывать своего декана, тем более играть в подобные игры с МакГонагалл было опасно, учитывая ее довольно крутой нрав. Но что-то подсказывало ему, расскажи он правду, остаток лета проведет под неусыпным контролем.       - Завтра большой день, - уже мягче проговорила Минерва, ставя перед подростком тарелку с итальянским спагетти.       - Всего лишь день рождения, - пожал плечами Гарри.       У Дурслей этот день ничем не отличался от остальных, и Гарри привык, что никому нет до него дела.       - Что значит, всего лишь? - фыркнула МакГонагалл. - Мы устроим праздник. Не каждый день исполняется пятнадцать.       - С днем рождения!       Нестройный хор голосов окатил его, стоило Гарри войти в кухню. Улыбающиеся лица, громкие, хоть и немногочисленные, аплодисменты и несколько подарков в пестрой упаковке, ожидающие его на столе. Пожалуй, такого дня рождения в его жизни еще не было. Гарри смущенно улыбнулся, совершенно не зная, что сказать.       - Открывайте подарки, Поттер, - подсказала профессор МакГонагалл.       Он редко видел, чтобы она по-настоящему улыбалась, искренне. Тем более ему. Но в это утро радость овладела всеми. Ну, или почти всеми. Стоящий в углу Снейп молча наблюдал за происходящим с совершенно каменным выражением лица, из чего Гарри сделал вывод, что находится он здесь явно против своей воли. Наверняка МакГонагалл постаралась.       Усевшись за стол, Гарри принялся открывать подарки. Их было три: Гермиона подарила (о! неожиданность!) книгу с историей квиддича, Рон - зачарованные шахматы, а последний подарок от профессора МакГонагалл и, как значилось в поздравительной открытке, Снейпа (вряд ли декан Слизерина действительно имел к этому какое-то отношение) оказался набором по уходу за метлой. Все компоненты набора лежали в изысканном футляре из чёрной, блестящей кожи и включали в себя банку фирменного средства для полировки рукояти, насадку на черенок с маленьким латунным компасом, ножницы, чтобы равнять прутья, и руководство по уходу за метлой.       Гарри помнил, как когда-то, на первом курсе, Минерва подарила ему его первую метлу для участия в соревнованиях по квиддичу. В зале славы до сих пор висит табличка с ее именем, как одного из лучших игроков сборной Гриффиндора за всю историю Хогвартса. Зная, что Гарри и сам большой поклонник квиддича и отличный игрок, она не могла подарить ему ничего другого. И Гарри был ей за это благодарен.       После завтрака все трое студентов были отправлены в город, где им предстояло провести время до вечера, гуляя и развлекаясь. Глаза Рона горели азартным огнем в ожидании шанса вновь попасть в полюбившийся ему игровой клуб.       Пока Гарри и его друзья развлекались, Минерва и Северус готовили дом к вечернему празднеству. Купленные накануне украшения предстояло развесить по дому, а на кухне уже ждали своего часа заготовки для праздничного ужина.       Снейп безропотно исполнял любую просьбу Минервы, но делал это с таким видом, словно она заставляет его, как минимум, предать всё человечество. В конце концов, ей надоели его недовольные взгляды, и она ушла в гостиную. Здесь уже всё было готово, оставалось лишь подвесить к люстре несколько воздушных шаров. Установив стремянку, Минерва взобралась на нее, слегка покачиваясь, и принялась за дело.       У нее не было привычки лезть в чужие взаимоотношения. Но в случае с Поттером и Снейпом ей действительно хотелось помочь. Причины столь замкнутого образа жизни Северуса всегда оставались для нее загадкой. Которую, признаться честно, ей не очень-то хотелось разгадывать. Она помнила его мать, Эйлин Принц. Северус во многом был на нее похож: такой же острый ум и удивительная проницательность. К сожалению, ни то, ни другое не помогло ей в личной жизни. Достаточно было один раз взглянуть на ее сына, чтобы понять, что мальчик растет в несчастливой семье. Но разве могла она что-то сделать? И Минерва лишь наблюдала, как из года в год юный Северус Снейп все больше закрывается от окружающих. Был бы он таким, если бы его дружбе с Лили Эванс не пришел конец? Смогла бы она повлиять на него? Теперь этого уже не узнать.       И вот наблюдая за теперь уже коллегой, Минерва невольно поймала себя на мысли, что совершенно не знает этого человека. Все то время, что они проработали вместе в Хогвартсе он словно носил маску. А теперь маска дала трещины, и сквозь них проглядывает настоящий Северус Снейп, каким никто никогда его не видел. Ему не чужды человеческие эмоции, он способен вызывать улыбку и быть весьма очаровательным мужчиной. Если захочет. Он действительно переживает за Поттера, хоть и старается этого не показывать. Но еще больше Минерву удивило то, как он относится к ней. Если прежде они едва ли замечали друг друга, не переходя черту простых профессиональных отношений, то здесь все оказалось иначе. Он относился к ней с теплотой, которой прежде не было и в помине. И это особенно чувствовалось на фоне его вечного недовольства. Как будто он сам осознает всю нетипичность своего поведения, но ничего не может с этим поделать.       Это совершенно сбивало с толку. И в тоже время порождало желание чего-то большего. Ей хотелось лучше узнать такого Северуса Снейпа.       - А что делать с этим?       Мужской голос оторвал ее от размышлений. Минерва обернулась, чтобы взглянуть, о чем ее спрашивает Северус, но видимо сделала это слишком резко, потому что стремянка под ней угрожающе зашаталась. Женщина тихо вскрикнула, чувствуя, что теряет равновесие. Комната завертелась перед глазами, когда она начала падать, но в следующее мгновение Минерва ощутила крепкие мужские руки, подхватившие ее. Послышался оглушительный грохот упавшей на пол стремянки.       - Вы в порядке?       Голос Снейпа прозвучал у самого ее уха, заставив женщину повернуть голову. Он успел поймать ее в последнее мгновение, и теперь держал на руках, крепко прижимая к себе. Их лица находились настолько близко, что Минерва могла рассмотреть собственное отражение в его черных, словно омут, глазах. Тепло его рук чувствовалось даже сквозь ткань одежды. Видимо от этого ее вдруг бросило в жар. Она смотрела в его глаза и не могла произнести ни слова, лишь молча кивнув.       А он не спешил отпускать ее. Его взгляд вдруг сделался напряженным. Словно он понимал всю неуместность ситуации, но не мог ничего с собой поделать. Странно, во время ужина у Харперов, когда он поцеловал её, его взгляд был другим. Тогда он нарочно хотел смутить её, то была своеобразная месть за необходимость выдавать себя за другого человека. Но сейчас, кажется, он сам смущен. И в глазах столько тепла.       Воображение тут же нарисовало несбыточную картину, как он склоняет голову и снова целует её. От одной лишь мысли об этом по телу побежала приятная дрожь, и Минерва невольно заерзала в его руках, стремясь скрыть реакцию своего организма. Её щеки едва заметно порозовели, но это помогло ей взять себя в руки.       - Спасибо, Северус, - как можно обыденней проговорила она.       Ее голос подействовал на него отрезвляюще, и Снейп тут же опустил её, довольно резко ставя на ноги, так что она даже немного пошатнулась. Его лицо вновь превратилось в маску, и Минерва невольно засомневалась, не показалось ли ей.       - Вы что-то хотели?       - Куда это вешать? - сухо поинтересовался Северус, показывая ей растяжку с поздравлением.       Минерва на мгновение задумалась.       - Над праздничным столом, - наконец, решила она, и Снейп молча удалился.       В комнате вдруг сделалось нестерпимо холодно, несмотря на летний зной, и Минерва невольно поежилась. Из головы не выходило то, что только что произошло между ней и Северусом.       Или не произошло...       Праздничный ужин удался на славу. Профессор МакГонагалл накрыла превосходный стол, наготовив явно больше, чем они могли съесть. И когда Гарри, наконец, вышел из-за стола, чтобы подняться в их с Роном комнату, чувство было такое, что снова есть он захочет очень нескоро.       - Никогда столько не ел, - Рон повалился на кровать с видом наивысшей степени блаженства. - Даже дома. А уж ты знаешь, сколько мама готовит.       Гарри был абсолютно согласен с другом, но озвучивать это было лень, поэтому он просто поднял вверх большой палец в знак солидарности.       В дверь поступали, и она почти сразу же открылась. Рон невольно подскочил на кровати, когда в комнату вошёл профессор Снейп. Ребята ещё не привыкли к его новому образу. Профессор зельеварения всегда носил одежду чёрных тонов, и белая рубашка со светло-бежевыми брюками смотрелись на нем необычно.       - Я, пожалуй, пойду загляну к Гермионе, - быстро оценив ситуацию, Рон протиснулся мимо мастера зелий и выскочил в коридор. - Она обещала дать мне книгу почитать. Люблю книги...       Дверь за ним с грохотом захлопнулась. В комнате повисло непривычное молчание. Гарри не знал, что сказать. Спрашивать Снейпа, зачем тот пришёл, было как-то глупо.       - Я хотел отдать Вам это, Поттер.       С этими слова Северус всунул в руку подростка небольшую вещицу. Разжав пальцы, Гарри увидел небольшой золотой кулон искусной работы с маленьким изумрудом в центре.       - Это принадлежало Вашей матери. Полагаю, будет правильнее, если теперь он будет у Вас.       Гарри с удивлением посмотрел на кулон. В памяти всплыли слова профессора МакГонагалл о совместном прошлом Снейпа и его матери. Они были друзьями.       - Спасибо, сэр.       Он сжал кулон в руке, чувствуя, как грусть от потери родителей вновь обрушивается на него. Со смертью Сириуса он стал гораздо острее ощущать своё одиночество.       - Какой она была? - вдруг спросил он, поднимая глаза на своего учителя.       Вопрос застал Северуса, когда он уже собирался покинуть комнату. Расстаться с единственным напоминанием о близком человеке было нелегко, но он чувствовал, что поступает правильно. Кулон он забрал из дома Поттеров в день их смерти. Будет справедливо, если теперь он будет храниться у Её сына.       - Она была замечательной.       - Могу я помочь?       В доме было тихо, когда Северус покинул комнату Поттера. Спускаясь по лестнице, он услышал, как наверху хлопнула дверь. Сейчас Уизли начнёт выпытывать у друга, зачем приходил мастер зелий.       Со стороны кухни слышались шум воды и приглушенное звяканье посуды.       Вместо ответа на его вопрос Минерва молча вручила Снейпу полотенце, после чего вернулась к прерванному занятию. На какое-то время в воздухе повисло молчание, лишь вода журчала в раковине.       - Я никогда прежде не видел Вас такой.       Минерва мягко усмехнулась, передавая ему очередную тарелку.       - Моющей посуду? Да, пожалуй, в Хогвартсе такое трудно увидеть.       - Я о другом. Здесь Вы другая.       Она выключила воду и, повернувшись к мойке спиной, облокотилась о ее край, неторопливо вытирая руки.       - Вы тоже, Северус, - наконец, произнесла она, поднимая на него взгляд. - Признаться, я удивлена. Мы знакомы столько лет, но я даже не подозревала, что Вы можете быть таким... - она замолчала, подбирая слово.       - Каким же?       - Очаровательным, - она коротко рассмеялась. - Уж простите мне мою откровенность. Мне всегда казалось странным, что человек с Вашими способностями, умом и проницательностью ведет столь отстраненный образ жизни. Вы всегда казались мне таким мрачным и холодным, словно сами являетесь воплощением школьных подземелий, в которых проводите большую часть времени. Но здесь, - она обвела взглядом комнату, - за этот месяц, я узнала Вас с совершенно другой стороны. Для меня это весьма неожиданно.       - Вы дурно на меня влияете.       Его замечание вызвало новую улыбку, но на этот раз в ней угадывалась грусть.       - Если бы я знала, сделала бы это раньше, - проговорила МакГонагалл, откладывая полотенце, которым вытирала руки, в сторону. - Но очень надеюсь, жизнь здесь станет для Вас уроком.       - Уроком?       Мгновение Минерва смотрела на него, словно решая продолжать разговор или нет. Ее глаза блестели в электрическом свете лампы, отчего они казались необычайно живыми и притягательными.       - Не закрывайтесь от мира, Северус, - она накрыла его руку своей, и Снейп вновь ощутил знакомое тепло. - Вы его часть. Неважно, что было в прошлом. Смотрите в будущее. Вокруг Вас много хороших людей, готовых принять Вас. Просто дайте им увидеть Вас настоящего. Как увидела я. Не хороните свою жизнь раньше времени, не превращайте ее в памятник воспоминаниям о прошлом. Вы еще молоды. Вы можете начать всё с начала.       Он молчал, задумчиво разглядывая женскую руку, все еще покоящуюся на его собственной ладони. Пальцы такие изящные, на безымянном - кольцо. Оникс сияет красным, словно капля крови в лучах света. Простое украшение, ничего больше. Когда он наблюдал, как она надевает его, как меняется, он и не предполагал, что она окажется совсем не такой, какой он представлял ее себе. Да, именно представлял. Потому что он никогда не знал Минервы МакГонагалл. В его школьные годы она была просто учителем, возглавлявшей ненавистный ему факультет. Затем просто коллегой, заместителем Дамблдора. Ничего интересного. Просто женщина, уже не молодая, погрязшая в работе, сделавшая Хогвартс смыслом своей жизни. Они никогда не говорили по душам, не пытались заглянуть в душу друг друга. Во всяком случае, он не пытался. Наверное, она оказалась гораздо проницательней его. За какие-то четыре недели ей удалось вытащить его из пучины одиночества, показать, что такое настоящая, полная красочных цветов, жизнь. Черт, она даже примирила его с Поттером, пусть и не до конца. Заставила переосмыслить всё, что прежде являлось для него аксиомой.       И глядя сейчас в лицо стоящей перед ним женщины, Северус вдруг понял, что не хочет, чтобы она снимала это кольцо. Пусть она навсегда останется такой: красивой, молодой, заботливой, глядящей именно на него, а не сквозь него, улыбающейся ему мягкой, чуть печальной улыбкой. Ей не всё равно. Теперь он это знает. Его тянет к ней. К такой, какая она сейчас. Не деловой и чопорной профессору МакГонагалл, заместителю директора Хогвартса и декану факультета Гриффиндор. А к этой Минерве, живой, настоящей, ставшей для него родной.       Он сам не заметил, как тихонько сжал ее ладонь, машинально поглаживая нежную кожу. Она на мгновение опустила глаза, почувствовав его движение. Ее взгляд неуловимо изменился - быть может, она догадалась о чем о думает? Впрочем, это вряд ли. Он и сам до конца не понимает, что именно пытается сказать самому себе.       Молчание между ними затягивалось, и оба это понимали. Но прежде, чем Минерва успевала произнести хоть слово, он поднес ее руку к губам и нежно поцеловал.       Ее щеки едва заметно порозовели. Она смущена, и это придало ему смелости. Каких-то два шага, и вот, он уже стоит рядом с ней, так близко, что можно почувствовать едва уловимый аромат ее духов, кажется жасминовых. Она смотрит на него удивленно и немного растерянно. Он уже видел этот взгляд, во время ужина у Харперов, когда он поцеловал ее. Понимает ли она, что он собирается сделать? Понимает ли он сам? Или это лишь голый инстинкт? Желание обрести тепло, которого ему так не хватает.       Далекий детский крик внезапно ворвался в их мир, вдребезги разбивая навеянную разговором атмосферу. Минерва заметно вздрогнула, высвобождая руку из ладони Снейпа. Смущения больше нет и в помине. Она нахмурилась, выглядывая в окно, а затем резко распахнула дверь, ведущую в сад. В кухню ворвалась ночная прохлада, остужая разгоряченную голову.       - Вы это слышали? - не оборачиваясь, спросила она, вглядываясь в ночную мглу.       - Кажется, кричал ребенок.       И словно в подтверждение его слов тишина вновь взорвалась надрывным криком. Минерва тихо ахнула. Сомнений, откуда доносятся крики, больше не было.       - Келли, - прошептала МакГонагалл, бросаясь к входной двери.