До конца четверти

На экране разворачивалась спортивная драма периода хрущевской оттепели, но Славе не было никакого дела до перипетий сюжета. Он находился, можно сказать, в состоянии долгоиграющего шока и лёгком полуобмороке. Олеся могла сколько угодно наваливаться на плечо и гладить по щеке теплой ладошкой, учитель не реагировал. В мозгу заезженной старой грампластинкой крутилось отчаянно дребезжащее, как самодельный колокол из ржавого ведра, - "Димка, Димка, Димка!" - Димка, - произнес он, кажется, вслух. - Какой Димка, - прошептала удивлённо Олеся. - Героя Эдуардом зовут. Ну, да, конечно. Слава дёрнул плечом, по его позвоночнику пробежала вереница высококачественных ледяных мурашек. Он попытался сосредоточиться на истории о нелёгкой судьбе советского футболиста. Удалось с трудом. Всё из-за этого сна дурацкого! Э, Вячеслав Игоревич, не оправдывайтесь. Не прикрывайтесь фантазиями деда Морфея. Сон-то такой отчего, а? Думал, значит, об ученике своём! Думал... И совсем ведь не в том ключе, в каком следовало бы порядочному педагогу. То есть не в плане успеваемости. Которую подтянуть не мешало бы, однако не о том, совсем не о том речь. Благородный спаситель из приключенческого сновидения... Но ведь Димка и в реальности его спас! От тех придурков у магазина... И это вовсе не повод, ни разу не уважаемый Вячеслав Игоревич, к подобным вольностям!.. Вот так Слава сам с собой и разговаривал на протяжении всего фильма. Сам с собой и про себя. К счастью, ничего больше не бубнил и не бормотал, а что там в мыслях у него - кому какое дело. Хотя и так уже, как выражаются его ученики, спалился перед Олесей. Оставалось надеяться, что баскетболистка не обладает природной женской проницательностью, а также присущей прекрасному полу болтливостью, и не вздумает поделиться информацией с Верой Ильиничной. Да, он собирался увольняться из школы в ближайшее время. Но не со скандалом же! Задумавшись, Слава даже не особо понял, чем в фильме дело кончилось. Вроде бы все живы остались - ну и ладно. Ему всё чудилось, что с заднего ряда на него смотрят. Сам себя убеждал, что не может такого быть. Кому на него смотреть - Димке Коврижных? Не отстираются себе, родной. Или девушке его, не дай бог? Да нужен он молодежи, как телеге пятое колесо, которое даже не запасное, а просто лишнее! Да, дядечки из категории "сорок плюс", с которыми Слава время от времени знакомился в интернете и даже пару раз, смущаясь по-страшному, буквально до стиснутых зубов и зажмуренных глаз, ездил к ним в соседний город на свидания, могли назвать его "милым мальчиком". Для Коврижных же он сам оставался таким вот "дядечкой": слабым и немощным, застенчивым до жути, слащавым до неприличия и отвратительно взрослым. Мерзким похотливым чуваком, долбаным пидором, гнилым извращенцем. Наверное. По экрану потянулись титры, молодёжь с передних рядов, толкая друг друга и перебрасываясь шуточками, двинулась к выходу. Слава поднялся со своего кресла и пошёл вслед за Олесей, надеясь, что десятиклассник и его девушка вышли уже на улицу и не встретятся им. Не тут-то было! Димка как будто нарочно в коридоре поджидал своего учителя. - Здрассьте, Вячеслав Игоревич! - прозвучало навстречу ему громко и жизнерадостно. - Добрый вечер, Ков... Дима, - обещал, что будет называть ученика по имени - надо выполнять. Хотя... обращение по фамилии как раз создало бы иллюзию сухой официальности, а это мягкое "Дима" придавало приветствию неуместную ласковость. Как ещё не вырвалось у него проговариваемое весь сеанс панибратское "Димка"! Они пожали друг другу руки, и Славу мгновенно бросило в жар от одной мысли, что он хотел бы подольше задержать свою узкую ладонь в Димкиной сильной лапище. Очень уж непедагогичные желания терзали учителя! - Как вам фильм? - с нескрываемым интересом спросил Коврижных. - Неплохо снят, и актёры талантливо сыграли, - Слава попытался отделаться общими фразами. - В сценарии, правда, есть исторические неточности... Не мог с уверенностью сказать, где и какие именно, однако... кто ищет, тот всегда найдет, и флаг ему в руки! - Конечно, вам лучше знать, - с некоторой обидой за понравившийся фильм пробасил Коврижных. - Вы ведь жили в то время. - Ошибаешься, Дима, - настала Славина очередь обижаться. Издевается мальчишка, что ли? Или с математикой у него дела не лучше, чем с литературой? - Я родился уже после перестройки, Брежнева живым не застал, что уж о Хрущёве говорить. Вот расстрел парламента в девяносто третьем, полагаю, мог наблюдать по телевизору, но подозреваю, мне было не до него, слишком занят был. - Чем! - захлопал пушистыми ресницами Димка. - Описыванием памперсов, естественно. - Ой... извините, - у Коврижных на щеках выступили ярко-алые почти треугольные пятна. Видимо, он сообразил, на сколько десятилетий попытался "состарить" своего преподавателя, и устыдился. - Ничего страшного, Дима, - Слава усилием воли удержался от попытки погладить парня по плечу. Впрочем, до того плеча попробуй дотянись ещё... - Ты действительно мог не знать, что мне двадцать семь, что разница между нами всего десять лет. - Девять тогда уж, - поправил Коврижных. - Ещё меньше. - Прости, что? - Вы старше меня на девять лет, а не на десять. Мне восемнадцать исполнилось. Вчера. - Ох... поздравляю, - выдавил Слава. Интересно, почему он в свои восемнадцать в десятом классе, а не в одиннадцатом? Позже в школу отдали? На второй год сейчас вроде бы никого не оставляют, тянут за уши даже самых тупых. Коврижных, кстати, на тупого не похож - скорее, на того, кто изо всех сил придуривается. Да, тянут до девятого класса, а там выпихивают в какой-нибудь технический колледж или профессиональный лицей, как теперь стыдливо именуют старые добрые училища. Да, и почему этот чудо-троечник в школе, а не в современном аналоге ПТУ? Разузнать об этом у коллег или хотя бы ненавязчиво уточнить у маман прежде не приходило в голову. Теперь же спрашивать вот так в упор показалось невежливым. Тем более, что они тут были не одни. И если Олеся спокойно стояла рядом со Славой и ожидала, пока тот наговорится вволю с мальчишкой, то темноволосая спутница Димки нетерпеливо тянула своего кавалера за рукав кожаной куртки в сторону выхода. Коврижных обернулся, глянул на девчонку сверху вниз, что было совсем не трудно при его почти двухметровом росте, и с запоздалой вежливостью представил её собеседнику: - Это Даша из второй школы. Про вторую Слава знал, что она расположена на территории монастыря, и монахини жаждут превратить её в православную гимназию. А ещё - что там есть отряд "юных друзей полиции". Даша не была похожа ни на юную монашку, ни на подружку полицейских. Она улыбнулась ему ровным рядочком жемчужных зубов и кокетливо протянула ладошку с плотно сжатыми тонкими пальцами. Слава, припомнив, как это полагается по этикету, поднёс девичью ручку к своим губам. Глядел при этом не на неё, а на Димку Коврижных. Прямо в его нахальные каре-зеленые глаза. - Симпатичная у тебя девушка, Дима, - с улыбкой похвалил Слава. - Нет, - мотнул головой Коврижных. - Что - нет? - не понял он. - Не... симпатичная? - Даша не моя девушка, просто... подруга, - пояснил школьник. Брюнетка моментально скорчила кислую рожицу: видимо, по данному вопросу у неё имелось совершенно иное мнение. - А это... - Слава беспомощно обернулся в сторону, где подпирала стенку и созерцала красочные афиши родственница Веры Ильиничны. - Олеся Викторовна, - сама представилась та. - Буду с понедельника вести у вас, Дима, баскетбольную секцию. Кстати, - подмигнула она Даше, - тем, кто из второй школы, тоже можно записываться, приходите. И, решительно подхватив Славу под локоть, утянула его к выходу. И правильно сделала, иначе он бы тут до утра стоял обмякшим столбом и пялился сначала на Димку, а после того, как тот уйдёт, - в пустое пространство. На улице слегка подморозило, но было безветренно, поэтому казалось, что совсем не холодно. С тёмного неба неспешно падали мелкие снежинки и не таяли, покрывая чёрный асфальт ещё не белым ковром, но каким-то подобием холодного кружева. - Слава... можно задать тебе деликатный вопрос? - проговорила Олеся, уговорившая его прогуляться по волжской набережной. - Пожалуйста, - он кивнул торопливо несколько раз, чтобы девушка не заподозрила его в нерешительности. Что же ещё за вопрос такой? - Видишь ли... прости, я, конечно, лезу не в своё дело, но... Читала недавно статью в интернете, в ней говорилось, что есть определённый процент людей, которые бисексуальны, и... - Что?! - ошарашенно воскликнул Слава. - Это значит, что они чувствуют влечение как к противоположному, так и к... своему полу, - принялась разъяснять Олеся. - Нет, я понимаю значение этого слова, - сказал Самарин. - Только... к чему здесь и сейчас эта информация? - Я хотела поинтересоваться... Слава, ты никогда не ощущал в себе ничего такого... ну, двойственного? Не задумывался об этом, не сомневался в себе? - Нет, никогда, - Слава мотнул головой так, что с неё слетел капюшон. - Я и бисексуальность - понятия несовместимые. И ведь не соврал! Никаких сомнений по поводу своей ориентации он не испытывал - его всегда тянуло исключительно к парням. - Извини за глупый вопрос, - рослая девица очень забавно выглядела, смущаясь. - Просто... мне кое-что показалось. Но, конечно же, я ошиблась!