Я не оступлюсь, пока ты веришь мне

Я проснулась от того, что меня тормошили, очевидно, с целью разбудить. Нехотя разлепив глаза, я попыталась сфокусировать взгляд на расплывающимся силуэте. — Вставай, мы уже приехали, — тихо сказал Каузу, но я, впервые за всю дорогу нормально заснувшая, попыталась отодвинуть источник раздражения подальше. На все мои вялые отмашки и сонное бормотание он лишь вздохнул. Казалось бы, что-то здесь не так? Ну не может быть всё так просто! Конечно, не может, именно поэтому глаза я вновь распахнула от холодной воды, встречаясь с усмехающимся взглядом янтарных глаз. Не успела я начать возмущаться, как мне тут же в лицо подул ветер, а этот демонюка и вовсе залился смехом. Однако, на сей раз мою злостную, так и не успевшую начаться тираду прервал возница, пытавшийся всеми силами спровадить нас из повозки. Хотела я этого или нет, а вылезать пришлось. Расплатившись с извозчиком, я поправила плащ и окинула город взглядом. — Мне вернуться в катану? — вырвал меня из моих размышлений демон. — Не стоит, не думаю, что мы здесь надолго задержимся. Может, это наш последний город… — Хочешь уйти? — изогнул бровь демон, на что я отрицательно покачала головой. — Я не в этом смысле, сейчас лучше держаться деревень или лесов… И желательно подальше от столицы. Можно брать мелкие заказы там, думаю, проблем с этим не возникнет, — я задумчиво приложила руку к подбородку. — Думаешь, это хорошая идея? Я отмахнулась, направляясь к воротам в город: — Ой, да что в деревнях может случиться? Каузу молча проследовал за мной, и мы направились на поиски ателье. Отыскали мы его по вывеске с изображением клубка ниток и иглы. Ателье носило название «Паучьи сети» и явно пользовалось популярностью не только у местных жителей, судя по разнообразию людей и дорого обставленном помещении. К счастью, работало там несколько женщин, благодаря чему моя очередь настала довольно скоро. — Мне нужен плащ с капюшоном и маской, желательно чёрной расцветки. Женщина, стоявшая за прилавком, окинула меня взглядом, прищурилась, затем, хлопнув в ладоши, удалилась, видимо, на склад, но почти сразу вернулась обратно со свёртком. Развязав его, она подала мне плащ, который точь-в-точь был таким, как я представляла. — Вот, примерь, милочка, если что-то не так, я могу быстренько ушить или перешить. Я согласна кивнула, снимая с себя свой, уже давно обтрепавшийся плащ. Он сел просто идеально, не мешался при движениях, и маска прекрасно закрывала половину лица, даже если снять капюшон. — Он прекрасен! — восторженно воскликнула я, а женщина не смогла сдержать улыбки. — Сколько с меня? — Десять пенсов, и он твой. Скрепя сердцем, я всё же отсыпала названную сумму и, дождавшись, пока она всё упакует, поблагодарила и направилась к кузнецу. Сейчас у меня около трёх сотен золотых, главное, не потратить их впустую. Сначала я долго петляла по улицам города, выискивая взглядом нужную вывеску, но, хлопнув себя по лбу, начала выискивать, из каких печных труб дым валил сильнее всего. Наконец отыскав кузницу, я уже было хотела зайти, но была остановлена: — Эй, девчонка, ты, видимо, дверью ошиблась? Или ты с ним? — он кивком указал на Каузу. Ага, как же, скорее наоборот. — Не боишься поплатиться за такие слова? — сквозь зубы прошипела я, но тут же была отодвинута в сторону демоном. — Вдох, выдох, засунь своё самомнение куда подальше и иди обрисовывай ситуацию, — он подтолкнул меня в сторону мужчины, который всё ещё терпеливо ждал ответа. — Ладно-ладно, только перестань меня толкать! — недовольно пробурчала я, затем обращаясь к кузнецу. — Мне нужны кожаные наручи, стальной кинжал и ремень, на котором можно закрепить для него ножны и так же для этого клинка. — Я протянула катану, которую кузнец окинул задумчивым взглядом. — И желательно чтобы на нём было несколько небольших сумочек. — Завтра утром можешь забрать заказ, — немного подумав, сказал кузнец. Утром? Вот же ж, я не горела желанием задерживаться здесь, но, видимо, придётся. — Ладно, — обречено вздохнула я. — Сколько я должна заплатить? — Сто пенсов, но оплата потом. Я согласно кивнула и, поблагодарив, отправилась восвояси. Делать всё равно было нечего, и я бродила по городу, успев выполнить несколько небольших заказов, пока не стали сгущаться сумерки. — Я видел неподалёку трактир, — подал голос Каузу. Я уже было хотела сказать, что не хочу никуда идти, но живот предательски заурчал, требуя еды. — Тогда идём, — согласно кивнула я. Когда мы зашли в трактир, в нос ударил запах пряностей, алкоголя и жареного мяса. Я заказала картошку с курицей и чай, и направилась к самому дальнему столику, оглядывая людей. — Эй, это моё место, — недовольно зыркнул на меня какой-то парниша. — Да-а? Извини, здесь не написано, — я хмыкнула, удобнее устраиваясь на стуле. Я окинула его взглядом: светлые волосы, смазливое личико и… это у него лютня в руках? Неужто бард? Самодовольный бард хмыкнул и рукой зачесал волосы назад. — Лучше не лезь, если не хочешь опозориться, конечно, — самодовольно ухмыльнулся он. — Боюсь-боюсь, смотри, даже колени трясутся, — с сарказмом ответила я, пытаясь изобразить страх на лице, но, не выдержав, засмеялась. Бард мои потуги не оценил, и уже через каких-то пару секунд (надо отдать ему должное, никто ещё так быстро не выводил меня из себя) мы чуть ли не вцепились в схватке, однако между нами влез Каузу. — Ну-ну, зачем же так жестоко, не надо никого убивать, — демон посмотрел на меня и хмыкнул, — Как насчёт состязания? — С ней-то? Кто бы ты ни был, ты явно не на её стороне, раз отправляешь её на верное поражение, — вновь ухмыльнулся бард, раз в тридцатый встряхивая волосами. — Каузу, ты совсем сдурел, нельзя убивать людей на глазах других людей! — Госпожа, я ничего не говорил про убийства… Как насчёт песен? — Песен? — одновременно спросили я и бард и, сверкнув злыми взглядами друг в друга, всё же успокоились. — Ну тут мне точно нет равных, — бард провёл по струнам лютни и с усмешкой воззрился на меня. Я уже готова была вспыхнуть праведным гневом (не без использования катаны, конечно же), как Каузу всучил мне в руки гитару. Видимо, из рюкзака достал. В моей голове уже прорисовывался план, как этой самой гитарой я хорошенько так вмажу по смазливой самодовольной роже. Однако воплотить сие творение в жизнь мне не дали. — Поёте по одной песне, а зал выберет победителей, — Каузу указал рукой на посетителей, которые всё это время наблюдали за нашей перебранкой. — Ну что ж, дамы вперёд, — язвительно протянула я, выталкивая барда в центр таверны. Он, не заметив моих колкостей, начал играть и затянул какую-то песню про любовь, неоднократно подмигивая томно вздыхающим представительницам доисторического периода прекрасного пола, мой глаз, кажется, начинал в такт ему подёргиваться. Когда он закончил, зал зааплодировал, и полетели признания в любви, он самодовольно ухмыльнулся (уже в сотый раз, наверное) и, задев меня плечом, уселся за барную стойку. — Мне, пожалуйста, эля, за мою победу. Я фыркнула, взяла гитару поудобнее и, немного помедлив, выбирая, что спеть, начала перебирать струны. Наконец, решившись, прищёлкнула пальцами: — Ничего не снится, Мне не спится, Чтобы не спиться, Я возьму спицы. Свяжу любой из порванных нервов — Она всё-таки стерва. Искусала, Тело, душу целовала, Кровь кипела, Но ей видимо было мало. Убежала-а-а… Вернись! Я не хочу без тебя спать, Я не хочу умереть в кровати, Я не хочу без твоих объятий, Невыносимо тебя желать. Я не хочу без тебя дышать, Лишь одеяло согреет плечи, Ты знаешь, это меня не лечит, Я не хочу без тебя спать. Я не сплю уже три недели, Кофе не пью, и так на пределе, Если сойду с ума — Виновата ты сама. Я, повторив ухмылку барда, уверенно направилась к нему: — В полночь позвонила, Цепи разорвала, Снова возбудила — Всё-таки было мало. Убежала-а-а…. Вернись! — останавливаясь максимально близко с его лицом, на что первая красавица на деревне покраснела, аки стыдливая девственница в первую брачную ночь. — Я не хочу без тебя спать, Я не хочу умереть в кровати, Я не хочу без твоих объятий, Невыносимо тебя желать. Я не хочу без тебя дышать, Лишь одеяло согреет плечи, Ты знаешь, это меня не лечит, Я не хочу без тебя спать. Как ты могла, так поступить, Так завести и отпустить, Как ты могла, ну как ты могла… Еее… уоуоуо… Я не хочу без тебя…. Я провела по струнам ещё раз и, наконец, опустила гитару и поклонилась. На мгновение в таверне стояла тишина, что я уже даже успела испугаться. Я бросила взгляд на Каузу, который с толикой удивления в глазах так же уставился на меня. Однако, зал взорвался аплодисментами и одобряющим свистом. Я улыбнулась и гордо прошествовала к барной стойке, выхватывая у барда его эль: — За мою победу! — я подмигнула ему и сделала глоток. Затормозивший (я начинала подозревать, что он ушёл в астрал) бард моргнул, удивлённо посмотрел на меня, потом, вспомнив, что из нас тут он играет пафосную руль, усмехнулся, выхватил у меня из рук ранее отобранную у него кружку и так же сделал глоток. — Неплохо поёшь… для какой-то уличной девчонки. — Ну-ну, не стоит преуменьшать, просто признай, что я тебя сделала. — Не в этой жизни, детка, я никогда не проигрываю, — и, подмигнув мне, ушёл восвояси. Я, впрочем, не шибко-то огорчилась. Примерно вообще нет. И вообще, чего это он к выходу направился? Когда я только пришла вон как горланил, а тут решил проветриться? Что ж, видимо, поражение каждый переживает по-своему. Мне принесли еду, поэтому про барда я довольно быстро забыла, а закончив трапезу, я вдруг поняла, как сильно устала и, сняв комнату и отправив Каузу во внутренний мир, завалилась спать, попросив разбудить меня утром.

***

Раздался стук в дверь, после чего женский голос сказал мне, что пора вставать. Я нехотя поднялась с кровати, привела себя в порядок, завязала волосы в высокий хвост и, накинув новый плащ, не надевая капюшона, но оставаясь в маске, вышла из комнаты. — Спасибо, до свидания! — помахала рукой я женщине, что стояла у прилавка. Она проводила меня доброй улыбкой и пожелала удачи. Я решила сразу направиться к кузнице. Когда я вошла, у прилавка стоял кузнец, который, узнав меня, протянул свёрток. — Должно подойти, примерь. Я кивнула и надела наручи. Довольно удобные, за такие не жалко денег. Затем ремень. Всё было, как я и просила, я всунула катану в ножны на бедре, рядом так же были прицеплены ножны с кинжалом, а с правой стороны было две сумочки, одна большая, другая немного поменьше, и так же прицеплен мешочек. — Спасибо, вот Ваши деньги, — я подала нужную сумму и, попрощавшись, вышла на улицу, попутно доставая карту. Огляделась вокруг и, убедившись, что никого нет, высвободила Каузу. — Смотри, если идти через этот лес, а потом идти вот здесь, — я ткнула на тропинку, что была указана на карте. — То через несколько дней мы окажемся вот в этой деревне. Как жаль, что здесь не указаны названия деревень, но выбора у нас особо-то и нет. Ты как, пойдёшь со мной или вернёшься? — Мне слишком скучно сидеть во внутреннем мире, так что я непрочь пройтись. — Вот и отлично, идём пешочком и прямо сейчас.