Американские драбблы

— Изаура! — взахлёб кричит молодой сеньор Леонсио Алмейда, раскинувшись на влажных простынях. — Изаура! Изау-ра-а! Любовь всей его жизни, его страсть и мука, бежит ему навстречу по садовой дорожке среди цветущих лиловых и розовых гортензий, подол её скромного золотистого платья развевается на ветру, тёмные пряди волос выбились из причёски. — Леонсио! — слышит он её ликующий крик. — Изаура-а-а! …— Опять упился в стельку, скотина, — шипит негритянка Роза, придавленная к постели нелёгоньким телом молодого хозяина. В комнате стоит удушливый запах перегара. — Тьфу ты пропасть. Она со вздохом разводит бёдра, когда Леонсио, так и не придя в себя, вслепую шарит рукой между её ног, запутываясь в курчавой жёсткой поросли. — На, на, получи. Как есть дурак помешанный. Изаура, Изаура… Немочь бледная! Она умолкает и прикусывает губу, изо всех сил трудясь навстречу Леонсио, чьи движения в глубине её скользкого от пота тела становятся всё резче. Наконец, в последний раз выдохнув счастливое: «Изаура!» — Леонсио падает Розе на грудь и тут же засыпает мёртвым сном. Роза, выждав несколько минут, сердито его отпихивает и отодвигается на другой край постели. Чёрт бы побрал их обоих. Но, может быть, удастся выклянчить у этого фанфарона пару побрякушек. Он, в общем-то, не скупой. Хоть и идиот.