Желанные сети

— Со мной что-то не так? — Билл посмотрел на себя в зеркало и похлопал по щекам. Вроде всё на месте. Он в полном порядке. Если не учитывать, что вчера ещё он был готов кататься на руках древнего хтонического монстра родом из космоса, только бы не общаться с друзьями, которые вроде как были ему дороги. С другой стороны, он наконец мог говорить, почти не заикаясь, особенно наедине с собой. Не клоун, а логопед. Билл хмыкнул, вспоминая тёплое дыхание на своей шее, когда парень проснулся уже ночью. Он дышал тихо, но воздух из него выходил тёплый, согревающий. Приятно. Так приятно, что Билл снова заснул, а проснулся уже тогда, когда монстр уполз обратно в свою канализацию или за завтраком. Оба варианта достаточно противные. — Кому ты врёшь? — отражение широко улыбнулось, разворачиваясь и становясь боком, будто бы любуясь собой. — Мы с тобой оба знаем, что тебе не противно. Тц-тц, плохой мальчик. Куда же делась твоя жажда справедливости? Кто так сильно хотел отомстить за своего брата и ненавидел зло? Кем же мы с тобой теперь стали? Денбро поджал губы. — Я не хотел, оно само. Что, если всё не так просто, как мне казалось раньше? Я бы мог пересмотреть свои взгляды. Вдруг Пеннивайз на самом деле?.. Отражение резко шагнуло вперёд, остановившись перед самым стеклом. — Кто? Кто, Билл? Он всё ещё похищает детей и питается ими, совершает свой кровавый цикл, убил твоего брата. Даже если не он виновен в том, что ты такой жалкий, на его руках всё ещё кровь детей. Он монстр. Оно. — Тогда зачем ему было говорить со мной? Я сам пришёл. У него было столько возможностей избавиться от меня! — Билл облизнул губы, и его щёки вдруг бросило в жар. — Он может использовать тебя. Даже если ты ещё не знаешь, для чего. Использовать, чтобы убить больше людей. Твои теории — надежда жертвы на спасение. Ты всё ещё ничем не отличаешься от скота на ферме. Билл схватился за голову и зажал уши руками, закрываясь. Хотелось разреветься, как маленькому ребёнку. Вместо этого Билл вцепился в волосы и быстро задышал, заставляя себя успокоиться. Вдох — четыре секунды — пауза — четыре секунды — выдох — четыре секунды — пауза… Один из методов Эдди во время панических атак. Другу обычно помогало его «лекарство», но на случай ситуаций, когда того могло не оказаться под рукой, парень нарочно выучил несколько приёмов, которые помогут ему перестать задыхаться и биться в агонии в случае его потери. Пару лет назад его ингалятор отняли очередные хулиганы. В погоне за ними у Эдди случился припадок. Несмотря на то, что он не был болен, старая привычка никак не хотела уходить и его лёгкие каждый раз переставали работать в самый неподходящий момент. Неудачники растерялись, особенно когда ингалятор полетел вниз, в канализацию между тяжёлыми металлическими прутьями, а хулиганы с хохотом гиен побежали вперёд, не давая возможности даже хорошенько навалять им за друга. Эдди дрожал, с расширенными глазами пытаясь вдохнуть, он так боялся умереть в тот момент. Тянулся к стоящим рядом друзьям, хоть и понимал, что они тут не помогут. Пока те паниковали, рядом с задыхающимся другом опустился Ричи, встряхивая пакет из-под чипсов и высыпая из него оставшийся мусор. Затем заставил Эдди вдыхать в себя воздух из пакета так, как он это делал с ингалятором. Не сразу, но дыхательные пути парня поддались иллюзии помощи, и он нормально задышал, крепко обнимая Ричи и прижимаясь к его плечу раскрасневшимся лицом. На следующий день уже все неудачники полностью просветились в методах расчищения дыхательных путей и успокаивания человека с приступом. Дыхание по квадрату, животом. Ричи на всякий случай, правда, таскает с собой запасной ингалятор. Всё же у Эдди было несколько другое состояние, нежели панические атаки, и в тот момент пакет помог чудом и благодаря тому, что у него нет настоящей астмы. Билл мысленно поблагодарил Эдди, чувствуя, как паника медленно отходит, позволяя дышать. Он поскорее вытер выступившую влагу на глазах и отвернулся от зеркала, поспешно выходя из комнаты и спускаясь на первый этаж. Родителей снова не было. Билл несколько раз проверил все комнаты, надеясь, что мама всё же занимается чем-то. Да даже просмотром своих любимых сериалов, где у героинь всё прекрасно и в конце их обязательно ждёт муж и десять детей. И, конечно же, хотят они только этого и крутой карьеры в начале, пока не найдут того самого мужа. Дом, как обычно, встретил Билла пустотой и холодом, уже ставшими привычными, но не настолько, чтобы Билл не расстраивался каждый раз. Зато завтрак на столе вновь стоял тёплый, заботливо прикрытый полотенцем, чтобы не остыл. — Спасибо, мам, — с улыбкой произнёс парень, вздыхая и принимаясь за еду. Быстро и жадно он проглотил всё, что было в тарелке, отмечая, что мама начала готовить особенно вкусно. И мясо было таким необычно нежным. Стук в дверь прервал его трапезу. Денбро вскинул голову, с удивлением глядя в сторону двери. Кто это? Родители бы сами вошли, Пеннивайз тем более, а друзья… Билл подошёл к двери и выглянул в окно. С улицы ему неловко помахала Беверли, поправляя свои красивые рыжие локоны. С облегчённым вздохом Билл поспешил открыть ей дверь. Девушка вошла в дом, принеся с собой лёгкий запах свежести и тревогу. Денбро понимал, что Беверли пришла поговорить. Пришла узнать, что с ним происходит, но ведь Билл сам не мог разобраться в себе! У него было столько вопросов к себе, столько смешанных мыслей. Бев осторожно огляделась, выискивая малейшие проявления жизни в доме парня. Ничего. Полнейшая тишина. И это её и напрягало больше всего. — Привет, Билл. Ам… А где твои родители? Её смятение было понятно. Раньше дома постоянно был кто-то. Либо Шелли, либо Зак. Родители не обращали внимания на сына, но не оставляли его одного, предпочитая закрываться в доме. Сейчас их поведение было больше похоже на побег крыс с тонущего корабля. — От-тец на раб-боте, а мама у п-подруг. Всё в порядке, они ж-живы, — попытался улыбнулся. Беверли немного осуждающе посмотрела на него, но заметно расслабилась. — Дурак. Но я пришла поговорить, Билл. О том, что произошло вчера. Я хотела извиниться. Точнее, все мы хотели извиниться. Если подумать, мы правда жестоко отнеслись к памяти о тех детях. Гораздо правильнее будет разобраться с монстром и отнести вещи наружу. Или показать это место полицейским, — Беверли подняла взгляд на парня, чтобы убедиться в том, что он согласен с её словами, а затем продолжила немного смелее. — После твоего ухода мы немного обсудили ситуацию. Ты прав, Оно начало опасаться нас и теперь не появится по первому нашему желанию. Нужно караулить, составить список мест, где пропадают дети. Нужно быть на шаг впереди Оно, если мы действительно хотим его остановить. И срывать свою злость вместо обсуждения плана действий было глупо. Девушка шагнула ближе к Биллу и взяла его за руку, пытаясь втянуть его в объятья. Денбро, как послушная кукла, позволил ей прижаться к себе и даже погладил по плечу. Тёплое дыхание опалило кожу на его шее. Немного взволнованное, нежное. Хрупкое девичье тело прижималось сильнее к нему в дружеских объятьях. Билл прикрыл глаза. А затем в его памяти всплыл ночной жар, исходящий он монстра, который принёс парня обратно домой. От одной глупой мысли внутри всё затрепетало. Денбро даже, забывшись, опустил руки на поясницу девушки, заставив её вздрогнуть и поднять на него полный надежды взгляд. Билл взглянул в её красивые глаза и резко отпрянул. Идиот. Какой он идиот. Любовь в глазах девушки уже не притягивала его. Она ужасала и вызывала желание виновато отвести взгляд. Он не может ответить на её чувства. То, о чём она подумала, на самом деле было… А что это было? Парня бросило в жар. — Д-да, ты права, Бев. П-прости, что я вспылил так вч-чера. Не стоило мне к-кричать на вас, — немного улыбнулся, скрывая неловкость. — Хах. А ты и правда почти перестал заикаться. Это так непривычно, но я очень рада за тебя, правда. Как и все мы. — П-приятно знать. Слушай, Б-беверли. Ты не зад-думывалась о том, чтобы уехат-ть из Дерри? Мы клялись, что п-покончим с Оно, я помню, п-просто… — на миг он замялся, обдумывая. Но взгляд Беверли был таким мягким и понимающим, как и всегда. Будто она одна во всём мире могла его понять. Возможно, поэтому он и полюбил однажды именно её. — Послушай. Я ч-чувствую себя так, будто устал. У м-меня совсем нет никакого желания охотиться на к-клоуна, как в детстве. Это какой-то нед-достаток сил. И мне к-кажется, что мне всё равно, что Оно сд-делает. Я буду в ужасе, если это коснётся кого-то из в-вас. Кого-то, кто мне д-дорог. Но чем больше м-мне кажется, что Оно боится нас, тем больше я хочу никаким об-бразом не иметь отношения к охоте. Я не б-боюсь его. Но и сил для сражения найти не могу. Я не вижу оп-пасности и всё делаю через силу, будт-то ни меня, ни вас это не касается. Может, нам стоит уе-ехать из города и закончить эт-ту историю для себя? Я не хочу, чтобы умирали другие, но и сражаться за них т-тоже уже не могу. Денбро заглянул в глаза Беверли. Девушка смотрела на него с удивлением и непониманием. Вдруг она резко шагнула ближе и взяла парня за руки. — Билл, о чём-ты говоришь?.. Разве твоя клятва тебя не зовёт? Билл вздохнул, опустив взгляд. Кажется, даже Бев не способна его понять. — Прости. Я, возможно, в т-твоих глазах теперь слабак, но я чувствую, что не могу исполнить клятву. — Ты не можешь её не исполнить! Разве ты не чувствуешь, как пульсирует шрам? Разве он у тебя не ноет, вызывая воспоминания о том дне? Разве ты не ощущаешь, что хочешь избавиться от клоуна любыми методами, когда ладонь особенно сильно болит? — Что? Я не… — Билл позволил девушке поднять его руку и осмотреть ладонь. — Я не понимаю… — прошептала она, разглядывая абсолютно пустую ладонь. Даже следа от прежнего пореза не осталось. Чистая, красивая рука парня привела Беверли в растерянность. — Такого не должно быть. У нас у всех он чуть ли не кровоточит. Особенно вчера. Так вот почему ты был так спокоен и не мог нас понять… Билл. Это неправильно. Так не должно быть. Скажи мне, почему он у тебя зажил? — Я не знаю, — Билл хмурился, видя перед собой красивое лицо подруги, полное противоречивых эмоций. — Может, я от-тказался от мести и шрам исчез сам по себе? Или я сейчас не в т-том состоянии, чтобы сражаться. Я в-ведь сказал тебе, чт-то чувствую сильную усталость последнее время, и это убивает во мне желание сражаться. — Но ведь Стэнли и Эдди тоже были против до последнего… — задумчиво протянула девушка, хмурясь и пытаясь разобраться, глядя на ладонь Денбро. — Пока тебя не было с нами, они часто предлагали бросить всё и уехать, пока монстр не начнёт мстить нам, но, когда шрам начал болеть по ночам так сильно, что они не могли спать, они согласились со всем, что мы предлагали, умоляя начать приготовления как можно скорее. — Вам не кажется это ст-транным? То, как ты об-б этом говоришь. К-как будто вас силой принуждают. — Нет-нет. Наши шрамы напоминают о клятве, которую мы дали. Нас призывает клятва! — Но, Беверли, клят-тва должна основываться на желании человек-ка. Мы были маленькими и глупыми. Вид-дишь, теперь Эдди и Стэнли не дали бы её так опрометчиво. Они не хотят сраж-жаться. Никогда не хотели, если подумать, но т-тогда мы все были уверены, что повторим попытку только ког-гда уже будем совсем взрослыми. Мы бы подготовились, купили оружие, изучили инфо-ормацию. У нас было время, к-как мы думали тогда. Теперь же ты говоришь, что т-та клятва извратилась и зовёт вас силой сейчас. Да мы даже менее подг-готовлены, чем в двенадцать лет! Беверли отвела взгляд. — Может, и так. Но мы думаем, что, если избавимся от клоуна, шрам перестанет жечь. Иных способов мы не можем придумать. Разве что у тебя есть какие-то идеи. — Нет. Но м-мы можем поискать. Вместе с информацией о к-клоуне. Если уж я остался без шрама, значит есть способ! Тогда те, к-кто не хочет в это ввязываться, смогут уехать. Уехать и забыть. Не подв-вергать себя опасности, если не готовы. Ты ведь не х-хочешь принуждать Эдди идти на смерть? — Не хочу… — прошептала Беверли, сдаваясь. Она тоже понимала, что ни Эдди, ни Стэнли не готовы. Они оба слишком слабые, слишком мирные. Их будет легко сломать в битве. Беверли не хочет терять друзей, как этого не хочет никто из них. — Поговори с ребятами, — понизив голос, попросил Билл. — Тебя они т-точно послушают. Я тоже буду искать инф-формацию. — Разве ты не хочешь быть с нами, когда мы будем это обсуждать? Билл ответил подруге виноватым взглядом. — Прости. Я чувствую вину п-перед вами за то, что меня так пронесло. Лучше я буду помогать со стороны и п-приносить вам всё, что смогу нарыть, а уже собранное мы сможем обсуждать и в-вместе пробовать исполнить. Беверли вздохнула, но мягко улыбнулась парню, показывая, что поддерживает его решение. Наконец она увидела в нём своего дорогого друга, которым он был для неё когда-то. Что-то определённо в нём изменилось. Прежний Билл бы скорее ещё раз порезал руку и призвал их биться до последнего. Они бы без сомнений пошли за ним, но теперь Денбро не желал подвергать опасности ни себя, ни тех, кто не хочет сражаться. Готов помочь избавиться от метки. Сердце девушки сжалось от благодарности и страха перед будущим. Она даже не надеялась, что им будет дан иной исход. Не надеялась, что сможет выжить в этот раз. И вот он, перед ними снова предстал тот, кто вытащит испуганных детей из пасти монстра. Девушка всхлипнула и крепко обняла Билла, уткнувшись носом в его плечо. — Ребята поймут. Я обещаю тебе, Билл. Мы тоже боимся его. Тоже не хотим умирать раньше глубокой старости, — собравшись, она резко отстранилась, вытирая слёзы. — Спасибо, что сказал мне, Билл. Если клоун нападёт, мы дадим отпор. Но пока постараемся защитить себя любой ценой. Парень улыбнулся Беверли, согласно кивая. — Я рад, что мы п-поговорили. Я уже очень давно хотел вам всё выс-сказать, чтобы вы поняли. Спасибо. — Тебе спасибо. Тогда… Увидимся? — Да, Беверли. Увид-димся. Девушка успокоилась и уже вполне уверенно посмотрела на Билла, чувствуя прилив сил. Они попрощались. И Бев напоследок чмокнула парня в щёку, улыбаясь и убегая вперёд по дорожке под осуждающий взгляд соседки. Билл фыркнул на её внимание к их персонам и закрыл дверь, опускаясь на диван. — Наглая девчонка, — раздался из-за его спины раздражённый, урчащий голос. Билл подскочил и уставился на монстра, обхватившего спинку дивана и смотрящего на Билла своими жёлтыми глазами. Лицо его снова сделалось проще. Как у нормального человека. Смотреть на него было так непривычно, учитывая последние события, связанные с этим образом, но оно не выглядело таким жутким, как клоунская рожа с видоизменённой анатомией. Сейчас прежнего Оно в нём выдавал только костюм и грим. Как забавная пародия на жуткого монстра. Только благодаря этому лицу Билл успокоился быстрее. — Ты много видел? — Практически всё, — Оно склонил голову и спрыгнул на диван рядом с ним, шурша клоунским костюмом. Движения стали проще и развязнее, не такими ломаными. Пеннивайз действительно изобразил человека. Пусть Билл и не понимал зачем. — Тогда у тебя есть мысли насчёт шрамов? — парень повернулся к нему, протянув руку. Монстр послушно обхватил её, проводя пальцем в перчатке по ровной коже. — Хм. Ни единой. Можешь, кстати, рассказать, что же это за шрамики, которые, оказывается, есть у вас, детки, м? Билл закатил глаза, забирая руку. — Я уж думал, ты всезнающ. После того, как ты отправился в спячку, мы поклялись на крови, что убьём тебя, когда ты вернёшься в следующий раз. И всё же… Я не думал, что всё пойдёт именно так, — Билл подтянул под себя ноги, обнимая их. — Я не понимаю. — Ребёнок, никто не понимает, ты не единственный. Даже я, Пожиратель Миров, и то время от времени путаюсь во всём, что однажды изверг Матурин. Он развивается уже сам по себе. И логики в нём никакой! Но я люблю отсутствие логики. Хаос прекрасен. Черепаху бесит, что ее мир стремится к разъединению и хаосу, однако Матурин не может держать под контролем собственное творение. Ваш мир больше похож на то, что создал бы я, если б мог. — Звучит ужасно. Но ты сейчас совершенно не объяснил мне, почему я такой вдруг стал особенный, что даже сила клятвы на меня не действует. — Как я и сказал: я без понятия, хехе. Но меня забавляет, что из всех них только у тебя нет ни капли желания меня уничтожить даже сейчас, когда ты так оживился. Парень нахмурился. — Я просто хочу быть уверен, что ты не убьёшь никого из неудачников. Это будет моей главной причиной не нападать на тебя, а искать информацию, чтобы помочь друзьям. Поклянись мне. Денбро развернулся к клоуну. Тот хитро улыбнулся, оскалив вполне человеческие зубы. — Я тоже должен поранить руку или что-то такое, Билли-бой? — Нет, — покачал головой парень. — Слов будет вполне достаточно. — Тогда клянусь, что не трону твоих костлявых дружков. Даже жирного, так и быть. Но и ты должен пообещать, что ваша братия больше не полезет в мой дом. Он для меня гораздо более ценный и личный, чем ваши каморки, которые вы, однако ж, охраняете, как злостные псы. — Обещаю. Я больше не позволю им лезть к тебе. Придётся убедить их в том, что постоянными спусками мы проблему не решим, а только время потратим и можем потеряться в трубах. Клоун кивнул, проводя пальцами по лицу и стирая грим. Тот легко отслаивался и падал на пол, открывая красивое лицо. Билл не заметил, как клоун сменил одежду на более человеческую. Жутко. — Вполне разумно, Билли. Вот что я тебе скажу. Ты похвально пытаешься вытащить из задницы своих друзей. Как я и думал, они тебе всё ещё дороги, хоть и порой довольно раздражающие даже для тебя. Но мне важно, чтобы они оставили меня в покое. Так что, — он склонился к лицу парня с широкой улыбкой, — я буду тебе помогать! Последняя белая полоска грима упала на пол и растворилась, как будто её никогда и не было. Билл растерянно посмотрел на неё, а затем на вполне обычного молодого мужчину перед собой. — О чём ты? — Библиотека, Билли. Мы пойдём вместе. Я помогу тебе найти всё, что касается этих глупых отметин. — И уничтожишь всё, где есть что-то, что поможет тебя остановить? — Именно. Билл вздохнул и поджал губы. — Не хочу этого говорить, но хорошо. Тебе будет на руку, если мы не захотим убить тебя. А избавиться от чего-то опасного ты мог и раньше, верно? Пеннивайз закивал, на секунду улыбнувшись чуть безумнее, чем мог бы человек. Денбро замолчал, хмурясь. — Не могу поверить, что согласен… — Просто ты человек разума! Твои друзья-идиоты не поймут. — Они не идиоты, не смей обзывать их. — Как скажешь. Пойдёшь со мной, Билли? Вскочив с дивана, он протянул парню руку. Билл робко поднял на него взгляд, а затем принял её, чуть сжимая пальцами. — Вот и славно! Купим по дороге мороженое!