Американские драбблы

Святые мученики, пречистая, пресветлая Матерь Божия! За что мне всё это? Как я мог так попасться? А всё потому, что польстился на деньги, на презренный металл. На чужие деньги. Я знал, я чувствовал, что расплата наступит, но голос алчности заглушил голос совести, и вот она, расплата! Она близка, она грядёт. Вождь поклялся, что с меня снимут скальп на рассвете. Позорная, мерзостная кончина! О моя бедная покойная матушка, думала ли она, что её сыночка, её Билли, которого она с такой нежностью нянчила и обучала священному Писанию, постигнет такая горькая участь?! Нет, не думала. Но от судьбы не уйдёшь, и мой друг и напарник Сэм разделит её со мною. Вождь клянётся, что тот будет изжарен на костре, как только взойдёт солнце. Этот рассвет станет нашим последним рассветом. Будь ты проклят, Вождь. * * * P.S. Дописано рукою Сэма Мередита: Билл сам заплатил Эбенезеру Дорсету, чтобы тот забрал от нас своего сыночка. Двести пятьдесят долларов. Но писать он теперь нескоро сможет, ибо не шевелит ни рукой, ни ногой после того, как вместе со мной добежал до канадской границы. Право, я бы согласился скорее иметь дело с боевым отрядом настоящих краснокожих, чем с одним этим мальчишкой.