Метель

      Кир просыпался еле-еле. Медленно и лениво выплывал из объятий Морфея, ощущая на себе уже совсем другие, крепкие и ставшие за короткое время до боли привычными объятья Андрея.       Парень с закрытыми глазами вальяжно-расслабленно и медлительно-сонно провел инспекцию своей однозначно хорошо вытраханной, но и слегка в процессе потрепанной, а сейчас безвольно валяющейся, бескостной тушки.       Все вроде бы было не так критично как можно было себе представить. Кир неуверенно напряг доселе расслабленные булки, ожидая почувствовать если не резко прострелившую боль, то точно какие-нибудь неприятные последствия после так необычно проведенной для него ночки… Но…       Никаких тянущих-дергающих, садняще-болевых ощущений по какой-то причине не испытал. Его жопка ощущалась как обычно слегка непривычно пульсировала, но и только. Может, смазка была лечебная? У парня по какой-то причине больше всего ужасно болела шея. Хотя… Почему по какой-то?       Кирилл вспомнил, как Андрей метил, грыз и чуть не насиловал каждый ее изогнутый сантиметр. Оставлял целую цепочку засосов и следов. Вспомнил… и растянул губы в довольной усмешке. То, что произошло между ним и Андреем… Те — бешеные… невозможно всепоглощающие ощущения, охватившие все его существо. Ох, это безумное сумасшествие было самым ахуенным сексом в далеко не простой и не скучной жизни парня! Абсолютная феерия чувств!       Кир бы даже сказал, что его обдуманная провокация дала ему намного больше плюсов, чем он мог тогда себе представить.       Хотя… вся задумка чуть с треском не провалилась из-за внесённых Андреем поправок в сценарий. Но зато в итоге получилось даже круче, чем Кирилл мог рассчитывать…       Решив, что он достаточно проснулся для того, чтобы являть себя миру, парень приоткрыл один глаз. Сквозь образовавшуюся щелочку он увидел лежащего с ним нос к носу Андрея. Тот, как оказалось, уже давным-давно проснулся и просто лежал, разглядывая его пристальным, беспокойно-оценивающим взглядом.       Поняв, что рассекречен, Кир уже нормально открыл глаза и, довольно улыбнувшись посмотрел на Андрея в ответ. Тот в недоумении разглядывал невозмутимо улыбающегося ему парня. Как по нему, слишком довольного и невозмутимого… Ни тебе истерики о потерянной девственности, ни так ожидаемых мужчиной обвинений в совращении закоренелого натурала… Ничего! «Как так-то? Почему?» — Задался вполне естественными вопросами выбитый из привычной колеи Андрей.       Ведь такое удивительное спокойствие никак не вязалось с тем взрывным характером, черты которого Кир демонстрировал ему все эти долгие дни. Это вызывало подозрения и наталкивало на размышления…       Андрей задумался и таки почти поймал плавающую на поверхности разгадку за скользкий хвост, но тут его не вовремя отвлек пошевелившийся Кирилл. Он, зараза такая, зевнул, потянулся, выгнулся всем своим шикарным телом и, напоследок чмокнув удивленного Андрея в нос, весело поинтересовался у опешившего мужчины, почему тот не разбудил его и почему до сих пор валяется в кровати без всякой на то видимой причины?       Андрей, растерянно сморгнув от такого еще более нетипичного поведения парня, недоуменно вскинул брови и, постаравшись ответить в тон Кириллу, беззаботно произнес: — Может, мне нравилось чувствовать тебя рядом? — и, прочистив горло, добавил: — Ты так умильно посапываешь… Я не хотел тебя будить!       Настала очередь удивляться уже Кириллу. Весело хмыкнув, парень уточнил: — И всего-то? — Ну-у… — протянул Андрей, — Может, ещё немного надеялся на то, что утренний стояк не пропадет зазря… — и выжидательно уставился на Кирилла. Ждал ли он, что парень как обычно психанет? О да! Дождался ли? Нет!       Кирилл, подперев голову рукой, не подавал никаких признаков агрессии. По его лицу проскользнула лишь лёгкая тень задумчивости и парень, который ещё вчера вел себя как задавака, драчун и ехидна, сам (!) потянулся и коснулся чуть влажными губами рта мужчины.       Ущипнул губами за верхнюю… Будто заново знакомясь, скользнул языком между неплотно прикрытыми зубами — медленно и лениво, ласкаясь и заигрывая в поцелуе.       Андрей, отвечая на неожиданно проявленную парнем инициативу, не надавливая, нежно провел шершавой ладонью по боку Кира и назад, вниз. Подхватил парня под поясницу и, затащив на себя, подтянул для удобства повыше. Так намного приятнее!       Вновь, но уже двумя руками, заскользил по расчерченной мышцами спине любовника, огладил и слегка разогрел массажными движениями его продольнюю линию позвоночника. Огладил каждый выступающий бугорок и легчайшими касаниями медленно спустил ладони до ягодиц, продавил сильными движениями поясницу и, скользнув по поджарой заднице, погладил внутреннюю, нежную часть бедра. Наконец прервал затянувшийся поцелуй и внёс ещё одно предположение: — А ещё я безумно хотел узнать, как быстро твое сонное сопение перейдет в несдержанные стоны? — Смял, развел в стороны упругие половинки и, не прекращая оглаживать и массировать пальцами эти шикарные полупопия, с игривой ноткой заглядывая Киру в глаза, добавил: — Как быстро ты возбудишься, если я сделаю вот так?! — пока говорил, Андрей слегка сдвинул руки и добрался подушечками указательных пальцев до все ещё не до конца стянувшейся дырочки… Обвел по сужающемуся кругу, разминая розовые края и мягко похлопывая по ней подушечками, аккуратно проник в анус нетерпеливыми пальцами. Сжал булки и тем самым слегка растянул пульсирующую дырочку. Вжал, протолкнул их еще глубже, огладил податливые стеночки…       Кир, беззвучно распахнув рот, шумно выдохнул носом и прикрыв блеснувшие страстью глаза, переждал несколько томительных секунд. Прогнулся и, склонившись к Андреевой шее, мокро лизнул его в кадык, прихватил его острыми, белыми зубами. Слегка сжав, отпустил и засосал рядом смуглую кожу. Прошёлся кончиком языка под линией челюсти до уха. Дыхнул горячим воздухом в ушную раковину и, почувствовав как вздрогнул мужчина, оторвался от своего занятия, заглядывая тому в прищуренные глаза. Андрей, нежно прикоснувшись губами к его устам, уже без поддразнивания и шуток тихо сказал: — А может, я так сильно хотел… боялся и безумно хотел увидеть твою настоящую, подлинную реакцию на произошедшее между нами вчера?       Внимательно выслушав последнее предположение мужчины, Кирилл склонил голову набок. Заглянул внутрь себя и вдруг почувствовал, как прозвучавшие слова обезболивающим бальзамом легли на поднявшую было голову ущемленную гордость. Довольно хмыкнул. Он поступил правильно!       Единственное, что его чуть-чуть раздражало и то незначительно, так это то, что его время наслаждаться шикарным телом Андрея пока, по техническим причинам, временно откладывалось. Но… Решив для себя, что ничего страшного не произойдет, если он слегка пойдет на уступки…       Увидел в глазах напротив недоумение, радость и немой вопрос, поцеловал ключицы, подрагивающую впадинку на шее, спустился ниже, лизнул, потеребил языком твердый сосок, куснул под нежной ореолой… С прозрачным намеком притерся бодро стоящим членом к животу мужчины и, раздвинув пошире ноги, приглашающе выпятил жопку.       Андрей, правильно оценив действия Кира, довольно хмыкнул и, видимо, решив, что благородные порывы парня должны хоть как-то им вознаграждаться… куснул любовника за верхнюю губу и тихо прошептал: — Поднимайся, непредсказуемый ты мой, повыше. — Куда?! — не совсем врубился возбуждённо ожидающий проникновения и боли парень.       Ответом Андрея было крепкое сжатие его жопки, и мужчина, немного разочарованно отпустив ее, скользнул руками по бедрам, потянул их, не заставляя, а, скорее, намекая на движение вверх.       Кирилл понятливо пополз выше и, расставив широко колени с обеих сторон от туловища мужчины, нетерпеливо ткнулся покрасневшим навершием члена в его приоткрытый рот: — Так?       Андрей промолчал. Приподняв голову, аккуратно вобрал головку в теплый, горячий рот. Прошелся языком по всей длине возбужденного органа, ударяя им каждую вибрирующую и выпирающую венку. Втянул щеки, и член ещё больше набухнув, прошел еще дальше, в самую глотку.       Вознагражденный судорожным полувздохом-полустоном Кира, мужчина сглотнул набежавшую слюну, и помассировав головку сжавшимся горлом, выпустил ее на свободу… Выпустил, вдохнул полной грудью воздух и снова заглотил по самые яйца… Поднял глаза и увидел незабываемое своей эротичностью видение.       Кирилл жадно ловил каждое Андреево движение, ухватившись руками за спинку кровати. Щеки, шея, грудь парня пошли красными пятнами, губы закушены до мертвенной белизны, а в глазах столько всего!!! Он кайфовал! Кайфовал без притворства и мнимой скромности! Тащился и балдел от данной ему им власти! Балдел… Андрей читал Кирилла, как открытую книгу. Ловил малейшее изменение мимики… Он не спешил… Им некуда было, в общем-то, торопиться. Мужчина то глубоко заглатывал в глотку, то медленно сосал лишь одну головку. Игрался… Поддразнивал…       А почувствовав нетерпеливый рывок уставшего от игр парня, крепко удержал того, ухватив за бока чуть ниже тазобедренных косточек.       Сжал и, оттолкнув от себя напряжённо вибрирующие бедра, не дал возможности вернуться назад. Выпустил член с громким чпоком. Пошло облизал покрасневшие губы и, отпустив парня, зашарил у стенки в поисках баночки. Найдя искомое и отвинтив одной рукой крышку, загреб пальцами зеленую, жирную субстанцию.       Попросил Кира не терпящим возражения голосом приподняться, а заодно и самому открыть поджавшиеся от напряжения булки, и медленно ввинтил сразу два в подрагивающую дырочку.       Взял в рот головку, и нежно погладил простату.       Взял глубже в рот и аккуратно надавил ещё раз сзади…       Наконец услышал громкий всхлип, почувствовал пробежавшую по ногам Кирилла судорогу и то, как конвульсивно сжалась вокруг пальцев его дырочка.       Почувствовал — и резко зафиксировал рванувшегося было снова вперёд парня. Недовольно куснул его за внутреннюю часть бедра. Вобрал в рот мошонку и, перекатывая языком яички, медленно посасывал их по очереди. Лизнул шов от мошонки к сочащейся смазкой дырочке, добавил к пальцам ещё и язык.       Кирилл утонул в бешеном огне чувств.       Они, будто неуправляемый пожар, сжигали все его страхи, переживания и нервозность. Как сухую траву облизывал жадный огонь, так губы и руки Андрея воспламеняли каждый миллиметр, каждую свихнувшуюся от передоза щепку-клеточку потерявшегося во времени и пространстве Кирилла.       Придушенный всхлип и последующий за ним несдержанный громкий стон подсказали Андрею, что Кир уже почти на грани и более не способен контролировать себя.       Отпустил парня и, проскользнув одним слитным движением вверх, уже не сдержанно расцеловывал его искусанные, потресканные губы. Ухватил за бедро и аккуратно насадил Кира на себя. Ухватил за бедро и словил губами невольно вырвавшийся вскрик. Словил его губами, а руками задавал неспешный темп. Осторожно поддавал бедрами вверх и одновременно опускал жопку Кирилла вниз. Поддавал вверх, а сам прижимал парня к себе и вниз.       Подстроившись под безумно древний ритм, Кир сам стал подниматься и плавно опускаться в заданном мужчиной ритме. Медленное скольжение…       Тихие стоны, заполошное дыхание и влажные хлюпающие звуки под мерные скрипы пружин надолго заполнили окружающее пространство хижины. Но это не могло продолжаться вечно… Вскоре желание разрядки затмило всё.       Движения стали резче, скольжение неистовее… Стоны сменились скулежом и несдержанными вскриками. Кирилл первый не смог выдержать накал чувств и, передёрнув пару раз рукой, выгнулся натянутой тетивой… Судорожно втянув воздух, излился вымученными белесыми каплями себе в руку. Андрей отстал от Кира совсем на чуть-чуть. Сокращающиеся стеночки пульсирующей дырки дожали его член и буквально выдавили из него оргазм. Переведя дух, Андрей помог Кириллу лечь рядом. Кир прикрыл глаза. На лице парня блуждала блаженная улыбка, тёплая крепкая рука обнимала его поперек груди, и это было так… Правильно! Так, как не было никогда и ни с кем раньше. Так, как он и не мечтал. Пусть это не продлится долго. Пусть… Пусть так. Но это стоит того! Стоило всего. А сейчас не думать ни о чем. Ни о принципах, ни о последствиях. Не думать. Не сейчас. Потом… Потом будет время… Сейчас же, пока есть время, хотелось просто наслаждаться близостью и жить!

***

      Уже намного позже, весело задирая и подначивая друг друга, они всё-таки привели себя в относительный порядок, приготовили свежезаваренный, душистый кофе и, рассевшись за столом, обсуждали планы на день. Сложившаяся ситуация навевала чувство тепла и давным давно позабытого ими уюта.       Кирилл вновь внёс предложение растопить баньку и на этот раз получил полную поддержку со стороны Андрея.       Мужчина, обдумав идею, предложил распределить обязанности… Ведь на повестке дня стояла не только общая помывка с сопутствующими ей потрахушками, но и будничная готовка — уборка в хижине.       Разделив между собой работу, они ещё немного помиловались, допивая кофе, и разбежались каждый по своим делам.